Программа «Статус» сезон 9, выпуск 29
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНОЙ МИХАЙЛОВНОЙ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ
М. КУРНИКОВ: Здравствуйте! В эфире программа «Статус», программа, которая выходит сразу на нескольких ютюб-каналах. Например, на канале «BILD на русском», вот, пожалуйста, логотип в подтверждение, и на канале Екатерины Шульман. Вот, пожалуйста, Екатерина Шульман в студии. Здравствуйте, Екатерина Михайловна!
Е. ШУЛЬМАН: Добрый вечер! Всё правда.
М. КУРНИКОВ: Конечно же, она выходит и, например, в эфире «Эха», приложения, которое вы можете скачать прямо сейчас и слушать нас там тоже в прямом эфире. Ну и, как всегда, в самом начале я от магазина «Эхо Книги» дарю вам книгу. Каждый раз я пытаюсь затянуть эту интригу чуть подольше. Но правда. Посмотрите, книга какая потрясающая. Это «Литературная политика Третьего рейха. Книги и люди при диктатуре».
Е. ШУЛЬМАН: Слушайте, какая прелесть.
М. КУРНИКОВ: Кажется, это та самая площадь возле оперы, где эти книги как раз сжигаются.
Е. ШУЛЬМАН: Где была первая акция такого рода, организованная, между прочим, студентами и преподавателями университета Гумбольдта.
М. КУРНИКОВ: Гумбольдтского университета. Э-хе-хе, не надо такими быть. Но потрясающая, судя по всему, книга. По крайней мере, тематика выбрана идеально.
Е. ШУЛЬМАН: Слушайте, мне нужен второй экземпляр для Галины Леонидовны Юзефович.
М. КУРНИКОВ: Я могу это устроить.
Е. ШУЛЬМАН: Сразу вот хочу подать заявку.
М. КУРНИКОВ: Хорошо, договорились. И еще раз скажу, что, конечно, все эти книги есть в магазине «Эхо Книги». Если эту книгу можно купить в России, то мы обязательно поставим ссылку в описании, как всегда это делаем. Но зайдите, посмотрите, там много чего интересного. Просто хотя бы, что называется, для общего развития посмотрите, какие книги выходят. Ну, а мы переходим к первой рубрике.
Не новости, но события
Что важно из несостоявшегося
М. КУРНИКОВ: С какого события вы начнете?
Е. ШУЛЬМАН: Начнем мы с нашей полюбившейся, надеемся, зрителям рубрики «Странное поведение собаки ночью». Как вы помните, странное поведение собаки ночью заключалось в том, что она ночью ничего не делала. В этой рубрике мы обращаем внимание на то, что не произошло, чего не случилось, что не сделано, хотя могло бы. Вот эти пустоты в политических процессах довольно часто говорят нам если не больше, чем случившиеся события, то не меньше. Нужно иметь в виду эти провалы, это пустое пространство, а не только заполненное.
Отключение связи в Москве и меры безопасности
Мы на прошлой неделе говорили с вами о том, что отключение мобильной связи в Москве, Петербурге и Московской области, в общем, чуть более странное событие, чем кажется, поскольку оно смешивается с общей политикой по цензурированию интернета: вот мессенджеры блокируют, а вот и мобильную связь отключают. Меж тем, это не вполне одно и то же. Эта мера все же чрезвычайная. И не до конца понятно нам до сих пор, почему это происходит именно сейчас и почему это продолжает происходить в таких масштабах.
Сегодня утром появились сведения о том, что вроде бы мобильный интернет в Москве заработал. Просим дорогих слушателей писать нам в комментариях, заработал или не заработал. Подтверждения и опровержения поступают примерно в равном объеме. То есть мы не можем пока сказать, что этот период чрезвычайности почему-то вдруг прервался.
На этом фоне давайте обратим внимание вот на что. На прошедшей неделе должен был отмечаться (и, в общем, отмечался) день воссоединения Крыма с Россией. Это такой вполне официальный российский праздник. Именно так он и называется. В связи с этим всякие должны были происходить массовые мероприятия. И в центре города Москвы предпринимались довольно экстраординарные меры безопасности. В частности, многие обратили внимание на то, что сотрудники ФСО и ФСБ ходили по центру Москвы, заваривали люки, проверяли стены, окна, двери и вообще всякую окружающую действительность, что обычно происходит перед каким-то выходом первых лиц, особо охраняемых лиц на публику. Также сотрудникам офисов, работающих в центре Москвы, было велено с 16 по 22 марта, то есть ровно на протяжении прошедшей недели, работать удаленно, то есть работать из дома.
М. КУРНИКОВ: Звучит так, как будто ждали какого-то дорогого гостя.
Е. ШУЛЬМАН: Вот. Собственно, это и есть наша собака ночью. Похоже, что дорогого гостя ждали, а его не произошло. Его совсем никак не произошло. Я предприняла некоторые самостоятельные изыскания для того, чтобы понять, насколько масштабно праздновалось вот это самое воссоединение с Крымом в городе Москве. Это обычно довольно эффектная дата и довольно эффектное мероприятие для того, чтобы показать россиянам, привлечь внимание россиян к тому событию, которое по-прежнему остается в некоторой такой фокальной точке схождения интересов и пристрастий большинства.
М. КУРНИКОВ: Помните, как все лидеры партий стояли на сцене и не обнимались, конечно, но держались за руки.
Е. ШУЛЬМАН: Вот, совершенно верно. Обниматься – это следующий этап отношений. Сначала нужно подержаться за ручки, погулять вместе, а потом уже все остальное. В общем, мы можем сказать, что, наверное, больше половины респондентов стандартно говорит, что присоединение Крыма было правильным делом и хорошим событием. Поэтому это выгодный такой нарратив, и он используется.
Тем не менее в Москве в этот день совершенно ничего не произошло, кроме того, что на ВДНХ какие-то активисты МГЕР своими телами слово «Навсегда» выстраивали. (Прим., «Молодая Гвардия Единой России» (МГЕР) — крупнейшая всероссийская общественная молодежная организация, является молодежным крылом партии «Единая Россия»).
Отсутствие празднования и визит в Генпрокуратуру
Е. ШУЛЬМАН: Вместо этого президент, которого, по нашим, может быть, беспочвенным подозрениям, ожидали на каком-то воссоединении с народом… Тем более, что, когда дела у него идут не очень хорошо, он как-то припадает к народной груди. То ли для того, чтобы самому взбодриться, то ли это ему ФСО организует подпитку энергии этого народного обожания. Мы все помним выход к людям в Дербенте сразу после пригожинского мятежа. В общем, это было бы логично. Пригожинского мятежа, конечно, не происходит, но снижение рейтингов одобрения происходит, даже ВЦИОМ это фиксирует.
Так вот, вместо этого президент явился на коллегии Генеральной прокуратуры. Это было важно. Почему? Потому что одновременно со всеми этими загадочностями – и связь отключили, и экстренные меры безопасности в центре принимаются – разные недоброжелательные расследователи высчитывали, как давно президент не появлялся на публике, а когда появился, то в одном из этих своих бежевых кабинетов (кабинеты, которые такие кабинеты-двойники, которые выстроены в разных резиденциях, дабы создавать впечатление, что президент работает из Москвы). В общем, показать его было надо.
Коллегия Генеральной прокуратуры тоже, в общем, достаточно понятное для этого место. Много людей видят его сразу. То есть это никак нельзя назвать «консервами». Тут будет сразу понятно, что он живой и функционален. Кроме того, это первая коллегия, которую новый генеральный прокурор проводит в своем новом качестве (генпрокурор Гуцан).
Роль прокуратуры и заявления ФСБ о терактах
И кроме того, в-третьих, если действительно стоял выбор между выходом к народу и выходом к представителям силовой корпорации, то для нынешнего этапа эволюции нашего политического режима выбор был сделан правильно.
М. КУРНИКОВ: Вы прокуратуру называете силовой корпорацией?
Е. ШУЛЬМАН: Предыдущий генеральный прокурор, ныне председатель Верховного суда, очень сильно поднял престиж Генеральной прокуратуры. При Чайке она как-то ослабела, как считается среди самих прокурорских, а вот при Краснове буквально обрела новые силы, стала в авангарде и конфискационной кампании, и антикоррупционной кампании. В общем, стала очень-очень страшным таким органом, который, да, мы можем назвать силовым.
Так вот, народной любви, я боюсь, уже не снищешь, а вот на силовиков опираться надо. Как показывают примеры других режимов в похожих ситуациях, если силовики и армия вам верны, то, в общем, даже более-менее ковровые бомбардировки вы можете пережить.
Продолжая говорить о чрезвычайностях и о безопасностях. Вот, например, по поводу странных вещей, которые то ли происходят, то ли не происходят. Федеральная служба безопасности выступила с таким длинным подробным пресс-релизом, это опубликовал ее Центр общественных связей (так у них называется пресс-служба), о том, как ФСБ предотвратила целый ряд диверсионно-террористических актов в Москве и Московской области, обратите внимание, в отношении критически важных объектов, представителей органов власти, военнослужащих Минобороны и сотрудников правоохранительного блока.
Далее говорится, что в целях недопущения вот этих безобразий подразделения ФСБ, МВД и Росгвардии были переведены на усиленный режим несения службы. В результате была предотвращена серия резонансных терактов, как они утверждают, с применением самодельных взрывных устройств, беспилотных летательных аппаратов и так далее.
Мне кажется, что это в некотором роде попытка объяснить гражданам, почему отключили интернет. Мы помним, что мэр Москвы рассказывал, как много беспилотников летит теперь на Москву, по мнению некоторых военных аналитиков, несколько преувеличивая их число. Вот ФСБ тоже пытается что-то такое объяснять. Мы с вами позже, кстати, увидим, как другие ведомства пытаются тоже очень задним числом объяснять свои драконовские меры, которые вызывают народное недовольство.
Взрывающиеся стельки ФСБ
В этом пресс-релизе рассказана также душераздирающая, я бы сказала, история про то, как некий гражданин иностранного государства 1994 года рождения получил посылку с 504 самодельными взрывными устройствами, закамуфлированными под стельки для обуви с подогревом. В дальнейшем указанные специзделия под видом гуманитарной помощи должны были быть направлены в воинские части в зону проведения СВО. Детонация происходит при подключении стелек к источнику питания и предназначена для отрыва части конечности военнослужащего при их использовании и во время выполнения боевых задач.
Я понимаю, что эта фраза трудна для восприятия на слух. Она и для восприятия в письменной форме тоже, на самом деле, нелегка.
М. КУРНИКОВ: Источник питания?
Е. ШУЛЬМАН: Источник питания, да. В общем, если я правильно понимаю их несколько косноязычное изложение, речь идет о том, что некие стельки с подогревом должны были уехать в качестве гуманитарной помощи в войска, а когда их подключают к источнику питания… А какой источник питания у стелек? Батарейки? В общем, что бы то ни было. Мощность каждого взрывного устройства составляет полтора грамма в тротиловом эквиваленте. Таким образом, их 504. Радует, что их четное число. То есть 504 стельки – это, соответственно…
Е. ШУЛЬМАН: Да, можно посчитать. Те, кто считает лучше нас, пусть посчитают, сколько это человек. Это, как дети говорят, oddly specific, такое нехарактерно конкретное описание. Видимо, оно должно вызвать доверие. Потому что такое, действительно, нарочно не придумаешь. Нет, сами по себе взрывающиеся стельки, после того как мы видели взрывающиеся, например, пейджеры, на самом деле, никого особенно не удивляют. Может быть, они и существуют. Моего гражданского ума не хватает на то, чтобы тут какую-то вынести экспертную оценку.
Далее написано, что различные бытовые предметы могут использовать украинские спецслужбы. «Взрывные устройства, замаскированные под электрические плиты, инструменты для маникюра, средства по уходу за волосами (может, фен), парфюмерные наборы, пауэрбанки, музыкальные колонки…
М. КУРНИКОВ: Честно говоря, звучит как набор городских легенд.
Е. ШУЛЬМАН: … музыкальные колонки, иконы и предметы церковной утвари, автозапчасти, тротуарную плитку, а также очки для управления FPV-дронами». Я думаю, что логическое развитие мысли Федеральной службы безопасности состоит в том, чтобы запретить вот эти все предметы: тротуарную плитку, иконы, музыкальные колонки, средства по уходу за волосами.
Е. ШУЛЬМАН: Плитку тротуарную тоже запретить. М. КУРНИКОВ: Нет, там плиты, по-моему, еще и кухонные.
Е. ШУЛЬМАН: Электрические плиты и тротуарную плитку. И шоколадную плитку. Это все надо, я считаю, запретить. И, как тут советуют гражданам, незамедлительно обратиться в правоохранительные органы.
М. КУРНИКОВ: Список буквально из песни Псоя Короленко «Остров, на котором есть всё».
Е. ШУЛЬМАН: Остров, где всё у нас есть, да. Электрические плиты, инструменты для маникюра, средства по уходу за волосами, пауэрбанки, музыкальные колонки. Да, слушайте, трудно удержаться, на самом деле.
Жизнь без интернета: последствия
Так вот, что мы можем вычитать в этом душераздирающем документе? Самое главное, мне кажется, тут даже не стельки, хотя теперь забыть про стельки очень трудно. Самое главное здесь именно объяснения постфактум. Понимаете, в чем дело. Отсутствие мобильной связи в городе Москве не то чтобы парализовало город. Не парализовало. Но крайне затруднило жизнь в самых разных и неожиданных ее областях.
Про неработающие туалеты вы тоже уже видели. Но, вы знаете, москвич, по-моему, пользуется терминалами для оплаты бесконтактной чаще, чем он пользуется туалетом. И вот их отсутствие, их дисфункциональность действительно делает жизнь тяжелой, как и отсутствие навигации. Там много последствий, в том числе таких не совсем очевидных. Скажем, глюкометры и иное медицинское оборудование. Например, если у вашего ребенка диабет, то у вас его оборудование подключено к вашему телефону, и вы следите за тем, как у него уровень сахара в крови выглядит.
В общем, интернет проник во все поры современной жизни. И его отключение – это некоторый аналог того, чем могло бы быть отключение или забастовка транспорта в XX и начале XXI века. Мы с вами как-то легкомысленно сказали в эфире, что бы могло быть признаком дисфункции, признаком того, что власть не справляется. Вот представьте себе, что метро в Москве перестало работать, там не работало три дня, потом заработало на пять дней, а потом опять вырубилось по какой-то причине. Вот тут стало бы понятно, что в городе жить, в общем, трудно, что что-то происходит не то. Вот с интернетом, в общем, ситуация похожая.
Я не знаю, будут ли его сейчас подключать, рассматривают ли эту ситуацию как временную или как более или менее длительную. Но вот в этих рассказах… Действительно это очень похоже на городские легенды. Я сразу вспомнила книгу коллеги Александры Архиповой «Опасные советские вещи» как раз про отравленные иголки, отравленную жвачку, точнее, жвачки в иголках, иголки в жвачках, джинсы, пропитанные чем-то нехорошим, и другие знакомые старшему поколению рассказы. Вот это действительно нельзя не вспомнить.
Но я в этом читаю стремление перенести ответственность, понятно, на украинских диверсантов, но все-таки как-то объясниться и нагнать одновременно страху на население, с тем чтобы оно не очень возмущалось вот этим сломом бытовой структуры их жизни.
М. КУРНИКОВ: Давайте мы осмыслим это все и вернемся после рекламы на одном из каналов.
М. КУРНИКОВ: А здесь мы продолжим с вами говорить. Тем более, что сколько у нас времени? Мне, наверное, сейчас подскажут. Минута и 50. Так, надо запомнить, что для Галины Юзефович нужно еще одну книжку припасти.
Е. ШУЛЬМАН: Нужна книжка, да, потому что это прям родная тема – репрессии против книжников и всякое встраивание куда-нибудь.
М. КУРНИКОВ: Хорошо. Я даже знаю, когда мы сможем отдать. В апреле, когда мы с вами вернемся из этого большого тура, в который мы уезжаем буквально из этой студии, мы встретим Галину Юзефович, потому что вы будете записывать новую «Закладку».
М. КУРНИКОВ: Кстати говоря, на этой неделе выходит «Закладка», да?
М. КУРНИКОВ: На этой неделе выходит «Закладка».
Е. ШУЛЬМАН: Для ваших бесценных подписчиков, по-моему, уже доступен «Незнайка на Луне» в нашем исполнении.
М. КУРНИКОВ: Вот. Дорогие друзья, заходите на «Эхо Подкасты». Если вы там подписаны, то тоже можете.
Е. ШУЛЬМАН: Ой, а налейте мне чаю еще.
М. КУРНИКОВ: Да, конечно. С удовольствием налью вам чай. Соответственно, Галина Юзефович еще и будет выступать в Берлине и говорить про Гарри Поттера. Про Гарри Поттера будет говорить своего любимого.
М. КУРНИКОВ: По-моему, мы вернемся к этому моменту. Е. ШУЛЬМАН: Вернемся? 18-го?
М. КУРНИКОВ: Да, 18 апреля. Она как раз когда будет «Закладку» записывать, она будет рассказывать про Гарри Поттера.
Е. ШУЛЬМАН: Тогда я могу прийти. Я все еще ищу каких-то побудительных мотивов прочитать «Гарри Поттера», которого я не читала, последний человек в обитаемой вселенной. Но нет, вы тоже не читали.
М. КУРНИКОВ: Не читал, да. И однажды, представляете, даже был застыжен…
М. КУРНИКОВ: Пристыжен в эфире Сергеем Гуриевым. Он прямо вот так спросил: «Вы не читали “Гарри Поттера”, Максим?»
Е. ШУЛЬМАН: Гуриев Сергей Маратович?
М. КУРНИКОВ: Да. «Это стыдно», – сказал он. «Это очень большое упущение», – сказал он.
Е. ШУЛЬМАН: Ладно, ладно. Его рекомендации дорогого стоят. М. КУРНИКОВ: Вот что значит экономист.
Е. ШУЛЬМАН: Да. Значит, он там что-то видит, что-то свое, экономическое.
М. КУРНИКОВ: Возвращаемся. Дорогие друзья, это последний в этом месяце «Статус» из студии Bild. Буквально из этой студии мы отправляемся в большой тур. Представляете, уже послезавтра мы будем в Лиссабоне. Если вы в Португалии, то обязательно приходите. Потом из Лиссабона мы перелетаем в Торонто. Если вы там будете, обязательно приходите. А из Торонто мы едем в Оттаву, где следующий «Статус» уже и пройдет. А там, из Оттавы, я вам расскажу, куда мы поедем дальше. Но если вы хотите узнать, дальше какие города в Канаде и Соединенных Штатах у нас планируются, есть ссылка в описании, там вы можете это все посмотреть. Ну, а мы продолжаем.
Е. ШУЛЬМАН: Итак, мы возвращаемся к нашему перечню событий, и возвращаемся мы к нашей вечнозеленой теме, известной дорогим слушателям под названием «Календарь посадок». Итак, репрессивная активность на прошедшей неделе дошла до довольно высоких этажей нашей властной пирамиды, и причем ровно до тех этажей и до тех комнат на этих этажах, за которыми мы особенно следили.
М. КУРНИКОВ: За которые мы особенно болели.
Е. ШУЛЬМАН: За которые мы особенно волнуемся. Мы переживаем. И вы сейчас будете переживать вместе с нами. В этом разделе у нас два подраздела – люди Мишустина и люди Кириенко. И с теми, и с другими все не слава богу.
Александр Галицкий, за чьим делом мы следим и вас призываем следить, подвергся экспроприации на прошедшей неделе. Итак, мы помним, что после смерти его жены репрессивная машина развернулась на 180 градусов и поехала в противоположном направлении. Так тоже бывает. Генеральная прокуратура подала иск в Тверской районный суд Москвы с просьбой запретить деятельность его как инвестора и его корпорации Almaz Capital на территории России, признав ее экстремистской. Соответственно, денежные средства на банковских счетах Галицкого, признанного экстремистом, и оформленные на него объекты недвижимости обращены в доход государства.
Это мероприятие судебное было типично в своем окончании, но довольно странно в своем ходе. То, что иск Генеральной прокуратуры был удовлетворен, мало кого, я думаю, в нашей аудитории способно удивить. Даже тот, кто, может быть, впервые к нам присоединился или кто, например, вчера родился, и тот не удивится, мне так кажется.
М. КУРНИКОВ: Вы знаете, кажется, адвокаты Галицкого и сам Галицкий как будто были удивлены такому. Во-первых, в России находятся. Вот вы говорите, вчера родился.
Е. ШУЛЬМАН: Там, по-моему, Михаил Бирюков – один из его адвокатов. А он знает, как устроена Российская Федерация, лучше многих. Так что тут ни в какую специальную наивность я не верю.
Результат как нам казался предрешенным, так и является предрешенным. Генеральная прокуратура зазря иски не подает. Но что тут странно? Во-первых, ответчик явился на заседание, сказал, что он готов заключить мировое соглашение, при этом выразил несогласие с иском о признании его деятельности экстремистской. По его утверждению, он не управляет Almaz Capital Partners и не входит в число его акционеров с 2022 года, а последняя украинская компания «была проинвестирована в 2021 году». Сказал, что он, наоборот, инвестировал всячески в российские компании и развивал IT-сектор в Российской Федерации, что Яндекс и VPN – это буквально его продукты, и неужели они теперь правда экстремистские? Вот насчет VPN. Зря было, по-моему, упоминать его, упоминать его было, на самом деле, не нужно.
После того, как суд принял свое решение, ему стало плохо, адвокаты просили вызвать скорую. Судья вместо этого предложил ему покинуть зал, и там уже воспользоваться медицинской помощью. Проявил гуманизм. Мог бы уже и не выпустить его, на самом деле, из этого зала суда.
В общем, что здесь загадочного? Загадочно тут поведение Александра Галицкого. Почему он находится в России? Почему он ходит на суд? Почему он пытается тут какой-то устроить спор? Опять же, если мы не берем каких-то мистических объяснений, коренящихся в психологии человека, которому за 70 лет и который в России стал миллиардером, то объяснение состоит в том, что он надеется на своих покровителей, он считает себя лицом, находящимся под защитой.
Мне кажется, что это все чрезвычайно всерьез. И я тут соглашусь с Ольгой Романовой, которая на эту тему тоже высказывалась. В формулировке этого решения, в иске Генеральной прокуратуры говорится, что своими инвестициями, то есть, проще говоря, своими деньгами, Галицкий напитывал Украину как государство и ВСУ как украинские вооруженные силы, чем способствовал увеличению роста террористической активности со стороны этих субъектов и, соответственно, убийству мирных граждан Российской Федерации. Если бы было решено как-то отнестись к этому иску формально или еще что-нибудь в этом роде (хотя я не знаю, как можно отнестись формально к этому иску), таких формулировок там бы не случилось.
Семь миллиардов рублей у него конфисковано с его счетов и обращено в доход государства. Общая сумма активов – восемь миллиардов рублей. То есть семь миллиардов на счету, и один миллиард – это недвижимость (дом, одно жилое, два нежилых помещения, земельный участок, квартира). В общем, все как у всех, сказала бы я, все как обычно.
Кейсы Галицкого и Мацоцкого
За этим делом надо продолжать следить. Тут все не так однонаправленно. В этом деле уже был один разворот. Я не уверена, что возможен другой разворот. Мне кажется, что Александр Галицкий преувеличивает свою безопасность и степень своей защищенности. В пользу этого предположения говорит еще одно событие, случившееся на прошлой же неделе, хотя это известно о нем стало на днях, а само событие произошло, судя по всему, раньше.
Помните дело Сергея Мацоцкого, главного айтишника Михаила Мишустина, его соратника со времен еще Федеральной налоговой службы? Мы с вами много раз упоминали об этом деле. Мы говорили, что вот смотрите, как близко силовики подошли уже к непосредственному окружению премьер-министра. Но уголовное дело, которое было возбуждено против Мацоцкого, было закрыто. Не чего-нибудь там, а вот прям закрыто из-за непричастности к совершению преступления. Это дело возобновлено.
Е. ШУЛЬМАН: Да. Смотрите, откуда мы это знаем. «РИА Новости» и РБК одновременно пишут со ссылкой на судебные документы, которых, правда, не публикуют. «РИА Новости» ссылается на документы, РБК ссылается на источник, знакомый с ситуацией. Источник, знакомый с ситуацией, говорит, что следствие возобновлено было в декабре. Вновь предъявлены обвинения по двум эпизодам дачи взятки. Решение о заочном аресте и розыске оставили в силе. Опять же, в отличие от других многих, Мацоцкий не находится в России, и соответственно, все эти радости происходят с ним заочно.
Это дача взятки в особо крупном размере должностному лицу. Он обвиняется в том, что он давал взятку руководству подведомственной Федеральной налоговой службе структуры компании «Налог-сервис» за покровительство какой-то другой своей компании. «Налог-сервис» – это он сам и есть тоже.
М. КУРНИКОВ: То есть, мы напомним, где работал Мишустин.
Е. ШУЛЬМАН: Да, Михаил Мишустин был руководителем Федеральной налоговой службы. Он преобразовал эту Федеральную налоговую службу, в том числе используя различный электронный инструментарий.
М. КУРНИКОВ: Поэтому «Налог-сервис» – это буквально он.
Е. ШУЛЬМАН: «Налог-сервис» – это он. Это Мацоцкий все это ставил в Федеральной налоговой службе. Потом его партнер ушел на повышение и стал председателем правительства России. Мацоцкий, соответственно, чувствовал себя все лучше и лучше, как и Галицкий, которого тоже недобрые люди называют одним из кошельков Мишустина. Вот такая история. История развивающаяся.
Небольшое примечание со звездочкой. Дорогие слушатели, когда мы вам говорим следить за каким-то сюжетом, следите за каким-то сюжетом. Много происходит всего на Руси великой разных безобразий. Для чего нужна экспертиза? В том числе и для того, чтобы понимать, какие вещи чреваты всякими разными последствиями и развитием, а какие просто протуберанцы, которые неизбежно будут происходить в большой стране, где много живет народу, много правоохранительных органов. Поэтому мы не про всех рассказываем, кого сажают. Но вот про кого мы рассказываем – это действительно нечто, на что стоит обращать внимание.
Пришло ли время обратиться к председателю правительства и его ближайшим сотрудникам? В общем, слушайте, наверное, они сами все понимают. Опять же, не вчера, надеюсь я, родились. Хотя раз за разом, неделю за неделей мы с вами убеждаемся в поразительной наивности людей, занимающих начальственное положение или просто высоко стоящих в социальной иерархии.
Когда впервые по работе я стала сталкиваться с начальниками и большими начальниками, я тоже была поражена этим их некоторым инфантилизмом. Тогда это не носило такой опасной для жизни формы, потому что времена были гораздо более вегетарианские. Тем не менее, видимо, многолетнее пребывание на начальственных должностях помещает человека в некоторую платоновскую вселенную, в мир идей: ты сказал – оно сделалось, ты повелел – совершилось. Ты вот как Наполеон в «Войне и мире»: он присел в воздухе, под ним стул материализовался, он прижал орден к груди солдата, орден сам собой приклеился. И когда это продолжается много лет, люди перестают понимать, что такое вообще реальность, в какой они стране живут, в какой вселенной они обитают.
Иногда трудно бывает, как сказано у Пушкина, поверить в простодушие гениев, трудно бывает поверить в начальственную наивность, но вот эта логика «А нас-то за что? Ну, с нами это точно не может случиться. Я-то – особенный», она бывает, и она губит людей. Если у вас нет паранойи, это не значит, что за вами не придут.
Новые задержания и тренд на репрессии
Далее. Вторая комната на том же этаже. Первое задержание, арест близкого к Сергею Владиленовичу Кириенко человека. Не абы какого-то близкого по былым воспоминаниям, сокурсника, одноклассника, а сотрудника его, прямого многолетнего сотрудника.
М. КУРНИКОВ: То есть близкого здесь и сейчас.
Е. ШУЛЬМАН: Близкого здесь и сейчас, совершенно верно. Антон Сериков, замруководителя общества «Знание», задержан ФСБ, задержан по обвинению в растрате, 160-й статье УК. Статья процессуально довольно слабенькая. Она применяется к руководителям всяких предприятий, организаций, когда считается, что они деньгами организации как-то неправильно распорядились.
В отличие от 159-й статьи «Мошенничество» или от статьи «Взятка», которая тоже применяется к начальству, эта статья по своей процессуальной практике помягче, там гораздо реже задерживают, арестовывают, то есть гораздо реже досудебное лишение свободы там происходит. Хотя статья вполне серьезная. Санкции там такие же, как по 159-й. Простите, что мы уходим в эти подробности, но сейчас это важно. То есть посадить можно до 10 лет, в принципе. Но, по сложившейся традиции, она же судебный прецедент, это редко происходит. Тут у нас 160-я статья, правда, 4-я часть, особо крупный размер.
Во-первых, ФСБ почему-то этим занимается. Где ФСБ, где растрата? Опять же, это не хищение даже, это именно растрата. То есть не украл себе, а у организации были деньги, и их потратили как-то не так, куда-то не туда, неэффективно. И человека сажают в изолятор «Лефортово», который у нас с 1 января по вступившему в силу новому закону, который мы тоже с вами освещали, теперь уже принадлежит не ФСИН, а ФСБ.
М. КУРНИКОВ: И где другие правила.
Е. ШУЛЬМАН: Абсолютно. Там всегда было хорошо. Не можем сказать, что там какое-то было царство законности и гуманизма. Но теперь туда не попасть уже никак совсем ни адвокату, ни передачку не передать, ни письма ходить не будут.
Почему мы это рассказываем? Не для того, чтобы вы этому Антону Серикову посочувствовали. Он молодой относительно человек, 1980 года рождения. Карьера ровно входит в нашу рубрику «Пацан к успеху шел». Из Ростова, закончил университет, в РАНХиГС – Высшая школа управления, Школа управления «Сколково», МГИМО, факультет политологии, финалист конкурса «Лидеры России» в 2018 году. Что-то недавно мне это где-то уже встречалось. А, помните нижегородское АНО о демографии?
Е. ШУЛЬМАН: Вот там тоже «Лидеры России». Дорогие граждане, если вы проходили конкурс «Лидеры России» и были его финалистом, и вам какую-то замечательную должность в связи с этим назначили, вы тоже проверьте, пожалуйста, документы свои, ладно? Потому что что-то мне кажется, что если пойдут по кириенковским выкормышам, давайте выразимся на языке 30-х годов…
М. КУРНИКОВ: А еще курсы губернаторов были кириенковские.
Е. ШУЛЬМАН: Было. Один вот застрелился давеча. В общем, Россия – страна возможностей. Открыты все дороги. Человек проходит, как хозяин.
Е. ШУЛЬМАН: Мечты сбываются просто каждый день. Так вот, возвращаемся к близости Кириенко. Почему мы говорим об этом? Опять же, дело не в конкурсе «Лидеры России». Много кто был участником этого конкурса. По итогам этого своего финализма он был приглашен на работу в управление внутренней политики, был назначен руководителем департамента организационного обеспечения Управления внутренней политики. То есть это все происходит прям позавчера буквально, 18 марта Сериков был задержан, а 20 заключен в СИЗО «Лефортово».
Далее. Сериков работал в АНО «Россия – страна возможностей», руководитель направления по взаимодействию с партнерами. Какими партнерами? ФСБ у них партнер, что ли? Был назначен замом генерального директора АНО «Центр знаний Машук» в 2022 году. «Машук» – это такой образовательный центр, подразделение общества «Знание».
Общество «Знание» было у нас с вами в рубрике «Понятия». Помните?
Е. ШУЛЬМАН: Когда Кириенко решил его возрождать, мы рассказали о том, как он был создан при товарище Сталине в 1947 году, как раз в это наше «свинцовое семилетие», свинцовое восьмилетие, самые страшные послевоенные годы. Не все проводники вот этой самой политики, которым казалось, что они чрезвычайно успешно угадывают желания начальства, дожили до смерти Сталина. Мы с вами позже расскажем про одного такого деятеля.
В общем, что мы тут с вами видим? Мы пока видим только одно. Если человека тащат в «Лефортово», от него ожидают показаний. И если он окажется в «Лефортово», он эти показания даст. Дальше все зависит от фантазии следователей.
Мы будем смотреть, что будет происходить дальше, будут ли какие-то последующие шаги. Но опять же, давайте видеть некоторые тенденции. Цаликов, вот эти два мишустинских бизнесмена и кириенковский довольно высокопоставленный сотрудник. Мы с вами задавались вопросом, как высоко поднимется эта черная вода по этажам нашего административного здания. Вот сейчас уже прям высоко, уже подходит… Знаете, как в русской народной сказке: кровь дотуда, дотуда, дотуда выступает. Вот уже под горлышко подступает. Я не буду давать этому каких-то масштабных политических характеристик или рассказывать вам, чем это все закончится, а просто призываю быть осторожными.
Некоторые, кстати, даже и срыв Ильи Ремесло связывают именно с этими делами. Илья Ремесло – подчиненный Константина Костина. Костин – политтехнолог, правда, еще сурковских времен и даже досурковских времен. Он очень давно у нас занимается своими нехорошими делами. Но последние годы он работал тоже под Кириенко. В общем, может, потом окажется, что этот самый Ремесло-то наш не так безумен, как показалось на первый взгляд. Может быть, живые позавидуют мертвым, разумные позавидуют безумным. Это не исключено.
М. КУРНИКОВ: Движемся к понятиям?
Массовый забой скота
Е. ШУЛЬМАН: Есть у нас еще некоторые события, на которые мы укажем, но уже в большей степени курсивом. В прошлый раз мы упомянули забой скота в ряде регионов России, сказавши, что не хватает компетенции разобраться, что там происходит. Их не наросло, в ветеринары мы не переучились за прошедшую неделю. Тем не менее давайте обратим внимание на то, что нам более-менее понятно – на административную реакцию.
Про пастереллез, чуму рогатого скота и так далее вам расскажут люди, которые в этом разбираются. Что мы видим? Во-первых, затронутые регионы – это уже совершенно не только Новосибирская область, хотя на Новосибирскую область больше всего внимания, потому что там люди кричат громче всего. Где еще зафиксировано? Омская область, Алтайский край, Пензенская область, Хакасия, Калмыкия, Удмуртия, Томская, Самарская. Это все Сибирь.
Е. ШУЛЬМАН: Самарская не Сибирь, Самарская – Поволжье. М. КУРНИКОВ: Калмыкия тоже нет.
Е. ШУЛЬМАН: Калмыкия тоже нет. Да, прошу прощения. Все небогатые регионы.
Е. ШУЛЬМАН: Самарская из них более-менее, да, побогаче. М. КУРНИКОВ: Да и Омск небедный. Там нефтянка.
Е. ШУЛЬМАН: Небогатый тем не менее. Больше всего возмущало публику отсутствие какой-либо официальной реакции и каких-либо официальных объяснений. Убегающий министр сельского хозяйства Новосибирской области прославился, по-моему, уже до уровня мема. И действительно, это такой знак времени, я бы сказала. Очень символически заряженная картинка.
Итак, какие объяснения у нас с тех пор случились? У нас же имеется вице-премьер Дмитрий Патрушев.
Е. ШУЛЬМАН: Да. Молодой человек из хорошей семьи. Он курирует сельское хозяйство. Его заместительница осталась в Министерстве сельского хозяйства, Оксана Лут, когда он уходил в вице-премьеры. В общем, это его сфера.
Что мы от него видим? Мы видим по его поручению созданную рабочую группу Россельхознадзора и Минсельхоза, которая поедет в Новосибирскую область для того, чтобы проанализировать меры, принятые в регионе для обеспечения ветеринарного благополучия крупного рогатого скота. Это все были меры для обеспечения ветеринарного благополучия. С другой стороны, тот, кто умер, он уже не может быть неблагополучен ни ветеринарно, ни как-то иначе. Ему нет уже ни печали, ни воздыхания. Ведомство, говорится в пресс-релизе, в частности, следит за профилактической работой с поголовьем животных.
М. КУРНИКОВ: Это, кстати, тоже профилактическая работа, согласитесь.
Е. ШУЛЬМАН: Профилактическая, да. Также Россельхознадзор пресекает незаконную перевозку скота без ветеринарных сопроводительных документов. Перевозку незаконную. То есть забой не пресекает, а именно перевозку. Кто-то их еще перевозил.
М. КУРНИКОВ: Страшнее забоя, знаете.
Е. ШУЛЬМАН: Видимо, да. Но, видимо, это наиболее незаконно. В Новосибирской области объявлен карантин.
М. КУРНИКОВ: Причем, судя по всему, задним числом.
Е. ШУЛЬМАН: Похоже. Карантин по бешенству, никакой не вот этот пастереллез, о котором первоначально говорилось. Несчастный губернатор Новосибирской области, на которого все это свалилось и который, я думаю, не является ни инициатором, ни даже распорядителем этих мер, заявил: «Работа личных подсобных хозяйств требует дополнительного законодательного регулирования, как на региональном, так и на федеральном уровне. Мероприятия по предотвращению распространения пастереллеза строгие, но они необходимы для защиты животноводческой отрасли». Как-то это все жалостно звучит чрезвычайно.
Люди, желающие защитить начальство от обвинений в бессмысленной жестокости, говорят, что это болезни скота, которые были в Европе в 2025 и начале 2026 года, вот докатились до России из-за того, что используется семенной материал по-прежнему, привезенный из Европы. Об этом почему-то нельзя говорить, потому что об этом нельзя говорить.
Опять же, это ничего не объясняет вообще. Мы же тут не про ветеринарную сторону, мы тут про административную сторону. Сочетание трусости и жестокости, сочетание лютости и неэффективности столь же характерно, сколь и небезопасно и для самих администраторов, ну и, конечно, еще больше для людей и коров. Это вот то, что нам на этот счет стало известно.
Мы будем продолжать за этим смотреть, потому что, понимаете ли, Дмитрий Николаевич Патрушев, которого мы назвали молодым человеком из хорошей семьи, он тоже не без оппонентов, как и вся семья его. Поэтому тут могут появиться какие-то попытки сделать его виноватым в той истории, которая явно вызывает достаточно массовое возмущение в самый неподходящий момент. Не бывает подходящего момента, но это особенно неподходящий.
В Новосибирской области штрафуют жителей вот этого села Козиха, которые протестовали против отъема скота. Семерым выписали штраф (массовое пребывание в общественных местах). То есть прям вот еще и по 12 тысяч рублей на них наложили штрафы. Это вот по поводу административной реакции. Все, больше ничего. Если у вас есть какие-то другие сведения о каких-то государственных служащих, которые хоть что-то по этому поводу говорят или делают, сообщите нам, пожалуйста, потому что я искала и ничего не нашла.
М. КУРНИКОВ: Ну, а теперь переходим к понятию.
Понятие — научная организация труда
М. КУРНИКОВ: Какое понятие сегодня?
Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, в связи с неприятными происшествиями в обществе «Знание» и возможными последствиями этих происшествий пришла нам мысль рассказать дорогим слушателям о… Сейчас я расскажу, как развивалась эта мысль, потому что она началась одною, а потом трансформировалась в нечто другое. В общем, хотелось рассказать про секту методологов, про то, кто это такие, чем они занимаются, откуда есть пошли.
М. КУРНИКОВ: Щедровицкого в «Отцах» еще не было?
Е. ШУЛЬМАН: Щедровицкого не было в отцах. Ни Щедровицкого-отца не было в «Отцах», ни Щедровицкого-сына. Они оба довольно интересные мыслители. И сын-то даже в некотором роде политтехнолог. Отец – философ и основатель вот этого методологического кружка.
Но потом подумалось вот что. Некоторое погружение в эту ересь методологов вызвало во мне тягостные чувства. Поэтому я подумала, лучше рассказать о том, откуда это все произошло. И поэтому наше сегодняшнее понятие, дорогие слушатели, это «научная организация труда», она же НОТ. Наши слушатели постарше наверняка помнят эту аббревиатуру. Но, может быть, не до конца помнят или даже, может, никогда не интересовались, что за ней стоит.
Я напомню, что в наших рубриках «Понятия» у нас были такие понятия, как «технократия» и «техноутопизм» в связи с американскими политическими процессами, в связи с тамошними ересиархами и владельцами IT-компаний со странными наклонностями. Мы с вами говорили о том, что такое техноутопизм, и мы с вами говорили о том, что такое технократизм, технократия, то есть представление о том, что в будущем или прямо уже в настоящем править должны люди с техническими знаниями и capabilities, а не кто-то, кто избран голосованием, как это опять же у Пушкина, тупой бессмысленной толпы. (См. выпуски «Статуса» S03E15 от 17.12.2019 – технократия и S08E29 от 25.03.2025 – техноутопизм).
Технократизм довольно антидемократическое направление мысли. Но сейчас мы даже не совсем про это. Также еще один персонаж, о котором мы сегодня будем мельком упоминать, у нас был в рубрике «Отцы». Это Александр Богданов (См. «Статус» S09E03 от 09.09.2025). Это тот человек, который предлагал Сталину бессмертие посредством переливания крови.
Е. ШУЛЬМАН: И проводил эти же эксперименты на себе и умер от них, потому что тогда не знали, что такое резус-фактор, и он перелил себе кровь молодого красноармейца с не тем резус-фактором.
Итак, методологи рассказывают о том, как выстраивать систему управления любыми процессами. Этот самый методологизм, не существует такого термина. Собственно, это было препятствием к тому, чтобы поставить его в рубрику «Понятия». Вообще, методология бывает в любой науке. Это тот способ, которым она функционирует. Происходит от слова «метод». Но методологи как направление общественной мысли связано также с таким понятием, как социальная инженерия, скажем. Весь этот методологический способ воззрения на реальность стоит на том, что возможен специальный подход к управлению как к отдельной науке без привязки к тому, чем именно ты управляешь.
То есть, смотрите, есть подход традиционный: ты в какой-то отрасли растешь или в какой-то профессии совершенствуешься, и поэтому ты можешь руководить этими процессами, потому что ты знаешь, из чего они состоят. Грубо говоря, директором больницы должен быть человек с медицинским образованием. А есть другой подход: директором больницы должен быть профессиональный директор, и он может директорствовать где угодно. Вот этот взгляд распространился в начале XX века. И тогда он назывался тейлоризмом, по имени Фредерика Тейлора, первого теоретика этого самого подхода.
Владимир Ильич Ленин называл это фордизмом. Почему фордизмом? Потому что заводы Форда дали первые площадки, на которых можно было опробовать такого рода теории. Это были даже не теории, это были именно методики. То есть, смотрите, бурно развивается промышленный капитализм, возникают огромные предприятия. Ими действительно надо управлять. Ими надо управлять, разбивая процесс производства на этапы.
И действительно, если раньше ты был там типа хорошим кузнецом, поэтому ты можешь руководить конгломератом кузниц, то в случае с огромными индустриальными объектами такого типа стало понятно, что нужны какие-то новые компетенции, иные, не сводящиеся к пониманию, что, собственно, у тебя там происходит.
Вот этот самый тейлоризм не был тогда теорией о том, как вообще должно быть устроено общество. Он был именно такой прикладной методикой, как наиболее эффективно использовать рабочее время. Вот давайте совсем упростим этот подход.
Вот наш с вами Богданов, великий переливатель крови, он же космист, он же большевик-подпольщик. Тогда у людей была увлекательная биография и такая универсальная отзывчивость. Под его эгидой был создан в России Институт труда. О судьбе его руководителя мы с вами поговорим в следующей рубрике. Вот научная организация труда – это советская интерпретация технологий Тейлора, тех технологий, которые начинались на заводах Форда.
Я напомню, что советская индустриализация строилась сперва немцами, потом американцами. Или сперва американцами, потом немцами, или ими одновременно. Восхищение вот этим вот американским промышленным ростом можно прочесть у Ленина, что кажется довольно удивительным. Почему я Владимира Ильича вспомнила? Он говорил, что нам еще нужно учиться вот этому фордизму, тейлоризму и вообще заимствовать многое у американцев. А что именно заимствовать у американцев? Эффективную организацию производства.
Выделение управленца в отдельную профессию было сформулировано именно тогда. Собственно, когда современным менеджерам, во-первых, говорят, что они менеджеры, а во-вторых, они получают специальную степень под названием MBA, люди, занимающиеся социальными науками, как-то кривятся и говорят, что нет такой науки, да и вообще нет такой специальности, вообще руководитель – управленец чего угодно. Тем не менее нельзя все-таки не видеть, что управленческие компетенции существуют отдельно от компетенций в самой профессии.
Итак, научная организация труда начала внедряться в Советской России прям буквально уже в 20-е годы, и продолжалась эта мода до середины 30-х годов. Это было необходимо молодой Советской республике, потому что массово крестьяне становились рабочими, их надо было обучать, строились заводы, которые не просто были новыми предприятиями, но куда еще и приходили новые люди. Поэтому в 1921 году по инициативе Богданова под покровительством Троцкого… Это потом этот НОТ, кстати, чуть и не сгубило. Троцкий тогда нарком путей сообщения, руководит кровеносной системой страны.
М. КУРНИКОВ: Потом его сменяет там Дзержинский.
Е. ШУЛЬМАН: Вот, совершенно верно. Это очень-очень ключевая позиция. Созывается конференция, она должна выработать пути восстановления железнодорожного хозяйства, которое сами большевики разгрохали в ходе гражданской войны. И вот тогда начинается эта самая тема рационализации труда, эффективной организации труда, научной организации труда. И, собственно говоря, организуется Центральный институт труда. В Харькове создается аналогичная структура. И начинается работа по выработке правильных рекомендаций, правильных инструкций, как надо кому работать. Продолжается вся эта красота до середины 30-х годов.
Можно сказать, что вот эта первая волна НОТа в Советском Союзе была обречена, потому что, очевидно, у Сталина она ассоциировалась с Троцким. Поэтому их начинают обвинять в том, что они излишне теоретизируют, оторвались от конкретных нужд производства.
Там еще такой был диспут. В рамках НОТа предполагалось, что рабочие максимально действуют по инструкции. Вот этот вот рабочий с конвейера Форда, он чуть-чуть робот. А у Сталина была идея, что советский рабочий, он действует в рамках соцсоревнования и стахановского движения. Стахановское движение состоит в том, что человек сильно перерабатывает свою норму. Форд, Тейлор, Богданов и все остальные эти протометодологи возражали против такого. Они считали, что как бы каждый солдат должен знать свой маневр, а не бежать куда-то вперед.
Я подозреваю, что последовательное внедрение методов научной организации труда в советское производство, во-первых, мешало бы этому комиссарскому способу руководства промышленностью, а во-вторых, оно мешало бы репрессиям. Потому что если все действуют по инструкции, то кого ты за что будешь так уж особенно наказывать? Можно, конечно, за опоздание на работу сажать. Но тем не менее сталинский метод заключался в том, что советский человек без каких-то дополнительных поощрений просто в порыве своей чрезвычайно советской души будет перерабатывать норму во много раз.
Итак, забегая чуть вперед, скажем. Центральный институт труда был разгромлен, НОТ был объявлен неправильным направлением мысли. Но возрождение его начинается, что интересно, в 1955 году. Я бы не сказала, что это самое возрождение как-то сильно помогло советской власти стать эффективнее. Опять же, представители старшего поколения, но не те, которые помнят 1921 год, таких, я боюсь, нет среди наших зрителей, хотя мы рекламируем повышенную продолжительность жизни, но те, кто все-таки постарше, помнят, может быть, эти стенды, которые висели и в школах, и на производствах. Рекомендации сводились к тому, что надо держать рабочее место в чистоте и вообще думать о том, что ты собираешься сделать, перед тем, как это сделать, а потом убирать за собой.
Но тем не менее это интересно рассматривать как последние фрагменты, остатки этого утопизма 20-х годов, который мыслил преобразовать человека. Вот мы назвали Богданова космистом. Тут тебе и воскрешение мертвых имени Николая Федорова. Тут тебе и бессмертие путем переливания крови. Тут тебе этот новый рабочий, такой сам немножко демиург. Да, да, он подчиняется общему правилу, но все вместе они образуют вот это великое тело, которое совершает невиданные ранее дела.
В общем, во что все это выродилось в наше время? В наше время это выродилось в движение методологов, которые рассказывают, что правильный сотрудник выполняет поручение, не вдумываясь в его смысл. И действительно, им удалось наклепать некоторое количество вот таких универсальных «лидеров России», которые могут и про демографию, и про знание, и про отсутствие знания, сегодня за книгопечатание, завтра про запрет книгопечатания. Но вы знаете, в чем ужас? Этому не надо отдельно учить. Вот эту комсомольскую поросль советская действительность порождала совершенно самостоятельно. Это не нуждается ни в научной базе, ни в административной поддержке.
М. КУРНИКОВ: Ну что ж, три минуты на отца.
Отец — Алексей Гастев
Е. ШУЛЬМАН: Прекратите террор. Можно было бы рассказать про Тейлора. Но патриоты мы или кто? Мы расскажем про российского отца, и поговорим мы про Алексея Гастева, собственно, первого и последнего директора научного Института труда. Исследователь, организатор науки, автор многочисленных научных работ: «Как надо работать», «Научная организация труда», «Трудовые установки». «Как надо работать», я бы сама, может, почитала. Это очень интересная книга. Я, кстати, сейчас читаю книгу «Техника большевистского подполья» тоже с большой пользой для себя.
Итак, биография его характерна для людей, родившихся на рубеже веков, скажем так. Родился в бедной семье. Или, по крайней мере, это рассказывал. Тем не менее, несмотря на всю эту бедность, окончил городское училище. Родился он, по-моему, в Самаре. Поступил в Московский учительский институт. То есть вполне мог приехать в Москву и там получать не высшее, но, как мы бы сейчас сказали, среднее специальное образование.
Но в 1902 году, вы удивитесь, исключен из института за политическую деятельность, а именно за устройство демонстрации в память 40-летия со дня смерти Добролюбова. Вот когда мы вам расскажем, что дальше с ним происходило, вы, наверное, тоже подумаете, как и мы: может быть, можно было отметить 40-летие со дня смерти Добролюбова? Добролюбов умер 40 лет назад. Он уже никак вам не повредит.
Исключили амбициозного молодого человека. Он не поехал к себе обратно в свой родной город, он вместо этого стал профессиональным революционером. Еще через год арестован, сослан в Суздаль. Начинает писать в подпольной газете. Уехал в Женеву. Все как у всех. Возвращается в Россию во время Русской революции 1905 года. Избран председателем костромского совета рабочих депутатов и руководителем боевой дружины. А мог бы учителем стать, если бы не приматывались к Добролюбову, понимаете ли. Делегат на IV съезде РСДРП. После подавления Первой русской революции опять уезжает в Париж. Работает слесарем, между прочим. А также продолжает свою революционную деятельность.
На подпольном положении возвращается в Петербург с фальшивыми документами, переписывается с Луначарским. Выдан провокатором, сослан в Нарымский край за принадлежность к революционной организации. Бежал, пойман. В тюрьме пишет фантастическую повесть. В общем, опять же, более-менее все как у всех.
М. КУРНИКОВ: Типичная биография, между прочим, для этого времени.
Е. ШУЛЬМАН: Да. На самом деле, да. Итак, после 1917 года работает в управлении заводами. Опять же, за границей работал слесарем. Как я подозреваю, просто чтобы заработать себе на пропитание. И, видимо, заинтересовался вот этой самой рабочей повседневностью. Кстати, один из создателей агитпропа. В 1921 году, опять же, по инициативе Троцкого становится руководителем Центрального института труда, занимается обеспечением советской промышленной революции нужными управленческими и трудовыми технологиями. Принят в члены ВКП(б). До этого почему-то не был членом ВКП(б), хотя на съезде РСДРП присутствовал.
В 1935 году едет на Международный конгресс по стандартизации в Стокгольме. В Москве живет в доме писательского кооператива на Петровке, такая престижная локация. В 1938 году арестован, в 1939 году расстрелян.
Гастеву мы обязаны, кстати, идеей социальной инженерии. Помните, мы говорили о том, что Тейлор не предлагал каких-то проектов по преобразованию действительности. У него не было политических амбиций, даже теоретических политических амбиций.
А у Гастева-то они были. Он считал, что возможно создать программу социальной инженерии, то есть управления социальными, общественными процессами. То есть как мы управляем производством, так мы можем управлять и обществом. Через что? Через развитие организации труда. Через то, что в рамках этого поточно-массового промышленного производства также происходит и исследовательская работа. То есть вот этот его рабочий, он не только алгоритм выполняет, он ищет новое рациональное и экономное. Он рационализатор. Вы тоже помните, была такая советская мания, что каждый должен быть рационализатором на своем производстве. Это вот все оттуда.
Опять же, очень интересно смотреть, как вот за этими сухими листьями, за этим постсоветским пенопластом, где нет ничего живого, скрывались какие-то бурлящие дискуссии начала века. Потом все это уже, конечно, быльем поросло.
И, соответственно, третий фактор – это становление культуры труда. Таким образом, научная организация труда плюс рационализаторская и исследовательская деятельность самих рабочих, плюс рост культуры труда, таким образом, нам рождает социальную инженерию как научно-прикладной метод, который руководит отношениями в системе машина-человек. Вот обратите внимание, как это, между прочим, довольно современно звучит. Только его машина – это, конечно, станок, но мы-то можем на место этой машины поставить буквально что угодно.
Последнее. Цитата. «В социальной области должна наступить эпоха точных измерений, формул, чертежей, контрольных калибров, социальных нормалей. Мы должны поставить проблему полной математизации психофизиологии и экономики, чтобы можно было оперировать определенными коэффициентами возбуждения, настроения, усталости с одной стороны, прямыми и кривыми экономических стимулов с другой». То есть давайте создадим искусственный интеллект, говорил Гастев, засунем туда вот эту всю информацию – и у нас будет научная основа для того, чтобы управлять обществом. Вот тут-то его и расстреляли.
М. КУРНИКОВ: А могли бы получить искусственный интеллект еще в Советском Союзе.
Е. ШУЛЬМАН: Еще в 20-е годы, да. Бывают люди, опережающие свое время. Это первое. Второе. Обслуживание интересов начальства не всегда заканчивается хорошо. В-третьих, если вам кажется, что вы такой нейтральный исполнитель, который видит цель, не видит препятствий, а политической ориентации у вас, считай, нету никакой, вот это самое может быть потом поставлено вам в вину.
М. КУРНИКОВ: А мы переходим к вопросам.
Вопросы слушателей
Вопрос о предмете жалоб
М. КУРНИКОВ: Сначала вопрос из Патреона «Эха», на который обязательно надо зайти, подписаться и увидеть все прелести, которые там есть. Александр спрашивает: «Вы и ваши коллеги неоднократно говорили, что когда жители России громко жалуются на российскую несправедливость, например, ситуацию с коровами или интернетом, они, скорее всего, используют эти поводы, чтобы пожаловаться на самом деле на власть, поскольку они не могут выразить недовольство войной. Но не допускаете ли вы, что в этих ситуациях граждане жалуются как раз именно на конкретные ситуации, на конкретные проблемы с интернетом, на конкретный статус с коровами, и не более того, а война и Путин их вполне устраивают?»
Е. ШУЛЬМАН: Смотрите, я говорила немножко другое. Я говорила, что когда возникает какая-то несоразмерная социальная реакция на отдельное происшествие, типа кота выкинули из поезда, собаку одеялом накрыли, за это курьера уволили или что-то в этом роде, то тут есть нечто непроговоренное, какой-то перенос. Когда люди жалуются на отключение интернета и забой коров, они жалуются на отключение интернета и забой коров, совершенно верно.
Так вот, специфика текущего политического момента состоит в том, что эти люди могут быть вполне за войну и за Путина, но это им совершенно не помогает. У них от поддержки войны и Путина ни интернет не пробьется, ни корова не оживет. Вот в этом-то сложность. То есть вот это вот недовольство может перейти за пределы, за границы, поставленные ранее существовавшим большинством.
Что я имею в виду? В общем, было некое большинство: «Мы все за Путина, за Россию, против врагов России». Оно несколько раз у нас там начинало распадаться. В 2022 году его сцементировали страхом внешней угрозы. Оно в таком сцементированном виде худо-бедно проковыляло до приблизительно середины 2025 года. Потом начало разваливаться. Война слишком долгая, последствия начали доходить до людей, инфляция слишком быстрая и так далее, и так далее, и так далее.
Вот в этом новом большинстве могут вместе оказаться люди, которые за войну и не за войну, потому что это перестает быть важным. Нам кажется невозможным себе представить, как же это неважно, но действия власти таковы, что они достают и лоялистов, и нелоялистов. Тут уже это перестает иметь значение. Вот что интересно.
Вопрос о связке чистоты и авторитаризма
М. КУРНИКОВ: Мистер Мандаринка спрашивает вас: «Почему отличительной чертой авторитарных и диктаторских режимов является чистота на улицах? Только и слышу: “Был в Иране, Корее, Беларуси – на улицах чисто”. Неужели фантики и спящие бездомные – это признак демократии?»
Е. ШУЛЬМАН: Нет, можно без фантиков. Но, вы знаете, я тоже много городов вижу в последние годы. И должна сказать, что есть специфическая авторитарная чистота. Она состоит не в том, что на улицах мусор не валяется. Она состоит в том, что на улицах жизни нет. Эта разница ощутима. Есть города, в которых жизнь чересчур на улицах бурно происходит. Хорошо, не будем никого обижать. Но есть такие города. Какие-то из них мы, может быть, даже посетим в ходе нашего грядущего трансконтинентального путешествия.
Если вы видите пустынные широкие сверкающие проспекты с блестящими витринами и не видите особо много людей, людей, которые, например, на тротуарах сидят в каких-то там кафе, или людей, которые заходят в эти сияющие магазины, и если действительно в крупном городе в центре совсем нету никаких бездомных, задумайтесь, а куда они все подевались.
Если этот город так эффективно зачищают от нежелательных элементов, вместо того чтобы радоваться этой чистоте, подумайте, не станете ли вы следующим нежелательным элементом. Должен быть здоровый баланс. Городская жизнь состоит из разнообразия. Город – это единство непохожих. Там есть бедные, есть богатые, есть люди всяких цветов. Все там толкутся. Да, там к вечеру накапливается мусор какой-то. Если его совсем не вывозят – это плохо и антисанитария. Если у вас крысы бегают по центральным площадям – это запущенность. Но, если у вас все с шампунем моют, а людей не видно, насторожитесь.
Вопрос о политических свойствах молодежи
М. КУРНИКОВ: Последний вопрос. Очень коротко. Теплапус 8795 спрашивает: «Как бы вы оценили роль в настоящей и будущей российской политике нынешней молодежи, которым сегодня 15-25 лет? Чем с политической точки зрения это поколение отличается от предыдущих? Какие изменения ждут общество с постепенным увеличением их роли?»
Е. ШУЛЬМАН: Для этого нужны социологические исследования. Они в некотором роде есть. Единственное, что я сейчас точно могу сказать – насчет постепенного увеличения их роли. Их мало и становится меньше. Поэтому в ближайшие десятилетия все равно основной социальной стратой и среди потребителей, и среди избирателей будут у нас люди 50+. И, как это бывает в российских реалиях, это в основном женщины.
Те исследования молодежи, которые мы имели еще до войны, которые продолжают проводиться и сейчас, честно говоря, дают нам следующую картину. Молодые люди не отличаются радикально от остальных возрастных групп. Нельзя сказать, что это прям какие-то инопланетяне, которые не разделяют никаких норм, которые разделяют люди постарше. Но чем моложе, тем меньше поддержка войны. Это совершенно точно. Чем моложе, тем больше раздражение ограничением свобод, тем выше привычка к более-менее свободному перемещению, в особенности к более-менее свободному перемещению в интернете, и тем выше ориентация на индивидуальный успех.
Это то, что может с возрастом поменяться. Когда у людей появляются семьи, они перестают так много думать о себе, потому что просто некогда. Молодость эгоистична и не видит в мире никого, кроме себя. Потом начинаешь больше думать уже о детях и родителях, а не о себе любимом.
Но тем не менее молодежь, конечно, наиболее страдает от событий последних четырех лет. Это им перекрывают выход в мир, это их дипломы делают неконвертируемыми. Это их тащат, между прочим, воевать, в отличие от более возрастных страт, которые поддерживают все происходящее именно потому, что им самим в этом не участвовать.
Какой вывод они извлекут из опытов своей юности? Мы этого не знаем. Можем попробовать попредсказывать на основании социологических данных. Но, на самом деле, точно сказать не можем. Я бы обратила внимание вот на что. Те, которые сейчас совсем маленькие, кто пошел в школу в 2022 году, кто сейчас учится в средней школе. Чем моложе люди, тем труднее им противостоять пропаганде. В Германии есть такие исследования: те, кто нацизм застал детьми, им потом было тяжелее всех. Те, кто застал его хотя бы подростками, у них уже есть какой-то зазор между ними и взрослыми. Они хоть осознают себя как каких-то отдельных существ. Маленькие верят взрослым безусловно. С этим тоже предстоит потом иметь дело.
М. КУРНИКОВ: Спасибо большое. Напомню, что это была программа «Статус». И можно поставить сразу три лайка этой трансляции. Ну, а мы буквально из этой студии отправляемся в Лиссабон. Я, кстати, обращу внимание, я видел вопросы в чате трансляции, спрашивают про Майами, какая это лекция, такая же, как в Амстердаме, про Сталина или нет. Нет, там будет совершенно новая, про Николая I. Спойлер-спойлер. Ну что ж, мы, в общем, в следующий раз встретимся уже в Оттаве. Всем пока.