Программа «Статус» сезон 9, выпуск 41
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНОЙ МИХАЙЛОВНОЙ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ
М. КУРНИКОВ: Здравствуйте! В эфире программа «Статус», программа, которая выходит по радио, которая выходит в интернете, выходит в Ютубе, в конце концов, сразу на нескольких ютуб-каналах, например, на канале Екатерины Шульман. Здравствуйте, Екатерина Михайловна!
М. КУРНИКОВ: Ну что ж, традиционно дарю вам книгу. «Меня не надо, а я есть». Это книга процессуального терапевта Ольги Прохоровой. Пожалуйста.
Е. ШУЛЬМАН: Благодарю. Не буду скрывать, знакома с автором. Более того, даже помню эту книгу еще эмбрионом, ибо прослушала семинар онлайн, посвященный этой теме. Книга про травму отвержения. Могу сказать, что знакома с автором. Не могу сказать, что тема мне непосредственно близка. Но в этой книге значительную часть составляет анализ романа «Анна Каренина» с точки зрения того, как герои переживают (или не переживают), не все переживают успешно вот эти самые различные эпизоды реального или воображаемого отвержения. Вот эти части могу рекомендовать от всей души как написанные культурным автором.
М. КУРНИКОВ: Я тоже знаком с автором. Открыл и прочитал выбранные какие-то части просто наугад. И вот это удивительно, сразу же узнал человека, который там дает интервью для этой книги. Это бывает прям так, открываешь и, вдруг, – а я знаю этого человека. Это довольно интересное ощущение.
Е. ШУЛЬМАН: Это был Константин Левин, разумеется. Или Стива Облонский.
М. КУРНИКОВ: Нет, это была одна знакомая в Берлине. Е. ШУЛЬМАН: Хорошо.
М. КУРНИКОВ: Но самое главное, что эту книгу можно, естественно, купить в магазине «Эхо Книги». И, конечно же, мы поставим ссылку в России, тем более что в России ее купить вообще никаких проблем не составляет. Она там издается. Ну, а мы переходим к первой рубрике.
Не новости, но события
Выборы в Госдуму и финал думской сессии
М. КУРНИКОВ: С какого события начнете?
Е. ШУЛЬМАН: С документально подтвержденного, как мы с вами любим. Опубликован указ президента о назначении даты выборов Государственной Думы. 20 сентября 2026 года, в единый день голосования, состоятся в России парламентские выборы, или электоральное мероприятие, идентичное натуральному. Мы с вами сегодня не будем говорить о перспективах этих выборов, хотя об этом мы еще в следующих выпусках, наверное, как-то порассуждаем. Потому что действительно внутриполитическая ситуация в России любопытная и к любопытным электоральным последствиям может привести даже в столь контролируемых условиях, каковые на 2026 год в Российской Федерации установлены.
Мы с вами посмотрим на последние дни Государственной Думы, этой некоей Помпеи, поглядим, что ей осталось и что она за это время может успеть.
Конец весенней сессии – это всегда время скоростного законотворчества, потому что инициаторам, лоббистам нужно успеть пропихнуть свои инициативы до звонка, до ухода Думы на каникулы, потому что иначе все это откладывается на осень.
Последняя весенняя сессия в созыве – это абсолютно экстремальное время, проводящееся под лозунгом «хватай мешки – вокзал уходит», потому что если вы опоздаете, то вы опоздаете не просто на всю весеннюю сессию, но вы опоздаете на целый созыв, потому что при всей контролируемости вы – инициатор, лоббист, интересант того или иного законопроекта – вы не можете быть уверены, что ваш прикормленный, пригретый, практически родной вам депутат останется, например, председателем того же комитета.
М. КУРНИКОВ: Вспомнился паровозик из Ромашково. Помните?
Е. ШУЛЬМАН: Совершенно верно. Да, если сейчас не понюхать этот ландыш, то вы опоздаете на целую весну, а также лето и осень.
Итак, что у нас осталось? У нас были пленарные заседания 9 и 10 июня. Вот буквально в прошлом выпуске мы о некоторых законодательных инициативах говорили, об одной из них будем говорить и сегодня. Сейчас так называемый региональный период, то есть депутаты уехали в округа, надеемся, и встречаются там с избирателями. Далее у нас будет 23, 24, 25 июня и в июле 7, 8, 9, 21, 22, 23. То есть девять всего пленарных заседаний. Кто не успел, тот опоздал. Поэтому мы с вами увидим еще большее количество голосований в первом чтении и в целом.
Вот те два закона, о которых мы хотим поговорить сегодня, были приняты похожим ускоренным образом. Хотя первый, о котором мы сейчас с вами поговорим, имеет несколько замысловатую законотворческую судьбу. Объединяет эти законопроекты еще не только хронометраж, не только регламентные их признаки, но и целеполагание. Они раздают еще больше свободы и бесконтрольности органам исполнительной власти. Хотя, казалось бы, куда уж больше…
Законопроект об обороне: защита от воздушных угроз и новые полномочия власти
Итак, по-моему, достаточно незамеченным прошел закон, вносящий изменения в закон об обороне. Он внесен группой депутатов Государственной Думы. Среди них наши любимые депутаты-маячки Картаполов, Пискарев, Выборный, Саблин. Это вот те люди, которые просто так не подписываются. Подписываются они под проходными законопроектами и, скажем так, под законопроектами не то чтобы прямо в интересах граждан.
В чем регламентное своеобразие этого законопроекта? Он был внесен аж в 2025 году в июне, ровно год тому назад, и в июле 2025 года был принят в первом чтении. Вот, опять же, как опасно откладывать варку вашего варенья на самый последний день. В июле он принимается в первом чтении, после чего засыпает на целый год.
Но сейчас, как я подозреваю, и я думаю, что когда вы услышите о содержании этого законопроекта, вы со мной согласитесь, во-первых, после ПМЭФа на фоне клубов дыма и всяких других налетов на внутрироссийские инфраструктурные и иные объекты этот законопроект вынимается, готовится экстренно ко второму чтению, туда напихивается всяких поправок, как мы любим, и он принимается во втором чтении и сразу в третьем и сразу отправляется в Совет Федерации.
Итак, цель законопроекта – снятие административных, финансовых и правовых барьеров для решения задач по пресечению угроз воздушного нападения.
М. КУРНИКОВ: Это удивительно. Начинается «снятие барьеров», а потом «нападение». Кажется, что это снятие барьеров для нападения буквально.
Е. ШУЛЬМАН: Для воздушного нападения. Ну да, такая мысль тоже может прийти. Итак, как сами вооруженные силы освобождаются в своей деятельности по защите от воздушных нападений от самых разнообразных ограничений, так и некие меры для оказания содействия вооруженным силам в борьбе с этими воздушными угрозами позволяют не осуществлять целый ряд правовых процедур, как то: «процедуры, обычно необходимые при строительстве капитальных сооружений и их сносе, при возведении сооружений некапитальных либо демонтаже этих самых некапитальных сооружений». Можно не оформлять документы о правах на земельный участок или часть территории, не оформлять градостроительные разрешения, проектные изыскания. Также можно не смотреть на ограничения, связанные с археологическими работами, с сохранностью зеленых насаждений и даже исторических памятников. Не нужно проводить процедуру согласования условий подключения к инженерно-технологическим сетям.
Задним числом информация об объектах недвижимости, которые будут использоваться или напрямую будут забраны Министерством обороны, будет отправляться в Роскадастр для сведения. Что-то мне подсказывает, что и эти сведения не будут открытыми.
Все это называется «реализация неотложных мероприятий, направленных на оказание содействия Вооруженным силам РФ в решении задач по пресечению угроз воздушного нападения на территории РФ».
Можно проводить госзакупки без конкурса, особо охраняемые территории использовать, как бы они были не особо охраняемые.
И, далее. «Допускается ввоз на территорию РФ любых товаров без соблюдения требований законодательства о техническом регулировании».
Е. ШУЛЬМАН: «При реализации вот этих неотложных мероприятий использование ввезенных на территорию РФ товаров допускается до завершения установленных процедур таможенного оформления».
М. КУРНИКОВ: Можно было бы написать «опричь процедур».
Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, да. Как называется, между прочим, такая правовая система, мы с вами поговорим в дальнейших рубриках нашей программы. Спойлер-алерт. Но, в общем, правда, интересно.
Например, в отношении систем активной и пассивной защиты иных объектов, создаваемых для реализации неотложных мероприятий, не проводятся контрольно-надзорные мероприятия. Например, налоговый контроль, контроль за исполнением гособоронзаказа и расходами госкорпораций. Допускается финансирование неотложных мероприятий за счет субсидий и грантов из бюджетов бюджетной системы Российской Федерации без соответствующего увеличения доли в уставном капитале получателя. Про бюджетную систему Российской Федерации мы с вами тоже еще поговорим. Там вот это «заходи кто хочет, бери что хочешь» тоже оформлено законодательно.
М. КУРНИКОВ: И при этом, обратите внимание, никакого военного положения нет, никакой войны нет, ничего этого не нет.
Е. ШУЛЬМАН: Вообще. Что интересно в этом тексте? Такое ощущение, что авторы взяли статьи из закона о военном положении, засунули его в этот закон, для того чтобы военное положение не объявлять. Патологическое стремление никак не называть происходящее, которое с нами со времен ковида, по-прежнему с нами.
Помните режим повышенной готовности? Не чрезвычайное положение, не режим чрезвычайной ситуации. Помните, как мы учили всех разнице между этими двумя правовыми режимами? Но напрасно. У нас был только режим повышенной готовности, который, между прочим, относится не к гражданам, а к органам власти, и вообще не мог бы разрешать запирать людей дома и не давать им гулять в парке и садиться там на лавочку. (Прим., подробнее о разнице между режимом чрезвычайной ситуацией (ЧС) и чрезвычайным положением (ЧП) в контексте введения карантинных ограничений говорилось в выпуске программы «Статус» от 31 марта 2020 года / S03E27).
Вот так и тут. Закон о военном положении, мы тоже на него обращали внимание, начиная с 2022 года, он, в общем, вот такой военный. На время военного положения вот это все ваше мирное регулирование отменяется. Комендантский час можно вводить, можно имущество ваше забирать для целей обороны.
Е. ШУЛЬМАН: Ну да. Но военное положение – это режим ограниченный и хронологически, и юридически. Должен быть указ президента о введении военного положения. Он утверждается Советом Федерации. Военное положение объявляется на некий срок, потом заканчивается. А тут у нас вот это вот «ничто не может быть более постоянным, чем временное». Что такое отражение вот этих нападений?
Вообще-то говоря, в случае агрессии против России, как написано в законе как раз о военном положении, в том числе бомбардировки вооруженными силами иностранного государства территории РФ или применения любого оружия иностранным государством (группой государств) против РФ – это основание для введения военного положения. Оно, однако же, не вводится. Напомню, что оно у нас на так называемых новых территориях благополучно введено.
Таким образом, без введения военного положения мы видим распространение его элементов на всю страну на совершенно неопределенный срок. Кстати, второй закон о вольной волюшке, о котором мы сейчас с вами поговорим, там хотя бы есть какие-то ограничения по времени. Тут ничего этого нету вообще.
Все это принимается очень быстро: 9-го – во втором, 10-го – в третьем чтении, уходит в Совет Федерации. И вступит в действие с момента подписания, если я не ошибаюсь. Да, да, кажется так. В общем, смотрите, дорогие граждане, что у нас тут на горизонте нарисовывается.
У меня, знаете, какое еще чувство возникло, когда я это все читала? В Министерстве обороны попересажали кучу народу за то, что они неправильно себя вели в связи с госзакупками, госзаказом. Подрядчиков Минобороны многих посадили. А вот смотрите, это закон, который позволяет, вообще говоря, воровать как не в себя. Вот буквально это закон о введении порядка «война все спишет». Не будет контроля, не будет контрольных закупок. Можно ввозить что угодно без процедуры таможенного оформления, без выполнения законодательства о техническом регулировании, просто сказав, что «нам это нужно для борьбы с дронами». А может, вы там наркотики ввозите, например.
Если совсем впадать в глухую конспирологию, то, конечно, очень хорошо ввести такую норму, дать людям повеселиться, а потом их всех пересажать. В общем, может быть, это не такая уж и конспирология. Не так уж это и сложно, вы знаете. Слушайте, а манера дать людям набрать себе собственности, находясь под впечатлением, что у них есть право частной собственности, а потом конфисковать, чтобы не ходить по всей стране, а прямо вот чтобы в одном месте у всех было собрано. Это как вам, не очень сложная схема? По-моему, вполне реализуемая.
М. КУРНИКОВ: Давайте осмыслим.
М. КУРНИКОВ: А на некоторых каналах мы можем продолжать говорить. У нас минутка буквально. Вы знаете, по поводу режима повышенной готовности почему-то вдруг подумалось, что повышенная готовность – это что-то скорее кулинарное.
Е. ШУЛЬМАН: Ага, то есть бывает просто готовность, а бывает повышенная.
М. КУРНИКОВ: Или, в принципе, знаете, такой ресторан повышенной готовности.
Е. ШУЛЬМАН: Как дом высокой культуры.
М. КУРНИКОВ: Да-да-да. Вообще, какое-нибудь кулинарное шоу могло бы так называться.
Е. ШУЛЬМАН: «Повышенная готовность».
М. КУРНИКОВ: Шоу «Повышенная готовность».
Е. ШУЛЬМАН: Слушайте, это неплохо. Это надо как-то запомнить. По-моему, это богатая идея для нейминга. Или так можно назвать телеграм-канал кулинарный.
М. КУРНИКОВ: Да. «Повышенная готовность».
Е. ШУЛЬМАН: «Повышенная готовность». Интересно. Запишите себе в свои молескины, дорогие слушатели, авось вам пригодится.
М. КУРНИКОВ: Надеюсь, что все узнали, что на доске.
Е. ШУЛЬМАН: А я одна не вижу никакую доску. Посмотрю потом. Я не могу так вытянуться. А если я попытаюсь это
сделать, то я упаду со стула. Она цветная, ух ты. Подождите, это вот эта штучка, которая… Ладно, я выскажу свои предположения позже.
М. КУРНИКОВ: В следующей рекламе.
«Бюджетная свобода рук»: изменения в бюджетный кодекс для правительства
М. КУРНИКОВ: Продолжаем говорить о событиях.
Е. ШУЛЬМАН: Продолжаем говорить о законотворчестве и о том, как Государственная Дума все больше и больше освобождает исполнительную власть от даже какой-то тени парламентского, гражданского контроля или хотя бы контроля со стороны других ведомств.
М. КУРНИКОВ: На жену цезаря не должна падать даже тень, да.
Е. ШУЛЬМАН: Ветер небесный не смел на нее дохнуть, как в «Гамлете». Не должен даже вообще дуть в эту сторону. (Прим., цитата из трагедии Шекспира «Гамлет» (Акт 1, сцена 2): «...so loving to my mother / That he might not beteem the winds of heaven / Visit her face too roughly». В переводе Б. Пастернака: «Он к матери так нежно относился, / Что ветру поднебесному в лицо / Дыхнуть не позволял»).
Итак, тот законопроект, о внесении которого мы с вами говорили на прошлой неделе, уже не просто принят, а уже отправлен в Совет Федерации.
М. КУРНИКОВ: Быстро у них там все.
Е. ШУЛЬМАН: Вот эта скорость, просто как мы любим.
Е. ШУЛЬМАН: 8 июня в 9:19 внесен, то бишь направлен председателю. 10 июня принят в третьем окончательном чтении. Закон правительственный, между прочим, большой. Это довольно здоровый некий пакет. Кстати, предыдущий закон о поправке в закон об обороне тоже часть пакета. Там еще есть поправка в КоАП и, по-моему, в закон о госзакупках.
Итак, закон о бюджетной свободе рук. Ручки-то вот они. Внесение изменений в Бюджетный кодекс и отдельные законодательные акты (о совершенствовании бюджетного законодательства). Разумеется, о совершенствовании. О чем же еще…
Это тот самый закон, о котором председатель бюджетного комитета, депутат Макаров, говорил, что нужен он, так уж нужен, прям вот совершенно необходим. А заместитель министра финансов, которая представляла этот законопроект, вынуждена была отвечать на вопросы депутатов, что «это вы довели до бюджетного кризиса страну». Она сказала: «Как раз для того, чтобы не случилось у нас бюджетного кризиса…»
М. КУРНИКОВ: Это вы, говорит, еще кризиса не видели.
Е. ШУЛЬМАН: Вот именно. Если вы думаете, что это кризис, то это еще светлая полоса. Смотрите, что там у нас интересного. Часть норм вводится на 2026 год только. За это мы правительство все-таки хвалим, хотя, может, мы можем не разделять их оптимизма. Что-то мне подсказывает, придется продлевать это дело или принимать поправку, что 2026-й считать 2027-м, и так вплоть до 2030 года.
Итак, как мы уже говорили, правительство своим решением без согласования с Государственной Думой может увеличивать общий объем расходов федерального бюджета без внесения изменений в закон о бюджете. То есть, как мы говорили на прошлой неделе, поправки в закон мимо Государственной Думы. Вообще, это довольно серьезно. Федеральный бюджет – это федеральный закон. Это не какой-то минфиновский документ. Это не запись в бухгалтерской книге. Это федеральный закон. Он проходит три чтения, в одной палате одно чтение, в другой палате, и подписывается президентом. Теперь его можно править без парламента вообще.
Увеличенные расходы пойдут через резервный фонд правительства из двух источников: путем увеличения объема внутреннего финансирования (внутренние заимствования) и путем использования остатков средств федерального бюджета, образовавшихся на 1 января 2026 года.
Далее. Что еще меня заинтересовало? Я не буду входить в бюджетные глубины. Вот Александра Прокопенко придет к вам как-нибудь, она вам все это и расскажет. Если регионы сталкиваются с кассовым разрывом, то бишь, нашим гражданским языком говоря, находятся на грани дефолта… Кассовый разрыв – это когда вам платить надо, а платить нечем. Вот это называется таким термином. Они смогут просить у правительства кредит до следующего месяца.
Е. ШУЛЬМАН: Да, буквально. Это разрешение микрокредитов регионам. Такое признание того, что денег-то у них нет. Правда, в отличие от касс микрокредитования, федеральное казначейство обещает давать кредит под символический процент – 0,1. Нам бы с вами такой процент по ипотеке, не правда ли?
До 2030 года треть суммы ранее набранных бюджетных кредитов регионам можно не возвращать, а две трети им уже списали.
С другой стороны, если вы думаете, что это какие-то сплошные послабления для регионов, то не вполне. У нас было ограничение в законе, согласно которому, если регионы экономят средства за счет списания или реструктуризации бюджетных кредитов (вот им списали – значит, они сэкономили), то не менее половины из этой сэкономленной суммы они должны были тратить на поддержание инфраструктуры ЖКХ. Теперь эту экономию можно будет направить на финансирование СВО. А что значит направить на финансирование СВО? Бонусы за контракты с армией смогут теперь заплатить из денег, которые раньше должны были по закону быть потрачены, например, на ремонт труб, на замену лифтов, на починку крыш и так далее и так далее.
Что это значит? Это значит, что регионы с коэффициентом обеспеченности ниже 0,9 (это бедные регионы, дотационные области и республики) таким образом смогут финансировать региональные доплаты контрактникам. Мы с вами неоднократно говорили в нашем эфире: вот эти сверхмиллионы, которые получают люди, подписывающие контракт с Минобороны, или, чаще, их командиры, они берутся из региональных бюджетов. Федеральная выплата, установленная указом президента, составляет 400 тысяч и не меняется. Это вот эта разовая выплата. Все остальное – доплаты ежемесячные, разовые подъемные, гробовые роковые – это все региональные бюджеты. И, судя по необходимости этих поправок, им с этим все труднее и труднее.
В общем, что мы имеем в этих обоих законопроектах? Признание того, что государственная машина осознает трудность своего положения. С одной стороны, дроны не ловятся, летают и летают. С другой стороны, денег не прибавляется, мягко говоря.
Задержки социальных выплат в регионах
М. КУРНИКОВ: А вот по поводу прибавляется – не прибавляется и как регионы сталкиваются с этим. Вы знаете, мне в программу воскресную приходили вопросы от людей из регионов, которые указывают: а вот знаете, в таком-то регионе начали бюджетникам задерживать зарплату, в таком-то регионе, в таком-то регионе. А вам такое пишут?
Е. ШУЛЬМАН: Сейчас я вам скажу, что мне пишут. Более того, это не только мне пишут. Я пошла смотреть, это не отрицается и самими Социальными фондами. У нас в российских регионах (из того, что я знаю) происходят задержки социальных выплат. Это декретные, это выплаты по материнскому капиталу. Начало это происходить еще в мае и продолжается вот сейчас. Детские пособия, которые должны были быть выплачены не позднее 8 июня, в целом ряде регионов не выплачиваются. Причем какие регионы? Москва, Санкт-Петербург, Свердловская, Тульская, Калужская области, Краснодарский край. Это вот из того, что мы сами знаем.
М. КУРНИКОВ: Мне писали из Московской области.
Е. ШУЛЬМАН: Да, Москва, Московская область. То есть не то чтобы Республика Тыва.
Е. ШУЛЬМАН: Не самые нищие. Вот если бы я сейчас прочитала список тех, кто с этим коэффициентом 0,9 сможет все деньги отдавать контрактникам, то нет, там нет этих регионов. Там регионы – это либо нищие области Центральной России (почему, кстати, у нас такие нищие области, где проживает государствообразующий народ?), либо не менее нищие национальные республики.
Итак, декретные и выплаты на детей. Что нам говорит сам Социальный фонд? Я напомню тем, кто, может, отстал от жизни, что у нас Пенсионный фонд и Фонд социальных платежей теперь объединены в такую монструозную структуру – Социальный фонд. Они не отрицают этого, говорят, что, действительно, в системе произошел технический сбой, его вызвало обновление шифров безопасности.
М. КУРНИКОВ: Ах ты! И здесь ФСБ-шники.
Е. ШУЛЬМАН: В настоящее время специалисты уже устраняют проблему. Ну, что мы тут скажем? Верим ли мы в технический сбой? Ничего невероятного в этом нет, в особенности, по причине обновления шифров безопасности. Я не знаю, что это за шифр такой, зашифрованный чрезвычайно. Но то, что безопасники могли полезть своими ручонками шаловливыми куда не надо и все обрушить, это возможно. Что денег не хватает, а дальше говорится: «Ой, знаете, у нас тут что-то зависло. Я там на компьютере на кнопку какую-то нажала, оно зависло. Вот сейчас мы подождем, оно, может, развиснет», это тоже вполне возможно.
Кстати, больничные – тоже есть жалобы. Недовыплата больничных в Москве и Московской области. В Москве и Московской области! Это как вообще?
Мы надеемся всей душой, что это все будет быстро устранено, потому что, во-первых, люди должны получить свои деньги, на которые они имеют полное право. Во-вторых, это один из таких признаков, если это продлится или если там в одном починят, в Москве выплатят, в Свердловской области будут продолжать задерживать, или сейчас выплатят в середине месяца (вот она уже середина месяца), а потом в июле начнется та же самая история, это, в общем, дисфункциональность.
Я помню, как коллега Гаазе Константин Борисович, когда ему задали вопрос, как увидеть, что в системе проблемы, он сказал, что если распределительные механизмы денег начнут ломаться: задержки того, задержки сего, выдача чем-то, а не деньгами, какими-то суррогатами, вот это будет признак.
Опять же, мы еще не там, но мы с вами очень внимательно смотрим за признаками дисфункции. Не потому, что мы злорадные и хотим согражданам какой-то там беды. Не хотим ни разу. Но потому, что важно заметить это безобразие как можно раньше. Такие вещи, как стрелка на колготках… Хорошо, давайте более универсальный образ, как трещина в побелке, имеют свойство разбегаться.
НДС для малого бизнеса: фиксация порога до 2029 года
Еще одно законотворческое на этот раз в некотором роде даже улучшение жизни граждан. Мы всегда стараемся, как в известном стихотворении, уравновесить зло добром, отметить что-нибудь такое светлое и позитивное. Внесен, правда, пока не принят сразу в три дня, но вот обещают 23 июня рассмотреть. Инициатива внесена сенатором Якушевым и депутатами Василием Жуковым и Макаровым, тоже статусными депутатами. Поправки в Налоговый кодекс. Это уточнение снижения порога, после которого вы должны будете платить НДС.
Помните эту историю. Кто занимается каким-то малым бизнесом, тот, конечно, эту историю не забывает, я думаю, даже во сне, потому что это довольно тяжелый удар доской по голове для всех, кто в России занимается каким-то небольшим предпринимательством.
Помните, что у нас порог, после которого вы должны были начинать платить НДС, он был у нас 60 миллионов, и его резко снизили сначала до 20, а потом обещали снизить до 10.
Что делает этот законопроект? Порог 20 миллионов фиксируется до 2029 года. 20 миллионов, учитывая инфляцию, это не много совсем. Дорогие слушатели, я надеюсь, что вы не отрываетесь от реальности и наблюдаете за динамикой цен.
Итак, 20 миллионов – 2026-2029 год, 15 миллионов – 2030 год, 10 миллионов – 2031 год. Какая будет инфляция до 2031 года? Что такое будет 10 миллионов в 2031 году?
М. КУРНИКОВ: Может, каждый сможет позволить себе что-нибудь.
Е. ШУЛЬМАН: Можно ли на них будет купить шоколадку или две шоколадки, или еще что-нибудь такое интересное? Мы, естественно, не знаем, потому что мы не экономисты. Мы знаем немножко другое.
Понятно, что такого рода меры – «вот смотрите, не будет в следующем году прямо снижения этого порога, спите спокойно до 2029 года» – это типичная предвыборная мера. Когда выборы пройдут, ничего не стоит внести такую же поправку даже не отдельным законопроектом, а как во втором чтении к любому законопроекту, связанному с Налоговым кодексом или связанному с Воздушным кодексом. Мы видели и такие истории. Во втором чтении пропихиваете поправочку, – «прицепной вагончик» это называется в Думе, – и меняете 2029 год на 2027. И все у вас поехало обратно. Поэтому, кстати, дорогие слушатели, начинайте думать, как вы собираетесь вести себя на парламентских выборах.
Эта мера замечательная человеколюбивая вроде как разработана по итогам ПМЭФа, где тоже все плакали и говорили, что совсем малый бизнес, да и средний бизнес, в общем-то, пришибли. Ну вот, что называется, такое.
Новости государственных органов: Центробанк и администрация президента
Также некоторые новости из жизни государственных органов. В прошлый раз мы с вами горевали об отсутствии Эльвиры Набиуллиной. Но, перечисляя странные и удивительные происшествия, случающиеся вокруг Центрального банка и внутри него, мы также говорили, что каждое из этих происшествий может быть объяснено и естественными причинами, призывали граждан не паниковать.
Паникуем ли мы сами? Пока Центральный банк нам обещал, что 19 июня состоится пресс-конференция по ключевой ставке и проведет эту пресс-конференцию председатель Центробанка Эльвира Набиуллина. Поэтому ждем 19 июня, как именин сердца, надеемся увидеть Эльвиру Сахипзадовну живой, здоровой и исполняющей свои обязанности.
В администрации президента небольшая, но, может быть, характерная кадровая перестановочка – сменился руководитель канцелярии президента. Канцелярия – это такой довольно интимный орган в администрации президента. Он занимается непосредственно документооборотом. Вот эти зловещие папочки, для того чтобы лечь на стол президента, должны через канцелярию пройти. Там был начальник, который с 2020 года там сидел. Он уволен. Не знаю, куда делся. Новый начальник президентской канцелярии по имени Александр Матвеев до этого возглавлял секретариат руководителя администрации президента.
Антон Вайно наименее публичный, пожалуй, из всех высших чиновников России. Он иногда какую-нибудь статью про нооскоп опубликует в журнале, потом над ним все посмеются, и он, видимо, дальше стесняется появляться на публике, потому что больше его никогда никто не видел. При этом, кажется, достаточно влиятелен. Его влиятельность совершенно несоразмерна его публичности.
Вот смотрите, руководитель секретариата – при любом человеке это прям как жена и даже ближе. Помните, мы с вами отмечали, что Белоусову не дали сохранить своего руководителя аппарата, при том, что он бедный не так многого просил. У него есть один сотрудник, которого он везде с собой таскает. И того у него отобрали, посадили ему высокопоставленного полицейского на должность руководителя аппарата. (Прим., о кадровых перестановках в аппарате Минобороны РФ речь шла в выпуске программы «Статус» от 26 мая 2026 / S09E38). А Вайно оторвал от сердца своего руководителя секретариата и посадил его поближе к президенту присматривать за документооборотом.
Это все в рамках некой рутины, но, может быть, означает рост влияния главы администрации президента или сохранение им высокого уровня влияния, которым он заслуженно, разумеется, пользуется.
Сбои в рутине: отмена концерта на Красной площади и перенос Дня независимости
А вот про сбой рутины. Мы с вами такие вещи тоже отмечаем. Помните, как у нас было все непросто с парадом на 9 Мая.
Е. ШУЛЬМАН: Сколько же было разговоров и сколько было и не разговоров, а всяких изменений в формате этого красочного зрелища.
М. КУРНИКОВ: Но потом все-таки Зеленский разрешил.
Е. ШУЛЬМАН: Зеленский разрешил, указ выпустил. Прошел парад. Слава богу, никого не убило. Мы все очень радовались этому обстоятельству, продолжаем в душе своей радоваться. Даже и мобильный интернет через некоторое время подключили, всем полегчало.
Так вот, 12 июня Российская Федерация отмечала День независимости. Должен был быть, всегда был, концерт на Красной площади. Он даже в ковид проводился, а в этот раз не проводился. Его перенесли на какую-то другую отдаленную площадку и сократили, насколько я могу понять, состав участников. Тут, видите, Зеленский не разрешил, поэтому не получилось.
Мы знаем, что наши граждане довольно чувствительны к такого рода вещам. Рутина им дорога. Это характерно для общества, лишенного права выбора, ну и для общества пожилого, стареющего, женского в основном. Такого рода люди, (может, мы и сами такие люди), тоже не любим изменений, когда вот у нас есть все в одно и то же время, в один и тот же день, мы так и привыкли, а если как-то убрать эту рутину, то мы будем волноваться и нервничать.
Кого посадили: Роснано, армейский корпус и приговоры в военной отрасли
Е. ШУЛЬМАН: Да. Вот россияне тоже нервничают. Традиционная наша рубрика «Кого посадили на этот раз». Очередной сотрудник Роснано, не просто сотрудник, а директор по инвестиционной деятельности задержан в Москве, Иван Гончар. Вот у кого-то из высокопоставленных сотрудников Роснано уже приговор вышел, но заочно, а какие-то люди почему-то продолжают находиться в границах Российской Федерации, ждут. Не знаю вообще, чего они ждут.
М. КУРНИКОВ: Хотя, казалось бы, в Роснано вроде не самые глупые должны работать-то.
Е. ШУЛЬМАН: Ну вот Анатолий Борисович Чубайс, очевидно, не самый глупый человек в Российской Федерации, а теперь и за ее пределами. Чубайс умный, будьте, как Чубайс.
Высокопоставленный военный, командующий армейским корпусом Ленинградского военного округа, Александр Дембицкий задержан. Это может быть связано с какими-то делами с ЧВК. Только не ЧВК «Вагнер», а какого-то другого ЧВК.
Мы с вами, не погружаясь в военные дела, таинственные для всякого гражданского человека, говорили, что ЧВК «Вагнер» был самым публичным, но совершенно не единственным такого рода образованием. Вот, видимо, их продолжают подбирать под единую крышу. И тех людей, которые слишком были глубоко задействованы в этой вольнице околовоенной, околоармейской, их тоже постепенно подгребают.
Уже приговоры и тоже в военной отрасли. Чтобы вы просто знали, сколько нынче дают. Бывший начальник Главного военно-строительного управления Минобороны – 16 лет колонии строгого режима, штраф 45 миллионов рублей. Тоже все довольно серьезно.
М. КУРНИКОВ: Вау. Подождите, за что?
Е. ШУЛЬМАН: Взятки. 34 миллиона рублей взяток от коммерсантов, по версии обвинения. За это помогал предпринимателям в покупке у этого управления высвобождаемой дорожно-строительной техники. Похоже на правду? Похоже на правду.
Е. ШУЛЬМАН: 16 лет строгого режима, да. Гособвинение просило 19 лет колонии. Вину не признал, между прочим. По его словам, все сделки согласовывал с начальством, не имел полномочия продавать технику.
М. КУРНИКОВ: Кстати, тоже похоже на правду.
Е. ШУЛЬМАН: Абсолютно. Кстати, за непризнание вины мы хвалим героев наших выпусков, потому что, признавая вину, вы никак не уменьшаете свой собственный приговор, но вы закрываете себе дорогу к апелляции. А что может сделать апелляция, мы с вами сейчас увидим. Сейчас еще один приговор зачитаем и расскажем, как хорошо может быть в апелляции.
Тоже Минобороны. Бывший начальник лечебно-диагностического центра Минобороны – 7,5 лет. Не знаю, за что, но тем не менее сам срок радует.
Дело Ольги Миримской: апелляция и снижение срока
Так вот чего можно, умеючи, добиться в вышестоящих судебных инстанциях. Помните ли вы самую богатую женщину России, банкиршу Ольгу Миримскую? Я узнала о ней, честно скажу, исключительно в связи с Яной Лантратовой, которую я помню по старым временам еще моей работы в СПЧ и ее работы в администрации президента. Она с этой Ольгой Миримской была знакома, на яхте ее каталась и помогала ей в этом фантастическом деле вывоза ее ребенка, который был рожден суррогатной матерью, а потом оказалось, что это ее одновременно дочь и внучка. В общем, этой суррогатной матерью была ее дочь.
Опять же, не спрашивайте. Если бы нам такое показали в сериале нашего детства типа «Дикая роза» или «Богатые тоже плачут», мы бы сказали, что сценарист объелся грибов. Но тем не менее.
М. КУРНИКОВ: Но жизнь богаче всегда любого сценария.
Е. ШУЛЬМАН: Это еще не самое поразительное, что есть в этой истории. Она довольно немного лет тому назад получила фантастический совершенно приговор за экономические преступления – 19 лет лишения свободы. Женщина, 19 лет, за ненасильственные преступления. Это просто можно лишиться ума. Такое можно давать только за убийство с расчленением, причем желательно больше двух человек. То есть нет, ничего желательно в этом нет, не надо так поступать.
Итак, что происходит дальше? Этот приговор привлек общественное внимание. Действительно, такая история, там много всякой драмы. Хотите подробностей, леденящих кровь, – послушайте Ольгу Евгеньевну Романову, которая знает эту публику лучше, чем кто бы то ни был другой. Вот она это все рассказывает. Там есть какой-то любовник, какие-то дети, вот это вот все, чеченцы, нынешний омбудсмен по правам человека. Кого там только нет. Опять же, яхты, похищение младенцев, разные подробности.
Так вот, 19 лет ей дают. После этого публика забывает о происходящем. Возможно, как бывает в такого рода громких делах, и заказчик удовлетворяется. А дальше можно применять оставшиеся инструменты самозащиты, ежели вы успели прикопать где-то какие-то деньги. И в апелляции ее срок в 19 лет сокращается до 8 лет и 9 месяцев, вдвое. Шаг номер раз. Шаг номер два – она выходит по УДО (условно-досрочному освобождению). То есть было 19, стало 8 и 9. Сколько-то она сидела в СИЗО.
М. КУРНИКОВ: Задачка для современного школьного учебника.
Е. ШУЛЬМАН: Совершенно верно. Подсудимой назначено наказание в 19 лет. При этом она арестована такого-то числа. Приговор вынесен такого-то числа. В апелляционной инстанции приговор снижен, отсиженный срок снижен до такого-то срока.
М. КУРНИКОВ: При этом срок в СИЗО считается таким-то образом.
Е. ШУЛЬМАН: По коэффициенту 1,5. Скажи, малыш, когда можно подавать на УДО? Разные есть нормы УДО для разных статей Уголовного кодекса. Но тем не менее в среднем, если вы отсидели половину… Я надеюсь, что никто из вас, из слушающих, не отсидел никакую половину и не собирается сидеть ни половину, ни 10%. Но тем не менее, когда у теоретического героя нашей задачки по арифметике для четвертого класса половина срока прошла, можно подаваться на УДО, на условно-досрочное освобождение.
УДО – это абсолютно произвольное решение. Оно зависит от доброй воли администрации колонии, например, не было ли у вас взысканий. Кстати, почему еще, например, политических прессуют в колонии, устраивают им какие-то провокации, якобы драки или вообще пишут, что они нецензурно ругались, не застегнули пуговицу, смотрели не в ту сторону и так далее и так далее? Для того, чтобы не дать им выйти на УДО.
А тут ничего подобного не было. В апелляционной инстанции, по-моему, говорилось, что она помогала Донбассу чрезвычайно. Это тоже было судом учтено. И вот она выходит на свободу благодаря институту условно-досрочного освобождения.
Мораль. Какую мораль из этого вывести? Пользуйтесь всеми процессуальными средствами для своей защиты. Даже если вас посадили на 19 лет, жизнь на этом не заканчивается. Младенцев не воруйте. Если вы омбудсмен, не связывайтесь с какими-то мутными женщинами и мужчинами и не привлекайте чеченцев для решения проблем. Вам это потом аукнется.
М. КУРНИКОВ: Давайте осмыслим.
М. КУРНИКОВ: Да, давайте мы добавим чаю.
Е. ШУЛЬМАН: Спасибо. Еще молока надо.
М. КУРНИКОВ: Придется показать марку молока.
Е. ШУЛЬМАН: А-а-а. А мы ее не рекламируем. Надо в картонный пакет, как пиво в Соединенных Штатах положено прятать.
М. КУРНИКОВ: Или вы вот так сюда в эту чашечку.
Е. ШУЛЬМАН: Слушайте, это уже как-то…
Е. ШУЛЬМАН: Как будто мы стыдимся чего-то.
Е. ШУЛЬМАН: Отлично. Ура, ура.
М. КУРНИКОВ: Кстати говоря, по поводу знакомой в этой книжечке. Представляете, открываю и вижу историю про немецкий язык и его изучение и про преподавательницу немецкого языка, которая рассказывает, что некоторые студенты воспринимают это буквально как барьер на пути в эту страну. И там имя и описание, где человек работает.
Е. ШУЛЬМАН: Все имена изменены.
М. КУРНИКОВ: Ну вот тут совпало. Может быть, как раз человек не скрывает. То есть она просто рассказывает как преподаватель, поэтому там не требует замены никакой. То есть там не то что какие-то секреты раскрываются. Наоборот, человек рассказывает о том, как студенты воспринимают…
Е. ШУЛЬМАН: Преподавателя зовут Люба.
М. КУРНИКОВ: Да. Вы тоже, может быть, знаете. Е. ШУЛЬМАН: Может быть.
М. КУРНИКОВ: Вот, вот, вот. Видите как. Я открыл буквально и тут же узнал и подумал, надо же, как бывает.
Е. ШУЛЬМАН: Опять же, даже если вы не знаете никого из этих людей, то «Анну Каренину» может прочесть каждый. И эта книга, может быть, даст вам повод прочесть ее еще раз.
М. КУРНИКОВ: Вдруг вы еще не поставили лайк, дорогие друзья. Поставьте лайк.
Е. ШУЛЬМАН: А чем вы заняты тогда вообще? Сидите там.
М. КУРНИКОВ: Самое время. Ну, а мы возвращаемся. Отец сначала?
М. КУРНИКОВ: Давайте скорее переходить к следующей рубрике.
Отец — Эрнст Фрэнкель
М. КУРНИКОВ: Кто же отец сегодня?
Е. ШУЛЬМАН: Давайте начну с моего личного возмущения. Наш отец сегодня человек, у которого нет статьи в Википедии на русском языке. Это очень-очень стыдно. Я не знаю, кого я сейчас укоряю, глядя тяжелым взглядом в камеру.
М. КУРНИКОВ: Тем ценнее сегодняшняя рубрика.
Е. ШУЛЬМАН: Совершенно верно. По-английски есть, по-немецки, естественно, как вы сейчас увидите, есть, на десятке других языков есть, а на русском нету.
Итак, наш сегодняшний герой – это Эрнст Френкель, немецкий юрист и политолог, автор книги «Двойное государство» (или «Дуалистическое государство»), книги, которая раскрывает нам целый ряд механизмов, проиллюстрированных событиями, описанными в нашей первой рубрике «События».
Наконец-то у нас отец, у которого есть биография, о которой стоит поговорить. В прошлый раз у нас был такой боевитый автор, но с ним ничего не происходило.
Эрнст Френкель родился в Германии в 1898 году, будучи евреем.
М. КУРНИКОВ: Начало биографии многих в этой рубрике.
Е. ШУЛЬМАН: Да. «В ненадежном году», как писал поэт, и «столетья окружают меня огнем». При этом умер он в 1975 году, что нетривиальное достижение. (Прим., цитата из стихотворения О.Э. Мандельштама "Стихи о неизвестном солдате", 1937. «Я шепчу обескровленным ртом: /— Я рожден в ночь с второго на третье / Января в девяносто одном / Ненадежном году — и столетья / Окружают меня огнем»).
Е. ШУЛЬМАН: Интрига. Между прочим, тоже в Германии. Но между этими двумя временными точками пролегла долгая дорога жизни, и дорога негладкая.
Е. ШУЛЬМАН: Френкель наш Эрнст был юристом, был он адвокатом и правоведом, а также членом Социал-демократической партии, что потом доставило ему немало проблем. В общем, такой он был левых взглядов юрист.
М. КУРНИКОВ: Еще раз, Социал-демократической.
Е. ШУЛЬМАН: Социал-демократической. Не
Национал-социалистической. Был он евреем, родился он в Кельне, воевал в Первую мировую войну, потом вернулся, защитил диссертацию по праву, занимался трудовым правом, публиковал научные работы и выступал в качестве адвоката.
С 1933 года, с прихода нацистов к власти, евреям было запрещено выступать в качестве адвоката в судах. Кстати, одна из первых их мер. 1933 год. Нацистский режим трудно назвать вегетарианским в какой-то точке его бытования. Но зубки у них только-только прорезаются, а вот на это они сразу обратили внимание. Действительно, очень многие евреи были юристами. И нужно было вот эту базу подрезать.
Тут наш Френкель пользуется еще некоторой льготой как фронтовик, как участник Первой мировой войны. Поэтому он выступать в суде не может, но юристом работать еще каким-то образом все-таки может.
Он продолжает быть социалистом, он связан с социалистическими организациями, в том числе международными. Мы знаем, что социалистическое движение, вообще левое движение, тогда чрезвычайно интернационально. Вот Интернационал, например, Коминтерн, – это все вполне работающие структуры.
Однако в 1938 году он все-таки из Германии уезжает, чуя, что эта самая фронтовая льгота недолго его будет защищать. Едет он сначала в Великобританию, а потом в США, где он проведет довольно много времени, довольно много дней.
Но еще в Германии он работает над рукописью, которая первоначально называлась «Urdoppelstaat». Эта книга, о которой мы с вами будем говорить сегодня в рубрике «Понятие», называется Der Doppelstaat («Двойное государство»). Помните Doppelgänger? Двойник, буквально второй ходящий. Это такой зловещий термин, который по-немецки звучит гораздо выразительнее, чем на всех других языках. Вот Doppelstaat – это вот это двойное, второе государство, как бы двойник государства. Даже, может быть, так можно его назвать. А Urdoppelstaat, Ur – это прото, первоначальное двойное государство.
Он пишет эту работу на немецком, естественно, языке, понимая, что он ее в Германии никогда не опубликует, и увозит эту рукопись с собой, когда он эмигрирует. И дальше, думая, что текст на немецком лишен какого бы то ни было смысла, он ее переводит на английский язык. И в этом виде она публикуется в Соединенных Штатах в 1941 году.
М. КУРНИКОВ: А как он ее называет? Double State?
Е. ШУЛЬМАН: Он ее называет The Dual State (двойное государство). Там есть подзаголовок «Вклад в изучение диктатуры». Эта книга выйдет по-немецки. Более того, Френкель вернется в Германию. И эта книга, которая была написана по-немецки, переведена на английский, переведена на немецкий с английского.
Е. ШУЛЬМАН: То есть там вот такая хитрая история. Он потом писал, что этот первоначальный набросок свой он не публиковал, но сохранил, поскольку испытывал к нему сентиментальную привязанность, он для него составлял сентиментальную ценность.
То есть вот представьте себе, в нацистской Германии вот этот вот полуподпольный такой еврей-юрист-правовед пишет книгу, в которой объясняет, как действует правовая система диктатуры. И он ее вывозит, и он ее публикует для американцев, которые потом будут оккупировать часть этой территории. То есть буквально «отшельник в темной келье уж на тебя донос ужасный пишет: и не уйдешь ты от суда мирского, как не уйдешь от божьего суда». (Прим., цитата из трагедии А.С.Пушкина «Борис Годунов», 1825. «Борис, Борис! всё пред тобой трепещет, / Никто тебе не смеет и напомнить / О жребии несчастного младенца, / – А между тем отшельник в тёмной келье / Здесь на тебя донос ужасный пишет: / И не уйдешь ты от суда мирского, / Как не уйдешь от божьего суда»).
Далее в Америке наш Френкель ведет довольно активную жизнь. В частности, он в 1944 году пишет книгу про оккупационное управление в Рейнской области после Первой мировой войны, для того чтобы показать, как правильно оккупировать, на примере того, как неправильно оккупировали раньше. Вооружась этими знаниями, он едет в качестве советника американского правительства в Корею, учить оккупировать. Но ему там не нравится. Видимо, его не слушают. И он возвращается оттуда. Он должен был по линии Организации Объединенных Наций в Корее организовывать выборы. Но американцы как-то не прониклись этой идеей и, в общем, выборы никакие не организовали. Вместо этого стали воевать. В общем, он уехал.
Тем не менее в 1951 году он возвращается в Германию. У нас с вами в голове в таких ситуациях есть две крайности: либо человек возвращается первым рейсом, либо никогда не возвращается и помирает на чужбине. Это вот такой подростковый дуализм.
Действительно, Карл Лёвенштайн, который, прям вот тень его присутствует над нашим рассказом, автор концепции воинствующей демократии или демократии, способной себя защитить, автор первой Конституции ФРГ, он вернулся сразу, в июне 1945 года, прям вот на дымящиеся руины Берлина. Он вот вернулся, еще и участвовал в кампании денацификации. А кто-то действительно никогда не вернулся. (Прим., о понятии «воинствующая демократия» и биографии Карла Лёвенштайна смотри «Статус» от 13 декабря 2022 г. / S06E17).
Но вот вам человек, который вернулся в 1951 году, шесть лет спустя после окончания войны. Преподавал, между прочим, в Свободном университете (Freie Universität) в Берлине. Работал, основал тут Институт изучения Америки имени Джона Кеннеди (благополучно действует до сих пор). И вот таким замечательным образом дожил он до 1975 года, таким образом прожив 77 лет. Очень неплохо.
М. КУРНИКОВ: Но давайте к понятию.
Е. ШУЛЬМАН: И теперь мы можем перейти к понятию.
Понятие — Двойное государство
М. КУРНИКОВ: Итак, двойное государство.
Е. ШУЛЬМАН: Двойное или дуалистическое государство. Теперь я задумываюсь в меру своего отсутствующего понимания немецкого языка над этим названием. Я думаю, действительно, что эту книгу можно назвать «Государство-двойник». Книга не переведена на русский язык. Еще один укоризненный взгляд в камеру. Граждане, вообще, кто о чем думает? Вот сидят и ничего не делают. Что это такое? Сначала, пожалуйста, статью в Википедии, потом книгу тоже.
Е. ШУЛЬМАН: Да, перевод. Она не большая. Опять же, я не хочу сказать, что я прям читала ее в оригинале. Нет, я ее не читала в оригинале. Но я знакома с ее содержанием.
Итак, в чем идея двойного государства Френкеля? Все любят и часто цитируют известный тезис Муссолини «Друзьям – все, врагам – закон». Вот Френкель в некотором роде описал нацистскую правовую и правоприменительную системы, наоборот, исходя из вывернутого принципа: всем –закон, а врагам – исключения. То есть его двойное государство – это как раз, опять же, чем-то похоже на земщину и опричнину. Поскольку он был социал-демократом, то он формулировал так: «Немецкий капитализм нуждался не в унитарном, а в двойном государстве: произвольном в политическом направлении и рациональном в экономическом».
То есть нацистская власть, в отличие от советской, не забирала себе всю собственность, хотя желала контролировать все что движется. Поэтому в сфере экономической деятельности должно было быть базово разумное законодательство и какая-то возможность для защиты своих прав. А вот в политической сфере должна быть возможность для полного произвола.
То есть гражданам, которые до поры до времени не вступают в конфликт с нацистским государством, им остается то, что он называл нормативным государством: повседневное управление, документооборот, налоги, контракты, бюджеты – та часть жизни, в которой должна быть предсказуемость.
А второе государство, вот это самое государство-двойник, он его называет прерогативным или государством мер. Или мы его назовем государством особого режима, государством особого порядка. Это бесконечное, на самом деле, пространство исключений и произвола. Один из главных принципов автократии: если ты не можешь в произвол, то ты не автократ.
Если ты можешь написать себе какие угодно законы, которые тебе позволяют много чего, но если ты не можешь действовать мимо закона, то с тем же успехом мог бы и выборы конкурентные проводить.
В этом пространстве прерогативного или вот этого государства мер, государства спецмер, государства спецправил закон формально не отменяется. Френкель, кстати, хорошо показывает, почему даже такое диковатое государство, как нацистское, которое вроде как там много чего поотменяло, в том числе права человека, не отменяет закон в целом и сохраняет рутину, сохраняет регулярность, более того, даже цепляется за эту регулярность. Но вот там, где у нас вот это политическое, там мы будем делать чего хотим.
И Френкель не просто это выставляет в качестве теоретического положения, он описывает, как это было. Он юристом в судах выступал. И он видит, что есть суды, в которых нормально судят, по писаной норме: где кто-то у кого-то украл там чего-то или даже любимое его трудовое право. Но если вдруг оказывается, что человек, которого там уволили, что он еврей или социалист, или гомосексуалист, или еще что-нибудь в этом роде, то тут весь этот закон немедленно исчезает. То есть противники действующей власти оказываются полностью лишены правовой защиты, в то время как другие группы населения благополучно ею пользуются.
Вывод, который делает Френкель, каждый из нас может сделать тоже на практике. Длительное сосуществование этих двух государств невозможно. Прерогативное государство пожирает нормативное. Двойник убьет оригинал. Тень будет властвовать над тем, кто ее отбрасывал. Нельзя выделить пространство беззакония и сказать: «Вот мы тут с врагами разбираемся. Мы тут основную задачу решаем. Вот тут мы рыбу заворачиваем, а тут у нас порядок. Смотрите, как у нас все хорошо. У нас законодательство такое разумное. У нас суды работают без проволочек. У нас вообще отлично все». Не будет этого. Ржа ест железо, а лжа – душу. Вот это второе государство будет разъедать все остальное. В общем, полезная книжка и полезное, на мой взгляд, знание о биографии автора.
Последнее, что скажу. Дорогие слушатели, скажу следующее. Конечно, поразительно, у какого количества людей в моей сфере, и не только в моей, мы видим вот этот биографический паттерн: еврей, не еврей из Германии, в Германии работал, в Америку уехал. Руками Гитлера Германия отдала Соединенным Штатам первенство во всех областях знания. Я не осознавала, пока я здесь не оказалась, до какой степени это было так. То есть знала: Германия – хорошая страна, Маркс, Вебер, то-сё, Фрейд.
М. КУРНИКОВ: Дело в том, что просто у немцев еще не принято сожалеть об этом вслух и заламывать руки. Они как-то принимают эту судьбу.
Е. ШУЛЬМАН: Ну да. Но, вообще говоря, просто вот так вот отдали первое место во всех науках от физики ядерной до юриспруденции и политологии. В социальных науках, просто потому что я это знаю, ну вот как только не. Многие люди были и теоретиками, и практиками. Вот посмотрите на нашего друга Френкеля или на нашего друга Лёвенштайна. Многие люди были исключительно практиками и потом играли очень большую роль в формировании американской внешней политики. Это тоже были люди, либо лично уехавшие из нацистской Германии, либо увезенные своими родителями.
Вопросы от слушателей
Вопрос об опасностях прямой демократии
М. КУРНИКОВ: Павел спрашивает вас в Патреоне «Эха», куда я, естественно, призываю подписываться: «Если демократия исторически возникла не как механизм поиска самого правильного решения, а как способ ограничить господство одних людей над другими, то не ошибаются ли сторонники прямой демократии, когда думают, что главная задача – точнее узнать волю большинства? Не является ли главной задачей демократии, наоборот, ограничение любой власти, включая власть большинства?»
Е. ШУЛЬМАН: Абсолютно согласна с дорогим слушателем. Еще раз выражу свое восхищение проницательности и политической грамотности дорогих слушателей.
Люди многие до сих пор думают, что главное в демократии – это принятие решений большинством голосов. Это вам рассказал Владимир Ильич Ленин. Он это называл демократическим централизмом применительно к той партии, которую он устроил, для насильственного захвата власти. Централизм там состоял в том, что решения принимаются центральным комитетом, а демократизм состоял в том, что остальным было предоставлено священное право поднять ручку в одобрение этого решения. Вот это вот и есть демократия. Многие люди до сих пор полагают, что в этом и есть суть.
Демократический механизм заключается не в принятии решений большинством голосов, а в возможности смены власти мирным путем и защиты интересов меньшинства, и правомочности существования оппозиции, исходя из того, что она на следующем электоральном цикле, на следующем витке может стать властью.
Прямая демократия сейчас очень много обсуждается и в публичном дискурсе, и в научных кругах, потому что видно, как институты репрезентативной демократии, представительской демократии как-то трещат и гнутся. Парламентам люди не доверяют в самых разных странах, партиям не доверяют. Там популисты всякие – не люблю этот термин, но тем не менее – к власти приходят. Поэтому, да, разные люди и группы людей и институции пытаются придумать, как учесть мнение граждан в большей степени напрямую. Проводить ли референдумы все время, как в Швейцарии.
Вот, кстати, очередную, на мой взгляд, совершенно идиотскую меру отвергли швейцарцы на референдуме. Какое-то количественное ограничение на прием людей. Сейчас, когда депопуляция вообще уже катит в глаза человечеству, как зима. В общем, ладно, это я отвлеклась.
В общем, какие-то элементы прямой демократии или партиципаторной демократии – это совершенно не одно и то же, партиципаторная демократия (демократия участия), опять же, погуглите или «Статус» соответствующий послушайте – как-то должны быть встроены в демократический механизм. Мы пока не знаем как. Но абсолютная правда состоит в том, что дело абсолютно не в голосовании и не в том, чтобы выяснить мнение большинства. (Прим., о понятиях плебисцит, плебисцитарная демократия, прямая демократия и партиципаторная демократия можно ознакомиться, например, в выпуске «Статуса» от 05 марта 2019 / S02E26).
Вопрос об обязательном голосовании
М. КУРНИКОВ: Один из вечных вопросов, который регулярно приходит, но мы не так часто его задаем. Шимерин 48 спрашивает: «А почему так мало демократий вводят обязательное голосование? Кажется, что такая мера способствует поддержанию демократии, поскольку она заставляет граждан принимать активное участие в управлении своей страной и задумываться о последствиях своего выбора, что выгодно и для самих граждан, и для политических партий».
Е. ШУЛЬМАН: Вопрос действительно возникает. Давайте начнем вот с чего. В некоторых странах есть символический, но все же какой-то штраф за неучастие в выборах. Например, в Австралии. Тем не менее давайте помнить, что и демократии, и тоталитарные режимы стоят на гражданском участии. И тем, и другим нужны люди. Им надо людей вовлекать. Автократии, наоборот, хотят, чтобы людей было поменьше, а лучше вообще бы не было, а если они есть, то они бы никуда не лезли, сидели бы дома.
Но демократическое участие – добровольное и вариативное. Понимаете, да? Разнообразие есть. Можете так поучаствовать, можете так, можете в одну партию вступить, можете в другую, а можете ни в какую не вступать. Тоталитарное участие – монополизированное и обязательное. Все ходят строем, все поют песню, все сидят на партсобрании, вступают в партию, а если не вступают в партию, то это сильно ограничивает их карьерные и гражданские возможности. Поэтому, если вы обязываете людей участвовать в демократических процедурах, вы делаете эти процедуры тоталитарными. Не надо так поступать.
Мы говорили с вами о том, что высокая явка желательна, но до определенного предела. Да, мы не хотим, чтобы приходило меньшинство и решало за всех остальных, которые почему-то не побеспокоились дойти до избирательного участка. Поэтому в большинстве демократических электоральных систем существует порог явки. Напомню, в Российской Федерации он отсутствует. Поэтому, кстати, бойкот выборов в России мало какой смысл имеет.
Но если у вас явка сверхвысокая… Что мы называем явкой сверхвысокой? К 70 и выше. То это как повышенная температура в теле. Может быть она полезна для изгнания вируса, который в теле завелся, как вот недавно на выборах в Венгрии, судя по всему, случилось. А может быть это признак какой-то поляризации, какого-то напряжения социального. В общем, это не так чтобы очень сильно здорово.
Если вы представите себе явку в 100%, во-первых, у вас сломаются избирательные участки, во-вторых, чем выше явка, тем менее предсказуем результат. Может, оно и хорошо, но не надо абсолютизировать приход всех как некий волшебный способ узнать священную народную волю. Народная воля – это конструкт.
М. КУРНИКОВ: Раз уж вы сказали про Австралию, я скажу, что через наш онлайн-магазин мерча можно и в Австралию заказывать, и в Америку заказывать, и в Европу заказывать, и в Азию заказывать. И есть обновление в магазине мерча.
Е. ШУЛЬМАН: Даже там, где вода в сливе закручивается в противоположную сторону, все равно есть мерч «Эха».
Вопрос о партии Мирная Россия
М. КУРНИКОВ: Еще один вопрос. Теплапус 8795 спрашивает: «Что вы думаете о партии “Мирная Россия”, основанной на прошлых выходных?»
Е. ШУЛЬМАН: Я, между прочим, хотела присутствовать на этом учредительном съезде, меня даже туда пригласили, но не успела. А зря, потому что, судя по отзывам тех, кого не пригласили, но они все равно пришли, было интересно. Мне бы тоже было интересно. Тем более я люблю демократические процедуры, как то прения, внесения поправок и голосования. По всем отзывам, было живенько.
Единицей политического процесса является организация, а не человек. При всем уважении к личному героизму и личному гению, все же действуют в политическом пространстве структуры, а не индивидуумы. А индивидуумы могут действовать только постольку, поскольку они опираются на структуры. Поэтому сама идея партийного строительства в высшей степени правильная идея.
Кроме того, в России дела идут таким удивительным образом, что действительно не знаешь, в какой момент откроется пресловутое окно возможностей для политического действия. И к этому моменту иметь какую-то организацию чрезвычайно кстати может оказаться.
Вообще, проведение партийного съезда за рубежом вызывает сразу целый ряд исторических ассоциаций. И ассоциации эти не то чтобы все очень убаюкивающего характера, но, по крайней мере, выразительные. Те партии, которые проводили съезды за границей, потом в Россию вернулись, а одна даже стала партией власти. Не всем понравилось, отметим справедливости ради, но тем не менее прецеденты такого рода, по крайней мере, случались.
Но, правда, надо сказать, что те партии, партии той поры за границей действовали скорее как фронт-офисы и центры сбора денег, и представительские центры для помощи той работе, которая велась в России, но не могла вестись в России гласно и легально.
М. КУРНИКОВ: Ну что ж, три вопроса прозвучали. Мы заканчиваем программу. Поставьте лайк обязательно, если еще не поставили. И мы с Екатериной Михайловной отправляемся в Испанию буквально практически из этой студии. И 20 июня в Малаге мы прочитаем лекцию «Смерть самодержца: поражения и реформы». Как говорится, пишите в комментариях, угадайте, кто тот самодержец. Естественно, мы обновляем объявления о следующих мероприятиях. Зайдите по ссылке, посмотрите. Там много всего интересного и для Германии, и для Чехии, и для Финляндии, и много еще для кого. Всем пока.