Программа «Статус» сезон 10, выпуск 7
НАСТОЯЩИЙ МАТЕРИАЛ (ИНФОРМАЦИЯ) ПРОИЗВЕДЕН, РАСПРОСТРАНЕН И (ИЛИ) НАПРАВЛЕН ИНОСТРАННЫМ АГЕНТОМ ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНОЙ МИХАЙЛОВНОЙ, ЛИБО КАСАЕТСЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ИНОСТРАННОГО АГЕНТА ШУЛЬМАН ЕКАТЕРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ
М. КУРНИКОВ: Здравствуйте! В эфире программа «Статус», программа, которая выходит в приложении, на радио и сразу на нескольких ютуб-каналах. Например, на канале Екатерины Шульман. Здравствуйте, Екатерина Михайловна.
М. КУРНИКОВ: Как всегда, вначале дарю вам книгу, и сегодня с особым волнением, потому что это тот самый случай, когда книгу еще никто не видел. Вот еще никто не видел, а вы уже сейчас ее получите в подарок. И это книга легендарного журналиста Ильи Азара. Посмотрите, какая красота. Это книга Ильи Азара, называется она «Мы качали лодку». Это книга о тех протестах, свидетелем которых он был, начиная еще с 2000-х и по, наверное, 2023-й где-то год. Надо же, я вот и не помню, какой год. Стыдно. Тем не менее, в общем, тут собрано много-много-много описаний разных протестов. Естественно, будет ссылка в описании на то, чтобы эту книгу заказать. Во-вторых, презентация книги Ильи Азара будет 25 октября в Риге, где как раз Илья и обитает.
Е. ШУЛЬМАН: А кто же опубликовал эту книгу? Кто-то ее опубликовал в городе Алматы. Какие-то добрые люди.
М. КУРНИКОВ: Кто-то ее опубликовал. Рекомендую, в общем, эту книгу, дорогие друзья. Тем более, что Илья Азар действительно писать-то умеет.
Е. ШУЛЬМАН: Да, слушайте, тут причем даже не только в России протесты.
Е. ШУЛЬМАН: Но и, например, в Турции вижу и, например, в Украине.
М. КУРНИКОВ: И Майдан, и Кыргызстан, и все-все-все.
Е. ШУЛЬМАН: Да. Вообще, в такого рода сборниках хорошо делать поименный указатель в конце вот тех людей, которые здесь упомянуты. В общем, да, мы делили апельсин, много наших полегло. Спасибо.
М. КУРНИКОВ: С удовольствием всегда дарю вам книги. Еще раз напоминаю про сайт «Эхо Книги», особенно по Европе. Насколько я понимаю, Азара по Европе тоже можно заказать абсолютно без каких-либо дополнительных пошлин. Ну, а мы переходим к первой рубрике.
Не новости, но события
Хорошая новость: прекращено уголовное дело против Лиды Мониавы
М. КУРНИКОВ: С какого события вы начнете?
Е. ШУЛЬМАН: Редчайший случай – начнем с хорошей новости. Обычно мы ею заканчиваем, да и то не всегда, а сегодня мы начнем с нее. Во-первых, потому что такое редко бывает. Во-вторых, потому что это действительно важно. Не то чтобы мы думали, что это какое-то начало тенденции или какого-то разворота, но это важно само по себе. Уголовное дело против Лидии Мониавы, главы детского хосписа в Москве, «Дома с маяком», закрыто Следственным комитетом за отсутствием состава преступления.
Давайте напомним слушателям, что это значит. Существуют два рядоположных основания для закрытия уголовного дела до передачи его в суд: это за отсутствием события преступления
(«принесли его домой, оказался он живой»; завели дело об убийстве, а оказался убитый-то и жив) и за отсутствием состава преступления (событие было, в данном случае имеются в виду посты, которые она писала в своих социальных сетях, но в них нет состава преступления, то есть в действиях подозреваемого нет преступления). Это важно, потому что это не просто реабилитирующие основания, а это указание, утверждение о том, что в том, что она написала, нет ничего преступного.
Если бы у нас правовая судебная система была, то, конечно, это могло бы стать прецедентом. Потому что если Следственный комитет признает, что такого рода утверждения не являются преступными, то те другие люди, которые сидят или преследуются по аналогичной статье за дискредитацию российских вооруженных сил, распространение о них ложной и заведомо ложной информации, соответственно, если они такое же типологически писали и говорили, то в этом тоже состава преступления не должно усматриваться.
Мы не рассчитываем на такого рода развитие событий, поэтому скорее считаем это изолированным хорошим событием, но, тем не менее, об этом говорим.
Также напомним, что в одном из недавних наших выпусков мы рассматривали понятие ритуала перехода и говорили о том, что это такое лиминальность и лиминальный. (Прим., подробнее о ритуалах перехода и понятии лиминальность говорилось в программе «Статус» от 14.07.2026 / S09E45).
Вот Лида Мониава – типичный человек-посредник между двумя мирами, между рождением и смертью, и рождением, которое сразу переходит в смерть, потому что при «Доме с маяком» существует и паллиативный роддом, где рождаются дети, которые либо уже мертвые, либо долго жить не будут. То есть это такие типичные ритуалы перехода. Я подозреваю, что у кого-то из начальников суеверное чувство сыграло, потому что все-таки такого рода материи жизни и смерти доходят до каждого. Все мы смертные. Все умрем, и умрем внезапно, возможно. Поэтому мне кажется, что побоялись трогать.
Может быть, повлияли те люди на инвалидных колясках, те люди с разными системами искусственного дыхания, которые приезжали на суд, и те сотни и сотни писем в поддержку «Дома с маяком», которые поступили и в Следственный комитет, и на имя мэра Москвы для дальнейшей передачи в следственные органы. Может быть, тут это подействовало.
Когда публичность помогает политзаключённым, а когда может навредить
В связи с этой уникальной ситуацией давайте скажем несколько слов о той проблеме, которая возникает в гораздо большем количестве случаев, а именно о публичности в политических делах. Когда мы считаем публичность полезной, когда мы считаем ее вредной?
Во-первых, есть дефолтное правило, которым нужно руководствоваться во всех случаях подобного рода. Если вы сами не пострадавший, не ближайший родственник пострадавшего, вам лучше следовать указаниям защиты. Вот как адвокат говорит, так и надобно поступать. Это действует в тех случаях, когда защитник играет на стороне своего клиента, то есть если речь идет не об адвокате по назначению. Если речь идет об адвокате по назначению, то следующее безопасное правило: действуйте так, как говорят родственники.
Но это правило было бы универсальным, если бы жизнь была проста. Но она не проста. Довольно часто, почти всегда ни у
защиты, ни у семьи нет монополии на информацию о деле и информацию о том, что с человеком происходит. И уж тем более он сам, в особенности те люди, которые находятся под арестом, они во многом теряют контроль над тем, что о них известно или неизвестно.
В каждом сколько-нибудь громком или потенциально громком деле начинаются сливы, начинаются утечки, следственные органы что-то рассказывают, какие-то подментованные, ненаучно выражаясь, СМИ начинают что-то сливать. Таким образом информация становится достоянием общественности. Дальше возникает вопрос: как поступать, как лучше быть? Все хотят не навредить, все хотят помочь.
Тут нет, к сожалению, никакого определенного правила, но, в общем и целом, можно вот какой логикой руководствоваться. Если дело не стало публично-политическим, то огласка может повредить, потому что бывает шанс провести дело ниже радаров. Если дело уже является политическим и публичным, то провести его ниже радаров, очевидно, уже не получится.
И тут наступает крайне неравная игра – огласка против огласки, одна версия против другой версии; то, что говорят люди, которые на стороне пострадавшего, и что говорят люди, которые на стороне обвинения, на стороне государства. Если одна сторона будет молчать, то государственная сторона расскажет свою историю про то, кто какой там хулиган, наркоторговец, бил жену и так далее и так далее. Соответственно, противоположной картины не будет никогда высказано. При этом опасения родственников, уж тем более опасения самих – давайте их назовем – заложников тоже более чем понятны. Это одна сложность.
Вторая сложность состоит в том, что ситуация меняется довольно стремительно. Как многие заметили, когда арестовали Александра Кынева, в 2019 году по подобному обвинению, по подброшенным наркотикам, можно было устроить большой публичный шум (мы имеем в виду дело журналиста Голунова), и действительно заставить систему пойти на попятный. Понятно, что сейчас почти никакая легальная кампания в России в защиту человека, которого обвиняет государство, невозможна. Вот поэтому случай Лидии Мониавы является таким уникальным исключением. Но там уж совсем ничего ни в какие ворота не лезет.
Обычно коллеги и начальники, и однопартийцы боятся вступаться, боятся высказываться, и все считают, что чем больше наговоришь, этому человеку не поможешь, а себе, наоборот, хуже сделаешь. Также распространено мнение, что всякое слово в защиту человека в России, в поддержку человека в России, сказанное вне России, делает только хуже.
Трудно сказать, где здесь наблюдение за реальностью, а где здесь некая ментальная ловушка, которую не хочется называть выученной беспомощностью, но не знаешь, как иначе можно ее назвать. С теми, про кого никто ничего не знает, можно делать практически что угодно. Вот что мы совершенно точно знаем, и это подтверждается опытом: письма, открытки, всякое такого рода направленное внимание по отношению к человеку под арестом, по отношению к человеку, уже отбывающему наказание – это некоторая защита.
Понятно, что если это случай Навального, то тут ничего не поможет – его убьют и не посмотрят на реакцию всего мира. Но если вы все-таки не Навальный, то лучше, чтобы администрация СИЗО, руководство колонии знало, что тут у вас какой-то непростой пассажир сидит, что если с ним по беспределу что-то начнет случаться, то об этом узнают. А никогда не знаешь, как ситуация обернется. Понятно, что эти ФСИНовские начальники сами не то чтобы неприкосновенны.
Александр Кынев: письма, поддержка и новости из СИЗО
Поэтому с практической точки зрения давайте скажем, что коллега наш Александр Кынев, о котором мы говорили в прошлых выпусках, и будем продолжать говорить, чтобы не забывали, он начал отвечать на письма. Ему можно писать через систему ФСИН-Письмо. Это вполне возможно в том числе и из-за пределов Российской Федерации. Он разным людям отвечает, всякие слова говорит: «Спасибо за поддержку и внимание». Говорит, что не хватает ему привычной аналитической информации, в особенности международной. Понятно, что он интересуется теми выборами, которые происходят за рубежом. Поэтому если, например, можно ему прислать результаты бразильских выборов, это точно его бы очень сильно заинтересовало.
Что касается состояния его здоровья, то он получает ту медицинскую помощь, которую возможно получить там, где он находится. Находится он в больнице «Матросской тишины».
Мы дадим еще раз координаты, по которым можно ему писать, как по простой почте, так и электронными способами. Это уж совершенно точно никому не повредит, а может быть, и поможет.
М. КУРНИКОВ: А я напомню, что на некоторых каналах мы продолжаем быть в эфире. Поэтому, дорогие друзья, если вы в Риге, приходите. Как вам обложка?
Е. ШУЛЬМАН: Слушайте, обложка торжественная и зловещая. АЗ и АР и Илья. Красиво. И тут еще такая вот полосочка проходит.
М. КУРНИКОВ: Там вообще, надо сказать, в верстке постарались.
Е. ШУЛЬМАН: Красиво, красиво. Хитро, да. Да, кстати, верстальщик фантазер у вас. Креативный товарищ. Вообще, конечно, репортажи Азара с публичных массовых мероприятий – это отдельный жанр. В поздние годы, когда я уже все это застала, он в основном выступал в таком, как, знаете, Лев Николаевич Толстой описывает оперу, литературный прием остранение, абсурдность и бессмысленность происходящего показаны глазами как бы наивного наблюдателя. Этот наблюдатель отнюдь не наивен и не первый год, и не первые десять лет ходит за разными протестующими. Так что действительно интересно будет почитать в развитии хронологическом, как вот он писал ранее и как пишет теперь.
М. КУРНИКОВ: А мы возвращаемся через сколько? Сейчас мне подскажут. Через 15 секунд.
Е. ШУЛЬМАН: Может, чаю нальете? Последним движением. Спасибо. А молока даже можно не добавлять.
М. КУРНИКОВ: Ну, а мы продолжаем. И, кстати, напомню, что обязательно в описании будет ссылка с мероприятиями, которые будут, прям на всю осень уже расписаны практически. Загляните, посмотрите, где можем встретиться. Ну, а мы продолжаем.
Репрессии после выборов продолжаются
Е. ШУЛЬМАН: Итак, мы с вами говорили в прошлом выпуске о поствыборной эскалации по всем фронтам, какие мы только наблюдаем: и на военном фронте, и на внешнеполитическом, и на внутриполитическом. Эта тенденция продолжается, несмотря на ту одиночную хорошую новость, о которой мы имели удовольствие рассказать до перерыва. У нас имеются теперь новые преследования активистов КПРФ, в том числе в Удмуртии Дмитрия Морозова, местного молодого коммуниста, задержали тоже с наркотиками, вы удивитесь. То есть, возможно, это делается какой-то ныне распространенной практикой. Возможно, это новая мода сезона. Будем смотреть, как там дела.
В Москве какое-то небольшое совершенно количество митингующих, причем в разрешенном митинге, начали задерживать, когда они стали кричать подрывной лозунг «Долой царя!». Они бы еще «Долой самодержавие!» кричали. Разве можно такое? Причем в решении суда – им там некоторым дали административным образом по 15 суток – было сказано, что митинг был согласован, а вот шествие после него уже не было согласовано. Каким образом люди после митинга должны были, видимо, раствориться в воздухе или провалиться сквозь землю, не вполне понятно. В общем, тут у нас выборы тоже дали отмашку для каких-то еще более энергичных действий по изничтожению всего, что движется, чем даже были эти энергичные действия в выборный период.
Куда пропал Сергей Кириенко и как понять, что чиновник попал в опалу
Мы с вами в прошлый раз говорили о том, что на вот этом внутриполитическом поле у нас все больше жрецов безопасности, все меньше политических менеджеров былой эпохи. И даже сетовали мы о потере, об исчезновении Сергея Владиленовича Кириенко. Как-то вот его нету и не видно. Мы помним, что на встрече в Кремле президента с лидерами фракций новой Думы его не было. И смотрели мы внимательно на первое свидание Государственной Думы, которое состоялось 30 сентября. По многим причинам смотрели на него внимательно. Такой день, такой день, практически Новый год. В общем, вы знаете, тоже не было никого. От администрации президента вообще удалось разглядеть только одного Гарри Минха, представителя президента в Государственной Думе.
М. КУРНИКОВ: Не стареют душой ветераны.
Е. ШУЛЬМАН: Да, да, да. А от УВП вообще совершенно никого. Если вы видели Сергея Владиленовича Кириенко, то, пожалуйста, пишите об этом в комментариях. Может быть, мы его как-то проглядели. Но вот пока нету.
Одно маленькое замечание. Мы в прошлый раз говорили, что вдруг да он появится на форме «Цифровые решения». Помните?
Е. ШУЛЬМАН: Мы тут ввели в заблуждение уважаемую публику. Приносим ей свои извинения. Появился, но это не тот Кириенко, это Владимир Кириенко. ВК, понимаете? И он как раз был, и он как раз там выступал, и Мишустина благодарил за поддержку этой самой замечательной платформы ВКонтакте. Так что у него пока все хорошо.
Вообще, при этом удобном случае давайте заметим, какие в российском бюрократическом обиходе имеются признаки впадения в опалу или выпадения из фавора того или иного чиновника. На что не надо обращать внимание никогда? На награждение и вхождение официального лица в какие-нибудь экспертные, наблюдательные, консультационные советы, что-нибудь в этом роде. Есть известный нам случай, когда буквально накануне не то что отставки, а даже задержания и ареста людей награждали какой-нибудь медалью, вписывали их в советы директоров крупных государственных компаний. Оказывается, что это вот совершенно ничего не значит.
Публичные появления значат чуть больше. Почему мы, собственно, с настойчивостью, достойной лучшего применения, пытаемся увидеть Сергея Владиленовича, как будто он нам родной человек.
М. КУРНИКОВ: Особенно вместе с Владимиром Путиным.
Е. ШУЛЬМАН: Особенно на мероприятиях высокого уровня, соответственно, с президентом, с премьер-министром. Это важно. Опять же, почему 30 сентября? Не только потому, что по старой памяти нам дорог день, открывающий работу нового созыва, но и потому, что президент приехал на Охотный Ряд, не к себе позвал, а сам к ним приехал. То есть это мероприятие высокоранговое. Вот нахождение в одном кадре с первым лицом, стояние на мавзолее, несение гроба – это важные позитивные признаки. Все остальное – не до такой степени.
Есть еще один признак, который никогда не обманывает. И у этого признака есть свое научное обоснование, скажем мы, забегая вперед. Если курируемым вами проектам дают бюджетные деньги или увеличивают бюджетное финансирование – вот это признак настоящей благорасположенности к вам всей государственной машины.
«Время героев» исчезает из будущего бюджета
В связи с этим и в связи с вот этим сюжетом, за которым мы пытаемся наблюдать, обратим внимание вот на какую деталь. Бюджет находится в Государственной Думе, мы о нем еще чуть подробнее поговорим. В конце октября ожидается первое чтение. Соответственно, по мере поступления новой информации мы оттуда вычитываем всякие интересные детали. Так вот, что у нас получается? У нас получается внезапно, что после 2027 года (в 2028-2029 году), исчезает финансирование кадровой программы для участников войны в Украине известной как «Время героев». (Прим., «Время героев» – программа по подготовке кадров для государственной службы и «формированию новой элиты» РФ среди российских ветеранов и участников СВО. 29 февраля 2024 г. в ходе обращения к Федеральному собранию президент заявил о том, что участники СВО должны занять руководящие государственные должности во многих сферах деятельности страны. По словам президента, настоящей элитой являются участники боевых действий, а не те, кто обогатился в 1990-е годы. Для реализации этой идеи он поручил с 1 марта 2024 г. создать специальный образовательный проект «Время героев»).
Что это такое? Там есть такая табличечка, на которой можно видеть, что есть АНО «Россия – страна возможностей». АНО – автономная некоммерческая организация. Фильм Стивена Кинга «АНО», ужастик, ужасный ужастик, леденящий душу просто, кровь, клочки и прочее. Так вот, «Россия – страна возможностей» – это такой как раз кириенковский, УВПшный полностью проект. Они получают бюджетные гранты на вот такого рода программы. Другие проекты финансируются, все остается как было. В частности, даже на Всемирный фестиваль молодежи и студентов, сохранение его наследия, что-то такое, там длинная формулировка…
Е. ШУЛЬМАН: Да, с 1957 года все финансируем и финансируем. Вы знаете, один раз провели, а финансирование так с тех пор и не прекращается. Там прекрасные цифры, там миллиард с лишним. И как раз в 2028 и 2029 году больше, чем в 2027-м. А вот «Россия – страна возможностей» – 255 миллионов на 2027 год (это примерно столько же, сколько было в 2025-м и 2026-м), а в 2028-м и 2029-м вообще ничего нету, ноль, вот прямо ноль. Мы не будем придавать этому избыточное значение.
М. КУРНИКОВ: Так бюджет корректируется.
Е. ШУЛЬМАН: Вот именно. Мы-то сами говорили, что трехлетнее бюджетное планирование Минфина не стоит воспринимать всерьез. Сам Минфин его всерьез не воспринимает. Может, забыли просто в клеточку чего-то внести. Может быть, какому-то другому АНО это передадут. Но в любом случае ставим галочку небольшую на этом месте, потому что что-то в этом есть такое непонятное.
Были какие-то анонимные источники, которые утверждали, что вообще закрывают, сворачивают эту программу «Время героев». Но как ее можно сворачивать, когда вот только сейчас президент, выступая с обращением по поводу Дня учителя, говорил о том, что самые лучшие учителя – это те, которые навоспитывали больше всего массовых убийц или сами кого-нибудь убивали, и упомянул эту самую программу «Время героев»? То есть тут что-то странное. Может быть, ее уведут, например, в Министерство обороны, и деньги будет получать какая-нибудь другая, АНОшечка. Вот на это надо будет обращать внимание, потому что это важно.
Что еще у нас на фронте патриотизма? На фронте патриотизма у нас, вы не удивитесь, задержания, аресты и приговоры. Сразу скажу, забегая вперед, что наша с вами рабочая гипотеза, которую мы продолжаем проверять эмпирически, о возможном замедлении внутриэлитных репрессий в связи с внешнеполитической и военной эскалацией, пока не находит себе подтверждения. Никакого замедления мы не наблюдаем. Не наблюдаем мы ускорения, но и не наблюдаем паузы.
Новые задержания и дело вокруг парка «Патриот»
Итак, парк «Патриот». Если вам кажется, дорогие слушатели, что вы уже слышали многократно о том, что в парке «Патриот» кого-то арестовали, то вам не кажется. Там действительно всех понаарестовывали. Если зачитывать должности людей, которые либо уже арестованы и даже получили какой-то приговор, либо арестованы в 2026 году, то хочется, чтобы звучала фоновая музыка, как прогноз погоды на советском телевидении: «Я прощу, а вдруг цветы простить не смогут никогда. Вот память священна, как отблеск высокого огня».
И дальше, представьте, под эту лирическую музыку мы, например, зачитываем: бывший директор парка «Патриот», действующий директор парка «Патриот», первый замдиректора «Патриота», замдиректора по эксплуатации, простой заместитель директора, начальник управления
учебно-материальной базы, начальник отдела закупок, руководитель филиала в Кронштадте, главный бухгалтер. Замначальника Главного управления инновационного развития Минобороны тоже связан с этим делом. Кстати, Павел Попов, замминистра обороны, тот самый, который получил 19 лет, а потом 10, не вместе, а сократили ему срок, тоже был связан с этим делом парка «Патриот».
О чем там идет речь? Там речь идет о каких-то взятках многомиллионных.
М. КУРНИКОВ: Да не может быть.
Е. ШУЛЬМАН: Да вот представьте себе. Неужели среди москвичей есть взяточники? – спросим мы, как в романе «Мастер и Маргарита». Не может такого быть. (Прим., цитата из романа М.А.Булгакова «Мастер и Маргарита», глава 18, «Неудачливые визитеры», разговор Воланда с буфетчиком театра варьете Андреем Фокичем Соковым: «— Ай-яй-яй! — Воскликнул артист, — да неужели ж они думали, что это настоящие бумажки? Я не допускаю мысли, чтобы они это сделали сознательно. Буфетчик как-то криво и тоскливо оглянулся, но ничего не сказал. — Неужели мошенники? — Тревожно спросил у гостя маг, — неужели среди москвичей есть мошенники?»).
Конечно, незадача состоит в том, что бывший директор уже сидит, Вячеслав Ахмедов. Назначили нового директора, причем директора с очень почтенным послужным списком. Это бывший губернатор Кировской области. Кировская область как-то не хороша для губернаторов. С другой стороны, какая область хороша для губернаторов? Он был аудитором Счетной палаты, он был главой Росреестра и заместителем главы Росстата. Посмотрите, какая вообще картина. Кажется, что человек дальше должен стать как минимум вице-премьером, а возможно, и главой правительства.
Но что же мы видим вместо этого? Он назначается директором парка «Патриот» и арестовывается за взятку в 80 миллионов. На самом деле, уже когда был воздвигнут вот этот вот храм
Вельзевула имени Минобороны, уже тогда было понятно, что место там нехорошее. А уж когда молния поразила гуляющих в этом парке и убила, по-моему, двоих человек, уже даже самым непонятливым должно было стать ясно, что силы небесные прогневались на парк «Патриот» и иметь с ним дела не надо.
М. КУРНИКОВ: Все-таки классики есть классики. Салтыков-Щедрин с его фразой «На патриотизм начали напирать. Видать, проворовались» буквально, как говорится, видел сквозь века.
Е. ШУЛЬМАН: Есть такое дело. В общем, если вы работаете в парке «Патриот,» даже бухгалтером, или, например, имели с ним дело в качестве подрядчика, или мимо проходили, то не проходите, пожалуйста, больше мимо или, наоборот, проходите как можно мимее, насколько вы в состоянии. Если вы там работаете, подумайте над тем, чтобы там работать перестать.
Потому что это дело типичное раскручивающееся. Вот начинаются аресты, люди дают показания на вышестоящих, их, соответственно, берут, и наоборот, идут сверху вниз, как до этого шли снизу вверх. А дальше начинаются расходящиеся, расширяющиеся круги по более нижестоящим сотрудникам и по подрядчикам, по тем, кто имел дело с этой сомнительной, прямо сказать, организацией.
Вообще, Министерству обороны как-то не везло на прошедшей неделе. У нас, например, задержан и арестован начальник управления учебно-материальной базы Главного управления боевой подготовки вооруженных сил по фамилии Никитушкин, заключен под стражу. А также начальник отдела управления инженерных войск Ленинградского военного округа. Это, кстати говоря, продолжение дела о «зубах дракона», каковые – «зубы дракона» – продолжают перемалывать все новых и новых людей.
Кстати говоря, например, губернатор курский Александр Хинштейн неизменно сообщает о таких делах. Поэтому, даже если вы не поклонник журналистских талантов Хинштейна, имеет смысл подписаться на его социальные сети – первыми будете узнавать, кого из ваших знакомых и коллег уже успели арестовать.
Еще одно задержание, такое несколько неожиданное, из той части госаппарата и окологосударственных организаций, которые не то чтобы часто этим самым репрессиям подвергаются. У нас задержан по делу о взятке директор Госкомиссии по запасам полезных ископаемых.
Аресты среди геологов и новые коррупционные дела
Что такое Государственная комиссия по запасам полезных ископаемых? Это федеральное бюджетное учреждение, оно входит в систему Роснедр и, в свою очередь, подчиняется Минприроды. То есть это вертикаль Минприроды. Это бюджетное учреждение, выполняет оно функции экспертные. Эта самая ГКЗ должна проверять данные, которые предоставляются геологами и компаниями относительно запасов и качества полезных ископаемых. А дальше комиссия делает заключение, на основании которого эти запасы становятся на государственный баланс. Дело, конечно, взяткоемкое, если правильно подойти.
Но человек, который сейчас задержан, фамилия его Шпуров, он, в общем, такой карьерный геолог из Тюмени, горный инженер, всю жизнь в этой системе так или иначе проработал.
В общем, даже и на госслужбе не был. Вот я смотрю его, в свою очередь, послужной список. Там есть Самотлор, там есть нефтяная компания, там есть Западно-Сибирский НИИ геологии и геофизики.
М. КУРНИКОВ: Нормально же жил.
Е. ШУЛЬМАН: Да. И более того, на этой должности, на должности директора ГКЗ, он находится с 2013 года, то есть тоже уже достаточно давно. Мы не будем тут гадать, какая крыша прохудилась, собянинские это тюменские, или это якушевские-тюменские или какие-то другие люди, но просто обратим внимание на такой факт с целью предупредить тех людей, которые вдруг там где-то рядом находятся. Имейте в виду, что такое происходит.
Краснодарский край: депутаты, чиновники и новые посадки
Далее. Некоторое количество задержаний и арестов у нас в Краснодарском крае. Депутат Государственной Думы, лишившийся мандата или, точнее, не прошедший в новый созыв, у нас арестован. Это Андрей Дорошенко. Там был еще один депутат, которого год назад арестовали, Анатолий Вороновский. Помните?
М. КУРНИКОВ: Честно говоря, нет.
Е. ШУЛЬМАН: Вороновский, «Единая Россия», год назад арестован. Нет? Не помните? Это, по версии следствия, мошенничество в Краснодарском крае. Это дорожно-транспортная компания, дорожное строительство в Краснодарском крае.
М. КУРНИКОВ: В Краснодарском крае просто в прошлом году уж совсем много кого забирали.
Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, да. Вот в Ростовской области и в Краснодарском крае буквально задержали всех человек. У Вороновского и у этого депутата Дорошенко в доход государства конфисковано имущество. А дело Дорошенко еще знаете, чем интересно? И мы с вами его упоминали. У него арестовали двоих детей, на которых он записывал какие-то там свои капиталы, – дочь и сына, молодых людей двадцати с чем-то лет. Может быть, это причина, по которой он сам еще находился в стране и даже дождался теперь своего собственного ареста. (Прим., подробно о деле депутата Вороновского и аресте детей депутата Дорошенко говорилось в выпуске программы «Статус» 03 февраля 2026 г. / S09E22).
На самом деле, вот это дело, которое началось с Вороновского, оно уже год назад началось, но почему-то следственные органы ждали, когда он лишится мандата уже официально. И вот начало нового созыва – вот, пожалуйста: одним, соответственно, распределение мест в комитетах, а другим – вот это вот.
Бывший вице-губернатор Краснодарского края и атаман казачьих войск получил 14 лет колонии за мошенничество и злоупотребление полномочиями. По версии следствия, хищение военного снаряжения, – интересная деталь – которое его советник хотел продать на сайте объявлений. Не делайте так. Даже если вы казачий атаман, постарайтесь подумать, прежде чем поручать своему сотруднику размещать объявления на Авито, в которых вы продаете уж не знаю что, военное снаряжение. Не надо так делать.
Приговор бывшему мэру Сочи
Сразу несколько задержаний в Федеральной налоговой службе Краснодарского края. Это все происходит у нас в городе Сочи.
В общем, в городе Сочи неспокойно. Не будем перечислять всех арестованных, но там заместитель начальника, его предшественник в той же должности и еще несколько сотрудников.
На этом фоне глава города Краснодара Евгений Наумов подает в отставку, не объясняя никаких причин. Он у нас с 2022 года является мэром Краснодара, а теперь уже не является.
Мэр города Сочи осужден на 15 лет колонии строгого режима: взятки, отмывание денег, растрата бюджетных денег. 340 миллионов коррупционных доходов. Там тоже, кстати, детали, леденящие душу. Потому что этот самый мэр Сочи ушел в отставку в 2024 году, ушел добровольцем на войну, вроде как находился в Луганске, но, тем не менее. Его жену задержали в Москве, потом задержали его самого. И вот, соответственно, теперь он получил такой довольно жуткий приговор. Жена его тоже проходит по этому делу, потому что вроде как во всех их делах по присвоению имущества его жена тоже участвовала.
Так вот, жуткие детали состоят вот в чем. У этой пары ресурсной семеро детей, из них трое – это их общие дети. На момент ареста дочери три года, близнецам по году. И его жена пыталась там голодовку объявлять, чтобы ей дали этих детей. Суд ей в этом отказал. В общем, все это какой-то сплошной кошмар беспросветный.
Что еще рассказать хорошего? Бывшего главу города Серова из Свердловской области тоже задержали. А в Екатеринбурге тем временем один тюменский выходец сменил другого в качестве мэра. Поскольку в Екатеринбурге мэров не выбирают, несмотря на то, что жители города очень сильно этого хотели и периодически порывались собирать подписи даже за проведение городского референдума о возвращении прямых выборов мэров, из этого ничего не вышло, поэтому им присылают каких-то почему-то тюменцев. Почему? Видимо, опять же, спросите товарищей Якушева и Собянина.
Возвращаясь к бюджету. Это вот у нас была панорама арестов, а теперь по поводу денег.
Е. ШУЛЬМАН: Тюрьма и сума, совершенно верно, основные темы. Мы с вами сказали, что 29 октября будет первое чтение, 17 ноября будет чтение второе. Будем смотреть тоже на поправочки ко второму чтению. Они демонстрируют отношение государства к любимчикам и постылым, как сказал бы тот же Салтыков-Щедрин в романе «Пошехонская старина».
М. КУРНИКОВ: А я, кстати, проверил, и он скорее не говорил фразу про патриотизм и проворовались, то, что так широко разошлось. У него была работа на схожую тему, но именно этой фразы он себе не позволял. Хорошо, что есть «Проверено. Медиа» – можно любую фразу так проверить. Вот я так и сделал.
Е. ШУЛЬМАН: Хорошо, хорошо. Не будем приписывать классикам того, чего они не говорили. Они наговорили и без того достаточно.
На чём экономит новый бюджет
Итак, что видим мы пока, что у нас смутно проступает в бюджете? Государственные расходы на борьбу с онкологическими заболеваниями сокращены в 12 раз, потому что бюджетный дефицит и есть другие задачи. Зачем лечить людей, когда можно убивать людей? Это тоже расходно, но гораздо больше нравится нашему начальству.
Далее. Новые правительственные инициативы, которые вносятся одновременно с бюджетом, но являются отдельными законопроектами. Повышение налога на продажу недвижимости. То есть при продаже недвижимости, если вы это делаете раньше определенного срока владения и при иных условиях, вы, дорогие россияне, платите налог. Этот налог у нас хотят повысить до 22%, очевидно, параллельно с ростом НДС и с ростом НДФЛ (налога на доходы физических лиц) на пассивные доходы.
В качестве обоснования, почему нужно повышать НДФЛ на дивиденды и на проценты от банковских вкладов, Минфин пишет, что унификация налогообложения всех доходов граждан соответствует принципам справедливости и эффективности налоговой системы. То есть если кому-то одному повышают, то всем остальным тоже должны повысить. Не знаю, что здесь особенно справедливого, но тем не менее.
Интересно, что всего лишь год назад те же представители Минфина, в частности заместитель министра финансов Сазанов говорил буквально следующее: «Повышение ставки НДФЛ на дивиденды до новых уровней – 18, 20, 22% – могло бы дестимулировать развитие финансового рынка, уменьшить мотивацию к прямому владению компаниями российскими резидентами и к распределению дивидендов среди физлиц в целом. Поэтому максимальная ставка налога на дивиденды, как и на все пассивные доходы, была сохранена на уровне 15%».
Ну что ж, год прошел, как сон пустой, царь женился на другой. Министр тот же, замминистра тот же, а, понимаете ли, налог-то и вырос. (Прим., цитата из «Сказки о мертвой царевне и семи богатырях» А.С.Пушкина: «Долго царь был неутешен, / Но как быть? и он был грешен; / Год прошёл, как сон пустой, / Царь женился на другой»).
Новые штрафы
Далее. Еще один неисчерпаемый, как кажется правительству, источник доходов, которые можно пособирать с граждан, – это штрафы. Правительство Российской Федерации внесло в новую Государственную Думу масштабные поправки к Кодексу об административных правонарушениях. Рост штрафов, причем кратный, действительно значимый, практически по всем популярным статьям: как по политическим (о них сейчас скажем), так и по бытовым.
От 1,5 до 2,5 раз увеличиваются штрафы за участие в несогласованной акции, за нарушение порядка организации и проведения публичной акции, за проведение акции без подачи уведомления. Все у нас вырастает. Повторное нарушение – от 300 до 800 тысяч рублей (было 150–300), а для юридических лиц – 1,5 миллиона рублей. Экстремизм, дискредитация – сразу в 50 раз повышаем: для частных лиц – до 50 тысяч, для должностных – от 200 до 370 тысяч, юридические лица, если будут клеветать – от 600 тысяч до миллиона.
Распространение экстремистских материалов. Очень туманная категория «экстремистские материалы». Кто думает, что это материалы, внесенные в реестр экстремистских материалов, кто по-другому думает, а суд лучше знает. Для граждан – 100 тысяч рублей, для должностных лиц – 200, для юрлиц – до двух миллионов.
Если вы думаете, что только про политику, то нет. Курение в неположенном месте, распитие алкоголя в общественных местах тоже у нас подорожают. Штрафы за нарушение пожарной безопасности тоже растут.
Я должна вам сообщить, если вы еще не знаете, дорогие граждане, что будущие доходы от штрафов закладываются в бюджет. То есть вы еще ничего не нарушили, а правительство уже думает, насколько оно вас оштрафует. То есть если теоретически все граждане Российской Федерации станут соблюдать Правила дорожного движения, перестанут курить в неположенных местах, вообще перестанут курить, не будут несогласованные акции организовывать (да и согласованные перестанут, преисполнятся отвращения к этому роду деятельности), то российский бюджет лишится доходов.
Вот есть планы на 2026 год, оценка 2026 года. Есть планы на 2027 год – тут больше должно быть взято штрафов, чем в 2026 году. Почему-то, кстати, довольно значительный рост будет в 2028-м и в 2029-м. То есть в 2028 и в 2029 году, по мысли правительства, российские граждане совсем распоясаются и будут вытворять такое, за что их прям вот хочешь не хочешь придется штрафовать. То есть вот они, я вижу, Правила дорожного движения больше будут нарушать, ненадлежащим образом будут исполнять свои обязательства перед федеральным государственным органом. Вообще, это ужасно. Вот эти грехи, которые еще не совершены, но они уже оценены, и у них уже есть цифры, в этом есть что-то безнадежное.
М. КУРНИКОВ: Бюджет – такое дело. Я помню, как-то в Свердловской области был принят закон о том, что казакам положены бесплатные похороны, в бюджете пришлось прописать, что в таком-то году должно умереть столько-то казаков.
Е. ШУЛЬМАН: Да, действительно. Как в известном анекдоте: «Место хорошее, но брать надо прямо сейчас». Понятно, столько-то казаков извольте предъявить.
Сокращение выплат семьям погибших участников войны
Кстати говоря, по поводу мест на кладбище, которые надо брать прямо сейчас. Правда, тоже однократное сообщение, будем смотреть, подтянутся ли другие регионы, но, тем не менее, официальное распоряжение губернатора Саратовской области о снижении единовременного пособия членам семей погибших на СВО (так называемые «гробовые»). Снижение серьезное: с миллиона до 100 тысяч рублей. В десять раз сразу. Пособие будет назначаться в случае, если обращение семьи последует в течение шести месяцев со дня регистрации смерти.
С регистрацией смерти отдельное приключение. Хотя сейчас, надо сказать, Министерство обороны уже не так заинтересовано в том, чтобы всех погибших признавать пропавшими без вести, потому что им нужны штатные единицы для заполнения их новыми погибающими. Поэтому немножко стало легче с тем, чтобы вашего пропавшего признать уже погибшим. Тем не менее, вот шесть месяцев, не больше, для получения региональной надбавки.
Напомню, что соцобеспечение участников СВО и их семей во многом, в значительной степени лежит на плечах не федерального бюджета, а бюджетов региональных. Мы говорили в прошлом выпуске, что целый ряд регионов снижают выплаты за подписание контракта. Вот мы видим, по крайней мере, первый официально подтвержденный регион, который очень значительно снизил выплату за уже покойника. Эти выплаты были назначены правительством Саратовской области в апреле 2022 года. Вот теперь происходит такое снижение. Оно вступит в силу с 1 ноября.
В общем, выборы прошли. В Саратовской области в особенности хорошо проголосовали и за Вячеслава Викторовича Володина лично, и за партию «Единая Россия» в целом. Поэтому чего тратить деньги на этих людей, которые уже сделали все то, что от них можно было ожидать?
Последнее, о чем мы с вами скажем до перехода в иное состояние, до перехода в следующую рубрику, это вот как раз плохая новость. Причем это плохая новость по нашей части. Мы с тревогой наблюдаем за расползанием чернильного пятна секретности, которое покрывает все большее и большее количество тех сведений, которыми раньше российское государство с нами делилось, со своими гражданами, теперь делиться перестает.
В России продолжают закрывать государственную статистику
В прошлом выпуске мы упоминали указ президента о закрытии сведений о работе НПЗ, о производстве топлива и потреблении его в России и целом ряде других параметров работы топливно-энергетического комплекса. С 2022 года мы лишились очень многих основных, базовых, фундаментальных сведений о том, как вообще страна живет. Ни о рождаемости, ни о смертности, ни о производстве, ни о потреблении по целому ряду параметров, криминальной статистики нету (МВД перестало ее публиковать).
И мы говорили о том, что один из немногих оставшихся источников информации о том, какова в России преступность – это ежегодные отчеты Судебного департамента Верховного суда. Беспокоились мы о том, что с новым начальником, бывшим генпрокурором, этот самый Судебный департамент и Верховный суд в целом станет менее открытым. Он не был особенно открыт, но мы боялись, что будет хуже. И если вы помните, мы говорили с вами некоторое время назад о том, что сайт Судебного департамента Верховного суда почему-то завис, данные все исчезли. Показывали мы с вами скриншотики «Ведутся технические работы». Беспокоились о том, сколько эти самые технические работы будут вестись.
Что у нас произошло с этими сведениями? В апреле должны были быть выложены данные за 2025 год, за предыдущий. Выложены они не были, были вот эти самые технические работы. Более того, вся судебная статистика исчезла, которую там за последние 20 лет выкладывали. Что произошло потом? Статистика вернулась в июне, данные появились вплоть до первого полугодия 2025 года, то есть не полностью за 2025 год. Но появилось некоторое количество закрашенных серым колоночек и столбичков в публикуемых таблицах. Целый ряд данных стали у нас теперь секретными. В частности, информация о количестве исков о признании граждан погибшими и пропавшими без вести. Как вы думаете, почему? В 2024 году был прямо-таки рекорд таких исков. Мы только что с вами об этом говорили, да? Пропавший без вести, семья подает иск либо военная часть подает иск о признании этих людей погибшими.
Количество осужденных по делам о преступлениях против основ государственного строя, а именно: госизмена, разглашение гостайны, диверсия, организация экстремистского сообщества, дискредитация армии. Распространение фейков имеется, дискредитация армии не имеется. В чем логика, честно говоря, мне непонятно. Также нет теперь данных о привлеченных к административной ответственности за дискредитацию армии, возбуждение ненависти, призывы к сепаратизму и нарушение порядка деятельности иноагентов. Господи, этих-то за что? А также сведения о преступлениях, совершаемых военными и сотрудниками правоохранительных органов, также больше не публикуются.
Раньше мы в разделе «Демографические данные осужденных» могли видеть, где эти люди работали: военнослужащие, судьи, прокуроры, следователи, полицейские, сотрудники ФСИН. В статистике за 2025 год, увы, этих данных в открытом доступе уже нет. Подозреваю, что теперь так и будет. И, вероятно, будет только хуже.
Само направление мысли государственной тут довольно-таки характерно. Может быть, сотрудники правоохранительных органов как-то больше стали совершать преступлений, и нас не хотят тревожить этими сведениями. Может быть, какие-то другие причины.
Но это вот тот случай, когда ужасно неприятно говорить, что твои экспертные прогнозы сбываются. Вот тут хочется, чтобы они никогда бы не сбывались. Но как посмотришь на этого нового председателя Верховного суда, так и думаешь: этот вообще ничего не опубликует, а то, что было опубликовано, то все закроет.
Опять же, напомню: это данные о приговорах, то есть это самый-самый хвост, это конец цепочки. Раньше МВД нам говорило о том, сколько фиксируется преступлений, сколько регистрируется заявлений о преступлениях. Есть еще другие, например, данные. Опросы есть, так называемые виктимологические исследования: людей спрашивают, были ли они жертвами преступления. Там еще больше получается база данных. То есть вот все сужается, сужается, сужается, и уже вот это последнее – решения судов. Как можно это засекречивать? Это открытая информация. Но вот, тем не менее, так.
М. КУРНИКОВ: Давайте скорее перейдем к следующей рубрике.
Отец и понятие: Рудольф Гольдшейд и фискальная социология
М. КУРНИКОВ: Отцу посвящен рисунок, но это не он изображен.
Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, в этом состоянии уже все отцы похожи. Наш сегодняшний отец действительно человек, сказавший запоминающуюся фразу, которую вы когда услышите, больше, я думаю, никогда не забудете. И это, собственно, тот, благодаря которому мы – не экономисты и не финансисты, и не банкиры – можем анализировать доходы и расходы государственного бюджета и извлекать из этого ценные политические заключения.
Кроме вот этих причин о нем рассказать, сегодня 95 лет исполняется со дня его смерти. Обнаружила я, уже начав работу над нашим выпуском.
М. КУРНИКОВ: Сколько же он прожил?
Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, это тот отец, который прожил не очень много, но в его случае это скорее преимущество. Вы сейчас поймете почему. Наш сегодняшний отец – это австрийский социолог Рудольф Гольдшайд. Он родился в 1870 году, а умер в 1931-м. То есть прожил он всего 61 год. Но поскольку он был пятым ребенком в еврейской семье предпринимателей и жил в Вене, то, может быть, оно и к лучшему, вы знаете, так вот получилось.
Он прожил благодаря вот этому удачно выбранному интервалу достаточно мирную жизнь. И он является частью такого венского научного ренессанса, – ну, ренессанс это возрождение – венского научного расцвета 1920-х годов. Там была у них веселая компания. Там были и социологи, и экономисты, и политические беженцы. По легенде, встречался с Троцким, сам был социалистом, был членом Социалистической партии. Тут где-то Фрейд, понимаете ли, рысцою пробегал. Все сидят в кафе, пишут за круглыми мраморными столиками, пьют кофе и пиво и двигают вперед социальные науки.
Рудольф Гольдшайд является отцом нашего сегодняшнего понятия, о котором мы скажем. Он исследовал государственные финансы в целом и бюджет в частности на предмет того, каким образом распределение денег отражает политические приоритеты государства. Так вот, фраза его бессмертная звучит следующим образом: «Бюджет – скелет государства, очищенный от всех вводящих в заблуждение идеологий». Вот кому деньги дают – того, соответственно, и любят. «Где сокровище ваше, там будет и сердце ваше». (Прим., Евангелие от Матфея (6:21) - часть Нагорной проповеди Иисуса Христа).
В биографии Гольдшайда, кроме того, что он был пятым ребенком в еврейской семье, но при этом сам отошел на позднем этапе от иудаизма… Вы знаете, если бы он прожил подольше, это бы его нисколько не спасло, вот эти его философские метания. Но тем не менее. Так вот, в биографии его очень интересно то, что этот человек, в общем, при том, что он основатель так называемой «экономики человека»… Вот то понятие человеческого капитала, которым мы сейчас так охотно оперируем, оно ему обязано своим появлением.
Так вот, он не то чтобы имел какое-то более-менее регулярное и последовательное образование. Он не работал ни в каком университете. Более того, он в Вене в школе учился, потом поехал в Берлин учиться на факультете философии и социологии, но бросил это дело, не получив диплома. Роман написал под псевдонимом. Разносторонний такой человек. Потом женился и уехал обратно в Вену. Там вот он занялся этой самой общественной, политической и научной своей деятельностью.
И написал он книжку. Даже хочется прочитать ее название по-немецки, потому что оно так эффектно звучит: «Staatssozialismus oder Staatskapitalismus» («Государственный социализм или государственный капитализм»).
М. КУРНИКОВ: Все бы было так понятно по-немецки.
Е. ШУЛЬМАН: Вот вы знаете, да, по-немецки даже понятнее, чем на всех других языках.
В чем его была идея? Он, во-первых, полемизировал с популярными тогда течениями, а именно социальным дарвинизмом, о котором мы тоже говорили, и мальтузианством, разрабатывая свою теорию человеческой экономики. Он говорил, что человек является сам по себе так называемым органическим капиталом, который, в свою очередь, является частью экономики развития.
В общем, если упрощать, мысль его состоит в следующем: если людей учить, кормить и не бить их палкой по голове, то они развиваются и таким образом становятся более производительными.
Опять же, в отличие от теории социал-дарвинизма (давайте люди будут жрать друг друга, и выживет самый
приспособленный, и вот он-то нам и обеспечит прогресс), идея Гольдшайда состояла в следующем, что экономика, экономическая система должна поощрять права и благосостояние трудящихся. Если мы игнорируем в качестве излишних затраты на обучение, лечение, санитарию и прочее-прочее, если мы считаем, что детский труд тоже способствует экономическому росту, то мы краткосрочные доходы, краткосрочные преимущества видим, но не видим долгосрочного истощения этого человеческого капитала. (Прим., о социал-дарвинизме речь шла в программе «Статус» от 06.08.2019 / S02E47, о Томасе Мальтусе см. подробнее в программе «Статус» от 16.01.2018 / S01E18).
Короче говоря, если вы эксплуатируете слишком рабочих своих, то они болеют, чахнут и бунтуют. И в конечном счете у вас появляется, как он писал, «иллюзия производительности», а на более длительных временных отрезках у вас будет экономический упадок. Понятно?
Е. ШУЛЬМАН: Вот эту вот свою гуманистическую теорию он, к сожалению, назвал неудачным термином, а именно – социалистической евгеникой. Напомню, что он был социалистом. Евгеника плохо состарилась, поэтому теперь название звучит как-то непривлекательно.
М. КУРНИКОВ: Социализм тоже состарился, но не так.
Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, кому как. Мы с вами находимся в городе Берлине – тут многим нравится. А другие наши слушатели, может быть, находятся в городе Нью-Йорке – там тоже многим нравится. Так что левая идея, как и правая идея, не умрет никогда.
У него, кстати, с Шумпетером были большие и плодотворные полемизирования. Помните Шумпетера, «креативное разрушение»? Был у нас такой товарищ. (Прим., см. подробно о Йозефе Шумпетере в рубрике «Отцы», программа «Статус» от 26 мая 2020 г. / S03E35).
Так вот, понятие, которое ввел Гольдшайд, – это фискальная (или финансовая) социология. То есть изучение налогообложения, доходов и расходов государства как отражения государственной политики. То есть желаемые и действенные расходы определяют, какие общественные группы платят, а какие получают. Соответственно, кто оплачивает банкет, а кто является его бенефициаром. Таким образом, фискальная социология – это изучение государственных финансов и налоговой политики для понимания отношений между гражданами и государством и между различными группами интересов внутри общества.
Шумпетер тоже на эту тему писал. У него была книга под названием «Кризис налогового государства». Но Шумпетер был такой более социал-дарвинист, а вот наш с вами герой придерживался более гуманных взглядов.
Итак, когда мы с вами сейчас говорим об экономике развития, о вложении в человеческий капитал, мы следуем идеям Гольдшайда, который заслуживает большей известности, чем она у него есть.
Последнее, что скажу. Дорогие слушатели, нету о нем статьи в русской Википедии. Позор, стыдно. Как это такое? Не успела посмотреть, переведены ли какие-то его работы на русский язык. В научных работах и статьях он упоминается вполне – как при описании венской научной жизни, так и в работах по фискальной социологии, коей он есть основатель. Но в Википедии нет статьи о нем и нету русской статьи о фискальной социологии. Это неправильно. В прошлых наших выпусках мы не то чтобы неоднократно, но несколько раз делали такого рода замечания, а потом русскоязычные статьи появлялись. Надеемся, так будет и на этот раз.
М. КУРНИКОВ: А мы переходим к вопросам.
Вопросы слушателей
Вопрос о вреде закрытых переговоров
М. КУРНИКОВ: Сначала – вопросы из Патреона. Руслан спрашивает: «В нашем мире главы государств часто проводят любые переговоры по схеме: сначала официальная часть с журналистами, а затем закрытая часть с самим переговорным процессом. Почему это стало нормальным, когда слуги народа ведут тайные переговоры за нашими спинами? Я бы хотел видеть запись любого интересующего меня переговорного процесса, а не читать предположения журналистов».
Е. ШУЛЬМАН: Вы знаете, понятное стремление. Но есть и противоположная жалоба: настолько вся государственная политика (в том числе, международная) стала открыта, что это вредит ее эффективности. Поскольку все немедленно попадает в Твиттер и транслируется в прямом эфире, то высокие переговаривающиеся стороны заняты не достижением целей переговоров, а принятием наиболее красивых поз, которые должны понравиться их аудитории. Таким образом, любые публичные мероприятия превратились в серию virtue signaling, в такой политический театр, и как бы идет непрерывная предвыборная кампания.
Собственно, политический смысл ограниченной во времени предвыборной кампании состоит ровно в том, что это такие сатурналии для политической системы: все переодеваются в несвойственную им одежду, гоняются друг за другом, хлопают друг друга по попе палкой и так далее и так далее, все меняется местами – вот происходит такой карнавал, а потом порядок восстанавливается заново, но все уже такие освеженные и обновленные. А тут у нас карнавал круглый год, и это, в общем, достаточно утомительно. Была такая серия «Смешариков», в которой они непрерывно праздновали какие-то праздники, очень сильно вымотались.
Так что я понимаю озабоченность дорогого слушателя. Действительно неприятно думать, что твои руководители сговариваются за твоей спиной о твоей судьбе, а ты об этом даже не узнаешь или узнаешь очень сильно постфактум. Но и у открытости есть свои оборотные стороны.
Вообще говоря, не в том ответ на ваш вопрос, что должно быть публично, а что должно быть непублично. Ответом на ваш вопрос должна была бы быть ситуация, в которой ни у кого нет права распоряжаться судьбой других людей без их ведома. Плохо, когда в комнате могут закрыться двое людей с неадекватным объемом власти. Вот я все о своем, вы знаете, продолжаю говорить. Вот это вот зло, а не закрытость как таковая или открытость как таковая.
Вопрос об отсутствии нейтральных обращений в русском языке
М. КУРНИКОВ: Софа Маркофа 5907 спрашивает: «Давно волнует вопрос: насколько отсутствие вежливого безличного обращения в нашей стране способствует атомизации общества? В РФ непонятно, как обратиться к незнакомому человеку: “сударь” и “товарищ” устарело, “господин” – смешно, “мужчина” и “женщина” – вульгарно. Как же меня раздражает отсутствие возможности нормально обратиться к кому-либо! Какие способы исправления ситуации вы видите? И возможны ли они вообще? Насколько трагична для общества потеря вежливого обращения к незнакомцу?»
Е. ШУЛЬМАН: Не очень уверена, что я адресат этого вопроса адекватный. Это, может быть, каким-то лингвистам или социальным антропологам можно его задать. Но я скажу следующее. Да, действительно, в русском языке с этим проблемы: советские обращения устарели, досоветские устарели еще больше, постсоветская реальность ничего в этом смысле не произвела.
Но, чтобы вам не было так обидно, я должна вам сказать, что практически на… не буду говорить на всех языках, но на тех языках, с которыми приходится иметь дело, тоже происходит замена обращения к незнакомому человеку со слова «извините». Почти всегда вы начинаете обращение со слов «будьте добры», «простите, пожалуйста», «Entschuldigung», как здесь говорят. Это стандартное начало. Мало кто обращается к кому-то «мисс», «миссис», «фрау» и так далее или что-нибудь еще в этом роде.
По-русски тут, конечно, какие-то отдельные проблемы, потому что вот эти все «женщина, передайте за проезд», «девушка», «мужчина», «молодой человек»… День, когда впервые в транспорте меня назвали не «молодым человеком», а потом сказали «дедушка», каждый из нас помнит, хранит его в душе своей. Тут, конечно, есть какая-то своеобразная такая невоспитанная фамильярность. Бывает ли воспитанная фамильярность? Наверное, она всегда невоспитанная. Но я вас призываю не считать нашу ситуацию особенно уникальной и обращайтесь к незнакомым с «будьте добры» или «простите, пожалуйста».
Вопрос о том, что вреднее — недействующие нормы или отмененные
М. КУРНИКОВ: Давайте снова вернусь в Патреон. Павел Качинский: «Одним из важнейших требований Лона Фуллера было соответствие официальных действий провозглашенным нормам. Что для правопорядка опаснее: открытая отмена конституционной гарантии или ее формальное сохранение при систематическом неприменении? Не создает ли второй вариант более глубокое разрушение права, поскольку гражданин уже не может определить, какая норма действует на самом деле – опубликованный закон или непубличная политическая целесообразность?»
Е. ШУЛЬМАН: Хороший вопрос. Вот это вопрос из философии права. Вообще, лучше быть богатым и здоровым, чем бедным и больным. И то и то плохо. Ежели есть у вас норма – вы ее соблюдайте. А если она перестала соответствовать вашему социальному укладу, вы ее меняйте в соответствии с имеющейся у вас процедурой. И лучше, если этим будут заняты люди, которых хоть кто-нибудь выбирал и за них действительно голосовал бы.
Но если у вас такого не получилось по каким-то причинам, то я все-таки продолжаю быть сторонником притворства и лицемерия. Мне кажется, что если у нас отменят первую главу Конституции целиком, то это будет худшим сигналом для самой системы, чем нынешнее хотя бы формальное ее пребывание в тексте Конституции.
Да, эти слова о свободе слова, о свободе собраний и так далее и так далее, о социальном государстве, о демократизме, о республике – это все не соответствует никакой наблюдаемой реальности. Но оно там есть. Можно перечесть перед сном, как-то прижать к сердцу и понадеяться, что когда-нибудь эти слова станут реальностью. А если у вас там будет написано «Начальству виднее. А если начальству не виднее, то смотри предыдущий пункт», и в этом будет состоять вся Конституция, то тут уже у системы не будет никакого даже самого туманного опасения, что когда-нибудь кто-нибудь придет и скажет: «А вот тут вот так было написано. А ты что же не соблюдал-то?»
Лучше иметь писаную норму, чем не иметь ее. Жизнь кончается не завтра. Текущее положение вещей – не навсегда. Остатки какого-то представления о том, что вообще существует право и государство, и государство занято не только массовыми убийствами и разбоем, но еще и чем-нибудь более человекосообразным, должно где-то оставаться. Плохо, если у вас совсем одичалое общество. Более того, каждый раз, когда норма меняется вроде как в соответствии с практикой, получается хуже.
Опять же, помните Валентину Терешкову, да, когда она вставала и призывала к обнулению?
М. КУРНИКОВ: «Не будем хитрить и мудрить…»
Е. ШУЛЬМАН: Да, совершенно верно. Зачем притворяться? Все понимают, что у нас пожизненный начальник. Все это и до того понимали. Но все-таки было что-то написано, что, мол, нехорошо два раза подряд, и не подряд тоже нехорошо, и к нему это вроде как тоже относится, потому что не написано, что это к нему не относится. Были какие-то смутные надежды (или не надежды, у кого опасения) на то, что когда-нибудь настанет год, когда вот эта норма подействует. А вот отменили ее – честно поступили. А видите, что случилось, да? Видите, что стало через очень короткое время означать само это слово «обнуление»? Смерть постучалась в окошко и так с тех пор стучит не переставая. Так что нет, пусть будет написано что-то, что можно читать, хотя бы испытывая надежду на будущее.
М. КУРНИКОВ: Екатерина Михайловна, я напомню, что идет десятый сезон. Представьте себе, что каждый вторник в прямом эфире в приложении «Эхо» уже четвертый год выходит программа «Статус». Во время летит! Уже четыре года назад запустили.
Е. ШУЛЬМАН: Как идет время, да.
М. КУРНИКОВ: Наша команда ежедневно работает, чтобы у людей по всему миру была возможность слушать любимые программы в прямом эфире. Поддержите нас сегодня, чтобы мы могли продолжать это. Все ссылки тоже буду в описании. Спасибо большое. Всем пока.