14.123 "Синоптик не предупреждал"

Комореби, банк Сенбамачи

Новое место работы было царством тишины, нарушаемой лишь монотонным стуком клавиш и приглушенными голосами. Пальцы Элиаса механически прогоняли числа по таблице, но взгляд был пуст и устремлен куда-то сквозь монитор, в туманную даль прошлого. После Рей его жизнь превратилась в аккуратно расчерченный календарь, где каждый день был копией предыдущего: подъем, институт, а теперь вот эта работа. Круг за кругом. Беззвучно и безопасно.

— Элиас! Эй, Земля вызывает Элиаса!

Голос, резкий и настойчивый, пронзил мысленный туман. Он моргнул, медленно возвращаясь в реальность банковского отделения. Перед ним, перегнувшись через приставленные вплотную столы, сидела Юки . Ее распущенные волосы темным водопадом спадали на плечи, контрастируя с черно-белым геометрическим принтом платья. Она смотрела на него с беспокойством, смешанным с нетерпением.

— Извини, — его голос прозвучал глухо, будто давно не использовался. — Я... просто задумался. Что-то случилось?

— Помнишь, я рассказывала про Гибби-Пойнт? — глаза Юки загорелись знакомым ему возбуждением, и она понизила голос до конспиративного шепота. Она всегда была таким противоречивым якорем — и тянула ко дну своей неукротимой энергией, и одновременно не давала утонуть окончательно.

— Смутно, — кивнул Элиас, стараясь привести мысли в порядок.

— Так вот, я переписываюсь с тем парнем.. ну, с которым тогда.. — она замялась, неловко поглаживая пальцем клавиатуру.

— Влюбилась с первого взгляда? — закончил за нее Элиас с едва уловимой, усталой усмешкой в уголке губ. Он знал эти ее истории.

— Тссс! — она испуганно метнула взгляд за свою спину. — Если госпожа Шимада услышит, она сделает из меня кошелек! Я и так на грани из-за.. — ее рука инстинктивно легла на еще едва заметную, но уже уверенную округлость живота.

— Тогда, возможно, не стоит обсуждать курортные романы в рабочее время? — тихо, но четко произнес Элиас, наклоняясь к ней так, чтобы слова не долетели до других коллег.

— Ага.. верно, — Юки на секунду сникла, но тут же вновь оживилась. Ее энергия била через край. — Но я просто не могу выбросить его из головы! Он такой.. эх, если бы ты его знал. Хотя.. — она вдруг прищурилась, оценивающе глядя на Элиаса. — Нет, вы бы точно не поладили. Ты слишком.. правильный.

— Ты очень красноречива сегодня, ничего не скажешь, — он позволил себе слабую, почти незаметную улыбку. Это было редкое проявление тепла.

— А я и не обижаюсь на зануд, — парировала она, но в ее тоне не было злости, лишь легкая дразнящая нежность. Потом ее выражение стало серьезнее, неуверенным. — Слушай, мне неловко спрашивать, но..

— Тогда, может, и не стоит? — Элиас почувствовал, как внутри все сжалось. Он знал, к чему клонит разговор. Знал с первых секунд. Он мысленно готовился к этому вопросу уже несколько недель, желая поскорее отмучиться.

— Просто.. прошло уже почти полгода с того дня, когда.. — она не решалась произнести имя, но ее сочувствующий взгляд говорил обо всем.

— Юки, пожалуйста, не надо, — голос Элиаса дрогнул, став тише, но тверже. Он отвернулся, уставившись в погасший экран, за которым спрятались многочисленные цифры. Боль была все такой же острой, свинцовой. — Я не хочу об этом. Не здесь.

— Прости, — прошептала она, и в ее глазах читалась искренняя жалость. Она пыталась поймать его взгляд, прочитать что-то в этом каменном, закрытом лице, но, как всегда, безуспешно. — Ладно. Тогда, может, вечером сходим куда-нибудь? В тот бар у реки? Или в клуб? Развеемся. Я угощаю!

Элиас перевел взгляд на нее, на ее округлившийся живот, и в его глазах мелькнуло беспокойство, быстро смененное пониманием. Ее порывы не остановить.

— В твоем-то положении? Клубы, танцы.. — он покачал головой, но без осуждения.

— В моем положении особенно нужно гулять с друзьями! — с вызовом заявила Юки, но тут же смягчилась. — Спасибо, что не отказываешь. Обещаю, ни капли алкоголя. Зато я расскажу тебе все-все про своего.. Ромео с маяка. А там, глядишь, — она лукаво подмигнула, — и тебе повезет найти свою О-Хацу.

Ночной клуб "Огни Токио"

Ночной клуб «Огни Токио» встретил их стеной звука и мельканием стробоскопов. После безалкогольного мохито, которое Элиас пил больше из вежливости, чем из желания, они нашли пристанище на кожаном диванчике в самом углу. Музыка была настолько громкой, что физически давила на виски, вытесняя даже мысли. Но ничто — ни оглушительный бит, ни мигающий свет — не могло сравниться с информационным взрывом, который устроила Юки своим рассказом о реалити-шоу.

— Стоп, что? Это которые по телеку крутят?!

— Ну, не по телеку, — кричала она ему, чтобы перекрыть грохот, ее глаза блестели от возбуждения и смущения. — Его крутили на Симстубе. Только ты не смотри! Я, конечно, за любой кринж с попкорном, но не когда сама в главной роли.

— Ладно, — простонал Элиас, чувствуя, как его голова раскалывается не столько от шума, сколько от абсурдности услышанного. Он откинулся на спинку дивана и закрыл глаза, пытаясь создать хоть какую-то иллюзию тишины и уединения.

— Эй, ты чего? Уснул? — ткнула его в плечо Юки, расслабившись и улыбаясь. Ее энергия, казалось, питалась этим хаосом. — Пойдем танцевать! Хоть постоим у колонки!

— Я, пожалуй, пас, — крикнул он в ответ, с трудом поднимаясь. Его стройная фигура казалась потерянной в этом море движущихся тел. — Выйду на улицу. Подышу. И.. переварю услышанное.

Свежий ночной воздух, влажный и прохладный, ударил в лицо, как благословение. Резкая тишина после клубного ада была почти осязаемой. Элиас вышел из здания, делая глубокий, дрожащий вдох. Смотрящий, какая же она безбашенная, — пронеслось в голове. История с реалити-шоу, беременность от практически незнакомца.. Его мир, выстроенный из правил, осторожности и тихой боли, не мог вместить такой лихой авантюризм.

И в этой внезапной тишине, на фоне контраста между его жизнью и жизнью Юки, в сознании всплыло другое имя, тихое и давно забытое. Фэйт. Как она там? Где она сейчас? Школьные годы, полные тайных разговоров и понятных друг другу без слов, казались сном из другой жизни. Они просто.. разошлись после выпускного. Без ссор, без драм — их пути молчаливо развернулись в разные стороны.

Начавшийся накрапывать дождь быстро превратился в сплошную стену воды, заливавшую улицы Сенбамачи. Но Элиас его почти не замечал. Он медленно прошел к одинокой лавочке у входа в клуб и сел, не обращая внимания на холодное дерево. Дождь хлестал по его спине, пропитывая рубашку, превращая ее в тяжелую, ледяную ткань. Капли с гулким стуком били по тротуару и застилали его очки водяной пеленой, искажая огни города в размытые цветные пятна. Холодная струйка затекла за воротник, заставив его вздрогнуть, но это физическое неудобство было ничтожно по сравнению с внутренним смятением.

Он сидел неподвижно, похожий на промокшего, потерянного котенка, который не знает, куда спрятаться от непогоды и собственного одиночества. Клуб извергал ритмичный гул, но здесь, под проливным дождем, Элиас чувствовал себя отрезанным от всего мира. Выход из лабиринта его мыслей казался таким же далеким и размытым, как огни машин за завесой дождя.