Ша Цин Глава 39 Коварство и интриги
Лео быстро перевязал рану на руке, сел в машину и помчался к причалу на северо-западе Южного острова. Там он взошёл на борт изящной яхты, доступной только членам клуба, и вскоре высадился на Северный остров.
Вместо возвращения на виллу он, с лицом, искажённым гневом, направился прямо к замку, укрытому в глубине клубной территории. У входа его остановили охранники, но тот, не тратя времени на разговоры, властно потребовал встречи с младшим герцогом Альфредом.
Секретарь президента клуба, Оливер, торопливо прибежал на зов. Увидев Лео, покрытого кровью, он в ужасе отшатнулся и принялся засыпать его вопросами. Но оружейный магнат не удостоил секретаря объяснениями. Сохраняя холодное высокомерие, он настаивал на немедленной аудиенции. Оливер, растерявшись, связался с Альфредом и, получив указания, лично проводил гостя наверх.
Герцог встретил его в просторной гостиной. В отличие от прошлой встречи, на этот раз он был облачён в длинный шёлковый халат с кружевной отделкой, а его ленивая манера намекала, что он ещё не отошёл от послеобеденного отдыха, хотя уже наступил вечер. При виде окровавленного Лео Альфред с отвращением приподнял тонкую бровь.
— Что за дела, мой дорогой Гарсия? Как ты умудрился довести себя до такого состояния?
Лео ответил взглядом, в котором тлела сдерживаемая ярость.
— Герцог, если мне не изменяет память, ваш секретарь уверял, что все мероприятия клуба абсолютно безопасны. Полмиллиона, которые каждый из нас платит, идут, полагаю, не только на развлечения?
— Безопасность членов клуба, это наш главный приоритет…
— Молчать! — резко оборвал его Лео. — Хочешь, я покажу тебе труп охранника с пулей сорок пятого калибра в голове? Если бы я не успел уйти, эта пуля угодила бы не только в мою руку!
— Это невозможно! — Оливер взвизгнул, его взгляд, полный паники, невольно метнулся к боссу. — Наши охранники: профессионалы! Они следят, чтобы никто не попал в зону чужой охоты. У нас не бывает несчастных случаев!
Лео зловеще усмехнулся. Шагнув к Оливеру, он провёл окровавленной рукой по его лицу и шее. Секретарь в ужасе отступил.
— Это что, моя галлюцинация? Эта кровь тоже? Ну, что скажешь?
Отшатываясь, Оливер выглядел так, будто вот-вот разрыдается.
Эта сцена заставила Альфреда вмешаться.
— Гарсия, друг мой, твоя рана кровоточит, её нужно срочно обработать. Оливер! Чего ты стоишь? Беги за медиками, бесполезный болван!
Под гневные окрики Оливер пулей вылетел из комнаты. В гостиной остались только герцог и Лео. Стараясь показать утончённую заботу, Альфред попытался разрядить обстановку, но запах крови явно вызывал у него раздражение. Он колебался, не решаясь подойти ближе. Лео, полный гнева, тяжело опустился на роскошный диван ручной работы, не заботясь о том, что кровь пачкает обивку.
Пересилив себя, герцог сделал несколько шагов и сел в кресло напротив. Его тон стал заискивающим:
— Давай разберёмся, что произошло. Ты говоришь, на тебя напали другие члены клуба или охранники?
— Судя по одежде, это были и те, и другие, но лица мне незнакомы, — мрачно ответил Лео. — На мероприятии, кроме затворника Эдмана, я видел только десять участников. Есть ещё кто-то?
— Нет, — отрезал Альфред. — Мы ограничили число участников двенадцатью. Других на острове Луны нет.
— Это странно, — язвительно усмехнулся Лео. — Что, на меня напал не охотник с ружьём, а какой-то «человеко-зверь» с пистолетом?
Альфред, раздражённый дерзостью гостя, уже собирался ответить, но вдруг застыл, вспомнив нечто важное.
— «Человеко-зверь»… Он нахмурил подведённые брови. — Я велю Оливеру принести фотографии всех «человеко-зверей» с этого мероприятия. Посмотришь, может, узнаешь нападавшего.
В этот момент в дверь постучали, и вошла медицинская бригада с Оливером. Врач промыл и продезинфицировал рану на руке Лео, осмотрел её и сообщил, что пуля лишь скользнула по коже, оставив разрез около десяти сантиметров. После местной анестезии рану зашили, наложили повязку. Медики выписали противовоспалительные препараты и удалились. Оливера отправили за документами на «человеко-зверей», и в гостиной наступила тишина.
Теперь, когда Лео был чист и аккуратно перевязан, Альфред, не скрывая любопытства, подсел ближе. Он с явным удовольствием разглядывал обнажённый торс гостя, рельефные мышцы груди и пресса. Лео ощутил, будто его касается липкий, влажный взор. По коже пробежали мурашки отвращения. Закрыв глаза, он откинулся на спинку кресла, притворившись ослабевшим от кровопотери.
— Ты выглядишь уставшим, тебе нужен отдых, — мягким шёпотом произнёс Альфред, наклоняясь ближе. Его пальцы скользнули по груди Лео, длинные ногти слегка царапнули сосок. — В соседней комнате есть удобная кровать…
Чёрт возьми, сколько ещё терпеть ради этой миссии? — подумал Лео, с трудом подавляя желание отшвырнуть жеманного герцога. Он лихорадочно искал способ отвертеться, не испортив отношения.
Но Альфред, воодушевлённый моментом, не собирался отступать. Его возбуждение нарастало: грудь под распахнутым халатом вздымалась, он начал тереться коленом о пах Лео.
— Мой храбрый воин, — прошептал он, прижимаясь к уху гостя. — Ты свяжешь меня, заставишь подчиниться, лизать твои пальцы ног? Накажи меня, пронзи, поглоти… Скорей!
Лео едва сдержал рвотный позыв.
В этот момент комнату огласил резкий звонок телефона. Альфред, раздражённый до крайности, подскочил, схватил трубку и рявкнул:
— Оливер, ты покойник! Если через три секунды не дашь мне вескую причину, что важнее затопления острова, я разорву тебя на куски и скормлю акулам!
Что-то сказали на другом конце, и лицо герцога побледнело. Он вскрикнул:
— Это невозможно! Четверо пропали? Что значит «потеряли связь»? Мне плевать на твои оправдания! Собери всех, найди их, всех до единого! — Он яростно теребил длинные волосы, его голос стал пронзительным. — Ты знаешь, кто эти члены клуба. Если с ними что-то случится, я заставлю тебя пожалеть, что ты родился! — С этими словами он швырнул трубку на стол.
— Проклятье, как такое могло случиться?! — Альфред в ярости сметал со стола всё, что попадалось под руку, кроме телефона, и принялся крушить коллекционные предметы. — Эти идиоты, тупицы, бесполезные скоты! — Он рыдал, словно подросток, с надрывом и обидой. — Они погубят меня!
Его плач был таким искренним, что на миг показался Лео комичным.
Но это был шанс. Подавляя отвращение к тяжёлому аромату духов, Лео поднялся и положил руку на плечо заплаканного герцога. Он понимал, что лучше обнять его, но не мог себя заставить.
— Успокойся, Альфред. Возможно, всё не так страшно. Предлагаю срочно отозвать оставшихся членов, собрать «человеко-зверей» в лагере и разобраться, что происходит.
Герцог быстро взял себя в руки, вытер слёзы платком, аккуратно обходя подведённые глаза. Его истерика прошла, словно летний ливень, и он снова стал изысканным аристократом.
— Я запечатаю остров, — произнёс он. — Кроме личной охраны, все силы брошу на поиски на Южном острове. Пропавших найдут, даже если это будут их тела.
В дверь постучали, и вошёл охранник с пачкой документов. Альфред велел разложить фотографии на столе.
— Это «человеко-звери» с текущего мероприятия, всего сорок пять. Те, что с крестом, мертвы. Посмотри, есть ли среди них нападавший.
Лео скользнул взором по фотографиям и сразу заметил одну: парень с крашеными светлыми волосами в яркой рубашке, с легкомысленным выражением лица, похожий на уличного жиголо. Но за этой показной вульгарностью угадывалась странная, магнетическая притягательность, словно острый клинок, скрытый в невзрачных ножнах. Лео захотелось разглядеть, что таится за этой маской.
— Этот? Азиат? — спросил Альфред, прищурившись.
Лео кивнул и продолжил изучать фотографии. Вскоре он остановился на другом лице: мужчина с золотисто-каштановыми волосами и глубокими тёмно-зелёными глазами.
— И этот. Они действовали заодно.
Альфред выхватил оба снимка и швырнул их охраннику.
— Напечатай копии, раздай всем! Пусть их лица врежутся в память. Найдите их и притащите ко мне: живыми или мёртвыми!
— Мёртвыми? — Лео холодно усмехнулся. — Нет, так легко они не отделаются. Я хочу видеть их живыми. — Он провёл пальцами по повязке на раненой руке, и в его глазах сверкнула мрачная, ядовитая искра. — Они заплатят за эту пулю сполна.
Герцог смотрел на него с восхищением. Холодная, звериная мощь, исходящая от Лео, завораживала его. Этот оружейный магнат был не похож на других: недоступный, а посему ещё более притягательный.
— Всё будет, как ты пожелаешь, мой дорогой, — проворковал Альфред. — Скоро стемнеет. Не останешься ли на ужин?
Шаниэль столкнул тело очередного охотника в расселину, укрытую густой травой и листвой, и отряхнул руки.
Издалека донёсся собачий лай, смешанный с гулом вертолётных винтов, разрывающих воздух.
— А я только вошёл во вкус, — с досадой отозвался Шаниэль. — Но ты прав, выбора нет. Они готовы перевернуть весь остров. Даже если зароемся в нору, нас вытряхнут. Ты говорил про план. Пора его показать.
Они осторожно обошли поисковые отряды, пробираясь вдоль скалистых береговых рифов, и наконец добрались до самой северной точки острова. С отвесной скалы открывался вид на узкий мыс, выступающий в море. Жёлто-белый песок пляжа и коралловые заросли тянулись к воде, а за бурлящим океаном, в полутора милях, виднелся другой остров.
Когда-то эти острова, возможно, были единым целым, но тектонические сдвиги разорвали их, оставив узкий пролив. Вода в нём переливалась красками: лазурные полосы в центре обрамлялись нежно-голубыми краями, создавая завораживающую игру света.
Шаниэль, побледнев, указал на воду у подножия скалы, где мелькали острые плавники.
— Ты серьёзно собрался плыть туда? Это акулы! Тигровые, бычьи — неважно! Они разорвут нас в клочья!
Ша Цин, уже начавший спускаться по скале, бросил:
— Нам нужно переплыть пролив и добраться до того острова.
— Ни за что! — Шаниэль яростно замотал головой. — Акулы, чёрт возьми! Я не собираюсь сходить с ума вместе с тобой!
Ша Цин, не останавливаясь, оглянулся через плечо.
— Плыть или нет: твоё дело. Но сейчас прилив ещё не сменился, это лучшее время. Если решишь догнать позже, готовься к борьбе с течением.
Лицо Шаниэля исказилось от ярости и страха. Он выглянул из-за камня, за которым прятался, и заметил вдалеке силуэты людей, гул вертолёта и лай собак. Затем его взор упал на акул, чьи плавники рассекали воду. Выбор был между волками и тиграми: оба пути казались дорогой в ад.
Ша Цин уже спустился к пляжу и выбирал подходящее бревно среди рифов. Шаниэль скрипнул зубами, но всё же решил довериться напарнику. Спустившись, он тоже схватил кусок плавучего дерева.
Ша Цин шагнул к кромке воды, где мелкие волны отливали бледно-голубым светом, играя бликами на его ногах.
Шаниэль последовал за ним, но, сделав несколько шагов, остановился, указывая на море.
— Акулы… — прошептал он, увидев плавники в десяти метрах.
— Не беги назад, это только привлечет их. Стой спокойно, дай им проплыть, потом двигайся быстро. — Он достал из кармана маленький пластиковый флакон с мутной жидкостью и кинул его напарнику. — Если акула подойдёт слишком близко, брызни на себя.
— Что это? — Шаниэль с подозрением повертел флакон.
— Корень мао юй тэн, — ответил Ша Цин. — Утром я собирал его на пляже, ты ещё принял его за дикий батат. Он содержит рыботоксин, парализующий рыб.
— То есть это убьёт акулу? — с надеждой спросил Шаниэль.
— Если у тебя будет бассейн этого вещества и ты засунешь туда акулу, возможно, — сухо ответил Ша Цин. — Но их обоняние почувствует яд, и они, скорее всего, примут тебя за несъедобную добычу.
— «Скорее всего»? — Шаниэль горько усмехнулся, сжимая бревно. — Это самое безумное, что я делал в жизни… Чёрт, Ша Цин, я тебя прикончу за это!
Тот, уже зайдя по пояс в воду, начал быстро плыть.
— Жизнь это риск, — бросил он с едва заметным азартом. — Попробуй пару раз, и тебе понравится этот адреналин.
— Я люблю адреналин, но не акул! — буркнул Шаниэль, плывя за ним и насторожённо следя за каждым плавником, мелькавшим в воде.
Через час, измотанные, но невредимые, они выбрались на берег другого острова. Ночь окутала океан тёмным покрывалом. Прокравшись через пляж, они укрылись в сырой пещере, выточенной прибоем. Там, поедая кокосы, они дали отдых измученным телам и натянутым нервам.
Чтобы облегчить путь, они сбросили всё оружие, оставив лишь один нож.
Шаниэль поддел остриём раковину тихоокеанской устрицы, проглотил скользкую, солёную мякоть и мечтательно протянул:
— Эх, сюда бы лимон… Сочный техасский лимон, пара капель, и этот морской привкус стал бы божественным.
Ша Цин, посасывая устричный сок с пальцев, проигнорировал его гастрономические мечты.
Не встретив отклика, Шаниэль сменил тему:
— Что это за остров? Он так близко к острову Луны… Неужели тут живут сотрудники компании и охотники?
— Не компании, а клуба, — поправил Ша Цин. Создан, чтобы ублажать извращённые фантазии богачей. Остров Луны: два острова-близнеца. Тот, где мы были: юго-восточный. Это северный, здесь резиденция клуба.
— Резиденция? — Глаза Шаниэля загорелись. — То есть, еда, и оружие, и самолёты?
— Этот остров куда обустроеннее, чем тот дикий, где мы были. Но и охраняется строже. Они уже знают, что мы уложили пятерых охотников. Ради остальных они, скорее всего, их отзовут на вертолёте.
— Мы можем угнать вертолёт! — воодушевился Шаниэль, уже представляя, как выбирается из этого проклятого места.
Ша Цин, не спеша жуя устрицу, ответил:
— Неплохая идея. Но сначала я хочу разобраться с теми, кто участвует в охоте.
— Есть за них награда? Сколько за голову? — с любопытством спросил Шаниэль.
— Никакой награды. И действовать нужно тихо. Если их семьи узнают, проблем не избежать.
— Тогда зачем? — Шаниэль уставился на него, не понимая. — Убирать подонков, это дело полиции, а не твоё!
Убийца промолчал. Его лицо скрылось в тени скалы.
— Послушай, приятель, мне всегда было тебя жаль, — продолжил Шаниэль. — С твоими талантами, ты бы мог стать наёмником и попасть в списки Форбс! Зачем разыгрывать борца за справедливость? Герои, это сказки для слабаков, которые ждут спасения. Они не стоят твоего времени!
— Как сказал Дарвин: «Выживает сильнейший»! Мы с тобой другие, мы не даём никому управлять нами. Мы бунтари, нас не сковать цепями, мы живём по своим законам. Мы сильные, наше место наверху!
Он схватил Ша Цина за руку. Его тёмно-зелёные глаза сверкали в отсветах костра, словно у хищника.
— Пойдём со мной, Ша Цин! Мы заберём у этого мира всё, что захотим! Да, я потерял богатство, но стоит мне шевельнуть мозгами, и деньги потекут рекой. Я уже почти нашёл стартовый капитал…
— Ты ничего не понимаешь, — оборвал его Ша Цин.
— Я сказал, ты ничего не понимаешь, — спокойно повторил Ша Цин, отвернувшись и показывая, что разговор окончен.
Шаниэля пронзила знакомая боль: едкая смесь гнева и обиды. Он знал, что делает в таких случаях. Когда его презирали, насмехались или предавали, ответ был прост — превратить обидчика в труп. Мёртвые не раздражают.
Он никогда не колебался и не жалел, кем бы ни был противник. Некоторые даже вызывали чувства, но любовь к себе всегда была сильнее. Как звериный инстинкт, она пульсировала в каждой клетке его тела, и, если он ощущал угрозу, этот инстинкт выпускал яд, готовый уничтожить всё на своём пути.
Я не хочу этого делать с ним, — подумал Шаниэль, глядя на молчаливого Ша Цина. — Никогда не вкладывал столько в другого человека. Цени это, Ша Цин. Не доводи до того, чтобы всё закончилось плохо.
Перевод команды Golden Chrysanthemum
Наш тг-канал: https://t.me/goldenChrysanthemum