Искры Преступного Мира Глава 51 Срочный призыв к бою
Линь Фэн сидел на каменных ступенях у входа в учебный корпус, лениво пожёвывая травинку, зажатую в уголке рта. Наконец, он нехотя полез в карман и достал последнюю сигарету. Щёлкнула зажигалка, и тонкая струйка дыма закружилась в воздухе.
— Опять этот марафон туда-обратно, — пробормотал он с досадой. На базе не найти ни сигарет, ни глотка спиртного. Чтобы добыть хоть что-то, нужно было дождаться ночи, перемахнуть через высокую стену, обмануть бдительность охраны и мчаться по горным тропам сорок километров до ближайшего магазинчика. Даже инструктора не решались на такой подвиг, что уж говорить о курсантах. Поэтому Линь Фэн запасался сразу несколькими пачками, пряча их в укромных местах, чтобы растянуть удовольствие.
Сизый дым лениво вился в воздухе, а запах никотина мягко успокаивал нервы. Внезапно за спиной послышались шаги, твёрдые, уверенные, всё ближе. Они замерли прямо за ним.
— Что тебе здесь надо? — бросил он небрежно.
Ло Цзи молча обошёл его и опустился рядом на ступени. Не говоря ни слова, он повернул голову и внимательно посмотрел на Линь Фэна. Тот никогда не курил при нём, и сейчас Ло Цзи, застав его с сигаретой, почувствовал себя отцом, который неожиданно застукал сына-старшеклассника за тайным проступком. Ещё больше его поразила лёгкость, с которой юноша держал сигарету: тонкие пальцы сжимали «Марко Поло» с такой непринуждённой уверенностью, будто он делал это всю жизнь.
Мужчина кашлянул, пытаясь скрыть удивление.
— Никогда не видел, чтобы ты курил, — заметил он, не удержавшись.
— А что ты вообще обо мне знаешь? — Линь Фэн выдохнул дым, и его голос повис в воздухе. — Всё, что ты видишь, это не я. Всё это маска.
— Человек, который делит со мной постель, зная, что я опасен, но не может справиться со своими желаниями, не вправе мне это говорить. — Юноша стряхнул пепел, и его слова, невесомые, как дым, растворились в тишине. — И вообще, Ло Цзи, между нами всё кончено. Мы расстались. Никто никому ничего не должен.
Гангстер посмотрел на молодого инструктора с мягкой, почти отеческой укоризной.
— Расставание, малыш, это дело двоих.
— Тогда считай, что я тебя бросил.
— У тебя нет ничего, ради чего я бы остался.
Линь Фэн говорил это с неуверенностью, и его рука невольно потянулась к кончику носа, будто проверяя, не выдаёт ли его ложь. Он знал: тренировки по противодействию допросам научили его, что у лжеца, якобы, из-за прилива крови нос чуть увеличивается, всего на пару миллиметров, незаметно для глаза. Но Ло Цзи, кажется, ничего не заметил.
Тот лишь улыбнулся и чуть придвинулся ближе.
— И почему же я не стою того, чтобы за меня держаться?
Линь Фэн сохранил каменное выражение лица.
— И совершенно не знаешь, как ухаживать за человеком.
— В лучшем случае мы с тобой, временный инструктор и временный курсант. Если я захочу посадить тебя под арест, ты сядешь. Если прикажу стать живой мишенью на стрельбище, ты будешь стоять и не пикнешь. Здесь мои приказы, закон. Я могу даже велеть тебе лечь, и ты подчинишься, что бы я ни захотел с тобой сделать.
Линь Фэн затушил сигарету о ступеньку и уже собрался встать, но мужчина поймал его за руку.
— С какой стати мне возиться с дядькой, который намного старше меня? Ты даже не такой красивый, как я!
— Конечно, куда мне до вашего сиятельства, господин инструктор.
Линь Фэн отряхнул штаны и уже было шагнул прочь, но Ло Цзи, точно фокусник, извлёк из кармана новенькую пачку элитного «Чжунхуа». Юноша опешил. Его глаза прикипели к коробке, и в следующую секунду он, как голодный зверь, бросился на мужчину, повалив его на землю, и выхватил пачку.
— Курение на базе запрещено! Контрабанда конфискуется! — заявил он с напускной строгостью.
Его прыжок был стремительным, как у юного леопарда: ловкий, грациозный, озарённый золотистыми лучами солнца. Ло Цзи, оказавшись на спине, даже не успел среагировать. Юноша был великолепен. Дикий, живой, с искрами дерзости в глазах. Все прежние образы, сурового инструктора и холодного бойца, показались мужчине лишь масками. Настоящий Линь Фэн, сидящий на нём верхом и поспешно засовывающий пачку в карман, был другим, ярким, живым, неподдельным.
Ло Цзи смотрел на него, чувствуя тепло в груди. Этот маленький хищник с гордой осанкой и острыми когтями рычал, а затем с царственной надменностью удалялся. Такой зверь требовал терпения: к нему нужно было подбираться осторожно, завоёвывать доверие, заботиться о нём, чтобы однажды, в нужный момент, молниеносно поймать.
Линь Фэн, всё ещё сидя верхом на Ло Цзи, внезапно оказался в двусмысленном положении, которое тот не преминул использовать. Гангстер с лукавой искрой в глазах незаметно протянул руку и лёгонько шлёпнул юношу по ягодице.
Юноша взвизгнул и, вскочив на ноги, полоснул Ло Цзи острым взором, прикрывая уязвлённое место.
— Ты что творишь?! Совсем обнаглел?
Мужчина с трудом сдержал улыбку, в которой сквозила хитринка.
— Сигареты. «Чжунхуа». И даже коробка сигар.
Линь Фэн моргнул, медленно протянув руку, как кот, готовый цапнуть добычу. Но Ло Цзи, ухмыльнувшись шире, поднял бровь.
— Только что кто-то говорил, что мы друг другу ничего не должны.
Юноша фыркнул, сморщив нос с напускным презрением.
— Безнадёжный дядька, безнадёжный во всём. Хорошо, что я тебя бросил. Ухаживать ты не умеешь! Вот бы тебе поучиться у той медсестрички, что тайно в меня влюблена, или у спецназовцев, которые годами за мной бегают.
Ло Цзи остолбенел, будто его окатили ледяной водой. Его лицо на миг окаменело, но Линь Фэн, довольный произведённым эффектом, лишь усмехнулся. Он уже собрался уйти, но гангстер очнулся и схватил его за запястье.
— Погоди. Какая ещё медсестричка? Какие «годы» ухаживаний?
Линь Фэн лениво прищурился, явно наслаждаясь моментом.
— А те, кто таскают мне еду, покупают сигареты, держат надо мной зонт в дождь и утешают, когда я злюсь. Настоящие поклонники, готовые ради меня на всё, хоть в огонь, хоть в воду. Что, не замечал таких?
Юноша, не теряя времени, вытащил телефон и, небрежно глянув на экран, набрал номер.
— Тогда я познакомлю тебя с ними. Алло! Да, это я. Скажи в столовке, чтобы на обед картофельную соломку пожарили, с перцем. И возьми варёную курицу, без костей, для кота… Что? Спрашиваешь, что ещё надо? Да ничего, не нуди! …Какой фильм? Да ну его, пялиться два часа на экран, лучше с тобой в автоматы играть!
Мужчина выхватил телефон и оборвал звонок. Не давая Линь Фэну опомниться, он прижал его к стене, крепко сжав плечи.
— Я пойду с тобой играть в автоматы.
Юноша прищурился, оценивающе глядя на него.
— Плюс коробки «Чжунхуа» у меня в комнате.
— Прошу организацию дать мне шанс на исправление. Обещаю вести себя примерно.
Линь Фэн приподнял бровь, одарив его лукавым взглядом, полным высокомерия.
— Исправиться? Смешно. Ты даже не знаешь, как это делается. Ухаживать умеешь? Ублажать, угадывать мои желания, радовать меня, делать так, чтобы мне было хорошо, ещё до того, как я об этом подумаю, ты на такое способен?
Ло Цзи смотрел на этого дерзкого мальчишку, и в его груди боролись смех и отчаяние.
— Ладно, давай начнём с простого. Какие у тебя вообще желания?
Тот хитро прищурился, явно замышляя что-то, но в последний момент передумал. Его лицо осветила озорная улыбка, и Ло Цзи с трудом удержался, чтобы не ущипнуть эту нахальную «булочку» за щёчку.
— Не скажу. Угадывай сам, — инструктор ухмыльнулся, явно наслаждаясь игрой. — Короче, подлизывайся ко мне, делай так, чтобы мне было хорошо. Я доволен, ты доволен. Я не доволен, тебе конец, game over.
Ло Цзи беспомощно покачал головой. Линь Фэн победоносно похлопал его по плечу и, с нарочитой серьёзностью, добавил:
— Старайся, Ло Цзи. Хотя, если честно, многие готовы стараться вместо тебя.
С этими словами он беспечно махнул рукой, сделал пару шагов, обернулся, бросил на мужчину лукавый взгляд и, весело насвистывая, лёгкой походкой направился к столовой.
Ло Цзи смотрел ему вслед, пока тот не скрылся за углом, и горько улыбнулся.
Что ж, неплохо. Начать всё сначала. Завоевать этого человека заново.
Этот парень: юный, дерзкий, бесшабашный, полный скептицизма к чувствам. Кажется, он не верит в любовь, а где-то в глубине души, возможно, даже презирает её. Ло Цзи задумался. Может, Линь Фэн вовсе не жаждет ухаживаний? Может, он просто не доверяет чувствам, избегает их, не желая вкладываться сам? Ему нужно, чтобы кто-то другой без оглядки отдавал ему всё, не требуя ничего взамен. Так, даже если всё рушится, он остаётся невредимым, ведь он ничего не теряет, потому что никогда ничего не давал.
— Как же ты себя бережёшь, — тихо вздохнул Ло Цзи, подняв глаза к бескрайнему небу над базой, где лениво плыли редкие облака.
В обед юноша с удовольствием уплетал картофельную соломку. Правда, он всё же придирался к её размеру, но это была лучшая картошка, какую только можно было сделать на базе.
Ян, другой инструктор, с грохотом вонзил кухонный нож в деревянный стол.
— Слушай, мелкий паршивец, я тебе картошку нарезал, кота твоего накормил, а ты всё равно не хочешь идти со мной на ужастик? Смотри, разнесу единственный в городе зал с игровыми автоматами!
— Позор базы, — лениво протянул Линь Фэн, с сожалением отложив ложку и покачав головой. — Ты, Ян, правая рука всей базы, второй после командира. Под твоим началом, толпы новобранцев, тебя провожают адъютанты, стажёры чуть ли не кланяются, а овации в твою честь заставляют дрожать горы. И такой грозный человек боится в одиночку смотреть фильм ужасов? Да это даже не ужасы, а какой-то боевичок с рейтингом M, чуть пожёстче обычного.
Линь Фэн бросил на Яна холодный, насмешливый взгляд.
— Смотри, ночью мне станет страшно, и я заявлюсь спать в твою кровать!
— О, так ты, старый пень, давно в меня влюблён? Годами скрывал свои звериные страсти?
— Пошёл ты! — рявкнул Ян, замахнувшись, явно намереваясь показать свою «железную ладонь».
Но юноша, ловкий, с подносом в руках изящно подпрыгнул, увернувшись от удара. Не успел он приземлиться, как воздух разорвал пронзительный вой сирены, от которого едва не лопнули барабанные перепонки.
— Какого чёрта! — Линь Фэн швырнул миску с супом, и содержимое растеклось по столу, заливая деревянную поверхность. — Даже поесть спокойно не дают! Сколько лет эта сирена молчала? Опять их экспериментальные игрушки шалят?
Ян изменился в лице, но ответить не успел, сирена резко стихла. В громкоговорителе столовой зашуршало, послышалось два отрывистых покашливания, и голос, явно принадлежавший помощнику директора Е Ляню, прогремел в наступившей тишине:
Несколько инструкторов тут же гаркнули в ответ:
— Всем инструкторам, внимание! — голос был твёрд и не терпел возражений. — Срочный приказ директора, код 677! Полная мобилизация 677! База переводится на второй уровень боевой готовности. Всем инструкторам немедленно явиться на 677! Повторяю, немедленно на 677! Конец связи!
Линь Фэн и Ян переглянулись. В их глазах мелькнуло одинаковое удивление, смешанное с тревогой.
Код 677 означал главные ворота базы. Обычно их так не называли, просто «ворота». Этот код использовался редко: для секретной переписки, инструктажа новоприбывших или в тех случаях, когда на воротах что-то происходило, и база переходила в режим обороны, призывая своих лучших бойцов, инструкторов, к оружию.
В обычное время инструктора были учителями, наставниками. Но стоило им оставить своих курсантов, как они превращались в элитных воинов Южной Америки, тех, кто не знал пощады в бою.
— Что-то серьёзное, — инструктор Ян пришёл в себя первым, нахлобучил кепку и решительно шагнул к выходу. — Пошли, ребята.
Десяток инструкторов высыпали из столовой. Курсанты за столами провожали их недоумёнными глазами, не понимая, что происходит.
Каждый курсант при поступлении подписывал контракт. Если кто-то не выдерживал тренировок и погибал, база не несла ответственности, и даже инструктора оставались неподсудны. Но если нападение на базу приводило к массовым потерям, старшие над курсантами могли предъявить счёт. Защита базы и её людей в критические моменты была священным долгом инструкторов. Иногда они сражались с оружием в руках, иногда, потом и кровью, а порой, ценой собственной жизни.
— Сколько лет не было ничего подобного? Что там, на 677? Слоны взбесились, что ли? — громко спросил один из инструкторов, шагая рядом с Яном.
— Слоны? — хмыкнул Ян. — Для этого нас бы не вызвали. Мы нужны, когда дело доходит до настоящей схватки: винтовка против винтовки, пушка против пушки, пуля против пули, человек против человека.
Линь Фэн вдруг замедлил шаг, почувствовав что-то. Они уже вышли из столовой, и у входа их ждал «Хаммер», директор прислал машину, чтобы доставить инструкторов на 677 для подготовки к операции.
В полуденной жаре, под палящим солнцем, на ступенях у столовой стоял Ло Цзи. Его глаза были прикованы к юноше, брови нахмурены, а в взгляде смешались десятки эмоций, тревога, решимость и что-то ещё, слишком сложное, чтобы Линь Фэн мог это разгадать.
Он машинально поймал брошенную ему винтовку M16. Коллеги уже тащили на плечах гранатомёты, один за другим забираясь в машину. Стёкла «Хаммера» поднялись, и Линь Фэн невольно обернулся, чтобы ещё раз взглянуть на Ло Цзи, проверить, стоит ли тот на месте, провожая его глазами. Но фигура быстро растаяла в знойном мареве, скрывшись за пыльной дымкой.
Будем рады если вас заинтересуют другие наши работы.
♡( ◡‿◡ ). наш тг канал: https://t.me/goldenChrysanthemum