Ша Цин Экстра 2 Сладкий День
Зазвенел будильник. Через несколько секунд белая крепкая рука потянулась к тумбочке и выключила звон.
Рука вернулась, обнимая загорелую спину лежащего рядом человека, и задержалась, лаская гладкую кожу.
Ша Цин, уткнувшись в мягкий матрас, приоткрыл глаза. С точки зрения Лео, его ресницы казались особенно длинными. В этот момент убийца серийных убийц выглядел непривычно расслабленным, почти томным, как хищник на миг превратился в безобидного кота.
Лео обожал такие мгновения. Он знал, только ему одному во всём мире позволено видеть Ша Цина таким, уязвимым, настоящим.
— Малыш, — он поцеловал его ухо, слегка прикусывая мочку, — пора вставать. Сегодня твой первый день на службе.
— Ещё рано, — лениво отозвался Ша Цин, шевельнувшись. — Вы же начинаете в девять, нет?
Одеяло соскользнуло, обнажив его поджарую талию и упругие ягодицы, на которых виднелись следы минувшей ночи.
Когда Лео увидел россыпь поцелуев, отпечатков пальцев, царапин и даже пару глубоких укусов, он ощутил смесь неловкости, вины и сладких воспоминаний.
Его выражение лица заставило Ша Цина хихикнуть. Тот полностью сдернул одеяло с Лео, обнажая молодой атлетичный силуэт в мягком утреннем свете, льющемся через окно. На светлой коже агента следы страсти выделялись ещё ярче, чем у его возлюбленного.
Лео одним движением перевернулся, прижав Ша Цина к постели.
— Эй, ты что, в ярости от стыда? — усмехнулся юноша, его глаза заискрились лукавством.
— Нет, ты прав, времени ещё полно, — отозвался Лео.
Утреннее возбуждение твёрдо упиралось в бедро Ша Цина, жар их тел сливался, и Лео нежно поглаживал желанную плоть, которая минувшей ночью уже поддавалась его ласкам. Его пальцы стремились вновь завоевать эту манящую, сводящую с ума «территорию», и никогда не покидать её «стен».
Ша Цин снисходительно гладил его спину, наслаждаясь разгорающимся в партнёре желанием. Их тела, полные энергии, пылали не только страстью, но и любовью, отчего голод становился ещё нестерпимее. Сколько бы раз они ни сливались воедино, эта жажда не утихала, вкус, однажды познанный, требовал всё больше, ненасытный и алчный.
Лео приподнял ногу Ша Цина за колено, медленно погружаясь в его тело, одновременно обхватив ладонью его напряжённый член.
— Решим задачку, дорогой. Пять минут на чистку зубов, умывание и переодевание, пять минут на завтрак, двадцать пять минут на дорогу. Сколько у тебя осталось?
— Американцы терпеть не могут задачки, — ответил Лео, одним движением войдя до конца и начав ритмичные движения, торопясь использовать каждую секунду. — Но мы пунктуальны. Не переживай, если времени не хватит, компенсируем интенсивностью и эффективностью.
После, собравшись в спешке, но с привычной точностью, Лео и Ша Цин покинули квартиру и направились в офис, где их ждал первый рабочий день в новой роли.
Лео толкнул дверь и шагнул в оживлённый офисный зал. За ним вошёл юноша азиатской внешности с утончёнными чертами лица, одетый в сдержанный тёмно-синий костюм. Ша Цин поднял взгляд, окинул помещение насмешливой улыбкой, и шум вокруг мгновенно стих. Люди замерли, обмениваясь взглядами и шёпотом, передавая одну и ту же весть: «Смотрите! Это же тот самый», «просто невероятный», «в суде нас ещё и укусил», «его новую книгу я жду с нетерпением», «я же говорил, нам надо было его нанять», «и начальство согласилось», «в бюро даже таких опасных типов берут, это ж надо так сглупить», «да он совсем не похож на опасного», «говорят, у него роман с агентом Лоуренсом», «говорят, это он за него поручился», «боже, работать с таким красавчиком, я в восторге!» — Ша Цин!
Лео шёл впереди, его суровое выражение лица отпугивало любопытные взгляды. Ша Цин, полный спокойствия и уверенности, следовал за ним в кабинет. Стены из полупрозрачного матового стекла выдавали движения внутри, и многие, проходя мимо, украдкой бросали взгляды, пытаясь разглядеть хоть что-то.
Вскоре дверь распахнулась, и в кабинет влетел возбуждённый Роб, сияя улыбкой:
— Привет, агент центра обработки информации.
Роб поперхнулся от его колкости. Перевод в административный отдел не был его выбором, его новая пассия категорически запретила заниматься опасной полевой работой. Ради перспективы серьёзных отношений он, скрепя сердце, подал прошение о переводе.
— Эй, новичок, теперь ты, Ло И Линь, должен соблюдать все внутренние предписания, — сказал Роб, напуская на себя тон опытного наставника, дабы вернуть хоть немного авторитета. — Знаешь, у нас тут есть традиция, новенькие разносят кофе.
Ша Цин равнодушно пожал плечами, подошёл к кофемашине, взял два бумажных стаканчика и налил в них латте и макиато. Вернувшись, он протянул их Робу:
Роб, ожидавший сопротивления, растерялся от такой покладистости. Он нерешительно потянулся к стаканчикам, подозрительно косясь:
— Ты… ничего туда не подмешал, да?
— Боишься пить, забираем оба. Иди сам наливай, — Ша Цин небрежно убрал руку и передал один стаканчик Лео.
Роб тут же кинулся к стакану в руках Лео, выхватил его, заявив:
Но в тот же момент горячий кофе выплеснулся ему на брюки, залив даже ботинки. Роб взвыл от ожога, отбросил стаканчик и принялся отдирать мокрую ткань от ног. Стаканчик, покатившись по полу, оказался шуткой Ша Цина, он незаметно проколол дно, превратив его в пустой цилиндр.
Лео нахмурился и бросил юноше:
— Хватит издеваться над Робом!
Ша Цин пожал плечами, с невинным видом ответив:
— Не обожжётся, я добавил холодной воды.
Он подошёл к Робу и, как котёнка, потрепал его по подбородку:
— Слушай, я здесь, чтобы ловить серийных убийц, а не разносить кофе.
Роб, чуть не плача, вытирал кофейные пятна, мысленно проклиная себя за длинный язык. Наконец, смирившись, он буркнул:
— Ладно, я немного завидую. Мой напарник теперь твой. Пользуйся на здоровье!
— Не волнуйся, я использую его по полной во всех смыслах.
— Это офис! Здесь я обсуждаю только работу! Роб, вали в свой кабинет. Ло И, иди сюда, разберём данные по двадцати трём серийным убийцам. Надо выбрать, с кого начать.
На столе Лео появилась сумка с фастфудом.
— Если не хочешь спускаться в столовую, то хоть бургер съешь, чтобы не голодать, — недовольно сказал Ша Цин.
Лео оторвался от плана операции, который писал, и успокаивающе улыбнулся, его лицо смягчилось. Он встал, вымыл руки, открыл сумку и достал бургер с говядиной, зеленью и сыром, а также апельсиновый сок. С аппетитом принялся за еду.
— Днём соберём агентов, обсудим план, а завтра начнём, — сказал он, беря цветную булавку и подходя к огромной карте страны на стене. Он воткнул булавку рядом с одним из городов.
Ша Цин, намазав свой бургер с беконом соусом из каперсов, придирался к вкусу, откусив кусок:
— На собрании не жди, что я буду выступать. И ещё... Лучше без напарников, чем плохие напарники. Я готов работать один.
— Тебе придётся научиться работать в команде, Ло И. Одинокие герои здесь не в почёте.
— А с чего мне добиваться их одобрения? — фыркнул Ша Цин.
Лео тяжело вздохнул. Он понимал, что путь к тому, чтобы юноша стал настоящим напарником в ФБР, будет долгим и тернистым.
Лео, в белоснежной рубашке и фартуке, стоял у кухонной раковины, перемывая посуду. После ужина, приготовленного Ша Цином, он чувствовал приятную сытость, но это имело свои минусы, ведь офисный фастфуд теперь казался совершенно несъедобным. Придётся собрать волю в кулак, чтобы его терпеть.
Ша Цин, его возлюбленный и напарник, устроился на диване с ноутбуком, не спеша потягивая ароматный Чжэн Шань Сяо Чжун. Он листал страницы в интернете, время от времени тихо посмеиваясь.
— Что читаешь? — спросил Лео, закончив с посудой и стягивая фартук. Он подсел к Ша Цину, обнял его за талию и, взяв чашку с чаем, сделал глоток.
— А ты знаешь, что такое «игра»? — внезапно спросил Ша Цин, хитро прищурившись.
Лео, как по учебнику, ответил:
— Игра, это когда агенты разыгрывают оперативные сценарии для тренировки.
— Не угадал, — ухмыльнулся Ша Цин, еле сдерживая смех. — Игра, это когда я хлещу тебя кожаным хлыстом по яйцам и заднице.
Он повернул экран ноутбука к Лео. Тот быстро пробежал глазами текст, его пальцы замерли на ручке чашки, а глаза округлились от изумления.
— Это что за чёрт?! — вырвалось у него.
— Фанфики, которые пишут девчонки в интернете. Их фантазии не знают границ, от небес до преисподней. Я прикинул, что в сорока процентах я доминирую над тобой, в тридцати, ты надо мной, в двадцати, мы оба друг над другом. А оставшиеся десять процентов, это всякие извращения, игры, садо-мазо, дрессировка. Представь что я приковываю тебя наручниками к обеденному столу, наливаю в твою попку красное вино, а потом, засовывая туда свой «жезл», говорю: «Смотри, как жадна твоя дырочка».
Лео поперхнулся чаем и брызнул им на ковёр. Откашлявшись, он, забыв о всяком достоинстве, воскликнул:
— По-моему, идея занятная. Может, попробуем сегодня? — сказал Ша Цин, явно провоцируя.
Лео с грохотом захлопнул ноутбук и мрачно буркнул:
— Хватит читать этот интернетный мусор! И почему в твоих книгах отношения между героями не могут быть просто нормальными? Зачем привлекать этих… — он вспомнил термин, который объяснял Роб, — слэш-фанаток? Эти девчонки вместо того, чтобы влюбляться, весь день фантазируют!
— Да между героями всё просто, даже поцелуя нет, — возразил Ша Цин с притворной невинностью. — И потом, фантазии же не запретишь. Они развлекаются в своём кругу, никого не трогают, разве нет?
Лео всё ещё кипел от возмущения:
— Они нарушают мои права! Почему это не я приковываю тебя к столу?
— Похоже, сегодня нам придётся устроить бой, чтобы выяснить, чья задница отведает вина.
Роб и агент по кличке «Блю» дежурили в серверной центра обработки данных. Они лениво болтали, потягивая напитки и зевая.
— Сегодня весь офис гудел о Ша Цине, — начал Блю с энтузиазмом записного сплетника. — Говорят, у него шуры-муры с агентом Лоуренсом. Это правда?
— Почему бы тебе не спросить у них самих?
— Да ладно, я, как увижу Лоуренса, дар речи теряю. У него же на лице написано: «Я элита, холодный, как айсберг, и работоголик. По делу, говори, без дела, вали». Мне что, подойти и схлопотать за такой вопрос?
Роб хмыкнул, развеселённый его нагловато-жалобным тоном, и случайно опрокинул напиток на пульт.
— Боже, ну ты и натворил! — завопил агент, вскакивая и вытирая стол рукавом. — Я же говорил, никаких напитков тут!
Роб принялся извиняться, и они вместе бросились убирать лужу. Случайно кто-то из двоих задел кнопку, и после шипения помех из динамика послышались отчётливые голоса.
Два мужских голоса, стоны, хрипы, рычание… Низкий, глубокий тембр и чистый, звонкий переплетались, хриплые от страсти, как два инструмента в идеальной гармонии. Между звуками проскальзывали откровенные флиртовые фразы, от которых у двух холостяков кровь закипела, а носы чуть не пошли кровью.
Агент, зажав нос рукой, потрясённо выдохнул:
— А это не ты включил? — огрызнулся Роб, но чем дольше он слушал, тем больше голоса казались ему знакомыми.
Взгляд напарника в панике метался по кнопкам на пульте, он бормотал что-то невнятное, пока наконец не воскликнул:
— Вот оно! Это прослушка нового мониторингового браслета на ноге! Старые наручные такого не умели. Смотрим… номер 006, это… Ло И Линь, местоположение… ааа!
Его возглас сорвался на визг, когда Роб с силой ущипнул его за бок и выключил злополучную кнопку.
— Заткнись! — прорычал он, нависая над ним. — Это строго конфиденциально. Если проболтаешься, шеф тебя в порошок сотрёт!
Агент, потирая ноющий бок, растерянно пробормотал:
— Какой ещё секрет? Я ничего не знаю… Но один из них точно Ша Цин, да? А второй кто?
Роб бросил на него суровый взгляд:
— Не лезь в то, что тебя не касается. Хочешь, чтобы внутренняя служба тобой занялась?
Новый напарник яростно замотал головой.
— Вот и славно. Забудем об этом, будто радио поймало чужую волну, — Роб хлопнул его по плечу, ставя точку в разговоре. Но в голове уже крутились мысли: Надо срочно предупредить Лео, пусть оформит запрет на прослушку. Если каждый день слушать их… бурные сцены, кто это выдержит?
Нет, не сейчас… Эти двое явно ещё не закончили. Они там надолго.
Кто бы мог подумать, что Лео, пассив!
«Блю» оцепенел, переваривая услышанное. Когда Роб отлучился в уборную, до него вдруг дошло: второй голос… это же агент Лоуренс!
— Так они и правда вместе! — пробормотал он, удивлённый. — И кто бы мог подумать, что он, пассив!