Нежить Глава 71
— Срочно подать кислород! Готовьте реанимацию! Позовите подполковника Цзиня для координации!
— Давление падает, готовим инфузию для восполнения объёма!
Потерявший контроль над собой, Чжоу Жун рванулся к койке. Она с оглушительным скрежетом пронеслась мимо, окружённая суетой врачей, спешивших доставить Си Наня в реанимационную палату. Он заставил себя остановиться, но его лицо, искажённое тревогой, побледнело.
— Что случилось? Почему он снова без сознания? Днём всё было в порядке!
— Вероятно, последствия удара по затылку. У него внутричерепное кровоизлияние.
— Когда я уходил, он был совершенно здоров! — взревел Чжоу Жун, сжимая кулаки. — Вы опять брали у него кровь, да?
— Мозг, особенно у людей с амнезией, таких как Си Нань, сложная структура. Зона памяти как мина замедленного действия, готовая сработать в любой момент, — холодно отрезал Нин Юй. — Успокойтесь, полковник, или мне придётся ввести вам седативное.
Чжоу Жун с силой сжал виски, пытаясь справиться с бурей в голове, и отступил к стене коридора. Его сжатые в тонкую линию губы, подчёркивали напряжение и боль на лице.
Нин Юй хотел было добавить что-то резкое, но двери реанимационной палаты распахнулись. Пожилой директор института, чьи седины блестели под светом ламп, оглядел переполненный коридор. Поколебавшись, он заметил Нин Юя и коротко кивнул, приглашая подойти.
— Я сделаю всё возможное, — бросил учёный, засунув руки в карманы халата, и направился к директору, не оглядываясь.
Подполковник Цзиньхуа стояла у входа. Проходя мимо, она кивнула Нин Юю, но тот не ответил. С момента прибытия на базу он стал замкнутым, ограничивая общение служебными вопросами. В институте шептались, что он ест лишь раз в день, ближе к вечеру. Цзиньхуа замечала, как сильно он похудел, и однажды, под предлогом формального визита, поинтересовалась его состоянием. Учёный холодно ответил, что это его привычка, ведь голод, по его словам, обостряет мышление. Он просил не вмешиваться в его личную жизнь.
Проходя мимо его лаборатории, женщина видела горящий круглые сутки свет. Сквозь стеклянную стену вырисовывалась его худощавая фигура, склонившаяся над приборами или экраном компьютера. Его тёмный затылок и бледная шея вызывали у неё смутное чувство тревоги, но она не могла понять, что именно её беспокоит.
— Ромуэль что-то скрывает, — хрипло произнёс Чжоу Жун, прижав пальцы ко лбу. — Его интерес к Си Наню не просто так.
— Я понимаю, — мягко прервала его Цзиньхуа, стараясь успокоить.
— После отчёта института я говорила с Нин Юем о вторичных антителах. Он убеждён, что универсальные антитела, способные защитить всех, существуют. Он даже подозревает, что их прототип уже разработали в лаборатории во Флориде, в стране А.
— Тогда почему вирус всё ещё распространяется?
— Возможно, вакцину сложно воспроизвести, или технологии ещё несовершенны.
— Или, — перебил Чжоу Жун, — они не хотят её распространять.
Его низкий, хриплый голос, полный скрытой силы, заставил Цзиньхуа почувствовать холодок по спине.
В реанимационной палате было шумно. Ответственный из медицинского отдела, багровый от гнева, ударил кулаком по столу:
— Вы исключаете риск мозговой смерти? Как вы вообще проводили обследование? Почему носителя держали в лаборатории, а не сразу отправили к нам?
Директор института, пытаясь оправдаться, торопливо ответил:
— Днём всё было в норме, мы провели КТ головного мозга, результаты можно проверить.
— Удар по затылку, черепно-мозговая травма, это может привести к смерти! Вы играете с человеческими жизнями!
Взгляд Нин Юя скользнул к больничной койке. Среди проводов и трубок медицинских приборов лежал Си Нань. Его глаза были закрыты, но ресницы едва заметно дрожали, а кадык медленно двигался, казалось, он пытался вырваться из плена кошмара.
Не обращая внимания на спорящих врачей, Нин Юй протиснулся к койке, оттеснил врача, проводившего реанимацию, и снял с Си Наня кислородную трубку.
— Что вы делаете?! — воскликнул врач. — Доктор Нин!
Игнорируя крики, Нин Юй склонился к бледным губам юноши. Из его горла доносились слабые, прерывистые звуки. Через мгновение учёный разобрал повторяющееся слово:
— Зубы? — недоверчиво переспросил Нин Юй.
— Доктор Нин, немедленно отойдите! — руководитель медотдела был вне себя от ярости.
Учёный, раздражённо отмахнувшись, опёрся локтем о подушку и настойчиво спросил:
— Какие зубы? У кого выпали зубы? Что ты помнишь?
Тёмные брови Си Наня мучительно сжались, глаза под закрытыми веками беспокойно метались, что указывало на лихорадочную активность мозга. Руководитель медотдела попытался оттащить Нин Юя, но тот яростно вырвался.
— Не спуститься, — с трудом выдавил юноша. — Быстрее, нужно спуститься, взять…
В голове Нин Юя сверкнула слишком невероятная догадка, чтобы сразу её принять. Не успев осознать, он выпалил:
— Это то, что ты привёз? То, что ты доставил из страны А, Си Нань?! — Нин Юй, закатав рукав халата, принялся хлопать юношу по щекам, почти крича: — Говори яснее, Си Нань! Нет, Ной! Ной Чонг!
Громкие звуки шлепков эхом разнеслись по палате. Юноша, всё ещё в беспамятстве, судорожно поднял дрожащую руку и с неожиданной силой вцепился в запястье Нин Юя.
— Слишком высоко, — выдохнул он. — Спустись, возьми, помоги мне…
— Какие антитела? Образец универсальных антител? Лаборатория во Флориде уже создала их? Эй, Ной! Ответь мне!
Крик Нин Юя тонул в нарастающем гуле голосов, окруживших его, как волны прилива.
Сознание Си Наня медленно погружалось в бездонную глубину, будто душа его падала с небес. Влажный ветер хлестал со всех сторон, проносясь над горами, реками и тёмными лесами. В его вое звучали тысячи яростных вопросов, летящих против течения времени, становясь всё громче и пронзительнее:
— Почему у тебя есть антитела?
— Почему ты единственный, кто выжил?
Си Нань стиснул зубы, зажал уши, но оглушающий гул превратился в крики и стоны, раздирающие его изнутри. Он с трудом поднял голову. В небе, разрывая облака, огромный самолёт раскалывался на части. Чёрно-красные языки пламени переплетались, крыло, оставляя дымный шлейф, закружилось в смертельном танце и рухнуло в долину.
Знакомый голос, полный ярости, прогремел у самого уха:
Юноша сопротивлялся, но невидимая сила оторвала его руки от ушей, и тот же голос заорал:
— Противоударный контейнер, который был с тобой после крушения самолёта. Где он?
Противоударный морозильный контейнер. Тот чемоданчик.
Разряд тока пронзил его нервы, и невидимый барьер в сознании рухнул. Мир, сотканный глубинами разума, раскололся и начал перестраиваться. Всё вокруг преобразилось в одно мгновение.
Си Нань ощутил под ногами твёрдую землю. В этом странном сновидении он поднял взгляд и увидел, как за массивным письменным столом медленно повернулось кресло. Пожилой генерал, чьё лицо, несмотря на возраст, излучало живую энергию, произнёс:
— Учения завершены. Ваш визит неожиданность. Чем могу помочь, инструктор Ной Чонг?
Просторный кабинет заливал мягкий свет военного полудня. В воздухе лениво кружились пылинки, а за окном виднелся плац, где под палящим солнцем клубилась пыль.
Си Нань закрыл глаза, затем растерянно открыл их, не находя слов под пронзительным взглядом собеседника. Но его голос, неуверенный от долгого неиспользования китайского, зазвучал в этом сне:
— Вирус Пандоры вышел из-под контроля.
Одно предложение, и лицо генерала изменилось.
— Две недели назад все подопытные на базе «Белый Орёл» превратились в зомби. Лаборатория скрыла это от мира. Семья Ромуэля создала прототип универсальных антител, способных защитить человечество, но отказалась разрабатывать вакцину-антидот.
Молодой инструктор «Белого Орла» смотрел сверху вниз на потрясённого генерала.
— Я знаю, что ваша страна тоже проводит исследования. Без вакцины все эксперименты приведут к утечке вируса, и Земля погрузится в апокалипсис живых мертвецов.
Генерал поднялся, сделал несколько глубоких вдохов и, понизив голос, спросил:
В этот момент юноша понял, кто перед ним: Го Цзиньсун, заместитель министра государственной безопасности, погибший дед Го Вэйсяна.
— Я пришёл для сотрудничества, — твёрдо ответил Си Нань.
— Через три месяца начнётся отбор новобранцев в спецназ. Я могу провести вашего агента в лабораторию базы. В обмен прошу вашу страну сосредоточить научные силы на исследовании и культивации универсальных антител и на их распространении по всему миру.
В кабинете повисла тишина. За окном расстилался плац сто восемнадцатого военного лагеря. Издалека доносились приглушённые выкрики солдат, занятых учениями, растворяющиеся в знойном воздухе.
— Ради антител мы готовы на всё, — наконец сказал Го Цзиньсун. — Какие ещё у тебя условия?
Си Нань смотрел рассеянным взглядом, будто сквозь тяжёлые облака над небом этой страны пробивались тайные, давно похороненные в прошлом обрывочные воспоминания.
После долгого молчания, под нетерпеливым взглядом генерала, он заговорил:
— В тот день я был здесь и увидел человека, которого знал много лет назад.
Небо затянули свинцовые тучи, ветер бушевал и выл. Самолёт швыряло в неистовых судорогах, то подбрасывая вверх, то бросая вниз. В салоне раздавались истошные крики. Стюардесса с окровавленным лицом хрипло вопила, вцепившись в перепуганного пассажира в проходе. Мгновение, и её ногти вспороли ему живот, внутренности хлынули на пол, заливая всё багровым.
Си Нань, стиснув зубы, схватил чемодан и с размаху обрушил его на голову зомби, рванувшегося из переднего кресла. Череп треснул с отвратительным хрустом, ошмётки мозга разлетелись по салону. Не теряя времени, он бросился через бизнес-класс и одним ударом ноги вышиб дверь в кабину пилотов. Капитан и второй пилот, шатаясь, поднялись с кресел, издавая голодные, звериные рыки. Юноша, не раздумывая, свернул им шеи с хладнокровной точностью, бросил чемодан к ногам и вцепился в штурвал, лихорадочно щёлкая переключателями на приборной панели.
Самолёт затрясло, панель управления вспыхнула алыми огнями, из пассажирского салона донёсся грохот падающих багажных полок. Вены на тыльной стороне ладони Си Наня вздулись, пока он сжимал штурвал, но все усилия были напрасны. Один из двигателей полыхнул в небе, выбрасывая языки пламени, за которыми потянулся чёрный дым. За лобовым стеклом кабины мир закружился в безумном вихре падения.
Он наклонился, подхватил чемодан, но в этот миг резкая боль пронзила запястье. Всё ещё живой пилот-зомби впился в него зубами. Кровь хлынула потоком, заливая рукав.
Снаружи в дверь кабины молотили кулаками. Зомби ломились внутрь, сотрясая укреплённую створку, готовую вот-вот поддаться.
Си Нань вырвался из хватки, окинул кабину взглядом, заставляя себя сохранять хладнокровие. Самолёт стремительно падал, вибрация нарастала, угрожая разорвать всё вокруг. Перегнувшись, он дотянулся до верхнего отсека и выдернул запасной парашют.
Дверь кабины затрещала, готовая рухнуть под натиском зомби. Юноша закинул парашют за спину, схватил чемодан и с силой ударил им по лобовому стеклу.
Двойное стекло покрылось паутинкой трещин. В тот же момент дверь с грохотом распахнулась, и толпа зомби хлынула внутрь.
Си Нань с размаху ударил кулаком по стеклу, оно разлетелось вдребезги, окроплённое его кровью.
— Р-р-р! — Зомби кинулись к нему, но их ногти успели лишь задеть штанину. Юноша с силой отбросил ближайших тварей ногами и, не теряя времени, прыгнул в пустоту.
Разница давлений утянула его в пропасть на высоте десяти тысяч метров. Ветер вырвал из лёгких последний вздох, одежда трещала под напором урагана. Над головой послышался оглушительный взрыв, и самолёт развалился на части. Горящие обломки посыпались вниз огненным дождём. Жгучий поток воздуха обрушился на Си Наня, ускоряя его падение. Стиснув зубы, он издал беззвучный крик боли и в последнем рывке дёрнул за кольцо парашюта.
Парашют раскрылся, рывком замедлив падение.
Через несколько минут Си Нань врезался в кроны деревьев, ломая ветви, и рухнул на землю. Сила удара прокатила его по склону больше десяти метров, пока сознание не покинуло его.
Он не знал, сколько пролежал без чувств.
Очнулся он от невыносимой боли, пронзавшей всё тело.
— Хр-р… хр-р… — хриплое дыхание послышалось рядом.
Си Нань подумал, что это собака, но, открыв глаза, увидел полуразложившееся лицо. Зомби жадно пожирал его плоть, вгрызаясь в плечо. Рядом, на коленях, сидел ещё один, готовясь вспороть ему живот острыми когтями.
— Чёрт… — дрожащим голосом выругался юноша.
Собрав остатки сил, он пнул одного зомби, отправив его в полёт на добрый десяток метров, и одним движением свернул шею второму.
С трудом поднявшись, он пошатнулся, потеря крови вызывала головокружение, каждый шаг отдавался болью. Он оказался на краю леса, у обрыва. Поляна заросла дикой травой, пропитанной зловонной кровью. Зомби разодрал мышцы на его плече и спине, кровь пропитала рубашку, и сквозь рваную ткань виднелись страшные раны и обнажённые кости.
Вокруг стояла мёртвая тишина. Птицы молчали, людей не было.
Юноша устало выдохнул, и вдруг его как током ударило.
Не обращая внимания на израненное тело, он, спотыкаясь, бросился искать. Но серебристый морозильный контейнер исчез. В траве, за камнями, под деревьями... Никаких следов, словно он растворился в воздухе.
Кровь застыла в жилах. Опираясь на ствол дерева, Си Нань огляделся.
Неужели зомби утащили? Нет, у них не хватило бы разума.
Может, он выпустил чемодан из рук в полёте?
Нет, это невозможно. Конструкция ручки была надёжной, не позволила бы ему выскользнуть. И юноша ясно помнил, как, падая с дерева, всё ещё сжимал его в руках.
Си Нань закашлялся, выплюнув сгусток крови, и устремил взгляд к обрыву. Глубокая долина, окружённая крутыми скалистыми стенами, поросшими редкими пучками пожухлой травы, зияла перед ним. Место, где он очнулся, было всего в десяти метрах от пропасти.
Собрав остатки сил, он, пошатываясь, добрался до края и опустился на колени. Пальцы лихорадочно ощупывали каждый сантиметр земли, каждую травинку, каждый камень. Наконец, на скале у самого обрыва он заметил то, чего боялся больше всего: свежие белёсые царапины от удара твёрдого предмета, ведущие в бездонную пропасть.
В его воображении вспыхнула картина, как чемодан выскользнул из рук, ударился о скалу и канул в пустоту.
Си Нань рухнул на землю, хрипло выдохнув:
Край обрыва ответил гробовой тишиной. Небо было высоким и безучастным, земля бескрайней и равнодушной.
— Эй! Есть кто-нибудь? Помогите!
Гулкое эхо разнеслось по долине, но ответа не последовало.
Юноша выдохнул, смиряясь с поражением, и взглянул вниз. Склон был почти отвесным, без выступающих веток, лишь с редкими пучками травы, цепляющимися за трещины. Он сделал пару шагов, но понял, что не сможет спуститься, его раны и слабость лишали равновесия. Ещё шаг, и он сорвётся, разбившись насмерть.
За всю свою жизнь Си Нань никогда не чувствовал себя таким беспомощным, словно все неудачи судьбы обрушились на него в один момент. Он опустился на колени, тяжело дыша. Кровоточащая рана на плече медленно затягивалась, боль при движении становилась тупее, но всё ещё пульсировала в каждом нерве.
Опираясь на скалу, он поднялся, привязал окровавленную куртку к ближайшему дереву и медленно побрёл на север.
Если найти деревню, кто-нибудь поможет.
Это был самый долгий путь в его жизни. Си Нань едва помнил, сколько времени шёл. Небо темнело, горные тропы и лес остались позади, а скользкий мох то и дело заставлял его спотыкаться. Когда ночь окончательно поглотила мир, у подножия горы вспыхнули огни, и послышались голоса. Резкий визг шин, выкрики и редкие выстрелы разорвали тишину.
— Это девятая поисково-спасательная бригада военного округа B…
— Мы получили приказ эвакуировать незаражённых в этом районе…
— Стойте! — раздался чей-то громкий крик. — Там человек! На горе человек!
Несколько лучей фонарей ударили в его сторону. Ослеплённый ярким светом, Си Нань прикрыл глаза рукой, но нога соскользнула, и он тут же потерял равновесие.
Его измотанное тело покатилось вниз по склону, врезаясь в острые камни в кромешной тьме. Усталость и боль затуманили разум. Последним, что он увидел, прежде чем погрузиться в беспамятство, были языки пламени, пожиравшие деревню, и фигуры бегущих к нему солдат. Их руки мелькали в движении, подхватывая его с земли.
— В горы, скорее, — Си Нань, с залитым кровью лицом, вцепился в одного из солдат, задыхаясь. — В долине, где упал самолёт, антитела…
— Он ранен! — крикнул солдат. — Подполковник!
— Зови медиков! — Тан Хао, сжимая автомат, бросился к огням, на ходу расстреливая приближающихся зомби. Не оборачиваясь, он рявкнул: — Быстрее, заканчивайте, уходим!
— В горы, антитела… — бормотал Си Нань.
Шум вокруг заглушил его слова, фигуры людей становились всё более размытыми. Он из последних сил цеплялся за сознание, но веки тяжелели, и в конце концов он провалился в глубокую тьму.
Дверь реанимационной палаты с грохотом распахнулась. Врач выкрикнул:
— Полковник Чжоу! Где полковник Чжоу?!
Все вокруг побледнели. Чжоу Жун резко вскинул голову. Лицо врача было серым, как пепел.
— Быстрее! Доктор Нин зовёт вас, срочно!
Кровь в жилах Чжоу Жуна застыла. В ушах загудело, слова врача утонули в этом гуле. Он ворвался в палату, не замечая встревоженных взглядов окружающих. Нин Юй поднялся от операционного стола, его лицо за золотой оправой очков было суровым. Он произнёс лишь три слова:
Мозг Чжоу Жуна опустел. Перед глазами мелькали сцены прощания, разлуки, смерти. Дрожа, он опустился на колени у койки Си Наня, боясь даже дышать.
— Чемодан, — хрипло, едва слышно произнёс юноша.
Чжоу Жун остолбенел, подавившись рыданием.
— Чемодан в долине, — Си Нань замолчал, собирая силы, его голос был слаб. — Там, где упал самолёт, в той долине…
Чжоу Жун в шоке уставился на него.
— Я же говорил, что не ослышался! — Нин Юй выдохнул с облегчением и радостью. — Слышал? Он сказал, что образец антител упал в долину, где разбился самолёт, верно?
Чжоу Жун молчал, не в силах выдавить ни слова.
Юноша едва заметно потянул его за палец, и на его губах мелькнула слабая улыбка. В следующий миг его веки сомкнулись, и он погрузился в глубокий, спокойный сон.
— Эй, Си Сяо Нань! Ты что… — мужчина не успел договорить, как толпа медиков, слаженно и профессионально, оттеснила его от койки.
Скрестив руки на груди, Нин Юй стоял в дверях палаты и внимательно разглядывал побледневшее лицо Чжоу Жуна.
— Что с тобой, полковник? Призрака увидел? — спросил он с насмешкой.
— Ты не для того меня позвал, чтобы я услышал его последние слова, да?
— Какие ещё последние слова? У него сотрясение мозга, и только. Си Нань вспомнил что-то важное и хотел тебе рассказать. Куда тебя вообще понесло с такими мыслями?
Чжоу Жун, всё ещё не оправившийся от потрясения, почувствовал, как земля уходит из-под ног. Его захлестнула смесь облегчения и обиды за этот внезапный испуг.
— Ха-ха-ха! — Нин Юй, сообразив, в чём дело, разразился громким смехом, но тут же посерьёзнел. — Насмотрелся корейских драм, полковник? Думаешь, мы тут снимаем «Голубую любовь и смерть»?
Через три дня неврологи вынесли вердикт.
После крушения самолёта Си Нань получил огромную дозу зомби-вируса. Падение с горы, лихорадка и удар по голове вызвали временную амнезию. Встреча с шестой ротой сто восемнадцатой бригады начала возвращать ему память, фрагменты воспоминаний всплывали, как кусочки мозаики, постепенно складываясь в цельную картину. Последний, решающий осколок прошлого пробился на поверхность после сильного удара по затылку, нанесённого женщиной-альфой из страны А.
Командование срочно вызвало подполковника Тан Хао. Сопоставив маршрут девятой поисково-спасательной бригады, удалось установить место, где нашли юношу. Глухая горная деревня на границе провинции H и города T.
Если бы тогда Си Нань не был в лихорадке, если бы солдаты расслышали его бессвязное бормотание, если бы Тан Хао немедленно организовал поиск в горах, возможно, антитела нашли бы ещё в начале катастрофы. И тогда многих трагедий удалось бы избежать.
Теперь жалеть было поздно, но, к счастью, ещё не всё было потеряно.
Полдень. Столовая гудела. Си Нань, протиснувшись сквозь толпу с переполненным подносом, занял место за пустым столом в углу. Он с недовольством уставился на свою порцию кисло-сладких рёбрышек.
В армии дисциплина железная. Каждому ровно три куска мяса, и ни грамма больше.
Впрочем, быть Омегой всё же имело свои преимущества. Парень на раздаче, сохраняя суровое выражение лица, каким-то чудом выделил юноше три крупных куска. Это немного смягчило его внутреннее возмущение: Я, рискуя жизнью, тащил вам вакцину, а вы даже рёбрышек жалеете!
Си Нань поднял взгляд и увидел подполковника Тан Хао с подносом в руках. Тот небрежно кивнул на свободное место напротив.