Искры Преступного Мира Глава 19 Письмо о принудительном взыскании
Чжэн Пин оказался на редкость расторопным. Не прошло и пары дней, как он позвонил Ло Цзи с радостной вестью, что всё улажено, и ненавязчиво напомнил о приглашении на ужин вместе с семьёй.
Ло Цзи сидел за рабочим столом, утопая в ворохе бумаг. Рядом, на диване Линь Фэн спал, свернувшись калачиком. Его бледные икры, обнажённые и беззащитные, свисали с края дивана и едва касались мягкого тёмно-бордового ковра. Он был похож на котёнка, который дремлет в тёплой полуденной тишине.
— Сейчас не до ужина, — отрезал мужчина. — Сначала разберись с делом Юй Лишань. Что говорят в банке?
— Хитрец ты, Ло Цзи! Директор банка чуть ли не на коленях умолял, называл меня своим дедушкой. Юй Лишань задолжала один миллиард! Ей полагалось ежегодно выплачивать сорок процентов прибыли, но она не вернула ни копейки. Один миллиард, представляешь? На эти деньги можно реку очистить.
Ло Цзи устало потёр виски. Он знал, что Юй Лишань тайком брала кредиты, но не подозревал, что долг достиг таких астрономических масштабов. Если бы она просто транжирила деньги на свои прихоти, это ещё можно было бы пережить. Но то, что она, живя в роскоши, лезла в дела семьи Ло, выводило его из себя.
— Я распорядился, чтобы головной банк отправил ей письмо с требованием о принудительном возврате долга, — продолжил Чжэн Пин. — Сегодня она его получит. Если не выплатит в срок, подача в суд без разговоров. Если что-то ещё нужно — звони. И не забудь, твой красавец обещал выпить за меня!
— Не забуду, — усмехнулся Ло Цзи, кладя трубку.
Линь Фэн на диване лениво потянулся и босиком спустился на ковёр. Его шаги были почти неслышны, как у кошки, которая крадётся за добычей. Мужчина, не отрывая от него взгляда, протянул руку и обхватив за талию, притянул к себе. Линь Фэн тихо охнул, оказавшись в крепких объятиях.
— Не знаю почему, но, глядя на тебя, я всегда подозреваю, что ты замышляешь какую-то проказу, — Ло Цзи приподнял его подбородок, заставляя встретиться глазами. — С Юй Лишань разобрались, твой счёт с ней закрыт. Доволен, малыш?
Юноша, упираясь ладонью в плечо Ло Цзи, пытался сохранить хоть немного пространства между ними.
— Какие ещё проказы? О чём ты вообще? — пробормотал он, отводя взгляд.
Ло Цзи хмыкнул, его рука уже скользнула под подол просторной рубашки Линь Фэна, касаясь гладкой кожи. Пальцы, загрубевшие от оружия, вызывали лёгкую дрожь, и юноша невольно вздрогнул.
— Днём же… не надо… — его голос был едва слышен.
Но Ло Цзи, не слушая, одним движением сорвал с него рубашку. Холодный воздух из кондиционера обжёг обнажённую кожу, и Линь Фэн, поёжившись, непроизвольно прижался к тёплому телу мужчины. Тот резко втянул воздух, и его голос стал хриплым:
Линь Фэн задрожал. Его тело отзывалось на грубые ласки, мышцы бёдер напряглись, а щёки запылали. Он медлил, не решаясь двинуться, но гангстер рассмеявшись, сильной рукой приподнял его и одним движением опустил вниз.
— А-а! — Линь Фэн запрокинул голову, обнажив тонкую шею.
Мужчина покрывал её поцелуями, спускаясь к хрупким ключицам и оставляя на коже следы зубов с алыми капельками крови. В такие моменты он становился грубым, наслаждаясь своей властью и даже лёгкой жестокостью. Линь Фэн, такой нежный и хрупкий, будил в нём желание сжать его, раздавить и съесть.
Обессиленный, юноша прильнул к уху Ло Цзи:
Гангстер, крепко сжав его, холодно ответил:
— Потерпи, детка, ещё не время.
Когда Линь Фэн наконец достиг пика, он бессильно обмяк в его руках. Его бёдра дрожали, из горла вырвались хриплые стоны. Ло Цзи, не сдерживаясь, излился в него, не используя защиту, отчего юноша задрожал ещё сильнее.
— Иди в душ, потом поедем в компанию, — мужчина легонько ущипнул его за талию.
Линь Фэн, всё ещё слабый, с трудом поднялся. Его ноги подкосились, и он едва не упал, но Ло Цзи, мгновенно среагировав, подхватил его и, ухмыляясь, поцеловал в ухо:
— Похоже, мне придётся тебя отмывать.
Парнишка, закрыв глаза, молчал, его щёки пылали от смущения.
Из ванной они вышли, когда рабочее время давно миновало. Линь Фэн зевал, мечтая о сне, но Ло Цзи, непреклонный, потащил его за собой. Усадив в машину на заднее сиденье, он услышал ворчание юноши. Наклонившись к его уху, Ло Цзи прошептал:
— Ещё одно слово — и я займусь тобой прямо здесь.
Линь Фэн тут же умолк, но через минуту, обиженно буркнув, добавил:
— Я просто устал… даже поспать не даёшь.
— Молодой, а всё время дремлешь! То на кровати, то на диване, вечно с сонными глазами. Этак от лени кости размягчатся, — поддразнил Ло Цзи.
Линь Фэн зевнул, лениво пробормотав:
— Когда-то я попал в аварию… чуть не погиб. После неё здоровье пошатнулось, всё время слабость. Врачи говорят, из-за травмы головы.
— Если бы не Фан Тяньхэ, я бы даже операцию не оплатил… чуть не умер в больнице, — Линь Фэн зевнул снова. — Дай поспать хоть немного.
Юноша свернулся на просторном заднем сиденье, найдя уютный уголок, и вскоре задремал. Спустя время он смутно ощутил, как сильная рука обняла его. Глубокий голос, почти шёпотом, прозвучал над ухом:
— Не вспоминай больше Фан Тяньхэ. Теперь я о тебе позабочусь. Забудь всё, что было. Я рядом, я тебя защищу.
Ты не сделаешь этого, — подумал Линь Фэн в сонной дымке.
Все вы одинаковы. Любовь кажется вечной, но со временем она выцветает, становится хрупкой и рушится. Любящий муж превращается в равнодушного, заботливый отец — в чудовище.
Что уж говорить о тебе, причинившем мне столько боли, и обо мне, полном ненависти.
Машина остановилась у офиса. Ло Цзи затащил Линь Фэна на верхний этаж, усадил на диван в своём кабинете и собрался на совещание.
— Сиди здесь и никуда не ходи. Если вернусь, а тебя не будет — вечером пеняй на себя.
Мужчина говорил строго, пожалуй, слишком строго. Линь Фэн моргнул и глубже забился в угол дивана, будто испугавшись.
Ло Цзи вздохнул, и потрепал его по волосам:
— Сегодня Юй Лишань получила письмо о возврате долга. Она будет в ярости и, скорее всего, сорвётся на тебе. Дома некому её остановить, в компании тоже небезопасно. Мой кабинет — единственное место, куда она не посмеет сунуться. Я её предупреждал, но она привыкла наглеть. Может попытаться тебе навредить.
Ло Цзи шагнул к двери, но чья-то рука внезапно остановила его. Он обернулся. Юноша смотрел на мужчину, и в его тёмных глазах плескалась печаль.
— Если бы тебе пришлось выбирать…кого бы ты выбрал… меня или Юй Лишань?
Ло Цзи замер, вглядываясь в него. Этот взгляд, мягкий и глубокий, затягивал. Он медленно прикрыл глаза и тихо ответил:
— Малыш, не спрашивай того, на что я не могу ответить.
Дверь за ним щёлкнула, отрезав их друг от друга. Ассистент, сидевший за столом, тут же вскочил, вытянувшись по струнке:
Ло Цзи, не замедляя шага, направился к лифту:
— Там парень. Выполняйте все его просьбы, но не выпускайте. И никого не впускайте, пока я не вернусь. Никого. Понятно?
— Да, господин! — ассистент склонил голову.
В кабинете за тяжёлой дверью из красного дерева Линь Фэн остался один. Он долго смотрел на закрытую дверь, словно видел, как Ло Цзи уходит прочь. Тонкая, ядовитая усмешка тронула его губы:
— Революция ещё не окончена, товарищ. Надо стараться дальше.
Юй Лишань ворвалась на этаж, пылая гневом. Её каблуки — острые, как её характер, — яростно цокали по мрамору, грозя расколоть пол. Менеджеры с папками в руках поспешили расступиться, избегая её взгляда. Ассистент, оказавшийся на пути, натянул улыбку, скрывая волнение:
— Госпожа Юй, чем могу помочь? Господина Ло сейчас нет. Если желаете, я могу ему позвонить…
— Прочь! — отрезала она, оттолкнув его.
— Госпожа, господин Ло строго приказал никого не впускать… — начал ассистент, но его голос дрогнул под её взглядом.
Женщина остановилась, высокомерно вскинув подбородок. Её глаза сверкнули, когда она рукой обозначила рост:
— Этот… мальчишка, похожий на соблазнительного демона. Он там, да? Открывай дверь. Немедленно.
Ассистент замялся, теребя край рукава:
Утром Юй Лишань получила официальное письмо, с требованием о взыскании долга. Кредит, взятый под именем Ло Цзи, балансировал на грани законности. Стоило копнуть глубже, и сделка могла рухнуть, обернувшись уголовным делом. Она знала, что муж в курсе. Он всегда всё знал, но закрывал глаза. Годы шли, и она привыкла к его молчаливому попустительству. Но это письмо… Оно было предупреждением. Его гневом. И женщина не сомневалась: причина — Линь Фэн.
Эта мысль разожгла в ней пожар. Кто она, Юй Лишань? Наследница знатного рода, избранная невеста, объявленная женой наследника семьи Ло на весь Гонконг. А Ло Цзи? Бастард, сын безродной женщины, изгнанный в юности за границу, почти невидимка в сиянии семейной славы. Без брака с ней он бы остался тенью. Она дала ему всё — статус, положение, право. И все эти годы женщина была уверена: она — хозяйка семьи Ло, её слово — закон. Мужчина не возражал, и она принимала его молчание за согласие.
Но теперь её мир пошатнулся. Из-за Линь Фэна, сына женщины-неудачницы. Её место в сердце Ло Цзи, её власть — всё оказалось под угрозой. Нутро подсказывало: если не устранить юношу, она потеряет всё.
Ассистент, всё так же колеблясь, пробормотал:
— Госпожа, может, я сначала позвоню господину Ло? Если он рассердится…
Юй Лишань резко вскинула брови:
— А мой гнев ты готов терпеть? Я всё ещё хозяйка семьи Ло и акционер компании! Моё слово имеет вес! Думаешь, Ло Цзи уволит тебя, а я не смогу? Открывай дверь, или вали домой!
Ассистент замер, но тут дверь кабинета скрипнула. Линь Фэн, в домашних тапочках, лениво облокотился о косяк. Его взгляд, сонный и чуть насмешливый, скользнул по женщине.
Юй Лишань задохнулась от ярости, не находя слов.
Юноша, улыбнувшись, отступил в сторону:
В конференц-зале менеджер нервно тыкал указкой в слайды, а перед каждым участником мерцала презентация. Генеральный директор, вытирая пот со лба, украдкой смотрел на Ло Цзи, чьё лицо оставалось непроницаемым. Вдруг в наушниках всех присутствующих послышался сигнал.
— Внутренняя линия, — объявил голос. — Звонит ассистент из кабинета на верхнем этаже. Просит соединить с господином Ло.
Ло Цзи подключился к общему каналу. Дрожащий голос ассистента заполнил тишину:
— Господин Ло, госпожа Юй не послушала моих уговоров. Она ворвалась в кабинет и… повздорила с молодым господином Линь Фэном. Я решил, что должен вас предупредить…
Взгляды всех скользнули к Ло Цзи. Его лицо побледнело, пальцы сжали край стола. Он резко отключил связь.
— Продолжайте совещание. Я вернусь, — бросил он, поднимаясь.
Юй Лишань вошла в кабинет, не собираясь вступать в перепалку с Линь Фэном. Когда неприязнь к человеку достигает предела, его провокации становятся слишком очевидными, и отвечать на них — значит опускаться до его уровня. Игнорировать — лучший способ сохранить достоинство.
Но Линь Фэн был не так прост. Он знал, как незаметно поддеть, как разжечь её гнев, как задеть за живое. Он умел находить слабые места — те, что она сама едва осознавала.
Он налил ей чашку чая, поставив её на столик и сел напротив, на диван.
Юй Лишань кипела, но сдержалась. Холодно усмехнувшись, она произнесла:
— Не будем ходить вокруг да около. Назови свою цену.
Линь Фэн вскинул брови, изобразив удивление — идеально отрепетированное, почти искреннее:
— Госпожа Ло, о чём вы? Я не понимаю.
— Сколько тебе нужно, чтобы оставить Ло Цзи?
— С чего бы мне его оставлять?
— Не притворяйся! Ты можешь обмануть кого угодно своим спектаклем, но не меня! Ты — сын Линь Фэн, не так ли? Иначе почему именно ты оказался в семье Ло? Молодой, красивый, и вдруг — без памяти влюблён в Ло Цзи? Он от тебя без ума, но я вижу тебя насквозь!
Линь Фэн опустил взгляд, его длинные ресницы дрогнули, а глаза, затуманенные клубами чайного пара, выглядели почти нереальными. Он не спеша взял фарфоровую чашку, поднёс её к губам и сделал глоток, двигаясь с утончённой грацией.
— Сын ли я Линь Фэн, пришёл ли я в семью Ло с какой-то целью — всё это не имеет значения. Важно лишь, что думает Ло Цзи. Кем он меня считает, тем я и буду. Какую цель он мне припишет, та и станет моей. А ваша правда, госпожа Ло, ничего не стоит, если он в неё не верит.
Линь Фэн аккуратно поставил чашку на стол и поднял глаза на Юй Лишань:
— Если вы думаете, что я угроза для семьи Ло, идите и откройте Ло Цзи свою правду. Если он велит мне уйти, я покину ваш дом в ту же минуту.
Лёгкая насмешка в его тоне вывела Юй Лишань из себя. Она вскочила, её лицо запылало от гнева:
— За кого ты меня принимаешь? Я — хозяйка семьи Ло! Если я захочу, чтобы ты исчез, никто не посмеет тебя оставить!
Дрожащими от ярости руками она выхватила из сумки чековую книжку, нацарапала на листе ряд нулей, оторвала его и швырнула в лицо Линь Фэну:
— Бери деньги и проваливай из нашего дома!
Линь Фэн ловко поймал чек, не дав ему коснуться своего лица. Усмехнувшись, он аккуратно положил листок на стол.
— Госпожа Ло, вы и правда думаете, что мне нужны ваши деньги? — Он замотал головой, и тонкий палец качнулся в воздухе. — Нет, мне не нужны такие вещи. Материальное меня не трогает. Я был машиной для боя, выкованной тренировками и болью. Мои нервы, мои мышцы — они не такие, как у обычных людей. А моё сердце… — парнишка мягко коснулся груди, — здесь живёт обида. Она терзает меня, лишает сна и покоя, заставляет страдать день и ночь. Эта боль заглушает всё — деньги, власть, положение. Всё, кроме жажды мести. Только она держит меня на краю бездны.
Его завораживающий голос парализовал Юй Лишань. Руки и ноги налились тяжестью, она застыла, не в силах пошевелиться.
Линь Фэн улыбнулся и, взяв её руку, прижал к своей груди:
— Слышите? Чувствуете этот плач? Этот рёв боли и ненависти, что гложет меня изнутри? Демоны, что поселились в моём сердце, кричат о позоре и жажде отмщения за события пятилетней давности.
Он наклонился ближе, его голос стал ласковым, но в этой ласке таилась угроза:
— Этот позор — ваш дар мне, госпожа Ло. Эта ненависть — ваше творение.