Ша Цин Глава 38 Временный союз
В прицеле винтовки чётко вырисовывалась фигура в оранжевом костюме: худощавый юноша с огненной шевелюрой, едва ли перешагнувший порог двадцатилетия. Он прислонился к зарослям банановых деревьев и с кислой миной откусывал от недозрелого плода, не зная, что оказался в шаге от смерти.
Лео опустил двустволку и бросил водителю, не оборачиваясь:
Охранник, помедлив, не удержался от вопроса:
— Мистер Ян, это уже третья цель, которую вы отпустили. Вчера вы и вовсе не стреляли. Вам… не по душе эта охота?
Лео метнул на него холодный взгляд, в котором сквозило высокомерное раздражение:
— Слыхал поговорку «меньше, да лучше»? Я обещал юному герцогу Альфреду добыть самую изящную и хитрую лисицу. Неужто ты думаешь, что я подсуну ему такого тощего крысёныша? Помолчи лучше, не люблю пустой болтовни.
Охранник умолк, сосредоточившись на дороге, но в голове уже плёл сплетни о загадочном госте и разгульной жизни юного герцога.
Лео смотрел, как за окном мелькают джунгли, погружённый в раздумья. Убивать невинных он не мог, но неосторожный шаг мог выдать его и погубить весь план. Чтобы подобраться к Альфреду, нужен идеальный момент. Но как выполнить задачу, не предав свои принципы?
Громкий выстрел разорвал тишину, прервав его размышления.
Где-то рядом охотятся на людей. Мужчина стиснул кулаки, ногти впились в ладони, но он заставил себя подавить гнев и жалость. Нельзя поддаваться порыву! Один неверный шаг, и план рухнет, погубив не только его, но и всех «человеко-зверей» на острове. А в будущем эта бесчеловечная игра унесёт ещё больше жизней.
Ещё один выстрел, совсем близко, раздался в джунглях у самой дороги.
— Стой! — не выдержав, рявкнул Лео.
Охранник, решив, что гость наконец-то готов к настоящей охоте, а не просто разъезжает по острову, с энтузиазмом заглушил мотор, схватил винтовку и выскочил из машины.
Лео, сжимая ружьё, раздвинул густые ветви и шагнул в чащу. Он ещё не знал, что предпримет. Разум твердил, что лучше закрыть глаза на происходящее, но совесть не позволяла остаться безучастным. Видеть, как невинного убивают на его глазах, и оправдывать бездействие? Это было выше его сил.
Посмотрю, что там, а дальше по обстоятельствам, — решил он.
Тем временем Шаниэль обшаривал тело третьего убитого охотника, прибирая к рукам обоймы и пистолеты. Оставшееся оружие и одежду он зарыл в яме, а тело спрятал под гниющий ствол дерева. Муравьи и жуки, потревоженные его действиями, разбежались, но вскоре вернутся, привлечённые запахом свежей добычи.
Шаниэль напевал поп-хит восьмилетней давности, а запах крови и тепло тела будили в нём забытое возбуждение.
Ло И наблюдал за ним с холодным недоверием. Этот человек ему не нравился. За маской показной живости и остроумия скрывалась волчья натура: ядовитая, хищная, готовая в любой момент обнажить клыки. Сейчас Шаниэль вёл себя покорно, словно приручённый пёс, но лишь потому, что Ло И был сильнее. Стоит ему почувствовать равенство или превосходство, и маска слетит. Юноша не сомневался: Шаниэль использует его, чтобы выбраться из ловушки. Впрочем, он и сам использовал этого мужчину для своих целей. Они были квиты.
Внезапно послышались шаги и шорох сухих листьев. Кто-то приближался. Шаниэль насторожился, переглянувшись с Ло И. Они мгновенно укрылись за деревом.
Густая листва скрывала обзор, но по звукам шагов было ясно, что идут двое. Тёмно-зелёные ботинки и камуфляжные брюки выдали одного из них: охранник из клуба. Второй, скорее всего, охотник.
Мужчина вопросительно посмотрел на Ло И: Действуем?
Юноша взмахом руки показал: Ждём, пусть подойдут ближе.
Они затаились, выжидая, пока противники окажутся в зоне поражения. Но в последний момент до них донёсся разговор:
— Похоже, где-то здесь. Чую запах крови… Смотри, под тем бревном торчит нога! Труп «человека-зверя»! — голос был грубый, с лёгким русским акцентом.
Шаниэль стиснул винтовку, палец лёг на спусковой крючок, а ствол медленно выдвинулся из-за веток.
— Уже мёртв… Опоздали. Уходим, — произнёс второй голос, низкий и глубокий.
Этот голос заставил Ло И приподнять бровь. Его взгляд вспыхнул. В тот момент, когда Шаниэль уже готовился выстрелить, юноша молниеносно заблокировал спусковой крючок, вставив палец в зазор.
Шаниэль, в удивлении обернувшись, посмотрел на Ло И.
— Почему? — шёпотом спросил он.
Ло И не ответил, лишь отвёл его палец от крючка.
Мужчина закатил глаза, с раздражением убирая винтовку. Движение вышло слишком резким, и листья зашуршали.
— Кто там? Выходи из-за дерева! — рявкнул мужчина с русским акцентом. — Быстро, или стреляю!
Момент был упущен, и Шаниэль, бросив на Ло И взгляд, полный упрёка, поправил камуфляжную кепку и, держа винтовку, вышел из укрытия.
— Свои, не дёргайтесь, а то пальнёте ненароком.
Охранник, разглядев его форму, расслабился и опустил оружие.
— Брат, ты один? Где твой гость?
Правила клуба были строги, и охранники не должны были отходить от подопечных ни на шаг. Ло И пришлось выйти.
— В чём дело? — спросил он, низко опустив голову, чтобы тень от шляпы скрыла лицо.
— Да ничего, просто подумал, что ты забыл правила и оставил гостя одного, — смущённо пояснил охранник, но тут же подозрительно прищурился, разглядывая мужчину. — Постой, ты новенький? Не слышал, чтобы недавно брали кого-то… — Его взгляд переместился на Ло И. — А ты… Нет, что-то не так! Я знаю всех одиннадцать гостей этого сезона, и среди них нет азиатов! Ты не член клуба!
В тот момент, когда он вскинул винтовку, пуля опередила его. Выстрел юноши, выхватившего пистолет из-за пояса, пробил охраннику лоб, оставив кровоточащую дыру.
Лео, стоявший за охранником, вскинул двустволку, направив её на Ло И.
На таком расстоянии дробовик был куда опаснее пистолета: одним выстрелом он мог уложить обоих. Но агент не спешил стрелять. Он уже понял, кем могут быть эти двое, выдающие себя за других. Скорее всего, это были «человеко-звери», те, кого он пришёл спасать.
Если он не раскроет свою личность, то рискует спровоцировать роковое недоразумение. Медленно подняв одну руку, он сказал:
Шаниэль издал удивлённый возглас:
— Ещё один под прикрытием? — Он повернулся к Ло И. — Вы коллеги?
Лео внимательно изучал азиата, чьё лицо скрывалось в тени шляпы, и нахмурился.
— Коллеги? Я тебя не знаю. Из какого ты отдела?
Юноша медленно поднял голову. Его тёмно-янтарные глаза, острые и пронзительные, впились в Лео, а на губах заиграла насмешливая улыбка.
— Привет, Лео. Снова пересеклись.
Агент вздрогнул, как от удара током. Он вглядывался в юношу перед собой. После долгого молчания он процедил сквозь зубы:
— Извини, что снова лезу в твои дела, — без тени искренности бросил Ша Цин. — Не жду, что ты согласишься, но из уважения, как в боксе перед раундом: одному из нас пора выйти из игры. Предлагаю тебе. Как тебе?
Ша Цин притворно вздохнул, разведя руками:
— Ну, я так и думал, упрямец. Что ж, придётся связать тебя и выпустить, когда я тут закончу. Советую не дёргаться, агент. Я, конечно, не трогаю тех, кто не моя цель, но вот он, — он кивнул на Шаниэля, — совсем другой зверь. Бандит, убийца без капли угрызений совести. Верно, мой маленький волчонок? — последние слова он произнёс с наигранной лаской, от которой веяло холодом.
Шаниэль, хищно щурясь на темноволосого агента, пытался раскусить, кем на самом деле является Ло И и почему его поведение так резко изменилось. Честно говоря, личность спутника не удивила. В тюрьме, где единственным развлечением были старые газеты, имя «Ша Цин» мелькало постоянно: легендарный серийный убийца, молодой азиат, мастер маскировки, виртуозный боец, охотящийся на других маньяков. Кто ещё мог быть этим парнем?
Но Шаниэль не мог понять, что творится с Ло И. Его внезапная оживлённость сбивала с толку. Ах, да! Его следовало бы называть Ша Цином. С ним самим Ша Цин держался холодно, как гранитная статуя, то и дело угрожая расправой. Но стоило появиться этому копу, как ледяная броня треснула, и он заискрил, будто под током. Чёрт возьми, разве убийца и коп не должны быть заклятыми врагами, готовыми вцепиться друг другу в глотки? Что за странная, двусмысленная игра между ними?
Шаниэль бросил на Ша Цина взгляд, пропитанный сарказмом, в ответ на его приторный тон. Затем, с неприкрытой злобой, повернулся к Лео:
— Агент? ФБР или ещё кто, плевать. Я ненавижу копов.
— Почему бы просто не прикончить его? Зачем оставлять проблемы на потом? — бросил он Ша Цину с раздражением.
Тот ответил ледяной улыбкой, от которой у мужчины похолодела спина. Он невольно сжался, подавляя недовольство.
— Извини, я не сдамся без боя.
Его палец всё ещё лежал на спусковом крючке, а ноги медленно отступали назад. Он внимательно изучал Шаниэля. Неужели этот блондин, сообщник Ша Цина? Они казались слишком разными. Агент не считал Ша Цина образцом морали: этот китаец, за которым он гонялся год, был хладнокровным убийцей. Но этот второй… От него веяло звериной жестокостью, пропитанной кровью и насилием. Как, чёрт возьми, Ша Цин мог связаться с таким типом? Неужели он не видит, что это ядовитая змея, затаившаяся в траве? И этот слащавый тон: «мой маленький волчонок»! Да что с ним не так?
Гнев и разочарование кипели в груди Лео, но он сдержался, не нажимая на спуск. Они стояли слишком близко: дробовик мог задеть обоих. К тому же мужчина пока только угрожал словами, не сделав ничего конкретного. Лео почти жалел, что у него нет повода для удара.
— У тебя нет права голоса, агент. Два против одного. Можешь выстрелить в любого из нас, но второй тут же тебя прикончит. Итог: все проиграют, один или двое погибнут. Оставшийся вряд ли продолжит дело и, скорее всего, сбежит. А охотники тем временем будут дальше убивать «человеко-зверей», и главарь этой игры останется на свободе. Это тот финал, которого ты жаждешь? Если да, то стреляй.
Лео стиснул зубы, его брови сошлись в мучительной складке. Ша Цин, как всегда, говорил с убийственной уверенностью, превращая свои доводы в неопровержимую логику.
Агент не мог найти лучшего выхода. Спор с Ша Цином приведёт к обоюдному поражению, и это только сыграет на руку их общему врагу: клубу «Богиня Луны». Может, стоит объединить усилия? Не впервой.
Ша Цин заметил тень уступки в глазах агента и тут же подлил масла в огонь:
— Есть и другой путь. Мы работаем порознь, не мешая друг другу. Я знаю, твоя цель: внедриться и собрать улики, чтобы посадить организаторов. А я собираюсь убрать охотников, чьи руки по локоть в крови. Наши пути не пересекаются. Разве ты не считаешь, что эти подонки заслуживают ада?
— Они заслуживают наказания, но не тебе их судить, — упрямо возразил Лео.
— Что, потому что у меня нет значка и чёрного костюма? Брось, Лео, мы снова ходим по кругу. Надоело, — Ша Цин с раздражением махнул рукой. — Давай к делу: ты хочешь сейчас сцепиться со мной или вместе прижать психопата, который развлекается убийствами?
— Мы не можем работать вместе, — холодно отрезал агент. — Помнишь дело с шахматами? Ты прикончил подозреваемого прямо у меня под носом, на глазах у кучи копов. Как я могу быть уверен, что ты не сорвёшь операцию?
Ша Цин рассмеялся, в его голосе мелькнула мальчишеская дерзость:
— О, всё ещё злишься за тот случай? Не знал, что ты такой злопамятный… Но не переживай, на этот раз мы не будем путаться под ногами. Открою правду: я знаю, кто стоит за этим клубом, и знаю, зачем ты здесь. Можешь спокойно собирать улики, а я обещаю не трогать твою главную цель. Идёт?
У него точно есть информатор в нашем отделе! — с досадой подумал Лео. Предложение Ша Цина было заманчивым и решало их тупик. Но его бесило, что инициатива в руках убийцы. Это шло вразрез с его привычкой держать всё под контролем.
— Чего ты ждёшь, Лео? Ты знаешь, это лучший вариант, — Ша Цин улыбнулся, наклонив голову, прислушиваясь. — Слышишь? Выстрелы. Пока ты цепляешься за принципы, ещё одна жизнь оборвалась.
Агент скрипнул зубами, раздражённый насмешливой интонацией. Но решение было принято.
— Как ты сказал, каждый сам по себе. Это не сотрудничество, а сделка, — он выделил последнее слово, и в этот момент в его голове начал формироваться план. Он понял, как использовать ситуацию, чтобы подобраться к Альфреду младшему.
Контуры плана обретали чёткость, и Лео, расправив плечи, сказал:
— На твоём месте я бы поторопился. К вечеру клуб заметит пропажу. Они перевернут остров, и вам двоим не уйти.
— Об этом не беспокойся, — невозмутимо ответил Ша Цин.
— И ещё одно, — Лео бросил двустволку на землю. — Прострели мне левое плечо. Только не задень кость.
Ша Цин на мгновение замер, затем усмехнулся:
— Не волнуйся, я не отправлю тебя в гроб с флагом на крышке.
Он вскинул пистолет и, не целясь, выстрелил. Агент, схватившись за плечо, глухо застонал: кровь хлынула между пальцами.
— Спасибо. И… держи себя в руках, — бросил он, разворачиваясь.
— Лео! — внезапно окликнул Ша Цин. Когда тот остановился, он помедлил, но добавил: — Извини. И береги себя.
Ты тоже, — мысленно ответил Лео, не оборачиваясь, и ушёл.
Их временная сделка не могла быть честной. Один из них, а может, и оба, неизбежно нарушит её. Но сейчас никто не хотел раскрывать карты.
Шаниэль, всё ещё шокированный, набросился на Ша Цина:
— И это всё? Ты просто отпустил его? Почему не прикончить, как остальных охотников? Никто бы не узнал, ФБР не стало бы копать. А теперь что? Он закончит задание и заодно сдаст нас! Не верю, что ты ему доверяешь… Слушай, между вами точно что-то есть?
— Конечно, я ему не доверяю. Как и он мне. Теперь всё зависит от того, кто быстрее: мы, убирая охотников, или он, добираясь до организаторов.
— Но он прав! К вечеру они заметят пропажу. Тела найдут быстро.
— Значит, надо действовать быстрее. Успеть прикончить побольше, пока они не попрятались по норам.
— А потом? Они перевернут остров в поисках нас. Он не такой уж и большой.
— У меня есть план, — отрезал Ша Цин. — Можешь выйти из игры прямо сейчас, ещё не поздно.
Шаниэль шумно выдохнул, скривив губы:
— И куда мне теперь? Назад, чтобы снова стать дичью, которую прикончат в любой момент? Или, может, мастерить плот и плыть через Тихий океан? Нет уж, я с тобой. Ты же сам Ша Цин, живая легенда. Не поверю, что ты дашь себе сгинуть на этом проклятом острове.
Ша Цин бросил на него острый взгляд:
— Как хочешь. Но одно условие: не суйся в мои дела. Иначе… — он не закончил, но угроза повисла в воздухе.
Мужчина вяло отмахнулся, пряча настороженность за небрежным тоном:
— Не переживай, я тебе не конкурент.
— Пошли, — коротко бросил Ша Цин, уже разворачиваясь.
— …И всё-таки один вопрос, — не унимался Шаниэль, хитро прищурившись.
Ша Цин остановился, с раздражением вскинув бровь, уже готовясь оборвать очередную дерзость.