Искры Преступного Мира Глава 25 Холод ниже нуля
Ло Цзи сидел неподвижно в полумраке. Сквозь высокое каменное окно лился бледный свет, но он оставался в тени, и его лицо растворялось в сумраке.
Повар стоял перед ним, дрожа от страха, с низко опущенной головой. Его зубы стучали так громко, что этот звук выдавал его даже в гнетущей тишине.
— Госпожа хотела, чтобы в случае вашей смерти она унаследовала власть в семье как вдова, — выдавил он. — А в кашу молодого господина Линя тоже подмешали яд… но в большей дозе.
— Последний раз спрашиваю. Кто приказал отравить еду?
В его голосе не было эмоций: лишь ледяная пустота. Линь Фэн, сидевший рядом, казался невозмутимым, но внутри его пронзила тревога. Почему он так спрашивает? Неужели сомневается? Или не хочет, чтобы Юй Лишань понесла наказание? А может, в глубине души он всё ещё хранит чувства к своей так называемой жене?
Повар застыл. После долгого молчания он выдавил:
Гангстер смотрел на него несколько секунд, затем издал тихий, едва слышный смешок. Он не ответил ни «да», ни «нет», лишь коротко бросил:
Линь Фэн не мог разгадать, что скрывается за этим «хм». Впервые человек, которого он считал открытым и понятным, показался ему непроницаемым. Неужели это и есть истинное лицо главы вековой династии преступного мира? Линь Фэн стиснул зубы, подавляя нарастающую тревогу, бурлившую в груди.
Допрос продолжился без заминок. Повар рассказал о выгодах, обещанных Юй Лишань: крупной сумме денег и угрозах его семье. Мотивы были ясны, как день. Но Ло Цзи, казалось, не придавал значения словам. Он слушал с закрытыми глазами, изредка издавая короткое «хм», словно подтверждая присутствие. Когда повар, измученный, умолк, гангстер поднялся и небрежно бросил подчинённым:
Охранники молча кивнули и увели повара.
— Жди здесь, — сказал Ло Цзи, не оборачиваясь, но явно обращаясь к Линь Фэну. — Я скоро вернусь.
— Хорошо, — тихо ответил Линь Фэн, слыша, как шаги мужчины затихают за дверью. Тот направился в соседнюю комнату, где его ждала жена.
О чём они будут говорить? Верит ли Ло Цзи в её вину? Улики и свидетельства указывали на неё, но почему он не был полностью уверен? Линь Фэн привык, что всё в его жизни идёт гладко, но теперь впервые столкнулся с такой неопределённостью. Он стиснул зубы, коснувшись руки, и ощутил, как пальцы стынут. Плохой знак.
Для тех, кто прошёл суровую школу допросов, такие реакции были редкостью. Их обучали скрывать правду, управлять телом, взглядом, движениями, словами, дабы обмануть врага. Даже под пытками или сывороткой правды они могли держаться. Линь Фэн достиг в этом совершенства, но его слабостью оставалась температура кожи. Когда он пытался что-то утаить или его переполняли эмоции, руки становились ледяными, а иногда едва заметно дрожали. Только крепко сжав кулак, он мог это скрыть.
Линь Фэн закрыл глаза и глубоко вдохнул, напоминая себе: нельзя выдать себя. Вокруг были телохранители гангстера, чьи натренированные глаза, точно сканеры, следили за каждым его движением, даже за ритмом дыхания.
Я ненавижу это, — думал он. — Ненавижу всех в этой семье. Брак — ложь, любовь — ложь, честь и вера — ложь. Всё здесь фальшь…
Ло Цзи закрыл за собой дверь. Юй Лишань вскочила, её губы дрожали, пока она не выдавила:
— Повар указал на тебя. Яд нашли. Что ты можешь сказать?
— Это правда не я! Как я могла желать твоей смерти, Ло Цзи? Подумай! Мы женаты больше десяти лет. Когда я делала что-то, чтобы по-настоящему навредить тебе?
Ло Цзи молчал. Юй Лишань бросилась к нему, схватив за плечи и отчаянно тряся:
— Я знаю, ты ненавидишь меня из-за семьи Линь. Я доставила тебе столько хлопот, знаю, что ты любишь Линь Фэна, ненавидишь меня за то, что я хочу его выгнать! Но подумай, разве я не желаю тебе добра? Я твоя жена, хозяйка дома Ло! Если ты умрёшь, сохранится ли моё положение?
Её слова рвались из глубины сердца. Титул дочери семьи Юй давно утратил вес, но быть женой Ло Цзи: это была настоящая ценность. Он ещё не стал достаточно влиятельным главой, и, если с ним что-то случится, другие члены клана не позволят ей взять власть.
— Подумай, Ло Цзи, разве я не помогала тебе? Мы держались порознь, но в кризисные моменты только я, твоя жена, могла помочь справиться с трудностями. Как я могла тебя отравить? Как могла желать твоей смерти?
Слёзы катились по её изящно накрашенным ресницам. Мужчина вспомнил, как она вечно экспериментировала с тушью: удлиняющей, утяжеляющей, блестящей, всех цветов радуги. Эта женщина была одержима косметикой, создающей второе лицо, и он давно забыл, как выглядит её настоящее.
Линь Фэн был иным. Он редко пользовался чем-то искусственным, умывался чистой водой, его волосы всегда были мягкими и сухими, от него веяло теплом и чистотой юности.
— …При обыске у повара нашли таллий, — голос Ло Цзи был низким, но слова ударили, как гром, заставив Юй Лишань побледнеть. — Линь Фэн в последнее время плохо себя чувствовал. Я думал, он затевает что-то за моей спиной, но причина оказалась в этом. Юй Лишань, мелкие интриги или доносы я могу стерпеть, но отравление таллием — это слишком подло.
Юй Лишань застыла, её руки и ноги оледенели.
— Что касается этого отравления, — Ло Цзи отступил на полшага, незаметно высвободившись из её хватки, — я не буду дальше разбираться.
— Ты… ты всё ещё думаешь, что это я…
— Неважно, что я думаю. Я лишь хочу, чтобы ты знала: второго раза не будет.
Гангстер не смотрел на её лицо, то бледнеющее, то покрывающееся пятнами. Он вздохнул, развернулся и направился к двери.
Голос Юй Лишань, полный отчаяния, догнал его:
— Ло Цзи! Даже если не ради меня, умоляю, хотя бы ради себя! Брось Линь Фэна! Он уничтожит нас всех!
Ло Цзи открыл дверь, не обернувшись.
Он закрыл каменную дверь, и в холодной комнате послышался отчаянный, полный боли крик Юй Лишань, от которого закладывало уши.
Линь Фэн ждал снаружи, опустив голову. Увидев Ло Цзи, он тихо сказал:
— Я… немного замёрз там, в той комнате…
Мужчина снял пиджак и накинул его на худые плечи Линь Фэна. Ткань дорогого костюма, пропитанная лёгким ароматом табака и теплом его тела, обняла кожу, согревая до костей.
Линь Фэн хотел что-то сказать, но Ло Цзи перебил его:
Он взял Линь Фэна за руку и повёл по длинному, сумрачному каменному коридору, медленно направляясь к выходу.
«Больше так не делай…» — что он имел в виду? Не покидать указанное место без разрешения? Или что-то иное? Юноша сохранял бесстрастное выражение лица, но пальцы, зажатые в тёплой ладони Ло Цзи, невольно дрожали.
Здание, окружённое плотным кольцом охраны, утопало в утренней дымке. Е Лянь достал из кармана чёрную карту, ввёл пароль и прошёл сканирование радужки. Массивная дверь бесшумно скользнула в сторону.
Металлические стены отражали его стройную фигуру. Волосы, собранные в аккуратный хвост, красиво ниспадали на виски. Кроваво-красная бриллиантовая серьга мерцала в тени волос, едва заметная. Чёрное пальто с серебряными пуговицами, застёгнутое до подбородка, скрывало всё, кроме тонкой полоски бледного запястья, мелькавшего из-под манжет. Руки в карманах, тяжёлые чёрные ботинки до колен: он выглядел так, будто принадлежал другому миру.
— Каждый раз, когда я тебя вижу, мне кажется, что воздуха не хватает, господин Е Лянь, — послышался насмешливый голос из-за угла коридора. Молодой человек в небрежно накинутом халате, со стаканом кофе в руке, лениво прошёл мимо, слегка покачиваясь. — Зима, лето, а ты всегда в этом своём чёрном пальто. Неужели ты забыл, что такое холод или жара?
Е Лянь чуть замедлил шаг, но ответил сдержанно:
— Не говори так, будто я там чуть не сгинул! — фыркнул парень, закатив глаза. — К товарищам надо быть добрее, знаешь ли. Хотя, честно, вьетнамскую армию я ещё могу вытерпеть, но ваши спецназовцы — это просто кошмар. Как звери: волки, тигры, будто смерти не боятся. Ваши воины меня бесят! Даже с врагами, с которыми у вас вековая вражда, вы так легко миритесь. Отправили элитные войска помогать им против меня. Чуть руку не потерял!
Е Лянь бросил взгляд на протянутую руку парня. На суставах виднелись шрамы от швов: следы старой раны, видимо, кисть когда-то была оторвана.
— Ты был слишком беспечен. Вьетнамцы способны выкапывать американские гранаты лопатами.
Парень одним глотком осушил кофе.
— Что, упрекаешь меня и хвалишь вьетнамцев? Это ваши спецназовцы загнали меня в джунгли, полные змей, болот и мин. И когда они помогали вьетнамцам, наверняка не думали, что стоят на земле, пропитанной кровью их предков. Сражались на полях, где пали их отцы, чтобы поймать меня: ради тех, кого когда-то считали заклятыми врагами.
— Не говори «ваши спецназовцы», — перебил Е Лянь. — Я давно изгнанник, предатель своей родины.
Парень скомкал бумажный стаканчик и небрежно швырнул его в мусорный бак в пяти метрах. Снаряд точно попал в узкое отверстие.
— Ох, точно, забыл, — хмыкнул он.
— Кстати, морскую карту достал?
— Нет, — парень пожал плечами. — Задание провалено. Опоздал к сделке. Говорят, карта уже в Гонконге, у какой-то очень влиятельной семьи.
— Самая могущественная семья на острове в последние годы, это Ло.
— Такую ценность лучше бы хранило правительство.
— Правительство не может вести добычу в тех водах без поддержки местных. Семья Ло всегда была в хороших отношениях с властями. Передать карту им, это самый надёжный вариант.
— И что думаешь, Е Лянь? По мне, украсть карту у семьи Ло проще, чем вырвать её из лап правительства.
Е Лянь закрыл глаза, а когда открыл, в его взгляде не было ни тени эмоций.
— Такие вопросы решает организация.
Он двинулся дальше, сохраняя непроницаемое выражение лица. За спиной раздался весёлый голос:
— Эй, господин Е Лянь, если ты не собираешься действовать, я пошлю своих людей к семье Ло первым!
— Делай что хочешь. Но помни: все трофеи сдаются организации.
За спиной послышалась беззаботная мелодия, которую напевал парень. Похоже, этот человек, однажды лишившийся руки, но не извлёкший уроков, уже строил планы, как отправить своих убийц в Гонконг.
В этой организации никто не придавал значения оторванным конечностям. Все жаждали власти, используя силу ради наживы, а богатство: ради ещё большей власти. Ради конечной цели они без колебаний шли на убийства и преступления, расширяя влияние организации любыми путями.
Подняв глаза перед входом в зал совещаний, Е Лянь заметил вырезанный над дверью символ: половину глаза, из которого текла алая слеза, застывшая на краю. Ярко-красная, как капля крови.
Рождество приближалось. Утром Линь Фэн всё ещё кутался в одеяло, свернувшись калачиком, когда Ло Цзи легонько потянул его за ухо.
— Хватит дрыхнуть, малыш. Поцелуй меня на прощание, пока я не уехал в офис.
Линь Фэн сонно чмокнул, но промахнулся, попав в воротник пиджака мужчины.
Тот потрепал его по волосам и сунул в руки холодный свёрток.
— Твой рождественский подарок. Развлекайся, а то весь день либо спишь, либо витаешь в облаках. Скоро станешь поросёнком!
Линь Фэн лениво приоткрыл глаза.
— Компьютер? Что, хочешь, чтобы я завёл виртуальную любовь?
— С таким красавчиком, как я, рядом тебе только со мной и заводить романы, хоть виртуальные, хоть какие.
Юноша не успел увернуться, и «красавчик» успел его облапать. Шокированный, он остался сидеть на кровати, пока через десять минут не услышал звук отъезжающей машины.
— Чёрт, если так жить дальше, я точно разленюсь, — пробормотал Линь Фэн, зевая и сползая с кровати. Холодная вода, плеснувшая в лицо, немного привела его в чувство.
Играть в онлайн-игры — обычное дело для подростков, и Линь Фэн не был исключением. Когда-то он бросил это увлечение, но реклама новых файтингов всё ещё будила в нём азарт.
Он включил компьютер и подключился к сети. В этот момент дверь распахнулась, и вошёл дворецкий с вежливой улыбкой.
— Господин Линь, может, сначала позавтракаете, а потом…
На экране был обычный интерфейс онлайн-игры. Линь Фэн сосредоточенно выбирал персонажа, зашёл в аккаунт Ло Цзи и принялся скупать лучшее снаряжение. Похоже, «денежные игроки» и правда существуют.
— Дайте мне двадцать минут, — бросил юноша. — Хочу зайти в деревню Новичков и завалить пару монстров.
Обычный парень с обычными увлечениями. Дворецкий украдкой взглянул на экран: популярная игра, как раз для мальчишек возраста Линь Фэна. Ничего необычного.
— Хорошо, я вернусь через двадцать минут. Простите за беспокойство, — кивнул дворецкий и вышел.
Как только дверь закрылась и шаги стихли, Линь Фэн хмыкнул, свернул игру и быстро открыл почтовый ящик. Последний раз он проверял его полмесяца назад. Теперь там ждало новое письмо — срочное, секретное, от Е Ляня.
«Ты всё ещё в доме Ло. Кое-кто планирует напасть на семью Ло ради морской карты. Будь осторожен, не ввязывайся».
Линь Фэн нахмурился. Морская карта? Скорее всего, речь о карте с месторождениями нефти и минералов на морском дне. Но при чём тут Ло Цзи? Неужели семья Ло владеет такой ценностью? И кто собирается напасть? Планируют ли они убить Ло Цзи?
«Понял, спасибо, учитель. Кто именно собирается действовать?»
Отправил письмо, вернулся в игру и принялся бездумно убивать кур в деревне Новичков. Через пять минут пришёл ответ, всего одна строка:
«Не вмешивайся. Эти люди — отъявленные негодяи, тебе с ними не справиться».
— Учитель… — пробормотал юноша. — Вы же знаете, что я не хочу, чтобы Ло Цзи погиб от чьей-то руки, и всё равно предупреждаете меня… Это только подстёгивает меня вмешаться!
Он вздохнул, отключился от сети и схватил телефон. Ло Цзи уже должен быть в офисе, но после приезда он обычно ненадолго отдыхает. Если позвонить сейчас, он ответит сам, без секретарей.
Телефон зазвонил дважды, и раздался голос мужчины, полный тёплой насмешки:
— Что, прошло полчаса, а ты уже скучаешь?
— Ага, — лениво выдохнул Линь Фэн. — Разреши приехать к тебе в офис. А то, если оставишь меня одного, я убегу из дома и стану хулиганом.
— Давай, беги, стань мальчиком из бара. Я тебя выкуплю и сделаю своим питомцем. Будет чертовски круто!
Юноша бросил трубку. Через минуту телефон зазвонил снова. Он лениво ответил:
— Быстро умоляй меня приехать! Ну же, говори, или сегодня ночью я сплю в гостиной!
Ло Цзи хотел поддеть его, но голос неожиданно смягчился, стал почти нежным:
— Ладно, скучаю. Приезжай в офис, в обед сходим в новый ресторан внизу.
Довольный, Линь Фэн повесил трубку.
На том конце послышались монотонные гудки. Ло Цзи долго смотрел на телефон, его лицо оставалось непроницаемым.
Помощник, стоявший рядом, помедлил и тихо сказал:
— Господин, сейчас обстановка крайне опасная. Мы усилили вашу охрану. Привозить сюда этого беспомощного мальчика…
— Я знаю, что не смогу уследить за всем, — спокойно ответил Ло Цзи. — Поэтому и хочу, чтобы он был здесь.
Мужчина покачал головой, прерывая его.
— Тебе не нужно понимать. Просто… наблюдай, когда придёт время.