Ша Цин Глава 22 Гость у кровати
Лео медленно выплывал из забытья. Белоснежный потолок больничной палаты постепенно обретал четкость, проступая сквозь пелену затуманенного сознания. Он моргнул, ощутив жжение в глазах, и попытался пошевелить шеей, но тело отозвалось тупой болью. Пальцы, стянутые трубкой капельницы, коснулись лица — оно было плотно обмотано бинтами, как у древней мумии. Боль в ранах притупилась, а тело казалось невесомым, будто он парил где-то между сном и явью.
Дверь палаты тихо скрипнула, и в комнату вошёл Ли Бицин. Его лицо осветилось радостью, едва он увидел, что мужчина очнулся.
— Лео, ты пришёл в себя! — воскликнул он, в два шага преодолев расстояние до кровати. Лёгким и настойчивым движением он перехватил руку агента, тянущуюся к бинтам. — Не трогай, ты только после операции. Челюсть зафиксировали, врач сказал, что если боль усилится, можешь отрегулировать обезболивающий насос.
Мужчина шевельнул губами, пытаясь что-то сказать, но Ли Бицин мягко остановил его:
— Лучше не говори пока, дай себе пару дней. Если что-то нужно — пиши. — Он подвинул к кровати блокнот с ручкой, вложив ту в пальцы Лео.
Тот, с трудом удерживая ручку, нацарапал корявым почерком: Я в порядке, не волнуйся.
Юноша опешил, его взгляд потеплел, но в глубине глаз сквозила тревога.
— Волноваться стоит о тебе, — тихо сказал он, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Ты не представляешь, как сильно пострадал. Я стоял за стеклом операционной, смотрел, как врачи зашивают тебя, будто… будто старый мешок. Я… — Его голос сорвался, и он замолчал, опустив взгляд. В его глазах застыли боль и бессильная скорбь.
Лео молча смотрел на юношу. Затем, преодолевая слабость, он медленно потянулся к краю его одежды, мягко притянул к себе и коснулся лбом его лба. В этом простом действии было столько тепла и знакомого уюта, что Ли Бицину почудились невысказанные слова: Не бойся, я уже иду на поправку. Мужчина отстранился и озорно подмигнул, точно проказливый мальчишка, давая понять: Я крепче, чем ты думаешь.
— Ладно, знаю, завтра ты уже будешь скакать, как человек с Криптона, — улыбнулся парнишка, подхватывая его настроение. Он взял со столика стакан с трубочкой и осторожно помог Лео сделать несколько глотков воды.
Я в норме, здесь есть медсестры. Иди на занятия, — написал Лео.
— Тебе придётся задержаться в больнице, а я останусь здесь. Вдруг понадоблюсь.
Мужчина хотел возразить, но Ли Бицин применил запрещённый прием:
— Если будешь спорить, расскажу Молли, что ты пострадал.
Эта угроза сразила Лео наповал — особенно сейчас, когда сил хватало едва на пол-жизни. Он сдался, отложив ручку.
— Отлично. Пойду узнаю у врача, что тебе можно есть. Ты не ел больше суток, — сказал юноша, ставя стакан на место и подхватывая термос. Он вышел, оставив палату в звенящей тишине.
Мужчина потратил несколько минут, пытаясь восстановить в памяти детали недавнего дела, но вскоре заскучал и принялся разглядывать потолок. Время тянулось невыносимо медленно. Он вздохнул, подумывая не вызвать ли медсестру и не попросить ли какой-нибудь журнал — вроде «Мира спорта».
В этот момент в дверь тихо постучали, и в палату вошёл человек, которого Лео меньше всего хотел видеть. Незваный гость придвинул стул к кровати, оседлал его задом наперед и уставился на агента сверху вниз. На его лице застыло выражение, которое, вероятно, должно было изображать сочувствие, но Лео чувствовал за этой маской едва скрываемое злорадство.
— Ну что ж, не так уж плохо. Лицо цело, всё такой же красавчик, — заявил лысый громила по имени Тони, оглядывая его с лёгкой насмешкой.
Пошёл ты, — беззвучно огрызнулся Лео, проглотив ругательство.
— Что, говорить не можешь? Жаль, мне нравится твой голос, — Тони опёрся локтями на спинку стула, удобно устроив подбородок на руках. — Особенно когда ты посылал меня — твой выговор с этой фирменной завитушкой был просто неподражаем.
Агент дёрнулся, потянувшись к игле капельницы, будто собираясь выдернуть её и влепить незваному гостю оплеуху. Тони поспешил перехватить его руку:
— Ладно, ладно, хватит шуток! Я пришёл не просто навестить. Хочу знать: как умер тот ублюдок? Сказал что-нибудь напоследок?
Мужчина понял, что речь идет об Элане, Дьяволе, его заклятом враге с бойцовской арены. Их вражда, похоже, зародилась ещё в сибирском тренировочном лагере и была настолько глубокой, что не угасла даже после смерти того. Лео вспомнил тот бой в подземном зале — двойной удар ногами, который Тони однажды показал ему, больше в насмешку, чем в качестве урока. Но именно этот приём помог одолеть Дьявола, когда тот на миг потерял бдительность.
Он взял ручку и написал: Умер от твоего коронного удара. Перед смертью он узнал его.
Громила остолбенел, его глаза вспыхнули, словно у человека, получившего долгожданную награду. Он закрыл глаза, смакуя сладость косвенной победы, а затем заговорил неожиданно серьёзно:
— Спасибо, Лео. Я твой должник.
Мужчина неловко шевельнул шеей и написал: Не скажу «пожалуйста». Лучший способ отблагодарить — держаться от меня подальше.
Громила притворно надулся, изображая обиду:
— Ты ранишь меня в самое сердце, Лео.
Агент не повёлся: Брось, я и без детектора лжи вижу, что ты врёшь.
Тони сбросил маску притворной печали, пожал плечами и ухмыльнулся:
— Непробиваемый, как всегда. Не представляю, какой должна быть твоя вторая половинка.
Это не твоё дело. Уходя, закрой дверь, спасибо, — написал Лео.
Лысый поднялся, сделал пару шагов, но вдруг вернулся и достал из кармана небольшой складной нож, бросив его на одеяло:
С этими словами он ушёл. Агент сразу узнал нож — швейцарский Victorinox, модель «Охотник» с выгравированной головой оленя*1. Профессиональный инструмент для охоты и выживания. Перебирая его в руках, Лео заметил на рукояти инициалы мастера — нож был сделан на заказ. Он ему понравился, и возвращать его Тони он не собирался. Кто знает, как тот отреагирует, если отвергнуть его «дар»?
Когда в палату вошёл Роб, мужчина всё так же возился с ножом, то раскрывая, то убирая лезвия, пилку и шило.
— Ха, знал, что тебе скучно! Заглянул с горячими новостями, — заявил напарник, плюхнувшись на стул с довольной ухмылкой.
Если твои «новости» — сплетни про босса, который случайно выложил в сеть своё любовное видео, можешь не продолжать. Я знаю твои вкусы, — написал Лео, едко подтрунивая.
— Нет, на этот раз всё серьёзно. Про того парня, которому прострелили голову.
Слово «прострелили» заставило сердце мужчины сбиться с ритма. Пока он пытался собраться с мыслями, Роб затараторил:
— Его звали Мартин Сели. Два года служил в «Рейнджерах», а после увольнения застал жену в постели с патрульным. Вернулся домой, когда те были в самом разгаре. Не сказав ни слова, схватил пистолет копа и… мужчина мёртв, жена тяжело ранена. За это Мартин отсидел двенадцать лет. Если бы не признали «убийство в состоянии аффекта», он бы так и сгнил в тюрьме.
Неудивительно, что он охотился на копов. Измена жены сделала его врагом всей системы, — написал Лео.
— Точно, — кивнул Роб, его лицо потемнело. — Угрюмый, вспыльчивый, как порох. Его единственным другом был Сави Элан, тот самый «Дьявол». Познакомились в онлайн-шахматах, представляешь? Элан, к слову, тоже был не ангел. После ухода из подпольных боев ему не хватало адреналина от ломающихся костей. Вот они и сговорились, затеяв эту кровавую игру. — В глазах Роба мелькнула смесь отвращения и гнева, тень недавней смерти всё ещё цеплялась за его душу, и этот мрак, похоже, не собирался отступать.
Лео не стал утешать напарника. В их работе каждый рано или поздно сталкивается с подобным, и каждый сам ищет силы, чтобы пережить бурю. Время, как неумолимый поток, смывает даже самые глубокие раны.
— Короче, дело закрыто! — выдохнул Роб, пытаясь встряхнуться. — Знаешь, я начинаю думать, что этот Ша Цин — какой-то мститель за справедливость. Отправил двух подонков в ад и спас одного копа. Не спорь, я читал отчёт наших коллег о расследовании с места преступления. Без вашей с ним работы эти психи были бы нам не по зубам.
Агент помолчал, постукивая ручкой по блокноту, и написал: Больше всего меня сейчас пугает мой отчёт по делу. Написать его — та еще морока.
— Понимаю, — сочувственно кивнул напарник. — Это тот случай, когда нельзя выложить всё как есть, но и врать нельзя. Нужно найти золотую середину. Но ты справишься. Кто знает, может, твой отчёт даже поможет Ша Цину скостить срок, когда его поймаем.
Лео промолчал, его настроение стало мрачным, как небо перед грозой.
Роб ободряюще хлопнул его по плечу:
— Но это потом. Сначала поправляйся.
Хочу в отпуск, — внезапно написал агент.
— Отпуск? Это же шикарно! — Роб чуть не подпрыгнул, его глаза загорелись. — Когда мы последний раз брали отпуск? С тех пор как стали напарниками — только работа, работа и ничего, кроме работы! Я уже на грани выгорания. Давай, три месяца… нет, полгода! Восстановление не считается, идёт?
Лео скептически взглянул на разошедшегося напарника и написал: Максимум два месяца, включая восстановление.
— Ненавижу Ша Цина! Почему он не отпустил тебя тогда, чтобы ты свалился обратно в ад?!
Потому что он держал меня за руку, — написал агент, на мгновение замер, а затем добавил: — Шучу.
— Ох, Лео! Раньше ты не был таким шутником! — возмутился Роб.
Я теперь валяюсь на этой койке, хотя, честно говоря, мог бы уже напялить пиджак и свалить домой. Здесь же чертовски скучно. Надо же как-то развлекаться?
Судоку и кроссворды — вот это развлечение. А ты куда проще.
Роб, пыхтя от притворной обиды, скрестил руки и вылетел из палаты. Спускаясь по лестнице, он столкнулся с Ли Бицином, который возвращался с термосом в руках.
— Эй, Роб, что за хмурое лицо? — спросил юноша, приветливо улыбаясь.
— Да ничего, — буркнул зеленоглазый агент, окинув его взглядом. — А ты что, хромаешь? Что-то не так?
Ли Бицин невзначай потянул рукав, прикрывая запястье, и смущённо улыбнулся:
— Ерунда, споткнулся на лестнице, покатился вниз… Уборщики, видать, не до конца вытерли пол.
— Может, к врачу? Здесь их полно, — Роб кивнул на табличку с расписанием дежурных врачей.
— Не стоит, через пару дней пройдёт. Просто синяки, — отмахнулся юноша.
— Ну, теперь у нас трое ходячих раненых, — хмыкнул мужчина, помахав забинтованной рукой на прощание. Уходя, он пробормотал себе под нос: — Может, уговорить Лео продлить отпуск ещё чуть-чуть?
Когда парнишка вернулся в палату, он заметил, что настроение агента заметно улучшилось. Тот, устроившись на подушках, листал «Чикаго Трибьюн».
— Встретил Роба внизу, он выглядел раздражённым. Вы поругались? — спросил Ли Бицин, ставя термос на тумбочку.
Лео попытался улыбнуться, но раны превратили улыбку в болезненную гримасу.
Ерунда, мы часто цапаемся. Он быстро отходит, — написал он.
— Похоже, с ним легко ладить, да? Симпатичный парень, — весело заметил юноша.
Мужчина бросил на него подозрительный взгляд и написал: Симпатичный? Он, кстати, так же отзывался о тебе. Этим словом лучше не разбрасываться. Кстати, он зачастил к тебе в обеденные перерывы. Уж не…
Ли Бицин вспыхнул, его щеки залились краской:
— Ты о чём вообще, Лео?! Я же не… ну, не гей! — пробормотал он, явно смутившись.
Мужчина почувствовал облегчение, но тут же его накрыла странная, необъяснимая досада, как ком в груди. Он глубоко вдохнул, отгоняя это чувство, и сменил тему: Планирую взять отпуск. Месяца два. Какие у тебя планы?
Глаза Ли Бицина загорелись детским восторгом:
— Отпуск? Класс! Куда поедем? На пляж? В поход? В кругосветку?
— Курсы подождут, отпуск важнее! К тому же, у меня есть ты — будешь моим временным учителем, — заявил парнишка, глядя на Лео с такой искренней надеждой, как верный пёс, ждущий похвалы за пойманную добычу.
Мужчина не смог устоять перед этим взглядом и кивнул, сдаваясь. Ли Бицин просиял, но быстро взял себя в руки и открыл термос, доставая ложку:
— Сначала тебе нужно восстановиться. Врач сказал, ближайшие дни — только жидкая пища, жевать нельзя. Помочь?
Лео забрал термос и ложку. Ему претила чрезмерная забота, как будто он беспомощный инвалид. На самом деле он собирался выписаться через пару дней. Дело закрыто, но впереди маячила куча работы: проклятый отчёт, который вымотает все нервы. Особенно про Ша Цина. Нельзя упоминать, что тот подмешал снотворное — это могут использовать как доказательство нападения на офицера. Но и правдоподобное объяснение его побегу нужно придумать так, чтобы не подставить себя. От одной мысли голова раскалывалась.
Агент взглянул на Ли Бицина, терпеливо ждущего, пока он поест, и в голове мелькнула мысль: если бы тот наглый тип был хоть наполовину таким же сдержанным и разумным, как его парень…
Лео не заметил, как снова мысленно произнёс эти слова.
Сейчас он хотел лишь одного — провести ближайшие месяцы в компании Ли Бицина, наслаждаясь покоем и безмятежностью, прежде чем снова окунуться в пекло своей работы.
*1.Victorinox «Huntsman» «Охотник — классическая модель швейцарского ножа с 15 инструментами, включая ножницы и пилку для дерева.
Перевод команды Golden Chrysanthemum
Будем рады если вас заинтересуют другие наши работы.
♡( ◡‿◡ ). наш тг канал: https://t.me/goldenChrysanthemum