Поздняя осень — Глава 26: Ты играешь за другую команду
Когда были доставлены вещи, купленные Чи Ванем для всех, приятная реакция не заставила себя ждать.
Тетя Ван продолжала жаловаться, что он тратит деньги без разбору, однако не выпускала телефон из рук. Она сделала 200 снимков своей сломанной метлы в высоком разрешении, после чего вышла во двор и выловила большого гуся, которому не повезло оказаться в железной кастрюле.
Глаза дяди Ли загорелись, он весь дрожал от вида двух коробок Маотая, настолько взбудораженный, что чуть не падал от повышенного давления. Он проглотил две таблетки гипотензивного лекарства на сухую и вытянул шею длиннее гусиной, готовый обнять Чи Ваня и расцеловать его. Праведный Ши Цюси упал с небес и предотвратил надвигающуюся трагедию.
— Посмотри, в кого ты превратился, позоришь людей Аньлина! — Ши Цюси смеялся над реакцией тети Ван и дяди Ли, не упоминая о том, как в волнении опустился на колени и сделал большой подарок Дамэйню, как только домой доставили духовку.
— Ба, только и знаешь, как пустословить! — Тетя Ван закатила глаза на тридцать градусов, глядя на мужчину.
— Вот именно, ты ничего не понимаешь! — Дядя Ли нашел единомышленника и закатил глаза на тридцать градусов.
Затем пожилая пара, словно сговорившись, через секунду надела добродушные и приветливые улыбки, взяла Чи Ваня под руки и, улыбаясь, вошла в дом.
Бах! Дверь резко хлопнула, и Ши Цюси остался стоять во дворе, где завывал холодный ветер, один на один с умирающим гусем.
— Брат, — Ши Цюси привел на корточки и дотронулся до головы гуся, — пойдем же… — Он встал, бросился к двери, потянул того за горло и крикнул. — Тетя, потуши мне этого гуся поскорее, и чтобы вкусно!
После сытного ужина, приготовленного в чугунной кастрюле, Ши Цюси подхватил теряющего сознание Чи Ваня, попрощался с тетей Ван и вышел.
Дядя Ли был по-настоящему счастлив, поэтому пригласил Чи Ваня выпить. Оба выпили слишком много.
Один глупо улыбался тете Ван, непрерывно крича «жена, жена», даже глупо потянулся поцеловать ее в щеку, но был остановлен ударом по затылку, который успокоил его.
Второй обнимал Ши Цюси, не отпускал и плакал навзрыд так сильно, что слезы и сопли текли ручьем, превращая его свитер в мокрую тряпку. В конце концов, возможно, от недостатка кислорода, не успел Ши Цюси ничего предпринять, как Чи Ван сам упал в обморок.
Ши Цюси и тетя Ван по очереди справлялись с пьяницами. В тот момент, когда их взгляды встретились, они увидели сочувствие: карма на восемь жизней вперед!
— Будь благочестивым, куда ты тянешь свои руки, бесстыдник! — Ши Цюси в смущении съежился, нерешительно прикоснувшись к руке на талии.
Этот парень, напившись, принял его за игрушку-пищалку и не выпускал, сжимая мягкие места на талии, так что Ши Цюси чувствовал, что его почки вот-вот лопнут.
— Брат, я так рад видеть тебя счастливым… — Чи Ван глупо улыбнулся, и горячий воздух, выдыхаемый им, коснулся Ши Цюси, вызывая зуд.
— У тебя что, есть привычка тратить деньги на других? — Ши Цюси пошутил.
— Ммм, это делает тебя счастливым, а значит я полезный, точно не неудачник, не некачественный материал… — Его голос почти затих под конец, однако Ши Цюси все равно услышал.
— Неудачник, кто тебе такое сказал, что за чушь! — Брови Ши Цюси нахмурились, ему не терпелось избить этого ужасного человека.
— Я, ммм… — Чи Ван едва поднял голову и почти тут же потерял сознание, замолчав.
Ши Цюси навострил уши, но так и не услышал ответ. Он не сдался, задал еще несколько вопросов — нет ответа. Придется пока забыть об этом, когда он очнется, он допросит его. Не верю, что этот негодяй не сознается!
Жестокая улыбка появилась на лице Ши Цюси: техники «двух пальцев» хватит, чтобы заставить любого выложить своих предков до восьмого колена. Он видел эту технику в старой книге по акупунктуре в старшей школе.
Завтра он собирался посмотреть машину. Ши Цюси побоялся, что Чи Ван, спящий мертвый сном, опоздает, поэтому отнес его к себе домой.
Он также беспокоился, что пьяный останется один дома на ночь, поэтому решил уложить спать Чи Ваня во второй спальне, чтобы было удобнее проверять его.
Вторая спальня полностью готова, достаточно снять ткань, которая закрывает ее от пыли сверху, и можно сразу лечь спать.
Ши Цюси взял таз с горячей водой, чтобы протереть лицо Чи Ваня, попутно вымыл ему ноги и завернул в одеяло, как мумию.
— Отлично, теперь ночью одеяло не скинешь! — Ши Цюси щелкнул пальцами, довольный своей гениальностью.
Часы на стене показывали двенадцать вечера, в деревне царила тишина, все спали.
Ши Цюси зевнул и попытался открыть глаза, чтобы привести себя в порядок. При мысли о том, что его ждет теплая постель, глаза закрывались с удвоенной силой.
Наконец умывшись, Ши Цюси не терпелось войти в спальню. Кроватка, я уже здесь!
Только карп собирался перепрыгнуть через драконьи ворота и броситься вперед, как он мельком заметил что-то темное и бесформенное на подушке, а в воздухе витал едва уловимый аромат.
Он подозрительно шагнул вперед, чтобы рассмотреть.
— О, хорошая работа, дерьмо, которое почти присохло!
Нет сомнений, кто подозревается в совершении этого преступления.
Ши Цюси спокойно подошел к Дамэйню, сидящему в углу, как ни в чем не бывало. Когда глаза человека и собаки встретились, виноватый больше не мог скрываться.
— Все ясно, я тебе большие кости варил, чтобы ты наелся досыта, а ты так со мной поступаешь? — Ши Цюси схватил шнурок во рту Дамэйню и завязал в виде цзунцзы вокруг рта.
Дамэйню жалобно заскулил, но Ши Цюси пропустил это мимо ушей.
Закрыв собаке рот, Ши Цюси, как бы между прочим, связал ей и ноги. Все это время Дамэйню выл, пытаясь надоумить своего ненадежного отца вызволить его.
— Прекрати выть, даже если сорвешь голос, твой отец не придет, чтобы спасти тебя! — Убедившись, что Дамэйню не сможет двигаться, Ши Цюси надел перчатки, взял пакет, собрал дерьмо с кровати, а затем сунул его под нос пса.
— Наслаждайся своим шедевром! — На лице Ши Цюси появилась ужасающая улыбка. — Твоя вонь тебя не убьет!
Бегаю туда-сюда уже почти час.
У Ши Цюси разболелась голова, он прикрыл ее руками, пытаясь отыскать решение.
Боюсь, он не может оставаться в своей спальне, и теперь, когда уже так поздно, метаться бессмысленно. Ему придется идти во вторую спальню и втискиваться к этому парню Чи Ваню, чтобы выспаться.
Не знаю, храпит ли или пердит этот парень…
Он напился так сильно, что может сравниться с ядовитыми газами — ночной кошмар Ши Цюси.
Ши Цюси осторожно вошел во вторую спальню. Чи Ван все еще сохранял первоначальную позу, его щеки раскраснелись во время сна, что делало его необъяснимо милым.
Он спал спокойно, без малейшего храпа. Ши Цюси успокоился. Казалось, сегодня ночью ему удастся хорошенько выспаться.
Он подошел, развернул Чи Ваня из одеяльного кокона, подтолкнул подальше, а затем лег.
На глаза Ши Цюси почти наворачивались слезы: он был безумно измотан этой ночью.
Думая о Дамэйню, который устроил катастрофу, а затем на его отца, спящего рядом, словно дохлая свинья, Ши Цюси не мог не разозлиться!
Если сына ничему не учат, вина лежит на отце. Когда ребенок превращается в демона, это означает, что родители не позаботились о его воспитании.
— Завтра утром вы с Дамэйню встанете на колени и поклонитесь мне, ясно? — Ши Цюси ущипнул мягкую плоть на щеках Чи Ваня и надул губы.
Чи Ван бессознательно нахмурился, и, опасаясь разбудить его, Ши Цюси быстро ослабил хватку.
Забудь, злиться вредно, больше не стану придираться.
Ши Цюси зарылся в одеяло и поставил будильник на два часа раньше обычного, чтобы отвязать Дамэйню. Пусть посидит одну ночь привязанный. Завтра Дамэйню, вероятно, пойдет на своих четверых ногах…
Ши Цюси закрыл глаза, рассеяно думая о всяких пустяках, и через мгновение заснул, тихонько похрапывая.
Чи Ван рядом с ним перевернулся, и его руки и ноги опустились на тело Ши Цюси. Тот несколько раз боролся, но так и не смог открыть глаза, поэтому оставил все как есть.
Они просто лежали рядом, погрузившись в сладкий сон.
— Шшш… —Чи Ван потянулся к своей покалывающей голове и попытался высунуться из-под одеяла.
Он действительно выпил слишком много прошлой ночью. Кажется, он потерял сознание давным-давно и ничего не помнил.
Надеюсь, он не сделал ничего странного на глазах у брата Ши… А?!
Рука Чи Ваня слегка шевельнулась, и он коснулся теплого человеческого тела совсем рядом. С трудом опустив взгляд, он увидел красивое, но недовольное лицо Ши Цюси.
— Ты, я, мы… — Одинарное веко Чи Ваня превратилось в двойное. Сцена перед ним была за пределами его воображения: его правая икра все еще прижималась к заднице Ши Цюси. Это так странно!
— Кто, зачем ищешь с утра пораньше?! — Ши Цюси раздраженно открыл глаза. Он не спал два часа после того, как развязал Дамэйню, и сейчас его разбудил Чи Ван своими «судорогами».
— Брат, неужели я, неужели я, я, я, я… — Чи Ван уставился на красную отметину на шее Ши Цюси и напрягся.
Чи Ван был убит горем, он воспользовался своим опьянением и сделал что-то с братом Ши!
Животное, зверь, он ничем не отличается от свиньи и собаки!
Ему следует провести кастрацию в тот же день, что и Дамэйню, чтобы покончить с этим, больше это не повторится.
— Ты чего, от чего бесишься? — Ши Цюси с несчастным видом дотронулся до красных отметин, оставленных собачьей лапой, когда прошлой ночью развязывал пса.
Сын — собака, а значит и отец тем более собака!
Человек, устраивающий шумиху с утра пораньше, не мог успокоиться, сегодня он должен обязательно избить этого парня!
Прежде чем вытянутая рука Ши Цюси успела что-то предпринять, Чи Ван заключил его в свои объятия
— Брат… —Чи Ван использовал какие-то сложные формулировки. — Не волнуйся, я обязательно возьму ответственность и дам тебе удовлетворительный ответ!
— Что ты хочешь сделать, ты, ты же не думаешь, что… — Мы переспали? Встретившись с серьезными глазами Чи Ваня, Ши Цюси неосознанно проглотил следующие слова.
Погодите-ка, что-то здесь не так.
Ши Цюси изо всех сил думал, еще не работающей головой, и, наконец, нашел вариант, наиболее подходящий к истине среди всевозможных догадок.
— Так ты играешь за другую команду, дорогой… — Пробормотал Ши Цюси. Они вместе так долго, а он даже не замечал, что этот парень гей!