Поздняя осень — Глава 53: Я ебал твоих предков
— Как тебе сила удара? Нужно добавить? — Ши Кэ замахнулся на правое плечо, не переставая при этом добродушно улыбаясь.
— …Так себе, не так хорошо, как у моего дяди, — Чи Ван стиснул зубы, чтобы не вскрикнуть от боли. Он не мог гарантировать, что избежит каждого удара, если продолжит в том же духе.
Более того, они уже дрались продолжительное время. Ши Кэ перед началом не разминался, поэтому поначалу его удары были скованными, но после двух раундов вернулся к идеальной форме, и скорость, и сила увеличились.
Ши Кэ постепенно разгадывал тактику Чи Ваня, главное — не дать себя повалить. Как только он коснется земли, его возьмут на удушающий.
В бразильском джиу-джитсу большинство мощных приемов основаны на удушении и активном движении ног, зато слабым местом являются медлительные руки, особенно заметные в сравнении с профессиональными боксерскими.
— Если ударю по лицу, ты же не станешь прятаться в объятиях брата и лить слезы, верно?
— А если я изобью тебя, ты побежишь домой плакаться мамочке?
— Пф… — Ши Кэ отступил на несколько шагов, поддерживая безопасное расстояние. Ему не хотелось бить по лицу, но Чи Ван говорил неприятные вещи и очень раздражал его.
Чи Ван, стараясь не подавать виду, размял онемевшее от боли плечо. Он подозревал, что ему сломали кости.
Уклонившись от двух ударов, Чи Ван перехватил инициативу. Он сымитировал недавние движения Ши Кэ, нанеся серию прямых «японских» ударов, и хотя скорость его уступала, сила оказалась на треть больше. Ши Кэ не успел среагировать и пропустил два удара в левый бок, каждый вздох отдавался болью.
У Ши Цюси на лбу выступил холодный пот. Изначально у Чи Ваня было очевидное преимущество, но теперь он в невыгодном положении. Один из трех ударов попадали прямо в цель, ветер от кулаков свистел, просто слышать было больно.
Он хотел попросить Чи Ваня не храбриться, но побоялся, что отвлечет его своими словами. Беззвучно пошевелив губами, Ши Цюси предпочел промолчать.
У Чи Ваня не было времени заботиться о посторонних вещах, все его внимание сосредоточено на поиске слабостей.
На полсекунды, пока Ши Кэ шатался, Чи Ван сориентировался и повалил его на пол.
— Эй, куда смотришь, малыш? Пялиться на чужой пах не самое лучшее решение, не думаешь? — Ши Кэ, работая стопами и бедрами, обрушил на противника прямые удары. Успешно отбившись, он отошел на безопасную дистанцию, чтобы не дать себя схватить.
Чи Ван молча принял несколько ударов. Он перестал препираться с Ши Кэ, а просто наблюдал за движениями противника.
Мышцы бедер сильные, а икры крепкие, что указывает на мощность последующих пинков. Левая рука делает больше замахов, чем правая, и силы у нее больше, значит он правша.
Избежав правого апперкота, Чи Ван внимательно следил за его плечами и обнаружил, что тот намеренно сокращает движения правой рукой, а слабость вызвана тем, что кость не вращается в полную меру. Может быть, давняя травма?
Чи Ван тут же нацелился на правое плечо. Он по-прежнему использовал «японские» удары, но в этот раз более умело с удвоенной частотой — Ши Кэ с трудом уклонялся, его правое плечо никак не было готово к внезапной атаке. После трех ударов тот глухо застонал.
— Блять… — Ши Кэ отступил назад, прикрывая плечо, взгляд наполнился настороженностью.
— Значит, старая травма, — Чи Ван сохранял спокойствие и непринужденность.
— Да, получил перелом два месяца назад. Как мило, что ты заметил… — Уголки рта Ши Кэ приподнялись, но улыбка не доходила до глаз. Он холодно посмотрел на левое плечо Чи Ваня. — А как твое левое плечо? Как будто оно немного выше правого, перелом, верно?
— Оно не болит и не чешется, если бы не сказал, я бы и не вспомнил, — Чи Ван небрежно повертел руку и сделался нетерпеливым. — Продолжаем, мне нужно поскорее закончить и покормить собаку.
— Знаешь, я тоже очень люблю собак, особенно брата Ши… — Прежде чем он закончил, разъяренный кулак уже замахнулся, и два прямых удара точно попали в правое плечо, онемевшее от боли…
— Советую закрыть рот, не говори ничего, не говори ни слова… — Синие вены на лбу Чи Ваня яростно пульсировали, а уголки глаз окрасились в маниакально красный.
— Прекрати вести себя отвратительно, извращенец! — Стоявший сборку, Ши Цюси видел все.
— Кого, черт возьми, ты называешь извращенцем? Я, бля, и так терпел долго! — Он, повернув голову, кричал на Ши Цюси, но продолжал замахиваться на Чи Ваня. Двое, находившихся на грани, вздрогнули и раскраснелись.
— Я ебал твоего ебанного дядю! — Кулаки двигались все быстрее и быстрее, и Чи Ван успевал уклоняться, тут же отвечая апперкотом или прямым ударом. Ши Кэ яростно атаковал левое плечо, а тот, в свою очередь, правое. Оба были готовы на все, лишь бы разгромить соперника.
Ши Цюси, наблюдавший за боем, ошеломленно подумал, а не на IBF ли он. Эти двое назначили встречу и бились, будто не в себе. У них нет страховки, чтобы оплатить медицинские расходы, если кости сломаются!
— У меня нет дяди, — Чи Ван повернул голову и выплюнул кровь. Он не увернулся от последующего удара, а доброжелательно поприветствовал его. Глухой стук на какое-то время стал единственным в комнате. Ши Цюси не сдержался и крикнул:
— Почему бы тебе не спрятаться, ты что, ищешь смерти?!
— Признаешь поражение? — Ши Кэ замедлился.
— Я поймал тебя… — Чи Ван произнес это приглушенным голосом, расплывшись в кривой улыбке.
— Что ты имеешь в виду… — Ши Кэ на мгновение замер, взглянув в улыбчивые глаза соперника, движения замедлились. Чи Ван тут же развернулся и со всего размаху пнул его в живот!
Он сделал несколько шагов назад, пошатываясь, и не успел отреагировать, как Чи Ван уже подлетел, прыгнул на спину и намертво вцепился в горло. Ши Кэ начался задыхаться и кашлять.
Ши Кэ бил его левой рукой, одновременно нанося удары, чтобы сбросить с себя, однако Чи Ван не только не отлетел, но и использовал его удары в своих интересах, дернув его назад. После нескольких секунд борьбы руки сжимались крепче, и он начал задыхаться и, наконец, из-за головокружения рухнул на пол.
Чи Ван скорректировал движения, зафиксировал левую руку Ши Кэ, а ногами обвил шею и правое предплечье. Лицо Ши Кэ покраснело, он пытался разжать ноги, но из-за травмы правая рука окончательно отказала.
— В тот день, сколько ты его душил… — Голос Чи Ваня охрип. Лицо начало опухать, а правое плечо пронзала острая боль от ударов, но он упрямо отказывался отпускать. Он хотел, чтобы Ши Кэ на собственном опыте испытал удушье Ши Цюси.
— Кхм… Кхм, я не помню, кхм, может, пять минут или, кхм, десять, если бы ты не пришел, я бы его придушил… хахаха, кхм-кхм-кхм-кхм-кхм…
Глаза Ши Кэ уже выпучились, а перед ним все начало плыть, однако, отвечая на вопрос, он все равно дерзил, будто его не заботила собственная жизнь.
— Ты ищешь смерти! — Чи Ван, потеряв голову от ярости, увеличил хватку ног. Ши Цюси, видя, что вот-вот кто-то будет задушен, спешно шагнул вперед, чтобы остановить его.
Однако этот парень вошел во вкус, и никакие уговоры не помогали. Ши Цюси отвесил пару пощечин, но это оказалось бессмысленно. Он уже подумал, а не размахнуться ли стулом.
А вдруг промахнется? С Ши Кэ ничего не случится, у него кожа толстая, а Чи Ван? Ему нужно здоровое тело, чтобы продолжить писать!
Как раз, когда Ши Цюси был беспомощен, появился герой.
— Кто посмел избить нашего ребенка! — Тетя Ван ногой распахнула стеклянную дверь пиццерии, за ней следовала толпа агрессивно настроенных людей. Дядя Ли, шедший впереди, держал в руках шест, готовый в любой момент ударить кого-то.
Ши Цюси, удивленный позами этих стариков, чуть не спросил, что они здесь забыли, и, только услышав голос тети Ван, пришел в себя.
Чи Ван машинально разжал ноги, и Ши Кэ, не теряя ни секунды, тут же перевернул ситуацию на 360 градусов. В этот раз он прижимал Чи Ваня.
Оказавшись в столь двусмысленной позе, он не испытывал возбуждения и думал лишь, как вернуть только что понесенные потери. Он высоко поднял руку и собирался ударить, но его напугал резкий высокий голос:
Тетя Ван в три прыжка ворвалась в бой, словно охотник с ружьем, и оттолкнула Ши Кэ. Дядя Ли выступил вперед с шестом, а за ним уже подоспели вторая тетя, третий дядя, пятый дядя и шестая тетя с горящими от гнева глазами. Что о нем, даже Ши Цюси остолбенел.
— Все в порядки, малыш? Ой, посмотри, что он наделал! Такое красивое лицо испортил, бессовестный…
— Ой, повернись ради тетушки, скорее подойди, дядя наложит пластырь. На что смотришь, думаешь ты тут красивый?
— Ай, ноги все в синяках. Тетя приготовит тебе на ужин свинину, чтобы успокоить. На кого уставился? У тебя глаза, как у черноглазого цыпленка, и еще смеешь смотреть на меня, какая наглость!
Чи Ван выглядел смущенным, наблюдая, как тетя Ван, выпавшая невесть откуда, с нежностью жалеет его, но стоит посмотреть на Ши Кэ, чернеет и превращается в Бао-гуна.
— Настоящий поклонник лиц, мое восхищение… — Ши Цюси запечатлел эту замечательную сцену на телефон, а затем притворно начал объясняться. — Нет, тетя, они вдвоем договорились о спарринге, это не одностороннее избиение…
— Разве? Чи Ван такой худой, как цыпленок, а этот, посмотри на него, здоровый, как свинья! Разве это не издевательство?! — Тетя Ван помогла Чи Ваню подняться, не забыв закатить глаза.
— Молодой человек, нельзя запугивать других только потому, что вы сильный. Это не хорошо, — дядя Ли сунул шест в руки Ши Цюси, присел на корточки перед Ши Кэ и с серьезным лицом учил его жизни пять минут.
Пять минут спустя довольный дядя Ли, за которым следовала разгневанная тетя Ван, с злыми второй тетей, третьим дядей, пятым дядей и шестой тетей… и бесполезный Ши Цюси окружили Чи Ваня и отправились домой.
— …Да чтоб тебя, Лаоцзы чуть не подох, — Ши Кэ смотрел в пустоту остекленевшими глазами. После пятиминутного урока морали от дяди Ли его языковая система вышла из строя.