Поздняя осень — Глава 54: Вип-клиент господин Чи
— Спасибо всем огромное за помощь. Ребенок вернулся, все в порядке, можно расходиться. Как-нибудь угощу вас ужином!
— Что вы такое говорите, мы же семья, да и дядя Чи заботился о нас. Если мы будем наблюдать, как над его внуком издеваются, останемся ли мы людьми…
— Вот именно! Дядя Чи вечно угощал меня конфетами!
— Ладно-ладно, хватит болтать, ребенку нужно отдохнуть. Пойдемте. Приходи к тете на ужин, когда будет время, Сяо Чи.
Тетя Ван стояла в дверях и отсылала людей, и как только дверь закрылась, улыбка мгновенно сменилась недовольством. Ши Цюси все еще стоял в дверях, провожая гостей взглядом, когда вдруг получил от нее затрещину.
— Ты совсем безмозглый, не попытался его убедить? — Тетя Ван схватила его за ухо, ненавидя железо за то, что оно не могло стать сталью. — Договаривались ведь, если что-то случится, ты подаешь сигнал, и мы приходим. Собирался звать о помощи, когда Сяо Чи уже был бы при смерти? Ты видел того здоровяка? С его габаритами, разве Чи Ван мог бы справиться, а?
— Ай-ай, теть, полегче, ухо оторвешь, правда оторвешь! — Ши Цюси склонил голову, пытаясь спасти свои бедные уши, одними губами пробормотал. — Если бы не пришли, он бы победил. Чи Ван чуть не задушил этого парня…
— Не неси чушь! Мы с твоими тетями слепые? Когда мы прибежали, тот парень вжимал Сяо Чи в землю! — Дядя Ли намазывал на плечо Чи Ваня мазь, похожую на собачье дерьмо, и презрительно фыркнул.
Дети просто хотят сохранить лицо, хотя факты выложены черным по белому. Возмутительно.
— Дядя, что это за лекарство? Где ты его взял…? — Чи Ван, которого выворачивало от запаха лекарства, с трудом поднял веки. Лекарство было пахучим и вонючим, как запах Дамэйню после мытья.
— Секретный рецепт предков, не волнуйся, его можно использовать, все равно срок годности скоро подойдет, — дядя Ли был очень уверен в этом лекарстве. Нанеся мазь, он нашел две шерстяные кофты и набросил их на плечи.
Чи Ван повел плечами, чувствуя приятную прохладу, ему даже показалось, что есть эффект.
— Ладно тебе, дядя. Когда Чжу цзы был ребенком и подвернул ногу, ты тоже воспользовался этой мазью, эффект был нулевой, он сам выздоровел, — вставил Ши Цюси, потирая ухо, спасенное из лап тетушки.
— Врешь ты все, мое лекарство… — Дядя Ли разозлился и уже приготовился хорошенько обсудить все, но не успел, тетя Ван потащила его на кухню.
— Хватит языком молоть, иди лучше печь растопи, будем свиные ножки тушить.
— Свиные ножки! — Глаза Чи Ваня загорелись, а живот несколько раз заурчал от возбуждения.
В полдень Ши Цюси сварил мало риса, Чи Ван едва наелся, а после драки с Ши Кэ проголодался окончательно и только и мечтал о еде.
— Не лыбься, дай мне телефон, — Ши Цюси забрал телефон Чи Ваня и совершенно естественно удалил контакт Ши Кэ.
Чи Ван не принял это близко к сердцу, в любом случае, месть совершена, и между ними нет никакой связи и причин для встречи.
Все, о чем он думал, — свиные тушеные ножки.
— Ешь медленно, в сковороде еще осталось, тебе хватит, — тетя Ван взяла пустую миску и смотрела, как Чи Ван радостно вгрызается в пятое за сегодняшний вечер свиное бедрышко. То, что она готовит, всегда вкусное, ей нравятся прожорливые дети.
Желудки дяди Ли и Ши Цюси уже выпирали от съеденного, в конце концов, не все, как Чи Ван, перерождение голодающего.
— Тетя, а есть что-нибудь еще? — Чи Ван уставился на опустевшую тарелку из-под риса глазами, полными тоски.
— Конечно-конечно, тетя тебе наложит, — она поспешно убежала на кухню, чтобы накормить «свинью».
— Эй, почему у тебя шея красная? — Уже сытый Ши Цюси лениво повернулся и заметил красное пятно на шее Чи Ваня.
— Все в порядке, может быть, я просто ударился о землю, не больно. — Но зудит. Чи Ван не принял это близко к сердцу, взял миску с горсткой риса из рук и принялся вновь за еду.
— Осторожнее на дороге, сейчас…
— Знаю, тетя, вы с дядей скорее возвращайтесь, на улице холодно, возвращайтесь!
Ши Цюси помахал им и проследил, как они входят в дом, прежде чем пойти с Чи Ванем к себе.
— Такой сытый… — Чи Ван довольно вздохнул. Он в очередной раз почувствовал, что сегодняшний день не был напрасным. Он не только успешно отомстил за Ши Цюси, но и съел семь свиных ножек тети Ван. Может, ударить себя по голове, и тогда ему приготовят свиную голову в качестве утешения.
— По-моему, у тебя и так на плечах свиная голова! — Ши Цюси щелкнул его по лбу и начал сводить счеты. — Давай, скажи мне, почему ты не отпустил его днем, когда я просил? Разве ты не видел, что он закатывает глаза? А что если бы он умер? Ты думал о последствиях?
— Нет, брат Ши… — Защищался Чи Ван. — Я все рассчитал. Он выкладывал в Weibo видео, как ныряет, может целых три минуты не дышать. Я душил его всего две минуты…
— Математику! Так! Не! Используют! — Ши Цюси отвесил ему подзатыльник. — Ты еще и его соцсети смотришь! Совсем заняться нечем?!
— Брат, брат Ши, не бей, не бей по голове, ой, по ногам тоже, ай! Не наступай мне на пятки, брат!!!
Получив хорошую взбучку, Чи Ван вернулся домой в подавленном настроении. Когда к нему, виляя задом и радостно прыгая, подбежал Дамэйню, выпрашивая поглаживания, он потрепал его по ушам, а затем упал на диван и впал в апатию.
Ши Цюси даже взглядом его не одарил и пошел на кухню готовить собачий корм.
Как только Дамэйню увидел свою кормилицу и мать на кухне, тут же бросился туда, даже не взглянув на подавленного Чи Ваня.
Единственный, у кого есть совесть, Шуэсяохо. Он несколько раз наклонился и облизал его лицо, прежде чем уйти на кухню.
— Шуэсяохо… — Глаза Чи Ваня наполнились слезами и эмоциями. Он собирался прикоснуться к Шуэсяохо, но от странного запаха лекарства, исходящего от его тела, тот взъерошился и начал блевать. Высунув язык и подавив рвотные позывы, кошка оставила его одного, не обращая внимание на полупереваренный желток, оставшийся на Чи Ване.
— Ууу… — Чи Ван со слезящимися от вида рвоты глазами побежал в комнату, чтобы снять грязную одежду. Когда он хотел надеть чистую одежду, заметил красные пятна, покрывавшие всю шею ниже.
Чи Ван несколько раз почесал, зуд становился все более и более интенсивным, но то ли от жара батарей, то ли от тесной одежды, ему стало тяжело дышать, а зрение затуманилось. Что, почему у него галлюцинации?
Откуда перед глазами взялись двое юношей в старинных нарядах и черно-белых головных уборах?
Чи Ван ошеломленно вытянул руку, и в голове всплыли наставления Ши Цюси: «Когда видишь незнакомцев, здоровайся».
— Здравствуйте… — Чи Ван слабо улыбнулся двум мужчинам, после чего потерял сознание, а когда открыл глаза, все вокруг было белым.
— Это очень серьезная аллергия. К счастью, его доставили вовремя, иначе длительный шок мог его убить, — закончив писать предписания, врач еще пару секунд внимательно осматривал пациента. — Опасность миновала, он пришел в себя, взгляд сфокусированный. Теперь все хорошо.
— Спасибо, доктор, извините за беспокойство.
Ши Цюси вытер холодный пот со лба, мысленно ругая мать.
Боже, что дядя Ли намешал в свою секретную мазь. Из-за нее случился анафилактический шок.
Если бы он не зашел в комнату Чи Ваня, чтобы проверить, боюсь, исход был бы печальнее.
— Брат, что со мной… — Губы Чи Ваня дрожали, в глазах горели огоньки. Жаль, что он не успел спросить имена двух мужчин.
— Полагаю, один из них Бай, а другой — Хэю, скорее всего, у обоих дальше идет Учан, — уголки рта Ши Цюси опустились, а в глазах, смотрящих на парня, было одно сострадание. Глупый парень, собирался уйти в Желтый источник и все еще думал спросить у них имена.
(Бай Учан и Хэю Учан — духи-проводники, приходящие за умершими, чтобы провести их через Желтую реку)
Если бы он опоздал на несколько минут, возможно, он смог бы поболтать с быкоголовыми и лошадиноголовыми стражами.
В больнице мест не хватало, поэтому после того, как капельница закончилась, медсестра велела Ши Цюси забрать Чи Ваня домой.
Чи Ван шел, прихрамывая: большой палец ноги распух и причинял странную боль.
На следующий день Ши Цюси посчитал, что после серьезной болезни ему нужно съесть что-нибудь легкое.
Так уж вышло, что пришли дикие горные грибы, заказанные в интернете, и он собирался приготовить грибной суп. Легко и вкусно.
Ши Цюси нарезал различные грибы тонкими ломтиками, обжарил на сале чтобы придать им аромат, затем высыпал в суп, где томились крупные кости и ягоды годжи. Домашний суп был готов.
Как раз, когда он собирался расставлять палочки для еды, зазвонил телефон. Ему пришлось выйти, сказав Чи Ваню начинать без него.
Пять минут спустя он вернулся, Чи Ван с ухмылкой смотрел на него.
— Брат… — Чи Ван указал ему за спину. — Почему те двое снова пришли, еще и привели корову и лошадь, такие вежливые, хаха…
Ши Цюси в ужасе оглянулся, но, кроме белого снега и завывающего холодного ветра, никого не было.
Не успел он задать несколько вопросов, как Чи Ван подбежал к нему, взял за руку и закружил в танце.
— Брат, не стой на месте, танцуй со всеми! Не хочешь вести женскую партию? Не страшно, тогда буду я! Какой оживленный бал! Там старушка варит глинтвейн и всем раздает, давай и мы попросим чашечку…
Щеки Чи Ваня покраснели, он несколько секунд пристально смотрел в дверной проем, а затем потерял сознание и упал прямо на Ши Цюси.
— Пищевое отравление. Разве можно есть дикие грибы, не разбираясь? Покупки в интернете — дело рискованное, нужно быть осторожнее, неужели это так тяжело понять?!
— …Да-да-да, доктор, в следующий раз я буду внимательнее.
Ши Цюси снова вытер холодный пот, мысленно ругая отца.
Что за паршивый магазин, а ведь клялись, что не ядовитые, и вот, «не я довитые»!
Чи Ван после них чуть не отправился к праотцам! К ним уже духи из загробного мира пожаловали! А Бай Учин и Хэю Учине уже бальный танец исполняли!
— Брат… а то вино вкусное было? — Губы Чи Ваня дрожали, перед глазами мелькали звездочки. Жаль не получилось попробовать глинтвейн старушки.
Ши Цюси вздохнул. Только что, когда он ходил оплачивать счет, услышал от медсестры отделения неотложной помощи прозвище Чи Ваня.
Вип-клиент больницы господин Чи.
Бой с боксером — здоровье Чи Ваня: 80%
Аллергия от мази — здоровье Чи Ваня: 50%
Отравился грибом — здоровье Чи Ваня: 20%
Лысый автор случайно прошел мимо и наступил ему на большой палец ноги — Чи Ван в нокауте