Труп бывшего заговорил — Глава 45: Небесный купол
В момент, когда стеклянное сердце разбилось вдребезги в его ладони, Бай Чжисину показалось, что он услышал протяжный вздох.
Когда он вновь взглянул вперед, человек был все так же далеко, но стоял и оборачивался на него, глядя своими ледяными серебристо-голубыми глазами.
Это самый равнодушный взгляд, который он когда-либо встречал в своей жизни от этого человека.
— Твой отец сказал, что эта штука может управлять мной, верно? — Голос Тан Мина, словно пропитанный льдом, даже на таком расстоянии вызывал мурашки, будто проникал в глубины костного мозга.
Его губы зашевелились, но прошло много времени, прежде чем он сумел произнести хоть слово.
— Неужели ты думал, что я вручу себя в твои руки? — Тан Мин в ответ усмехнулся. — Давным-давно я сказал первому патриарху семьи Бай, что эта вещь важна для меня и как только она сломается, я попаду под чужой контроль. Я солгал. Пока эта вещь в целости и сохранности, семья Бай под моей защитой. Бай привыкли лгать мне, поэтому однажды я тоже солгал — справедливо.
Слова вырвались, словно тяжелые камни, и лицо Бай Чжисина стремительно лишилось последних красок.
— А-Мин, — позвал Лю Вэйгуан, — я займусь им.
Тан Мин отвел взгляд, переставая смотреть на Бай Чжисина, и что-то прошептал Лю Вэйгуану.
Выражение лица Лю Вэйгуана нисколько не изменилось, он повернулся и шагнул к мужчине.
— …Я сделал это не ради себя! — Как будто предвидев собственную смерть, Бай Чжисин испугался и торопливо объяснился. — А ради тебя! Тан Мин, тебе не следует туда идти! Я унаследовал воспоминания прадеда и знаю, что ты умрешь!
Белый туман окутал его и с ревом набросился.
В дымке фигура отчаянно вырывалась, словно с нее срывали кожу и мышцы. Любой, услышав эти крики, мог ощутить боль и отчаяние.
Чжоу Мо молча заткнул уши, Ся Фэйлин протянул руку, желая что-то сказать, но не осмелился.
Спустя совсем немного времени туман рассеялся, и Бай Чжисин рухнул на землю, дрожа от боли и заторможенно глядя на свои ладони.
Конечно, он не знал, что зверь не мог по доброте душевной сохранить ему жизнь. Причина, по которой его оставили в живых, заключалась в преддверии чего-то более страшного, чем смерть.
В судный день он стал совершенно обычным человеком.
— Если это для моей безопасности, мог бы предупредить заранее, вместо того чтобы заниматься самообманом, — Тан Мин кивнул. — С этого момента ты больше не сможешь быть хранителем. Власть и статус, к которым ты стремишься, покинут тебя, спасайся как хочешь.
— …Нет! Подожди! Тан Мин! Оглянись! Я хочу сказать кое-что еще…
Вся ненависть и гнев вдруг застыли в глазах Бай Чжисина, он что есть мочи тянулся к Тан Мину, чтобы спасти его, однако мог лишь стоять и смотреть, как он и еще одна фигура бок о бок исчезают в портале.
Некогда голубое и прозрачное море стало густым, словно тьма, и не переставая бурлило. Со дна тянулись водоросли, соединяющие небо с водоемом.
Когда Тан Мин вышел из портала, первым делом заприметил длинные водоросли, которые брали свое начало не со дна, а из неба. Сквозь небосвод, прямо к земле, они погружались в глубины, подобно гвоздям, забитым молотком.
— Гость извне, — Лю Вэйгуан услышал его бесстрастный шепот.
Листья шириной в три метра свисали с неба, а на них сидел силуэт, повернувший голову в их сторону и открывавший лицо, почти такое же, как у Лю Вэйгуана.
— Помнишь? Мы встретились давным-давно, — странное существо в человеческой оболочке с темными глазами смеялось и показывало свои заостренные клыки. — Я действительно скучаю по тому времени. Тогда молодой ты хотел убить меня, а я — тебя. Мы были словно одна любящая семья.
Ветер усилился. Тан Мин обернулся, заметил, что лицо Лю Вэйгуана исказилось, и осмотрел себя.
— Похоже, мы оба кое-что забыли, — Тан Мин спокойно вновь посмотрел на него. — Неважно, что было в прошлом. Ведь сейчас я стою перед тобой.
Лю Вэйгуан опустил глаза, взял его за руку и бережно постучал двумя серебряными кольцами.
Как только его голос стих, белый туман взвыл и заклубился, подняв белую зимнюю бурю, поглощающую взволнованное море.
Тогда же синева закрыла небо, и яркий золотой лучик на фоне белой зимы стал невероятно ярким и острым, вонзаясь в глубины черного моря!
На водорослях, тянущихся с небес, существо улыбнулось, встало и сказало:
— Давай познакомимся заново. Я выбрал себе новое имя — «Бедствие».
Хранители по всему миру смотрели на небо, где из кроваво-красных облаков один за другим вырывались отвратительные монстры. Ступая на человеческие земли, они скалили свои жуткие клыки.
Странные существа падали с небес — мир захлестнула катастрофа. Некоторые упорно сопротивлялись, некоторые предавали и молили о пощаде, а кто-то стоял бок о бок у источника, стремясь пересечь корень всех бедствий.
Час, два… день, ситуация ухудшалась.
Северное море ревело, вздымая волны до самых небес. Они раз за разом обрушивались на гигантские водоросли, разделяясь на миллиарды капель, что ударялись о землю и создавали разрушения.
— А-Мин, что такое? — Лю Вэйгуан подхватил Тан Мина, который был отброшен в сторону, белый туман мгновенно сконденсировался перед ними, блокируя удар.
На самой вершине «Бедствие», держась за живот, смеялось.
— Слышите?! Их плач! Их крики! Этот жалкий мир наконец-то прекратит свое существование!
— О, да это ответственный за Вэнь!
В Дунши Лю Янчжун стоял под рухнувшей высоткой и наблюдал, как Лу Цуо, лежащего в луже крови, давит толпа людей.
Он задрожал. Один из нападавших обернулся, схватил окровавленную голову Лу Цуо и, словно хвастаясь трофеем, хвастливо потряс ею.
— Хочешь спасти его? К сожалению, уже поздно. Как раз вовремя, можешь составить ему компанию.
Лю Янчжун закрыл глаза, а когда снова открыл, из них потекли струйки крови.
Он мутным кровавым взглядом посмотрел на них.
— Кто-то умрет, но вы точно отправитесь на тот свет раньше меня.
Он высвободил свои способности, вложив в них всю свою мощь.
— Директор Ван! Цзяньго и Юйго пали! С Островным государством была потеряна связь! Мы, мы…
В сером офисе Ван Динъюань стоял у окна и бесстрастно положил трубку телефона, на который никто не отвечал.
В центре города бесчисленные монстры сновали между разрушившихся зданий и руин, разгрызая глотки каждому попавшемуся хранителю.
— Мы больше не выдержим! Скорее! Запрашиваем подкрепление у штаба!
— Это конец… никто нас не спасет.
Ветер с крыши доносил застоявшийся запах крови, обдувая фигуру.
Ся Фэйлин посмотрел на кроваво-красное небо, встал на самой высокой точке города, поднял руку и улыбнулся.
Он закрыл глаза, и его лицо тут же покрылось трещинами.
В следующую секунду целый город, сотни тысяч душ в радиусе сотен километров погрузились в долгий сон.
Чжао Чэнши обессиленно упала на землю. Она с трудом приподняла голову и увидела Вэнь Я, смотрящую на нее свысока, из ее гниющего лица сочилась темная жидкость.
— Я принадлежу к другому виду, и давление на меня гораздо сильнее. Похоже, я стану первой, кого поглотит «грязь». Но у меня осталась последняя капелька сил, чтобы выпроводить тебя.
На лице Вэнь Я не отразилось колебаний. Чжао Чэнши долго молча смотрела на нее, пока взгляд не скользнул ей за спину: из леса к ним приближалась черная волна, а перед ней бежало множество монстров вперемешку с хранителями.
Чжао Чэнши вдруг рассмеялась. С каждым словом из уголков ее губ вырывалась кровь.
— На самом деле, у меня припрятано последнее стихотворение, весьма романтичное.
— Правда? Позволь мне послушать, может быть, в следующей жизни я стану учителем китайского языка.
Чжао Чэнши медленно встала с помощью Вэнь Я.
Монстры были совсем рядом. Чжао Чэнши подняла правую руку, легонько похлопала Вэнь Я по плечу, затем погладила ее по голове и улыбнулась одними окровавленными уголками губ.
— Бессмертный коснулся моей головы, даруя вечную жизнь через узы волос.
В этот момент все раны на теле Вэнь Я исцелились.
В ее дрожащих глазах отразилась бледнощекая Чжао Чэнши с ярко-алыми пятнами. Улыбнувшись, она показала большой палец и рухнула на землю.
Вэнь Я замерла, словно каменное изваяние.
Секунду спустя пустые тестовые листы разлетелись, подобно падающему снегу, вонзаясь в бегущих монстров.
Над Северным морем вились водоросли, бесчисленные листья вяли, падали в воду и превращались в монстров, которые почти сразу окутывались белым туманом.
Монстры, поглощенные дымкой, быстро превращались в лопающиеся кровавые цветы, окрашивая белизну в красный. Из тумана появилась высокая, красивая фигура с холодным выражением лица, десятки щупалец вырывались из-под кожи, открывая наполовину человеческий, наполовину уродливый монструозный облик.
Белый туман вздымался, превращаясь в ревущую бурю. Он сорвал гигантскую водоросль и одним укусом проглотил «Бедствие», сидящее наверху, однако в следующую секунду то вновь появилось невредимым.
— Мы с тобой — одного поля ягоды, неужели еще не понял? Я не могу убить тебя, а ты — меня, — «Бедствие» лучезарно улыбнулось, повернувшись к Тан Мину. — Что же до тебя, как я уже говорил, ты стал слабее, не вызываешь ни капли страха.
Тан Мин перешагнул через груду трупов и с улыбкой обернулся.
Позади него вновь взревел белый туман, поднимающий бурю, который охватил всю акваторию. Множество монстров мгновенно заморозились, замирая, включая «Бедствие» в воздухе.
Улыбка застыла, и только глазные яблоки продолжали безумно вращаться.
Туман окутал тело Тан Мина, ласково придерживая подол его пальто. Тан Мин поднял испещренные ранами руки, и кровь браслетами обвилась вокруг запястий, превращаясь в красные нити. Длинные пальцы согнулись и натянули золотую тетиву лука.
Стрелы с острыми наконечниками были направлены на огромную водоросль. Оставляя за собой золотой шлейф, она прочертила в кроваво-красном небе дугу, в мгновение ока пронзила «Бедствие» и разорвала растения, тянущиеся с неба ко дну!
Чрезвычайно яркий свет пробился сквозь лед — «Бедствие» на месте превратилось в кровавую лужицу, а водоросли, задрожав, медленно растаяли.
Мир погрузился в тишину, кроваво-красные облака исчезли, возвращаясь к своему первоначальному цвету.
Тан Мин, не мигая, уставился в небо. Лю Вэйгуан подошел к нему, приподняв его кровавые руки.
Тан Мин, все еще держа длинный сияющий лук, с улыбкой повернулся к нему.
— Время снова повернулось вспять, а эта штука все так же хороша.
Лю Вэйгуан ничего не сказал, наклонился и расцеловал его запястье. Когда поцелуи прекратились, кровотечение остановилось.
Тан Мин поднял глаза и осторожно ткнул в его лицо пальцем.
Лю Вэйгуан хотел было ответить, однако позади него огромные водоросли мгновенно соединились воедино. На листьях, без всяких эмоций, стояло «Бедствие».
Глаза Тан Мина сузились, Лю Вэйгуан тут же обернулся, и белый туман защитил их.
Обдуваемое морозным ветром, «Бедствие» посмотрело на них сверху вниз, махнуло рукой и продемонстрировало кривую улыбку.
Над его головой в небе открылась глубокая расщелина, внутри которой простиралась бесконечная Вселенная. Звезды мерцали во мраке, как зрители, снисходительно глядящие на Землю.
В тот момент, когда поле зрения заволокло звездное небо, Тан Мин вдруг согнулся, пронзенный сильной болью, словно его разрывало на куски. Тело залилось кровью, а зубы сжались так сильно, что грозились превратиться в пыль.
Холодный пот попал в глаза, в голове гудело, будто воспоминания насильно вырывались из потаенных глубин. Пронзительный голос проник в уши, нашептывая, что это звездное небо не принадлежит этому миру — оно извне, из опасных мест.
В тот момент он ничего не слышал и не чувствовал, кроме громкого голоса.
В следующую секунду одна из звезд на высокой скорости двинулась к ним, преодолевая сотни тысяч километров, окутанная смертоносным дыханием, способным стереть в порошок все живое. Вслед за гулом в ушах, разрывающим барабанные перепонки, она двигалась вниз, как длинный меч, желающий пронзить Землю из космоса. Острие было направлено прямо на Тан Мина, стоявшего в центре Северного моря!
Мир внезапно погрузился в тишину.
Тан Мин изо всех сил старался избавиться от сильной боли. Зрачки застыли, когда он в удивлении распахнул глаза.
Длинный меч упал с неба, пронзив тень, странную, которой до этого не было, перед ним.
Бесчисленные щупальца обвили острие, они плавились и тут же отрастали, отражая саморазрушительный удар меча. Липкая темно-красная жидкость потекла вниз, и в сердце огромного монстра появилась ужасная дыра, разрезавшая почти все тело.
Чудовище пошатнулось и упало, но продолжало выполнять роль непреодолимой стены, защищающей его человека.
Лицо молодого человека проступило сквозь остатки плоти монстра. Пара изумрудных глаз все еще сохраняла тепло и яркость, держа лицо Тан Мина единственным оставшимся щупальцем.
— А-Мин, не грусти, — низкий голос донесся до ушей Тан Мина, словно нежный поцелуй. — Мне не больно.
Зрение Тан Мина заволокло красным.
Он прикрыл глаза и дрожащими руками погладил холодное лицо. Боль в сердце была настолько сильной, что он едва мог дышать.
На высоте «Бедствие» равнодушно взирало на эту сцену. Звезды над головой замерцали, и еще одна звезда бросилась вниз, превратившись в длинный темный клинок.
В тот момент Тан Мин распахнул глаза. В них полыхало серебристо-голубое пламя, подобно сверкающей луне, отражающейся в морской глади.
Борьбу мира, рев бесчисленных судеб — и чистый голосок из самого сердца.
Спустя долгие годы тот снова зазвучал в его ушах.
Под гнетом катастрофы, нависшей над планетой, перед рушащимся небосводом, раздался тихий шепот Тан Мина.
— Ты не принадлежишь этому миру, ты — вторженец извне, и я должен стать барьером для этого мира.
Когда планета оказалась на грани вымирания, все его заблокированные воспоминания наконец вырвались.
Тан Мин медленно встал, в пылающих серебристо-голубых глазах отражалось кроваво-красное небо. Черно-красное пальто развевалось на ветру.
В следующее мгновение огромная синева вытянулась у него из-за спины. Он накрыл ей небо и моря, пустыни и пустоши, от крайнего северного моря до крайнего южного леса, расстилался над головами всех живых существ, населяющих Землю, и мягко окутывал плечи монстра перед ним.
Небесный купол, окутавший весь мир, барьер, защищающий голубую планету, был воздвигнут им вновь.