Труп бывшего заговорил — Глава 5: Кто несет чушь?
— Брат, — мягкий, низкий голос Лю Вэйгуана донесся до ушей Тан Мина, словно у ребенка, совершившего ошибку. — Извини, я грязный.
— Все в порядке, ты не грязный, — Тан Мин осмотрел глубокую рану на руку, его глаза потемнели.
Молодой человек уткнулся лицом в его плечо и медленно потерся, руки свисали вдоль, он навалился на него всем телом, напрягая мышцы.
— Как выглядит человек, который причинил тебе боль? — Тан Мин обнял и погладил его по спине, холодно расспрашивая.
— Я этого не делал! — Прежде чем тот успел заговорить, у входа раздался сердитый крик — Бай Буши тяжелыми шагами ступил на ковер и сжал кулаки. — Только что здесь никого не было… что это у тебя в руках?!
Выражение его лица внезапно стало сердитым, он уставился на левую руку Лю Вэйгуана, где на бледном и тонком среднем пальце сверкало прелестное темно-синее кольцо.
— Ты украл сердце русалки? И подарил его ему?!
— Украл? — Уголки губ Тан Мина изогнулись в ироничной улыбке, когда пальцы Лю Вэйгуана прошли сквозь его, виртуозно переплетаясь. — Бай Чжисин не учил тебя, что значит «вернуть вещь ее законному владельцу»?
Казалось, мерцание кольца обожгло ему глаза, и красивое личико Бай Буши исказилось.
— …Неудивительно, неудивительно! Я думал ты сфабриковал его смерть, а оказывается, он действительно мертв! Тан Мин, ты правда не можешь отпустить мертвеца?!
Запястье Тан Мина вдруг сжали, он опустил глаза и увидел, как у владельца руки появилось пустое и беспомощное выражение.
— А-Мин… он говорит обо мне? Я уже… мертв?
— Тан Мин! Ты создал монстра собственными руками! Он воскрес из мертвых и из человека превратился в монстра! Как думаешь, он такой же, как раньше?! — Пока Тан Мин молчал, Бай Буши громко расхохотался и наклонился к нему.
— Даже если он мертв, ты хочешь, чтобы он был рядом с тобой?! Он тебе настолько сильно нравится?! — Сквозь слезы он выдавил улыбку и стиснул зубы.
Тело Лю Вэйгуана незаметно замерло, пустоту и беспомощность как рукой сняло, его глаза пристально посмотрели на Тан Мина, будто хотели проникнуть в глубины его сердца.
— Лю Вэйгуан есть Лю Вэйгуан, и он останется неизменным от начала до конца, — Тан Мин посмотрел на искаженное лицо, но не рассердился, а усмехнулся. — Что же до тебя, я дерусь с обычными людьми, убирайся.
Услышав сдержанные слова, Бай Буси воспылал ненавистью.
— Ты груб со мной?! Из-за этого мелкого ублюдка…
Ветер ударил его по носу, и осколки стекла поднялись один за другим. Бай Буши был в оцепенении две секунды, прежде чем осознать, что падает с высотного здания, насчитывающего двадцать этажей.
По небу прокатился крик ужаса, фигура яростно боролась, но, как муравей, подхваченный ветром, он ничего не мог поделать, ему оставалось только наблюдать, как земля становится все ближе и ближе—
Ветер резко стих, и голов Бай Буши оборвался.
Холодный пот выступил на кончике белокурого носа и капнул на плитку под высотным зданием. В паре испуганных глаз отчетливо отражались искусно вырезанные линии между плитками, на расстоянии менее чем трех сантиметров.
Бай Буши чувствовал, как тело застыло в воздухе под воздействием невидимой силы, не мог пошевелиться. Земля была настолько близко, что смерть хлопала его по плечу, зрение помутилось, и он не смог вымолвить ни слова.
В кабинете Тан Мин бросил маленькую аптечку рядом с Лю Вэйгуаном и умело достал бинты и йод.
Лю Вэйгуан молча положил руку на колени.
Ранее, прежде чем лечь спать, Тан Мин заметил, что тонкая линия на шее парня поблекла, а раны на теле почти зажили. Но не успели они восстановиться, как появилась новая.
Он несколько раз осмотрел руку, слегка нахмурившись.
— Это не больно, — шепотом сказал Лю Вэйгуан.
— Мне больно, — Тан Мин с безучастным видом обработал рану.
— Не будет больно, если поцелуешь, — Лю Вэйгуан приблизился к его лицу, понижая голос.
Тан Мин закрыл ему рот повязкой.
Лю Вэйгуан, не сказав ни слова, послушно сел и посмотрел на мужчину.
Тан Мин легонько ущипнул его красивое лицо, и только собирался убрать руку, как услышал следующие слова:
Тан Мин: Отлично, снова сводит счеты со мной.
Конечно, он знал, почему Лю Вэйгуан звал его так — должно быть, он с самого начала подслушивал его разговор с Бай Буши, и там промелькнуло «брат».
— Ты так раньше меня звал, забыл? — Сказал Тан Мин, не меняясь в лице.
— Брат, — Лю Вэйгуан помолчал две секунды и тихо позвал.
— Мне нравится слушать, позови еще дважды, — Тан Мин вздернул подбородок.
— Брат, милый, — Лю Вэйгуан потер подбородок пальцами, прилипчиво глядя на него.
На лице Лю Вэйгуана снова появилась обида.
Он обнаружил, что его парень становится все более и более опытным в подобных вещах.
Очевидно, раньше, когда он в шутку просил называть себя «братом», Лю Вэйгуан молчал, самое большее, подходил и целовал.
Лю Вэйгуан подождал немного и обнаружил, что Тан Мин холоден и равнодушен: сказал не целовать — значит никаких поцелуев. Тогда он с унылым видом наклонился и потерся своим губами о его.
— А-Мин знает много людей, — он слегка прикусил мягкие и теплые губы Тан Мина, его голос стал тише, будто без эмоций. — Многим… нравится А-Мин.
Тан Мин рассмеялся, и уголки его прекрасных глаз слегка приподнялись, так что немигающий взгляд Лю Вэйгуана был прикован к нему.
— Разве ты не хочешь спросить, каким человеком ты был раньше? — Тан Мин умело перевязал ему руку.
— Какой я человек по мнению А-Мина? — Лю Вэйгуан благовоспитанно поморгал.
Осколки стекла в гостиной были убраны, Тан Мин не спрашивал, кто только что ворвался, ранил его и даже не попался ему на глаза. Он никогда не задавался вопросом, почему Лю Вэйгуан уволился два месяца назад и каждый день делал вид, что уходит из дома работать, почему он поехал один на окраину города без видеонаблюдения, почему—
Почему файл о «Лю Вэйгуане» пустой, в нем нет ни записи о рождении, ни жизненного пути?
Прошлое обычного человека вообще не является секретом для хранитеей, но «Лю Вэйгуан» исключение. Будь то компания, штаб или властитель-хранитель, никто не может раскопать его прошлое.
Но для Тан Мина это не проблема. В конце концов, его парень — всего-навсего невинный, прилипчивый и жалкий возлюбленный.
В этот момент его парень легонько потирался своим лицом, ледяным и прохладным, напоминая мокрого щенка в дождливый день.
Лю Вэйгуан замер и рассеяно выглянул наружу.
— Это поменять окно, — Тан Мин хлопнул по голове, уткнувшейся в его плечо, и с улыбкой сказал.
Как только мастер по техническому обслуживанию вошел в квартиру, почувствовал в воздухе прохладу и неописуемый холодок. Хотя молодой домовладелец был вежлив, он не осмеливался задерживаться подольше и работал быстрее обычного.
Вскоре окно было заменено на новое, солнце село на западе, и река вдалеке окрасилась в последние лучи заката и отразила тысячи огней, усыпанных будто звезды.
При ярком свете Тан Мин откинулся на спинку дивана и позвонил по телефону, одновременно помогая Лю Вэйгуану поменять шторы и ковры в спальне на новые.
Лю Вэйгуан сновал взад-вперед между спальней и прачечной со сменными занавесками, слушая, как Тан Миг общается с кем-то и говорит «штаб», «хранители», и время от времени добавляет неизвестные имена.
Лю Вэйгуан несколько раз обошел вокруг стола и, прежде чем звонок завершился, молча подошел к нему, обнял за талию и сильно прижал к себе.
Тонкие пальцы Тан Мина пробежались по темным волосам и немного поигрались с ними. Что-то объяснив в нескольких словах, он отложил телефон и взглянул в пару темно-изумрудных глаз.
— Что, планируешь снова постучаться в мою дверь, а потом притвориться, что исчезаешь?
Лю Вэйгуан, не сказав ни слова, опустил глаза и едва коснулся его губ своими.
Этот поцелуй нес в себе томную пошлую привязанность. Молчаливое согласие Тан Мина позволило Лю Вэйгуану постепенно углубляться, холодная ладонь прижалась к талии, снова и снова обводя плавные стройные линии.
Тан Мин откинулся назад, линия от подбородка до кадыка образовала красивую дугу, его спина вплотную прижалась к ладони Лю Вэйгуана, которая тут же оказалась схвачена.
— Только перевязал, не хочу, чтобы твоя рана снова открылась.
— Брат будет двигаться, не я, — Лю Вэйгуан склонил голову набок.
— Хорошая попытка, — Тан Мин довольно улыбнулся и похлопал его по лицу.
После он увидел, что его парень повесил голову, словно настоящая собака, промокшая под дождем.
— … — Тан Мин смотрел на него две секунды, затем погладил его по голове, как ни в чем не бывало. — Поговорим об этом позже.
Лю Вэйгуан быстро поднял голову, только собирался заговорить, как телефон Тан Мина завибрировал, и пришло несколько сообщений.
[Капитан Мин, все так, как ты думал, компания только что объявила внешнему миру, что ты украл сердце русалки, предал компанию и был исключен]
[В настоящий момент в Цзянь десять хранителей, шесть из которых прошли через вторую эволюцию, они располагаются не более чем в десяти километрах от твоего дома, вот координаты]
Весть пришла от Чжао Чэнши. Следом появился сердитый маленький красный эмодзи.
[Это не я нагнетаю раздор, как и наш главный штаб никогда бы не сделал такое, не перевернул все с ногу на голову, не отличая добро от зла, и не перекрывал себе главный кровеносный сосуд!]
Тан Мин улыбнулся и покачал головой. Вместо того, чтобы открыть официальный документ, присланный Чжао Чэнши, он обернулся к Лю Вэйгуану и сказал:
— А-Мин, может быть, я сделал что-то не так, и они недовольны мной? — Лю Вэйгуан положил подбородок ему на плечи и слегка потерся.
— Конечно, это не твоя вина, а их.
Лю Вэйгуан продолжил тереться.
Тан Мин отвлекся, и большое тело прижало его к дивану, холодное дыхание касалось шеи.
— Раньше я не замечал, что ты такой прилипчивый.
— … — После недолгого молчания мягкий и низкий голос Лю Вэйгуана прозвучал у него над ухом. — Я был раньше плохим, вот почему А-Мин ушел от меня?
Снаружи раздался тихий треск, словно кто-то нажал на кнопку выключателя, и сверкающие огни города одни за другими погасли, осела тьма. Несколько вдохов, и все здания в пределах видимости были окутаны непроглядным туманом — все освещение погасло.
— От меня научился? — Тан Мин оглянулся на давящего на него Лю Вэйгуана.
Тот ничего не ответил, просто пристально глядел в окно, его бледное и красивое лицо в темноте, казалось, отливало холодом, как у злобного зверя, готового напасть в любой момент.
Затем послышался ясный и спокойный голос.
— Я ушел, потому что не хотел впутывать тебя.
Лю Вэйгуан резко мотнул головой и встретился взглядом с глазами, ясными, как луна, даже в темноте, и услышал продолжение его слов:
Люстра в гостиной разлетелась, и в квартире полностью воцарилась тишина.
За пределами дома, увидев, что единственный источник света погас, молодой человек с голубыми волосами, сидевший на корточках, лениво встал и потянулся.
— Это так скучно, даже подраться не с кем, — он обернулся, посмотрел на темную завесу, окутывающую весь квартал, и развел руками. — Сердце русалки принадлежит мне, без сомнений, возражений ведь нет?
Вокруг воцарилась тишина, и молодой человек рассмеялся.
— Тан Мин ваш. Меня не интересуются отходы, которые не способны эволюционировать дважды. Через три минуты я заберу свое и уйду.
Он, напевая неизвестную мелодию, вальяжной походкой вошел в темное высотное здание.
За пределами здания по-прежнему стоял тишина, и лишь несколько секунд спустя раздался едва уловимый вздох.
— «Чистильщик» выбрал не ту профессию, всего за десять секунд он поглотил десятую часть Цзянь. Сила нового поколения оказалась более преувеличенной, чем я думал.
— Новое поколение против старого, конец Тан Мина близок.
Пространственные способности когда-то считались высшими силами, до того как после второй эволюции появилась более мощная способность, именуемая хранителями «законообразной». В мире существует всего пять законообразников, и в Китае такой один — Ся Фэйлин из компании.
Тан Мин раньше считался номером один в круге хранителей, и одной из причин была его принадлежность к простарнственному типу. Однако пространственные после второй эволюции значительно превосходят прежних пространственников, и это общепризнанное мнение.
— Как жаль, если бы он остался в компании, господин Бай дал бы ему второй шанс на развитие. Он действительно посчитал себя настолько великолепным, что осмелился отвернуться от компании, — кто-то ядовито произнес.
— Компании не нужно принимать меры против него, «Чистильщик» сам уничтожит его.
Внезапно упал луч света, полностью осветивший говорившего, и его лицо изменилось.
Уличные фонари, погашенные тьмой, загорались один за другим, и свет распространялся по длинной улице, по всему кварталу. Фигуры в тени были вынуждены показаться. На лицах большинства отразилось удивление и шок, они одновременно посмотрели вверх—
Темнота, окутывающая одну десятую Цзянь, быстро разлетелась, уступив место безбрежной темно-синей пустоте, которая была глубже и чернее ночи, словно огромный океан развернулся в небе, бездна обрушилась с небес, затмив весь ночной небосвод.
Огни города загорались, сверкающие пояса света сливались в неиссякаемую реку, и только бескрайняя темная синева по-прежнему нависала над городом, занимая место на небе и возвышаясь над всеми существами.
Из ниоткуда послышался приятный голос:
— По меньшей мере половина Цзянь была перекрыта…
Остальные по-прежнему хранили молчание, и в наступившей тишине до них донесся шум шагов, становящихся все ближе.
В ночи из-под высотного здания вышел молодой человек в темно-черном пальто, когда подол пальто развевался, обнажалась темно-красная подкладка, как огонь, горящий во тьме.
Если бы он не тащил одной рукой молодого человека, похожего на труп, то казалось бы, что он грациозно и бесстрастно прогуливается по собственному саду.
Все звуки умолкли, глаза зрителей широко раскрылись от удивления, пока молодой человек не оказался прямо перед ними, опустив свои серебристо-голубые глаза, насмешливо улыбаясь.