Труп бывшего заговорил — Глава 6: Большой апельсин
Ночной ветерок гулял по темно-синему небу, огни города ярко сияли, под высотными зданиями черно-красное пальто развевалось со всей беспечностью.
Перед людьми с пространственными способностями стоял молодой человек с резкими чертами лица, его глаза отливали серебристо-голубым в ночи, подобно острому лезвию, преломляющему лунный свет.
В схватке хранителей, если в бой вступает один против троих и более, он оказывается в невыгодном положении. В такой крайне неблагоприятной ситуации всеми известный капитан Мин не только не убежал, наоборот, сам спровоцировал их.
— …Капитан Мин, каким бы могучим ты ни был, ты один. Если отдашь сердце русалки, мы все останемся целы, — хранитель говорил медленно, глаза остальных сияли от решимости, никто не собирался отступать.
— Мне очень любопытно, кто же дал вам такую уверенность? — Заговорил Тан Мин.
— Ты слишком долго был оторван от цивилизации, у нас появилось шесть новых поколений, каждое из которых пробудило две способности. Возможно, некоторые и уступают тебе, но если объединятся, или подойдет Ся Фэйлин, ты окажешься в невыгодном положении, — хранитель не рассердился, лишь спокойно ответил.
— Вот в чем дело, — Тан Мин тихо рассмеялся и зааплодировал.
— Ты выбрал неверный путь! Давайте уже сделаем это! — Хранитель глядел в его лишенные ряби глаза, нахмурился и вдруг воскликнул.
Несколько минут назад он пребывал в приподнятом настроении, воображая, что находится в выигрышной позиции против старого поколения. В конце концов, до него почти все битвы дважды эволюционировавших с «предшественниками» заканчивались разгромом.
В результате действительно ждал разгром, и они стали теми, кого раздавили.
Как человек, обладающий пространственными способностями, он обладал острейшим восприятием, и поэтому в этот момент даже не смел открывать глаза и встречаться с безбрежной глубинной синевой со всех сторон.
«Запретная зона» способность S класса, принадлежащая исключительно Тан Мину. Всего лишь одного взгляда было достаточно, чтобы его пространственную область «Черная Бездна» уничтожили.
— Не буду терять времени, член семьи все еще ждет меня.
Несколько хранителей переглянулись, и один из них внезапно сложил ладони вместе.
Неожиданно земля задрожала, и по асфальту потекла вязкая кровь. Одновременно вступили в бой еще несколько человек, и на ровной поверхности образовалось торнадо, а под мигающими уличными фонарями поползли искаженные тени.
Тан Мин взглянул на дрожащие здания вдалеке, выражение его лица едва омрачилось. Полы его пальто не колыхнулись, лишь серебристо-голубое свечение загорелось ярче, словно полярное сияние, разделяющее вечную ночь.
Темная синева отбрасывала огромные волны во все стороны, сосредоточившись вокруг него, и величественный серебренный отлив прорезал черное небо, будто отражая Млечный Путь.
Все аномальные шумы в его ушах мгновенно стихли, и люди с «неверного пути» тут же покрылись холодным потом от ужаса.
Дело не в том, что они вдруг стали обычными людьми, нет, «Запретная зона» Тан Мина предотвращал использование всех их способностей и подавляла их!
Лу Цуо отчаянно призывал свои силы, надеясь получить отголосок, однако это ничем не отличалось от камня, брошенного в море, отчего его тело похолодело.
— …Хахаха, капитан Мин, кажется, между нами возникло какое-то недоразумение, — первый действовавший хранитель застыл на месте, медленно опустил рук, выдав сухой смешок. — Может, нам сделать шаг назад, и сегодня ограничиться этим?
— Я выгляжу как человек с хорошим характером? — Тан Мин тоже усмехнулся.
— Подождите минутку, капитан Мин! Мы приносим свои извинения… А!!
Лу Цуо молча заткнул уши, пытаясь уменьшить свое присутствие.
В прошлом году он был доволен тем, что эволюционировал во второй раз. В конце концов, не каждому дано пробудиться, он считал себя сыном небес и заслуженным новым королем… Но сегодня он обнаружил, что некоторым вообще не нужна вторая эволюция для того, чтобы быть выше других.
Когда Чжао Чэнши прошла две улицы, увидела восемь-девять парализованных людей на земле, у всех из которых пропала любовь к жизни, они напоминали соленых рыб, потерявших мечту, некоторые считались известными личностями.
Она была поражена до глубины души и тут же подбежала к Тан Мину.
— Как раз вовремя, пожалуйста, закончи за меня, — Тан Мин поправил манжеты и небрежно перешагнул через хранителя, который не мог подняться.
— Кстати, капитан Мин, Чэнь Янь из компании приходил к тебе? — Чжао Чэнши с улыбкой кивнула и достала телефон.
— А? — Тан Мин, который уже собирался идти обратно, повернулся.
— Кто-то нашел его у реки полчаса назад, еще живой, но наполовину искалеченный, — Чжао Чэнши показала ему экран телефона.
— После проверки выяснилось, что у него отняли одну способность, — Чжао Чэнши дважды кашлянула.
— Чэнь Янь эволюционировал во второй раз шесть месяцев назад, и как человек с двойными способностями, он очень силен. В тот день в городе никого сильнее тебя не было — конечно, мы знаем, что это точно не ты.
— Среди известных отечественных и зарубежных хранитеей никто не обладает способностью поглощать чужие. В настоящий момент мы предполагаем, что это нападение чужеродного вида, определенно такого, который ранее никогда не появлялся, чрезвычайно опасный, способный насильно «поглотить» человека.
— В тот день у реки действительно был зафиксирован необычный сигнал, довольно слабый, который должен отражать очень слабое существо, которое не могло навредить ему, — Чжао Чэнши следила за выражением лица человека напротив и неторопливо говорила.
— Возможно, это все из-за нестабильности второй эволюции, — тихо сказал Тан Мин.
— Да, в конце концов, мимо тебя не пройдет ни один чужеродный вид, — Чжао Чэнши выдержала паузу, и слегка приподняла уголки губ.
Под методичной журчание воды, на цветочной клумбе общины тихонько сидел Лю Вэйгуан, глядя на вход в здание.
Вдруг тени, окружающие цветочную клумбу, колыхнулись и заволновались, как прилив, и из тьмы вышел человек. Бай Буси держал в руках сверкающее хрустальное ожерелье и холодно смотрел на Лю Вэйгуана.
Как младший брат человека, ответственного за компанию, он некомпетентный, однако у него много хороших вещичек от старшего брата. Ожерелье в его руках — артефакт S класса, он может уберечь от смерти и перемещать его на определенные расстояния.
Тан Мин скоро потерпит поражение, он уже организовал группу людей, чтобы его отвлечь и ликвидировать кое-какой мусор.
— Сердце русалки, артефакт S класса, может возвращать мертвых к жизни в иной форме, однако у него есть огромные побочные эффекты, — Бай Буси взглянул на Лю Вэйгуана, как на вещь, и подбросил ожерелье в руке. — Чем дольше это будет длиться, тем больше ты будешь похож на монстра. Как долго, по-твоему, Тан Мин сможет терпеть тебя? Без этой оболочки ты ничто.
Лю Вэйгуан ничего не слышал, все еще бесстрастно глядел на вход в здание, будто ожидая, когда его заберут.
Бай Буси внезапно расстроился.
Он часто игнорирует других, но как смеет этот ублюдок поступать так с ним?!
—Ты думаешь, что у него действительно есть к тебе какие-то чувства? Ты просто полезен ему, — он крепко сжал украшение и рассмеялся.
— Сейчас он здесь, потому что мягкосердечен и испытывает чувство вины перед тобой. Когда он узнает, кто ты на самом деле, думаешь, это чувство вины будет иметь вес?
— Он оставит тебя без оглядки, как и в прошлый раз!
Лю Вэйгуан медленно повернул голову и уставился на него.
Ладонь Бай Буси заныла, и он был потрясен, обнаружив, что хрустальное ожерелье разлетелось на мелкие осколки, а его ладонь кровоточила.
Тень человека, до этого тихонько сидевшего на цветочной клумбе, встала на дыбы и за пару мгновений вытянулась, искривилась и стала чужой.
Цветочная клумба слегка затряслась, и белый туман заполонил и окутал небольшое пространство.
В окружении холодного тумана Бай Буси рухнул на землю, отполз назад, держась за горло, отчаянно кашлял, не в силах издать ни звука, будто его голосовые связки были обрезаны.
Пугающая и омерзительная тень двинулась по земле, Бай Буси беззвучно закричал, его глаза закатились, как будто он увидел самую страшную вещь в своей жизни.
Бескрайняя синева, окутывавшая Цзянь, рассеялась, и под звездным небом Тан Мин сделал несколько шагов.
Лю Вэйгуан все также тихо сидел на цветочной клумбе, одетый в мягкий вязанный свитер, украшенный россыпью кровавых пятен на манжетах и подоле, которые было трудно обнаружить, не приглядевшись повнимательнее.
Тан Мин сделал два шага, закатал манжеты, приподнял подол, несколько раз проверил его и убедился, что новых ран нет, прежде чем спросить:
— Жук, — Лю Вэйгуан посмотрел на него с тем же выражением и выплюнул одно слово.
— Пойдем домой, — Тан Мин выгнул брови и больше ничего не сказал, только взъерошил его прохладные черные волосы.
Услышав это, Лю Вэйгуан загорелся, взяла мужчину за руку, прижался лбом к его и дважды потерся.
Тан Мин повел его обратно, Лю Вэйгуан положил другую руку на тыльную сторону ладони, и синее чешуйчатое кольцо замерцало между пальцами.
— А-Мин, они все хотят эту вещь, это что-то драгоценное?
— Три или четыре года назад одна не слишком умная русалка хотел утопить город Цзянь, я как раз проходил мимо и решил с ней подраться, она не смогла меня одолеть, поэтому отдала свои самые ценные чешуйки, — Тан Мин провел кончиками пальцев по бледной руке и прямолинейно сказал.
— Позже Бай Чжисин сказал, что хочет позаимствовать их для исследования, поэтому я какое-то время хранил сердце русалки в компании.
Когда Тан Мин произнес имя «Бай Чжисин», Лю Вэйгуан опустил свои зеленые глаза, похожие на густой лес, наполненный дымкой.
— Он собирался присвоить вещи А-Мина.
— Оставь его, — Тан Мин нажал кнопку лифта и скучающе бросил.
— А-Мин поранился в Цзянь четыре года назад? — Лю Вэйгуан опустил голову и осторожно поправил черные пряди волос, упавшие на лицо.
— Какую русалку ты хочешь искать и сводить счеты? — Тан Мин улыбнулся, повернулся к нему лицом и покачал головой. — Она не могла победит меня, так о какой боли речь?
— Это мужчина? — Лю Вэйгуан слегка сжал его руку.
— А что, — Тан Мин рассмеялся, — а я тебе не скажу.
Лю Вэйгуан сделал печальный вид и посмотрел на него жалостливо.
— Разве ты тогда не был в Цзянь? Никакого впечатления? — Он ущипнул своего парня за подбородок.
— Я не помню, — Лю Вэйгуан покачал головой и послушно ответил.
— О… — Тан Мин кивнул. — Забыл, что у тебя амнезия, все в порядке, рано или поздно вспомнишь.
— Они все плохие, —Лю Вэйгуан серьезно кивнул, без всякого выражения. Он встал перед Тан Мином, посмотрел ему в глаза и четко произнес слово за словом. — Я буду защищать А-Мина.
Тан Мин ничего не сказал, встретившись с ним взглядом, просто вышел из лифта, держа его за руку, и вернулся домой. Когда дверь за ними закрылась, он зацепил его воротник, потянул вниз и поцеловал холодные и лишенные дыхания губы.
Ваза в коридоре покачнулась, и черно-красное пальто упало на пол.
Тело Лю Вэйгуана казалось немного обжигающим. Он обхватил талию Тан Мина одной рукой и прижал к двери, его широкие плечи прижимались к нему, заставляя положиться на его руки, потирающие тонкую и гладкую линию талии.
— А-Мин, — он коснулся губ мужчины и хрипло позвал. — Можно…
В гостиной Тан Мин попросил подавленного Лю Вэйгуана сменить окровавленный свитер и перевязать руку.
Тот сидел молча очень близко, время от времени наклоняясь, чтобы прикоснуться к его губам или потереться об его лицо — только тогда Тан Мин щупал его ногу.
— По идее, проснувшись, ты должен был стать русалкой, а в итоге даже чешую не признаешь, — Лю Вэйгуан сжал пальцы и тыльную сторону его ладони, когда услышал мелодичный голос.
— А-Мин любит рыбу? — Лю Вэйгуан посмотрел на себя сверху вниз.
— Предпочитаю котов, завтра пойду и заберу одного домой, — уголки рта Тан Мина приподнялись.
Как только его голос стих, Лю Вэйгуан прижал его к груди. Он ничего не говорил, просто крепко обнимал.
— …Нельзя, — спустя время он услышал низкий голос. — А-Мину не разрешается приносить других домой.
— Вот как, — Тан Мин улыбнулся и потянулся к его спине. — Это твой дом, ты главный.
Лю Вэйгуан, казалось, хотел что-то сказать, но в конце концов смолчал.
Он, не говоря ни слова, зарылся в волосы Тан Мина подбородком, некоторое время потирался, а затем наклонил голову и поцеловал его. От уголков бровей к переносице, губам и подбородку, он оставлял нежные поцелуи, спускался к кадыку и ключицам.
— Пойдем в комнату, — Тан Мин опустился на диван, слегка приподнявшись, после чего добавил. — Нельзя на ковре.
Лю Вэйгуан молча укусил его, и ледяные губы прижимались к нему снова и снова.
Тан Мин: Отлично, снова притворяется глухим.
Звезды померкли, город уснул, берега реки окунулись в лунный свет, и волны растекались, словно снег.
— Брат, — Лю Вэйгуан погладил Тан Мина по лбу и поцеловал его влажные ресницы, — хочешь притормозить?
Тан Мин проигнорировал его, но Лю Вэйгуан намеренно замедлился, сжал запястье хладными пальцами, переплел их вместе и неторопливо потерся.
Лю Вэйгуан наклонился и поцеловал его, прежде чем услышать прерывистый шепот:
— Не говори глупостей, если не насытился, просто…
Не успел он закончить, как его заткнули.
Тан Мин подметил, что его парень любит бухгалтерию больше, чем раньше, и заботится о ней всю ночь, получив от него одно небрежное слово.
Он говорил, что ему все равно, но продолжал крепко прижимать его к себе, снова и снова спрашивая, сыт ли он.
За занавесками поблескивал слабый солнечный свет, в комнате по-прежнему было жарко. Тан Мин опустил ресницы, и его мягкие черные волосы упали на красноватые уголки глаз.
Лю Вэйгуан валялся на кровати, заключая его в свои объятия. Как только они покинули ванную, он продолжал чувствовать слабый сладковатый запах апельсина, исходящий от тела другого мужчины.
Тан Мину показалось, что большой холодный апельсин трется о него и бесцеремонно кусает.
Апельсин в самом деле еще и кусается.
— Ты спишь в гостиной, — Тан Мин, не поднимая глаз, сказал.
Это дом, купленный Лю Вэйгуаном до их встречи, квартира площадью двести квадратных метров на берегу реки с одной спальней.
Лю Вэйгуан, казалось, ничего не слышал. Он крепче обнял его, обхватил руками и ногами и ласково прижался к лицу. Между ним почти не было расстояния.
— Сегодня готовишь ты, я не хочу утруждать себя заказом еды, — Тан Мин закрыл глаза и через некоторое время заговорил.
— Хорошо, — голос был уверенный и мягкий.
— Иди спать на диван, — Тан Мин вновь повторил.
Лю Вэйгуан зарылся лицом в его волосы и бездельничал, тихий и воспитанный.