Поздняя осень — Глава 83: Динозавров можно усыпить
— Да, работай еще, еще усерднее, сломаешь железные ворота — продадим тебя и купим новые, — Ши Цюси взглянул на Дамэйню, который «бомбардировал» железные ворота, и угрожающе помахал пальцем.
— Ууу… — Дамэйню поджал хвост, уши прилипли к голове. Шуэсяохо, наблюдавшая за происходящим, спустилась с дерева и потерлась о штанины Ши Цюси.
— Я знаю, сейчас приготовлю для тебя еду, — Ши Цюси погладил ее по голове, краем глаза заметил, что Дамэйню погрустнел, вздохнул и похлопал собаку по спине. — Хватит, целыми днями только и делаешь, что в грязи валяешься, посмотри, какой чумазый.
Ши Цюси достал из кармана салфетки и стер с мордочки и спины Дамэйню грязь.
Вымытый Дамэйню молча и послушно лег под стол в гостиной, закрыв глаза и ожидая ужин.
—Тц, жизнь со стариками и детьми совсем не сахар, — Сюй У отошел в сторону понаблюдать, когда Ши Цюси завел его в дом и усадил смотреть телевизор.
— Тебе нужно дописывать рукопись? Если нет, помоги мне, — Ши Цюси бросил эти слова и спрятался на кухне, прежде чем Чи Ван ответил.
Чи Ван бросил пальто на диван в гостиной, расстегнул запонки рубашки и закатал рукава.
— Да ладно, кумир, зачем так закатывать рукава? Ты же всего лишь готовишь корм для животных, — Сюй У шуршал пачкой картофельных чипсов, пока Шуэсяохо храпела у него на коленях.
— …Ты прав, — Чи Ван молча опустил рукава наполовину.
Мысль о том, что он останется наедине с Ши Цюси, необъяснимым образом заставила понервничать.
Хотя он бесчисленное множество раз делал это, сейчас все было по-другому.
Раньше он был спокоен и открыт, а сейчас…
— Где ты шляешься? Иди скорее сюда! — Ши Цюси высунул голову из кухни и громко воскликнул.
— Иду! — Чи Ван, подпрыгивая, словно танцуя брейк-данс, вошел.
Сюй У с довольным видом выключил камеру.
Кумир есть кумир, даже его походка необыкновенная.
— Каждый день только ешь и спишь. Стоит попросить тебя о чем-то, как ты пропадаешь на восемьдесят лет, — Ши Цюси сердито посмотрел на Чи Ваня и сунул ему в руку брокколи.
— Кхм-кхм, Сюй У заболтал меня, — Чи Ван, не меняясь в лице, сделал Сюй У главным виновником.
— О чем вы говорили? У вас столько общих тем, наверное, здорово, — Ши Цюси искоса посмотрел на него.
— Разве ты сам не разговариваешь с Хуан Юном каждый день? Вчера ты ушел к нему в восемь, а вернулся только к одиннадцати, — Чи Ван взял брокколи и начал промывать под струей воды, из-за чего не было видно выражения его лица.
— Я был… — Ши Цюси вдруг захлопнул рот.
Я был чертовски взволнован, ясно?
Я не знаю, как ухаживать, а спросить не у кого. Не могу же я пойти и рассказать об этом Чжу-Чжу, он ведь до смерти перепугается.
А дома сижу — на тебя пялюсь, когда говорить начинаем, сразу язык заплетается.
Ши Цюси нахмурился и положил четыре яйца в кастрюлю.
Выхода не было, пришлось идти к Хуан Юну.
Только, когда они встречались, тоже просто сидели и смотрели друг на друга. Хуан Юн каждый раз включал канал с фильмами, они расставляли стулья и смотрели все подряд. Иногда попадались блокбастеры Marvel десятилетней давности, а иногда — третьесортные ужастики с глупым сюжетом.
Если сильно везет, смотрят аниме. Позавчера вечером Ши Цюси смотрел «Мишки-соседи».
Даже такое развлечение доступно не всегда.
Хуан Юн торопливо выпроводил его в одиннадцатом часу, и Ши Цюси медленно шагал домой, доходя только к одиннадцати.
— Что такое, у брата Хуана золото откопали? Каждый день копаешь, чтобы разбогатеть? — Чи Ван выложил промытую брокколи на доску и вытер воду о фартук Ши Цюси.
— …Если бы я действительно хотел копать, я бы первым делом, сев за руль экскаватора, стал бы вычерпывать воду из твоей головы, — Ши Цюси похлопал Чи Ваня по руке.
Чи Ван нервничал, когда заходил на кухню, но после пары шуточек вдруг расслабился.
На самом деле нет смысла нервничать.
Чи Ван задумчиво смотрел на вихри на затылке Ши Цюси.
Даже не знаю, кто из них первым пробьет слой оконной бумаги.
Говорят, люди с двумя кудрями — упрямцы до мозга костей.
Интересно, упрямец будет тянуть с признанием до тех пор, пока им не исполнится по восемьдесят лет?
Или не будет никакого признания, и я просто надумываю.
Чи Ван опустил взгляд и улыбнулся.
На самом деле ему многого не нужно, пусть все останется как есть, без изменений.
— Тц, снова где-то далеко, великий писатель? Не мог бы ты пошевелить своими драгоценными пальчиками и принести мне большую миску? — Ши Цюси посмотрел на отстраненного Чи Ваня и вздохнул.
Иногда кажется, что у меня странный вкус: вместо того чтобы любить умника, полюбил дурака.
Нормальных людей преследовать легко, а вот дураков, наверное, нет.
— Я задумался о новом сюжете, — Чи Ван улыбнулся, достал из буфета миску и протянул ее Ши Цюси.
— Ты… сильно занят в последнее время, скоро выходит новая книга? — Ши Цюси налил в миску холодной воды и положил туда вареные яйца.
— Я не занят, — Чи Ван забрал яйцо и постучал по нему. — Я всегда свободен.
Яйца, промытые в холодной воде, идеально очищаются от скорлупы, даже такой неуклюжий человек, как Чи Ван, мог очистить несколько целиком одним махом.
Ши Цюси отсоединил сердцевину и, не задумываясь, скормил белок Чи Ваню.
Котята не переваривают белок, так что лучше кормить их только желтком.
— Тогда хочешь сходить в кино? — Ши Цюси раздробил оставшиеся три яйца и смешал с тушеной морковью и картофелем.
— Можно, — Чи Ван, облокотившись на плиту, смотрел на Ши Цюси.
— Хочешь или нет? Если да — пойдем, никто не будет заставлять тебя, если не хочешь, — Ши Цюси нахмурился, соскребая ложкой картофельное пюре со дна миски, отчего раздался треск.
— Хочу, завтра отведу тетю Ван, а потом сходим. Что хочешь посмотреть? Куплю билеты заранее, — Чи Ван уже открыл приложение для покупки билетов.
— Тц, что за спешка, — лицо Ши Цюси явно посветлело. — Выбирай сам, мне без разницы. Только найди кинотеатр поближе к больнице, а то такси будет хлопотно вызывать.
— Хорошо, тогда возьму два… нет, три. Тетя Ван пойдет с нами? — Чи Ван уставился на него.
— Тетя Ван? Не пойдет… Хотя постой, почему нет? — Ши Цюси тоже обернулся на него.
— Да ну вас, кто хочет на это смотреть? Темнота, ничего не видно. Меня как-то Чжу-цзы водил на фильм про демона-паука, так там кресла такие неудобные были, впивались прямо в задницу! Я еще подумала, а вдруг позади меня сидит какой-нибудь извращенец! — Тетя Ван активно махала руками и закатывала глаза, казалось, чуть ли не сотню раз.
— Массажное кресло? И что за фильм Чжу-цзы показывал? «Путешествие на Запад»? Откуда взяться демоническому пауку? — Ши Цюси включил поворотник и, улыбаясь, крутанул руль.
— Не знаю, как называется, снято иностранцами. Тощий, как палка, парень в трико в дурацкой маске, а когда руками машет, паутина появляется. Слишком уродливо, лучше бы дома сидела и слушала, как твой дядя поет, — тетя Ван поправила подушку под задницей и вздохнула.
— Это «Человек-паук», а не демон-паук. Услышали бы иностранцы — обиделись, — Ши Цюси не мог насмеяться. Неудивительно, что Чжу-цзы сводил ее в кино только раз.
— Человек-паук или демон-паук, мне без разницы, все равно ерунда, не пойду, — тетя Ван оглянулась на Чи Ваня, сидевшего на заднем сиденье. — Сяо Чи, гастроскоп, которого ты выбрал, действительно работает безболезненно? Мне же не будут протыкать желудок и меня, как жареного поросенка?
— Нет, тетя, — Чи Ван достал телефон и показал ей, как делается безболезненная гастроскопия. — Смотри, закроешь глаза и оп — все закончится. Вон, человек даже улыбается потом.
Тетя Ван внимательно разглядывала видео, но после не сказала ни слова.
— Теперь спокойней? Небось, всю ночь уснуть не могла? — Ши Цюси повернулся, выискивая парковочное место. Они приехали рано, и еще было пустовато.
— Что толку бояться, все равно придется идти, а нет — потащат к больнице на руках, — тетя Ван одарила его невыразительным взглядом.
— Если бросишься на землю и начнешь плакать, говоря, что не пойдешь, мы ничего не сможем сделать, — Ши Цюси помог тете Ван отстегнуть ремень безопасности. — Давай, вперед, это быстро.
Чи Ван тоже вышел из машины, держа в руках термостакан с водой — после гастроскопии тети Ван нужно будет выпить что-нибудь теплое.
— Утром ничего не ела? Если поела, процедура будет отменена, — Ши Цюси достал из сумки медицинскую карту тети Ван.
— Нет, разве не вы сказали ничего не есть и пить только воду? Я не ела со вчерашнего вечера, — тетя Ван посмотрела на Ши Цюси.
— Верно. Как закончим, отведем тебя куда-нибудь перекусить. Что хочешь съесть? Западная кухня или китайская? Поблизости есть даже индийская, — Ши Цюси нажал кнопку лифта.
— Индийцы не моют руки, когда ходят в туалет, кто хочет это есть?! Найди лучше место, где готовят рисовую лапшу «Гоцяо», сто лет не ела, скучаю.
— Рисовая лапша? Идет. Добавим туда полмиски кунжутного масла, чтобы губы горели, как от тока — вот тогда будет вкусно.
— Точно, и еще сушеного тофу, и уксуса не пожалеть.
Чи Ван взглянул на бурно реагирующую тетю Ван и невольно улыбнулся.
Она больше не нервничала, а ведь, выходя из машины, хмурилась и рвалась сбежать.
— Ладно, идите, не переживайте. Я буду ждать вас здесь, как закончите — сразу пойдем за лапшой, — Ши Цюси помахал тете Ван.
— Тогда я хочу еще… рыбные фрикадельки и говядину… — Под воздействием анестезии тетя Ван постепенно закрыла глаза.
— Собираетесь вести ее есть рисовую лапшу? — Доктор взглянул на Ши Цюси.
— Просто успокаиваю ее. Знаю, что после гастроскопии такое есть нельзя, поведу пить пшенную кашу, — Ши Цюси улыбнулся.
— Хорошо, что понимаете. А то я уж хотел предупредить, — доктор тоже рассмеялся. — В обед съем порцию за нее, добавлю побольше кунжутного масла и уксуса.
— И сушеного тофу не забудьте, — Ши Цюси вздохнул. — Тетя проснулась бы от злости, если бы услышала.
— Не переживайте, не проснется. От этого наркоза уснет даже динозавр, — врач посмотрел на экран монитора. — В желудке язва. Нужно быть осторожными, если запустить, может разорваться.
— Ах, что делать? Лекарство пить или операцию делать? — Ши Цюси тут же выпрямился, а Чи Ван шагнул поближе к специалисту.
— Нет необходимости в операции, я назначу лекарство, его нужно регулярно принимать. Ешьте поменьше масла и пейте поменьше алкоголя, и все уляжется, — доктор отложил инструмент. — Вытрите ей слюну, а то воротник испачкается.
— Понял, спасибо, доктор, я спущусь за лекарством позже, — Ши Цюси достал из кармана влажные салфетки и вытер слюну с подбородка женщины.
Чи Ван открыл заметки на телефоне и записал все, что сказал врач.
— Выписал несколько упаковок «Омепразола» и «Фэнляо Чанвэйкан», принимать минимум месяц. Нельзя есть острый перец и бадьян, и ни капли алкоголя.
— Все записал, спасибо, доктор, — Чи Ван кивнул. Анестезия тети Ван должна была вот-вот сойти.
— Рисовая лапша, лапша с рыбой, фрикадельки, кунжутное масло… — Тетя Ван, несмотря на свое состояние, нормально говорила и перечисляла свой заказ.
— Ничего не будет, нельзя. Доктор сказал, что можно пить только кашу. Если злишься, подерись с доктором, — Ши Цюси поправил сбившийся воротник тети.
— О, пациент создает проблемы? Тогда я вызову охрану, — врач наклонился к уху тети Ван и прошептал. — Как дела? Неплохо? Не тошнит? Спать нельзя, держите глаза открытыми, вот, смотрите на меня. Проверим глаза, даже если из орбит вылезут, рисовую лапшу все равно нельзя. Попейте лучше кашу…