Поздняя осень — Глава 65: Будешь играть в темноте — описаешься в постель
В щели между занавесками различалось серо-голубое небо.
С приходом весны рассвет наступал все раньше и раньше. Ши Цюси включил телефон — всего пять часов.
Он зевнул и оттащил спящего у него на груди Шуэсяохо. Встав с кровати, он поежился от холодного воздуха.
Отопление в Аньлине отключили, и хотя с начала весны потеплело, все равно было некомфортно от резкого отключения отопления.
Ши Цюси достал длинные штаны и заколебался, стоит ли их надевать.
Не наденешь — ноги замерзнут во время готовки на кухне, наденешь — вспотеешь, когда начнешь двигаться.
Ши Цюси вздохнул и, наконец, надел их. В конце концов, если простудится, придется отдыхать несколько дней, а сейчас в поле как нельзя кстати полно работы, каждая пара рук на счету, нельзя свалиться с ног в такой момент.
Небрежно умывшись, Ши Цюси вышел во двор, планируя подышать свежим воздухом, но случайно заметил, что свет в кабинете Чи Ваня все еще горит.
Этот парень встал рано или вообще не спал?
Ши Цюси на цыпочках подошел к окну кабинета и сквозь шторы увидел Чи Ваня, тупым взглядом уставившегося в экран компьютера.
Ши Цюси дважды постучал в дверь и, не дожидаясь ответа, вошел в кабинет. Чи Ван отреагировал заторможенно: несколько секунд смотрел на вошедшего и лишь потом кивнул.
Он потер глаза и поманил Ши Цюси подойти и узреть результаты бессонной ночи.
— «Легенда об У Ци»? Это новый главный герой, которого ты придумал? — Ши Цюси взглянул на количество слов внизу документа, где набралось уже пятьдесят тысяч. Чи Ван писал это от заката до рассвета.
— Нет, это второстепенный персонаж из «Пика разрушения демонов». Я придумал ему биографию вчера вечером и еще не закончил писать, — Чи Ван взял уже остывший чай и сделал глоток, холодная жидкость неприятно ощущалась на зубах.
Ши Цюси сердито посмотрел на него, взял чашку и налил горячей воды. Этот придурок совсем себя не бережет.
— Почему ты так детально прописал историю второстепенного героя? — Ши Цюси передал ему чашку, склонился к экрану и принялся бегло читать.
Чем дольше он смотрел, тем больше это казалось неправильным. Почему этот У Ци все больше напоминает злодея?
— Он злодей, не финальный босс, но второй по величине.
Чи Ван встал и освободил стул для Ши Цюси, а сам подошел к окну и уставился на старое дерево во дворе, на котором только-только распустились зеленые почки.
Ши Цюси покрутил мышь и немного пролистал эпизоды, прежде чем тяжело вздохнуть.
— А этого У Ци вполне можно назвать главным героем…
— Да, по сравнению с чисто злодейским образом финального босса, образ У Ци более трехмерный, — Чи Ван кивнул. — Я не думал об этом, когда писал. Просто вчера я обсудил с Сюй У сюжет и понял, что в истории У Ци остались недосказанности. Я долго думал и решил, что нужно дополнить его предысторию.
Ши Цюси постучал указательным пальцем по столу.
— Значит, Сюй У подтолкнул тебя усовершенствовать персонажа.
Иногда внимательный читатель может понимать персонажей не хуже автора.
Чи Ван посмотрел на пять изданий «Пика разрушения демонов» в разных обложках, стоявших в книжном шкафу, и смахнул пыль с корешков, словно приветствуя старого друга.
Ши Цюси тоже наклонился и внимательно вгляделся в книжный шкаф. Раньше он не замечал, но сейчас обнаружил, что книжный шкаф Чи Ваня, за исключением некоторых письменных принадлежностей, заполнен исключительно опубликованными им книгами.
Обложки книг, от грубых и страшных в начале до детально нарисованных позже, отражали жизненный опыт Чи Ваня.
— Странно, мне кажется, некоторые я читал со скуки… — Ши Цюси взял книгу, которая показалась ему знакомой, но стоило пролистнуть несколько страниц, как Чи Ван забрал ее.
— Не читай эту, она плохо написана и неинтересная, — уши Чи Ваня покраснели, забавляя его.
— Она плохо написана, но ты опубликовал ее и продал другим? — Ши Цюси легонько дернул Чи Ваня за мочку уха, и тот закрыл уши, пошатываясь, отступил и сел на стул с книгой в руках.
— Это было написано в спешке. Я тогда поссорился с семьей, и мне урезали расходы на проживание. Чтобы закончить поскорее, я писал двадцать тысяч слов в день. В этой серии более полутора миллионов слов, и на ее завершение ушло всего два месяца. Многие сюжетные линии описаны вскользь и не получились глубокими. Зато я заработал много денег, которых мне хватило на проживание в течение двух-трех лет.
Чи Ван честно признался во всем, Ши Цюси, выслушав его, притих. Он больше не заставлял вернуть ему книгу и лишь похлопал его по плечу.
— Спасибо за тяжелую работу, одноклассник Сяо Чи. Все твои страдания в прошлом, отныне каждый твой день будет ярок.
— Да, я тоже так думаю, — Чи Ван кивнул. Только он собирался что-то сказать, как его пустой желудок заявил о себе.
— Я тоже проголодался, что будешь на завтрак? Я приготовлю, — Ши Цюси повернулся и, сдерживая улыбку, спросил.
— Я хочу баоцзы с мясом и овощами, оладьи, масляные лепешки, соевое молоко, дохуа, хулатан, говяжью лапшу, говяжий суп…
Чи Ван открыл рот и называл блюда десять секунд. Изначально Ши Цюси еще улыбался, но с каждым новым названием его радость блекла.
К тому времени, как Чи Ван заметил неладное и остановился, ладонь Ши Цюси уже лежала на его затылке.
— Я был неправ, брат Ши, это шутка. Я хочу тарелку лапши янчунь и яичницу, это много?
Ши Цюси остался доволен его благоразумием и осознанием, что лучше не спорить. Он опустил левую руку, которая уже была готова пуститься в дело, и кивнул.
— Это не слишком много. Я даже могу сделать для тебя парочку лепешек с зеленым луком. Умойся и помоги мне с нарезкой лука.
— Хорошо, брат Ши, сейчас приду, — Чи Ван только оторвал свою задницу от стула, как Ши Цюси усадил его обратно.
Ши Цюси наклонился и долго смотрел в лицо Чи Ваня, не говоря ни слова.
Лицо Чи Ваня раскраснелось, и он даже начал заикаться.
— В ч-чем дело, брат Ши? У меня что-то на лице?
— Да, кое-что есть, — не задумываясь, Ши Цюси кивнул.
— Что? Чернила? Грязь? Только не говори, что это засохшая слезинка в уголке глаза?! — Улыбка Чи Ваня застыла, и он судорожно начал ощупывать лицо.
— Ничего из этого, — Ши Цюси указал на точку между бровей и улыбнулся. — Прыщик, красненький, прямо посередине.
— Прыщик? — Чи Ван с сомнением коснулся области между бровей и действительно нащупал бугорок, совсем небольшой, размером с боб мун.
Видимо, вчерашняя лапша с улитками была слишком острой, и бессонная ночь дала о себе знать, потому что прыщи у него появлялись редко.
— Это уродливо? — Чи Ван нахмурился, сожалея, что Ши Цюси это увидел.
Ши Цюси питал слабость к красивым лицам. Он и сам говорил, если бы не красивое личико Чи Ваня, он бы не сдержался и полез в драку еще при первой встрече.
— Не прикрывай, это не уродливо, — довольный голос Ши Цюси раздался совсем близко. — Это не только не уродливо, но и немного… мило.
Мило? Да ты с открытыми глазами несешь чушь.
Чи Ван опустил руку, собираясь возразить, но закрыл рот при виде чужой улыбки.
Брат Ши выглядит так, будто это действительно кажется ему красивым.
— Это правда красиво. Если не веришь, можешь посмотреть в зеркало, — Ши Цюси, чем больше смотрел, тем больше оставался доволен. Он вдруг вспомнил на кого сейчас похож Чи Ван. — Гуаньинь, ты когда-нибудь смотрел «Лян Шанбо и Чжу Интай»? В одной из версий у Чжу Интай был образ богини Гуаньинь, ты сейчас похож на нее.
— Жаль, у тебя уши не проколоты, серьги бы тебе очень пошли. Конечно, существуют люди, которые выглядят хорошо даже с прыщами. Если бы такой вскочил у твоего брата Чжу цзы, это было бы не мило, а просто глупо.
Ши Цюси закончил с комплиментами и отправился на кухню готовить завтрак, как ни в чем не бывало.
Однако Чи Ван, казалось, был одурманен похвалой и просидел на месте две минуты, пока не услышал завывания Дамэйню, только тогда он пришел в себя и помчался умываться.
Но когда он закончил приводить себя в порядок, завтрак уже был подан на стол. Чи Ван не успел помочь, поэтому лишь сел и начал есть.
Ранним весенним утром, еще прохладным, они с аппетитом ели лапшу янчунь. Ноздри щекотал аромат свинины и зеленого лука. Яичницы в тарелках были идеально поджаренными: белок хрустящий, а желток жидкий, нежный и совсем не сухой.
Ши Цюси ел с удовольствием, а о Чи Ване и говорить не нужно. После целой ночи тарелка горячей лапши была настоящим спасением.
Они уткнулись головами в тарелки, будто забыли об эпизоде в кабинете полчаса назад. Или же никто не смел упоминать об этом.
— Эй, кстати, забыл спросить, а закончив с тобой болтать, в какую комнату Сюй У пошел спать? — Ши Цюси отложил палочки для еды и вдруг задумался над вопросом.
— В гостевую на западе, самая дальняя комната, рядом с Чэнся, мне показалось, что им будет удобно жить вместе.
Чи Ван откусил кусочек желтка, даже не поднимая глаз.
— Нет, в самой западной комнате? — Рука Ши Цюси, вытирающая рот, замерла, и он переспросил.
— Да, именно, а что такое? — Чи Ван выглядел озадаченным. Комната была чистой, идеальной для проживания.
— О, труба в той комнате протекает и капает на кровать. Я хотел попросить кого-нибудь починить ее, но был занят и совершенно об это забыл, — Ши Цюси взялся за голову, будто у него болит голова. — Прекрасно. Человек проделал такой путь, чтобы помочь нам, а мы отправили его спать в комнату с протекшей трубой. Как неловко!
— …И что делать? — Чи Ван поднял голову, на его лице появилось взволнованное выражение. Он не знал, что, небрежно указав пальцем на комнату, заставит Сюй У жить в единственной в доме комнате, где протекает труба!
В то же время в западной гостевой комнате.
— Хм… — Сюй У откинул одеяло, встал с кровати с полуоткрытыми глазами и выпил полстакана холодной воды, только после этого его сухое горло перестало першить.
На севере действительно сухой воздух.
Сюй У чихнул и как раз собирался лечь обратно, чтобы хорошенько отоспаться, когда заметил на простыне желтое водянистое пятно размером с ладонь.
— Что за черт? — Сюй У, лишенный сна, осторожно наклонился к пятну. Этот цвет и расположение, это ведь не то, о чем он думает, верно?
Он был взволнован общением с кумиром прошлой ночью, поэтому долгое время смотрел обучающие видео, прежде чем уснуть. Правду бабушка говорила: будешь играть в темноте — описаешься?