Код Тьюринга. Глава 16. В таком случае, начиная с сегодняшнего дня, полагаюсь на твои наставления
Восточный апарт-отель располагался недалеко от финансового района. Здесь густо возвышались десятки элитных многоэтажек квадратной формы, предназначенные только для аренды, а не для продажи. Квартиры сдавались сотрудникам иностранных филиалов крупных транснациональных компаний, поэтому в микрорайоне гуляло немало японцев и европейцев с колясками, создавая вид миниатюрного ООН.
Жилище Гуань Юэ находилось на верхнем этаже Восточного апарт-отеля. Это был просторный пентхаус площадью более двухсот квадратных метров, оформленный в холодном исландском стиле. За его панорамными окнами смутно прорисовывались высотки финансового центра, вершины которых окутывали облака.
Из подземного гаража апарт-отеля можно было подняться прямиком на верхний этаж. Гуань Юэ приложил палец к сканеру, и лифт поднялся в квартиру. Как только он открылся, впереди оказалась прихожая. Открыв дверь, они вошли внутрь. В доме висела работа Мондриана, на полке находилась металлическая тыква Яёи Кусамы, а на полу лежал пепельный ковёр из овечьей шерсти, на котором стоял журнальный столик строгой прямоугольной формы. Каждая деталь интерьера была пронизана геометрической логикой, всё выглядело холодным и даже отчуждённым.
На обеденном столе стоял ужин, приготовленный поваром. Гуань Юэ нажал на пульт дистанционного управления на стене, и в гостиной тихо зазвучала мелодия Бетховена. Как только Тяньхэ надел тапочки и вошёл в столовую, Гуань Юэ снял с него наушник. Тяньхэ хотел его отобрать, но Гуань Юэ поднял руку и, опустив голову, посмотрел на него сверху вниз — совсем как в былые времена, когда он дразнил Тяньхэ. У юноши едва не лопнуло терпение.
— В последнее время я часто страдаю от бессонницы и шума в ушах. Это звуковая программа для вспомогательного лечения.
Гуань Юэ положил наушник на стол и пошел переодеваться.
— Ты постоянно в наушнике, поэтому у него уже возникли подозрения. Он просто пытался прощупать почву.
— Меня не волнует, что он думает.
— Ты знаешь пароль от его Wi-Fi?
— Конечно же, взломать систему его домашних устройств.
С момента их расставания прошел уже год, так откуда же Тяньхэ мог его знать? В это время вернулся Гуань Юэ, и Тяньхэ достал наушник, положив его на обеденный стол.
Гуань Юэ ослабил галстук, снял пиджак, закатал рукава белой рубашки, снял часы и сел за стол вместе с Тяньхэ. Из ещё одной боковой двери вышел дворецкий, поприветствовал их и зажег свечу на столе. Гуань Юэ холодно кивнул, после чего дворецкий и повар благополучно закончили работу и отправились по домам.
Финансовый директор прислал видео. Гуань Юэ одной рукой держал миску с супом, а другой — телефон. Он открыл запись сегодняшнего выступления Тяньхэ в конверенц-зале.
Тяньхэ перекусил совсем немного и отложил палочки. Гуань Юэ знал, что тот давно не ел и много не сможет, поэтому не стал его уговаривать. Он встал, надел перчатку, достал из духовки сырный пирог, разрезал его, положил рядом вилку и поставил перед Тяньхэ.
Гуань Юэ сыр не любил, но вот Тяньхэ он очень нравился. Он понимал, что этот пирог, конечно же, испекли сейчас специально для него.
Когда Гуань Юэ досмотрел видео до конца, он взглянул на настенные часы. Было без двадцати пяти десять.
— Перейдём к делу. Что ты сегодня вообще имел в виду? — спросил Тяньхэ.
Гуань Юэ смотрел на Тяньхэ, не произнося не слова.
Он всегда молчал, всегда ничего не говорил, но Тяньхэ уже давно понимал, что он хочет сказать. Для них это было нечто «само собой разумеющееся». Над обеденным столом между ними проливался свет, придавая чертам лица Гуань Юэ особенную выразительность.
Тяньхэ сильно смутился. Фразу «Сейчас мне больше всего хочется поесть, принять душ и выспаться» он произнёс сам, но вовсе не собирался делать это здесь. Ночевать в доме бывшего парня было чересчур неловко.
— Здесь больше никого нет, — словно прочитав мысли Тяньхэ, сказал Гуань Юэ. — Я уже давно один, и никакая новая девушка не появится, чтобы расцарапать тебе лицо.
— Если есть что сказать, то говори. Я тоже даю тебе пять минут.
С этими словами он перевернул экран телефона, где Про открыл таймер, и на дисплее показался отсчёт времени.
Гуань Юэ внимательно смотрел на Тяньхэ. Их брови и волосы под светом лампы над столом были окутаны мягким сиянием.
— Есть вещи, которые кто-то всё же должен сказать, хоть тебе и неприятно это слушать. Ладно, буду краток, — Гуань Юэ говорил спокойно, без тени раздражения. — Как инвестор, я признаю, что у вашей компании есть определённый шанс спастись собственными силами. Вэнь Тяньюэ допустил серьёзную ошибку в принятии решений, но при этом предпринял единственно возможную попытку исправить ситуацию — передал все полномочия тебе. Сейчас вам жизненно необходима мощная финансовая поддержка, чтобы пережить кризис, и Qingsong Capital может помочь вам в этой экстренной ситуации.
— Оказывается, и ты умеешь говорить такими шаблонными фразочками.
— В то же время, как партнёр, я лучше всех тебя понимаю, — ответил Гуань Юэ. —Перед лицом капитала неразумно действовать сгоряча. Сегодняшняя презентация на саммите во многом держалась на везении. Твоя программа не может быть настолько точной, иначе тебе бы вовсе не понадобилось искать финансирование. Достаточно было просто выйти на биржу, заключить на фондовом рынке пару сделок T+0*, и у тебя сразу появились бы оборотные средства.
* T+0 — это режим торгов, при котором расчеты по сделке (окончательный переход денег и ценных бумаг) происходят в тот же день (T = Trade day, день сделки), когда эта сделка была заключена.
— По моим оценкам, — беспечно добавил Гуань Юэ, — после доработки аналитическая система Epeus колеблется в пределах сорока пяти процентов вероятности. Вот почему ты сегодня решился поставить всё на одну карту.
Тяньхэ вынужден был признать, что оценка в 45% была довольно близка к истине. Уровень профессионализма Гуань Юэ оказался весьма впечатляющим.
— В глубине души ты уже признал, что сейчас Qingsong — твой лучший выбор. У нас налажено тесное сотрудничество с фондами, акционерными компаниями и даже брокерами. Без преувеличения можно сказать, что немало корпораций по всей стране являются нашими стратегическими партнёрами…
На этот раз Тяньхэ молча слушал.
— ...Если не обратишься ко мне сейчас, ты всё равно придёшь позже — когда выйдут твои программы пятого, шестого или даже десятого поколения. Потому что независимо от того, какая компания станет использовать твоё программное обеспечение, все письменные оценки окажутся на столе у Qingsong. Ты должен понимать: будь то фонды, фьючерсы или другие торговые рынки, институциональные игроки не принимают решения необдуманно.
— Кстати, ты и на переговорах всегда такой напористый?
— Когда выгоды и перспективы предельно очевидны, я не вижу смысла ходить вокруг да около. И да, что касается финансирования от Qingsong. Я гарантирую, что сумма тебя устроит. Она значительно превышает ту, что вам сейчас необходима.
Тяньхэ достал из кармана визитки, полученные сегодня после саммита, и одну за другой разложил на столе. Всего десять штук. Затем он поднял взгляд на Гуань Юэ, давая понять: «У меня есть и другие варианты».
— Я думал, что выразился достаточно ясно.
Гуань Юэ протянул палец и ткнул в одну из визиток.
— Коррупционный спор. — Произнес он, а затем указал на другую: — Разорванная цепочка финансирования. Ещё три месяца, и ты услышишь новости об их банкротстве.
— Из-за убытков по P2P-проектам у них серьезные проблемы с оборотными средствами. Даже если ты подпишешь контракт, то денег не получишь.
Третья, четвёртая... Гуань Юэ прошёлся по каждой визитке по очереди. Тяньхэ усмехнулся:
— Директор Гуань, нехорошо распускать слухи у людей за спиной.
— Угадай, если, когда сегодня выйдет индекс Насдак, твоя программа ошибётся в прогнозе, захотят ли они ещё с тобой встречаться?
Тяньхэ уже потянулся за телефоном, как Гуань Юэ положил руку на тыльную сторону его ладони. Температура от прикосновения кожи внезапно заставила сердце Тяньхэ учащённо забиться. Он хотел отдернуть руку и заодно забрать свой телефон, но Гуань Юэ надавил слегка сильнее, удерживая его и не давая взглянуть на результат прогноза.
— Ещё до саммита я уже решил в тебя инвестировать, — твёрдым голосом произнёс Гуань Юэ. — Независимо от того, будет ли работать твоя программа. И сейчас, после его окончания, я по-прежнему хочу в тебя инвестировать, ещё до того, как ты проверишь этот результат. Сейчас никто из нас не знает индекс Насдак, и я считаю, что это уже достаточно демонстрирует искренность моих помыслов.
Тяньхэ убрал руку, отпустив телефон, и Гуань Юэ тоже разжал пальцы.
Оба замолчали. Секунда, вторая. Прошло целых двадцать секунд.
Стрелка настенных часов приблизилась к без десяти десять.
Тяньхэ, подняв бровь, спросил:
— Хочешь сказать что-то ещё? Если нет, я ухожу.
После долгого молчания Гуань Юэ наконец произнёс:
— Прости меня за то, что наговорил в тот день. Извини, я сказал это, не подумав.
— Приношу свои искренние извинения.
Тяньхэ именно этого и ждал, поэтому не без иронии произнёс:
— Ах, как жаль. Директор Гуань даже извиняется так вежливо и сдержанно, словно наследный принц Нидерландов, раскаивающийся перед голодающими в Африке: «В Голландии так много коров, так много мяса, а в Африке столько людей голодает. Мне очень жаль, что так выходит, хотя мы живем на одной планете.»
Тяньхэ бросил взгляд через плечо Гуань Юэ и увидел за ним на кухне, как на экране духовки цифры времени несколько раз быстро мигнули, а затем сменились четырёхзначным числом — индексом Насдак, который отличался от прогноза Про всего на два пункта.
Другими словами, богиня удачи вновь оказалась к нему благосклонна.
— Сложно угадать оба раза при вероятности менее 50%.
— Спасибо, директор Гуань, что решили в меня инвестировать. И я очень рад, что вы наконец поняли, что всё, чего я хотел, — это просто извинений.
Гуань Юэ немного опешил. Его озадачила эта внезапная перемена в поведении Тяньхэ. Он с подозрением посмотрел на него и, спустя добрых полминуты, сказал:
— В таком случае, начиная с сегодняшнего дня, полагаюсь на твои наставления.
— Я не смею, — улыбнулся Тяньхэ. — А теперь можно посмотреть результат прогноза?
Тяньхэ открыл телефон, запустил приложение с американскими акциями и, даже не глядя, протянул его Гуань Юэ.
Гуань Юэ замолчал. На экране телефона высветилось пять-шесть уведомлений о новостях двадцатиминутной давности, все о сегодняшнем саммите.
— Вообще-то, мне действительно просто очень повезло, — с ухмылкой сказал Тяньхэ, пролистывая телефон. — Соглашаться так сразу, кажется, было немного невыгодно. Но я не отступлю от своего слова. Обещание есть обещание, все это понимают.
Даже со своим высоким интеллектом Гуань Юэ не мог понять, как Тяньхэ сумел подстроить ему эту ловушку. На нём не было наушника, так что никто не мог сообщить ему последние данные об индексе, и во время ужина Гуань Юэ был абсолютно уверен, что Тяньхэ ни разу не смотрел в телефон. К тому же, это происходило в его собственном доме!
Гуань Юэ оглянулся, чтобы убедиться, что телевизор выключен.
Когда Гуань Юэ снова посмотрел на Тяньхэ, его взгляд был полон недоумения. Казалось, за все эти годы Тяньхэ совсем не изменился. Он так старательно расставлял ловушки, иногда лишь для того, чтобы просто подшутить над ним. Когда он увидел его растерянное выражение лица, у Тяньхэ поднялось настроение.
Вдруг в голову Гуань Юэ пришла серьёзная мысль, и его голос дрогнул:
Кровь в жилах Гуань Юэ словно застыла. Это была единственная возможность! Иначе как объяснить, что Тяньхэ внезапно узнал индекс Насдак?
Тяньхэ никак не ожидал, что Гуань Юэ заподозрит нечто подобное, и тут же громко расхохотался, упав на обеденный стол от смеха. Затем он поднял голову и посмотрел на Гуань Юэ. Это было невероятно забавно.
Дыхание Гуань Юэ участилось. Тяньхэ повернул голову и сказал:
— Хочешь проверить? Посмотри, нет ли у меня за ухом шрамов от ран или следов швов? Или подозреваешь, что они в другом месте?
Гуань Юэ тут же осознал, что снова попался в ловушку Тяньхэ. Ему ничего не оставалось, как оттолкнуться ногой от пола, отодвинуть стул и выйти в гостиную.
— Доставай свой договор. Заберу его с собой и серьёзно это обдумаю.
Гуань Юэ стоял у панорамного окна, засунув руки в карманы брюк. Когда он посмотрел на Тяньхэ, в его глазах мелькнул опасный огонек.
Тяньхэ понял, что дальше подтрунивать над ним нельзя. Прошёл уже год с их расставания, и он не знал, спал ли Гуань Юэ с кем-нибудь за это время, но у него самого не было никаких интимных связей. Фраза про «другое место» была совершенно неуместной шуткой, сорвавшейся с языка. Судя по всему, у Гуань Юэ, скорее всего, тоже никого не было. Если сегодня ночью случится что-то неподобающее, а этот парень ещё станет его инвестором, в будущем с ним, возможно, будет ещё сложнее сладить.
Он не собирался мыться в доме Гуань Юэ, а просто молча сидел на диване.
Гуань Юэ достал пачку документов и положил их на журнальный столик. Тяньхэ сразу понял, что тот заранее подготовил контракт. Он взял бумаги в руки и начал просматривать одну за другой. Это был не инвестиционный договор, а «намерение» продлить поручительства на случай банкротства. Сложные условия контракта немного утомили Тяньхэ, пока он продолжал листать страницы.
Гуань Юэ тоже терпеливо ждал, сидя рядом.
— Я думал, ты не станешь так внимательно сам читать контракт, — сказал Гуань Юэ.
— После того случая со вторым братом я решил, что отныне всегда буду тщательно проверять всё сам.
— Тогда советую тебе обсудить всё с вашим семейным старым юристом, он самый добросовестный.
— Конечно, — согласился Тяньхэ. — Но прежде чем это сделать, я должен сначала взглянуть, есть ли смысл передавать ему этот документ.
— Не торопись. У тебя ещё много времени.
Когда он встал и ушёл, Тяньхэ достал телефон, сфотографировал договор и сказал:
— Про, используй свою юридическую базу данных, чтобы сделать краткий анализ.
— Мне потребуется некоторое время на поиск и сравнение. Это займет около двадцати минут.
Тяньхэ услышал звук воды из ванной комнаты, лёг на диван и, держа контракт в руках, сфотографировал страницу за страницей, после чего положил документы на журнальный столик.
— Его только что охватил внезапный порыв спросить, не согласишься ли ты провести с ним эту прекрасную ночь.
— Пожалуйста, сосредоточься на контракте, — протянул Тяньхэ. — Я сегодня уже очень устал, и у меня нет сил комментировать твои словечки.
— У меня запущено несколько процессов, и ещё не выключено управление духовкой ещё. Хочешь приготовлю поесть что-нибудь еще?
Тяньхэ не стал ему отвечать. После еды его начало клонить в сон, и он произнёс:
— Я правда очень устал, побыстрее, Про…
Спустя двадцать минут шум воды прекратился. Гуань Юэ, вытирая волосы, вышел, взял фен и уже собирался включить его, как вдруг кое о чем вспомнил и выглянул наружу.
Как и ожидалось, Тяньхэ лежал на диване, контракты были разбросаны по полу, а телефон упал рядом. Он уснул.
Гуань Юэ осторожно снял с Тяньхэ наушник и посмотрел на него. Он положил его на телефон, поставил на журнальный столик, собрал договор и аккуратно сложил его. Гуань Юэ зашел за пледом и накрыл им лежащего на диване Тяньхэ. Затем высушил волосы, вернулся в гостиную, сел на пол у дивана, скрестив ноги, и устремил взор на спящего Тяньхэ.
Посидев немного, Гуань Юэ прислонился спиной к дивану, достал из него пульт, включил напольный проектор в гостиной, и круговой киноэкран начал показывать фильм.
Это был «Валл-И». Гуань Юэ выключил звук и оставил только английские субтитры. Он неподвижно сидел на полу перед диваном, как молчаливая немецкая овчарка.
До ушей доносился ровный звук дыхания Тяньхэ, погружённого в глубокий сон.
Когда Тяньхэ проснулся, он уже не знал, который сейчас час. Он устало открыл глаза, хотел попить воды и обнаружил, что укрыт пледом. Гуань Юэ, в свою очередь, спал, свернувшись калачиком под диваном, словно пёс.
Руки и ноги спящего Гуань Юэ казались ещё более длинными. Под слегка задранными пижамными штанами обнажались изящные лодыжки.
Тяньхэ заметил на столике у дивана стакан с водой. Вероятно, Гуань Юэ налил её для него. Одним глотком он осушил стакан и в полусонном состоянии немного спустил плед вниз. Большое шерстяное одеяло теперь наполовину укрывало лежавшего на диване Тяньхэ, а наполовину спавшего под диваном Гуань Юэ.
«Валл-И»… Сколько лет прошло, а он до сих пор смотрит этот фильм.
Тяньхэ устроился поудобнее на боку и, хотя видел этот мультик много раз, все равно не мог оторвать взгляд. Он до сих пор помнил день, когда они впервые приехали в Лондон. Гуань Юэ повёл его к Биг-Бену, прокатил на колесе обозрения «Лондонский глаз», а вечером они смотрели именно этот фильм.
В том году Тяньхэ только исполнилось четырнадцать, а Гуань Юэ восемнадцать. Помимо того, что их семьи давно дружили с друг другом, у Гуань Юэ была ещё одна роль — он стал попечителем Тяньхэ в Великобритании. Поэтому однокурсники из Кембриджа дали ему прозвище «Длинноногий дядюшка»*, на что он никогда не возражал.
* «Длинноногий дядюшка» — роман американской писательницы Джин Уэбстер, опубликованный в 1912 году. По сюжету 17-летняя сирота Джуди Эббот получает от таинственного попечителя её приюта предложение оплатить её обучение в колледже при одном условии — она должна регулярно писать ему письма о своей жизни и успехах.
Оксфорд и Кембридж разделяли сто миль, поэтому Гуань Юэ купил особняк в городке Сент-Нитс неподалёку от Кембриджшира, который стал их новым домом, чтобы Тяньхэ было удобно ездить на занятия. Каждый день после пар в Оксфорде Гуань Юэ преодолевал огромное расстояние на вертолёте, чтобы вернуться домой и составить Тяньхэ компанию.
В мире Тяньхэ Гуань Юэ, казалось, с самого начала занимал своё неоспоримое место, и юноша никогда не думал, что однажды тот его покинет, это было почти немыслимо. Поэтому, когда Гуань Юэ устроился на Уолл-стрит, это вызвало у Тяньхэ такое сопротивление.
Но, вопреки негативной реакции, никто не мог поколебать решения Гуань Юэ, даже Тяньхэ. В конце концов, он всё равно уехал.
«Не верится, что я смог пережить то время» — подумал Тяньхэ, лежа на диване.
Фильм закончился, проектор автоматически погас, и в гостиной воцарилась тишина. Слышалось только ровное дыхание спящего на полу Гуань Юэ. Тяньхэ слушал этот до боли знакомый звук дыхания и тихо поднялся с дивана.
Когда Гуань Юэ уехал, жизнь Тяньхэ словно оборвалась. В тот период он был совершенно беспомощен, но ему пришлось это пережить. Однако меньше чем за полгода он, невероятным образом, постепенно привык.
Гуань Юэ использовал любую возможность, чтобы навестить его в Лондоне. Их разделял целый Атлантический океан и пятичасовая разница во времени, поэтому иногда, когда Гуань Юэ прилетал в Лондон и возвращался в Сент-Нитс, уже светало. Он тихо ложился рядом с Тяньхэ, спал несколько часов, а когда тот просыпался, они страстно занимались любовью до самого вечера. Затем Гуань Юэ ехал в Лондон и отправлялся обратно в Нью-Йорк.
Тяньхэ начал собирать документы. Аккуратно сложив их, он в темноте взял свой телефон.
В те годы Гуань Юэ всегда выглядел уставшим. Однажды в Манхэттене, когда он второпях переходил улицу, разговаривая с Тяньхэ по видеосвязи, то его чуть не сбила машина. Узнав об этом, Тяньхэ отругал его и велел перестать так изматывать себя, а лучше дождаться, когда тот сам приедет в Нью-Йорк.
Спустя год они стали видеться всё реже. Гуань Юэ был занят как никогда, а учебная нагрузка Тяньхэ становилась всё интенсивнее. Они часто общались по видео, ожидая дня, когда Тяньхэ окончит университет и переедет к нему в Нью-Йорк, чтобы жить вместе.
Если теперь об этом подумать, то в мире нет правила, согласно которому один человек не мог бы обойтись без другого. По крайней мере, сейчас Гуань Юэ жилось вполне неплохо.
За панорамным окном на дальнем горизонте забрезжил рассвет. Тяньхэ надел наушник, осторожно перешагнул через лежащего под диваном Гуань Юэ и вышел из его квартиры.
— Я как раз пытаюсь взломать его медиа-систему. Пароль несложный. Хочешь посмотреть, что у него хранится на жёстком диске?
— Он не смотрит порно, не трудись понапрасну, — ответил Тяньхэ. — Теперь я понимаю, что ты совсем его не знаешь.
— Пока ты спал, он с вероятностью 90% хотел поцеловать тебя. Это весьма высокая вероятность.
— Не хочу больше слушать эти глупые сказки про властных генеральных директоров, — прервал его Тяньхэ. — Всё это выдумки. Я ещё пока не разобрался с тобой. Почему ты меня не разбудил?.. Свяжись с моим юристом. Быстро.
В шесть утра Тяньхэ почти полчаса бродил вокруг заправки, прежде чем наконец нашел свой Ламборгини. Он в ярости сел в машину и уехал домой.