February 27

Дважды повтори

Часть 1.
— Господин Хан, — тихий голос отозвался со спины.

Тяжёлый вздох послышался в ответ. Мужчина не любил когда его отвлекали от развлечения. От той забавы, что он полюбил в молодости. Той забавы, что приносила ему кучу денег. Той жажды и внимания. Наслаждения от томных вздохов в его сторону.

Голова опрокинулась назад, замечая одного из охраны. Робкий парень – так он запомнился ему два года назад. Сейчас же перед ним стоял накаченный и уверенный в себе мужчина, также цепляющий взгляды со стороны клиентов.

— Я надеюсь это срочно, а иначе башку снесу, — всё же отозвался, так называемый, Господин Хан.

Подмигнув какому-то парню, что уже изрядно потрепал свой кошелёк и кредитку на него, он ушёл за кулисы вместе с охраной.

— Что у вас уже случилось? Ты прервал меня от самого интересного. Понимаешь чем это грозит? Не первый год работаешь уже, — накинув на себя поданный ему халат, он вошёл в гримёрку, собираясь переодеться.

— Я прекрасно знаю внутренние и внешние правила клуба, как и свой договор с Вами, но тут и правда срочно.

Хан глянул на него. А парень то смутился, завидев обнажённого мужчину перед собой. Это забавило. Он впервые видит своего начальника таким.

— Кратко и чётко, — скомандовал Хан, натягивая на себя строгий костюм.

— К одной из наших стриптизёрш приставал клиент, — ответил парень.

— Боже, Сонгволь, — выдохнул Хан, застёгивая пуговицы белоснежной рубашки. — Вы не знаете, что делать с такими?

— Знаем, но это был Ваш друг. Поэтому мы и решили позвал Вас, ограничив его передвижение.

В ответ смешок и искра в глазах. Он уже предположил кто это был, но хотел убедиться лично. Давно кулаки чесались кому-нибудь морду поправить. Его час настал.

Хан был накаченного телосложения, но с изящными изгибами тела. Никто бы и не подумал, что он – владелец этого заведения и у него отлично поставлен удар, ведь он частенько развлекался, танцуя на шесте, опустошая кошельки, только лишь своими танцами.

Горел он этим давно. Ещё с момента своего совершеннолетия. Тогда то его и привели в стрип-клуб друзья. Так, расслабиться и хорошо провести время. Но он загорелся. От танцев у него шла кругом голова, а мурашки своевольно щекотали кожу. Ему нравилось то изящество и красота танцев. А ещё деньги и внимание. Ему этого не хватало в обыденной жизни, где он жил жизнь серой мышки.

Его ворожили не люди, что танцевали, а сами танцы. Изящность тела ему дано с природы, так почему бы и не попробовать. В ту ночь он познакомился с парой танцовщиц, что сразу подметили его красоту внешне и тела. Предложение о работе прилетело также быстро. Брали не всех. От сотни контингентов, выбрали лишь троих. Он входил в эту троицу. Тогда он наконец сказал матери спасибо, что отдала его в детстве на танцы. Так и начался его путь в этом "грязном" деле. Он танцевал и получал от этого удовольствие и внимание, а после уже деньги, за которыми гнались все. Он нашёл себя и своё любимое дело. Но работал он лишь по принципу: возбудить, но не дать. И это… Это было беспроигрышный вариант.

В уши долбили басы. В воздухе витали ароматы алкоголя, примеси различных духов, что выжигал слизистую и мелкие ноты табака с приватных комнат. Он любил смесь этих ароматов.

— Джин, какая встреча, — едко поприветствовал он своего друга, что сидел в дальнем углу бара.

— Хан, сколько лет – сколько зим, тебя прям не узнать совсем, — бросили ему в ответ.

— Приму за комплимент, — едкая ухмылка расползлась по лицу.

— Так, выходит, ты тут босс?

— Верно.

— Тогда скажи своим ребятам, что бы они отъебались от меня. Бегают за мной, как щенки за матерью.

— Может пройдём в более тихое место и мы всё решим?

— Я только "за".

Тихое место оказалось кабинетом Хана. Он был в самом дальнем углу клуба, а хорошая звукоизоляция и вовсе заглушала какие-либо звуки. Тишь и гладь.

Хан сел на кожаный диван, что располагались по середине кабинета. Джин сел напротив. Охрана, что шла за ними, встала у дверей, гордо подняв головы.

— Даже тут стоят, что за дела?, — недовольно буркнул Джин.

— Лучше ты мне скажи об этом. Мои "щенки" доложили, что ты нечистым занимаешься и нарушаешь правила моего клуба, — Хан закурил, закинув ногу на ногу, поставив на коленку стеклянную квадратную пепельницу, сбрасывая туда пепел.

— Не уж то ты будешь отчитывать старого друга?, — он вскинул бровь, рассматривая Хана. — Джисон, мы знакомы с тобой с пелёнок. Ну была оплошность. Тронул я её, и? Она такая горячая сучка, так в чём проблема? Они слишком хороши у тебя, — рассмеялся в голос мужчина.

— Кого он тронул? — задал вопрос Хан охране.

— Ласику, — ответил тот же парень, что пришёл за Ханом.

— Ах, Ласику, — криво улыбнулся он, туша сигарету.

— Вот это имечко у неё.

— Мы не обращаемся к сотрудникам при третьих лицах и в рабочее время, — Джисон окинул его взглядом, ощущая пожирающие глаза на себе. — Джин, ты же знаешь правила клуба? Не трогать стриптизёрш. Как бы она тебе не понравилась – ни в коем случае не трогать. А ты нарушил это правило. Как думаешь, отделаешься простым запрещением на вход?

— Ты серьёзно? Из-за какой-то проститутки ты выгонишь меня?

Джин и не успел опомниться, как тут же почувствовал удар в живот, а после удар головой о дубовый стол, стоящий между диванами. Кровь хлынула из носа, украшая его лицо алыми ручьями.

— Проститутку ты найдёшь у дороги или в борделе. Здесь тебе ни то, ни другое. Ты припёрся в мой клуб, прося скидки, ведь знаешь владельца, хотя это выяснилось только после нашей прямой встречи. Приставал к моим девочкам, назвав их проститутками и шлюхами. Оскорбил бармена при всех, зажмотив какие-то чаевые, а он их даже не просил, просто увидев табличку с благодарностью о чаевых и qr-кодом для перевода на счёт. Ты разъебал мне четыре стола и одну приватную. Ты серьёзно думал, что я ни о чём не знаю? О твоих еженедельных походах сюда и нарушение правил? Я закрыл глаза на стол и приват. Бармену именно я сказал тебя больше не обслуживать, если это его смена. Но девочки здесь – это то, чего тебе не стоило прикасаться. То, за что ты будешь расплачиваться своим лицом.

Огонь в глазах Джисона полыхал ясным пламенем, словно в него только и подбрасывали горючее. Он был готов убивать, но сдерживал себя. Этот ублюдок затронул то, чем Джисон дорожил больше всего. То, что он самолично выстроил своими потом и кровью. А эта грязная псина решила, что ему всё дозволено.

— Ещё раз я тебя здесь увижу – тебя пустят по кругу бесплатно такие же животные, как ты, которым лишь бы засунуть свой член куда-либо, не видя норм морали. Я надеюсь ты меня понял.

Отпустив Джина, Хан махнул головой охране, дав приказ выпереть эту мразь из клуба.

Голова начал гудеть. Усталость берёт своё. Он здесь каждый день. Он буквально живёт на работе, не видя смысла возвращаться в квартиру. Ему хватает и нескольких жалких часов между открытием и закрытием клуба, чтобы отоспаться.

Опустившись на своё кресло за рабочим столом, он расстегнул две верхние пуговицы рубашки, скинув перед этим пиджак. Очередной тяжёлый вздох и не менее тяжёлый выдох. Возвращаться в зал не было никакого желания. Он бы выдоил остатки денег из того самого паренька, что так жадно смотрел на Джисона, но сил просто не осталось.

Раздался стук в четыре такта. Это она. Натягивать улыбку не было даже смысла. Перед ней он был сам собой, показывая полноту своих чувств и эмоций.

— А паренёк то скучает и всё спрашивает куда ты делся, — нежный и певучий голос распространился по кабинету.

— Ласика, рад тебя видеть, — кривая улыбка натянулась, желая показать свою искренность, но не вышло.

— Ты устал, братик, тебе бы отдохнуть. Взять отпуск и отдохнуть. Мы и сами тут справимся, ты же знаешь.

Девушка обошла стол и встала за креслом, став делать Хану массаж, от чего он прикрыл глаза, наконец расслабив тело.

— Ты же знаешь, что я так не могу. Обязательно найдётся какой-нибудь упырь, который будет думать, что он тут бог и царь, — устало произнёс он.

— На это у тебя есть Кристофер, разве нет? Давненько я его не видела.

— Он то и в отпуске как раз.

— Ну вот. Вернётся и иди спокойно. Нет! Идея лучше! Давай вместе пойдём в отпуск. Ты мне обещал двадцать лет назад, что свозишь на море, — хихикнула она, вспоминая их совместное детство и обещание брата.

— Идея замечательная. Какая же у меня прелестная сестра, — хмыкнул он, разворачиваясь к девушке.

— Ну вот. Пора выполнить это обещание, — она расплылась в улыбке.

Эта улыбка была самой искренней и счастливой. Ласика, она же Джису, была светом для Джисона. Его младшая сестра, любящая его душой и всем сердцем. И он не отставал. Она была той, кто всегда поддерживал его в трудное время. Той, кто дарил лучик своего света и частичку радости. Джисон и не мог уже представить свою жизнь без неё. Он не хотел брать её в клуб, ведь тут "грязно", но она настояла, что хочет быть с ним и за него до конца.

Нет, это здоровая любовь брата и сестры, что стоят горой друг за друга. У них были ссоры и конфликты, но всегда это решалось их сплоченностью. Дурацкие игры. Наигранные драки. Смех. Радость. Счастье. Никто и не думал прекращать общение.

— Ласика, клиенты ждут, — вдруг раздался твёрдый мужской голос.

— Крис!, — девушка встала со стола, на котором сидела до этого, подбегая к лучшему другу брата, обнимая его.

— И тебе привет.

— Всё, я побежала, — он улыбнулась на последок им, надевая маску и выходя в зал.

— Не хочешь тоже пойти? Там всё парень один спрашивает, никак не угомонится, — Крис уселся на диван, закуривая.

— Я думаю уйти с Джису в отпуск в начале месяца. Давно ей обещал на море свозить.

— Без проблем, можешь положиться на меня.

— Хорошо. Тогда я доработаю до утра на шесте, а после поеду домой. На тебе закрытие и сохранение клуба, — Хан встал с места, направляясь к выходу.

— Принято, хорошенько развлекись и выкачай из побольше бабла.

— Обязательно. И ещё. Джин приходил. Домогался до девочек и качал права. Я разобрался с ним, но будь на чику.

Это были последние слова, перед тем, как покинуть кабинет.

***

Когда ему говорили, что его искали, он явно не предполагал, что искали его, как минимум, двадцать человек, готовые влить в него кучу денег. Джисон лишь радовался и больше разгорячился. Он танцевал. Изящно, как и всегда, чувствуя каждый такт. Без внимания никто не ушёл. Каждый был одарен им, а сам Хан был одарен кучей налички. Но один парень смог зацепить его. Накаченное тело, что облегала майка. Безумные бёдра. Внешность. Явное наличие денег. Он просто смотрел, попивая, как смог высмотреть Хан, коньяк или виски. Смотрел и анализировал. Это первый человек, что решил просто наблюдать, будто каждый танец лишь для него одного. Это казалось безумно забавным.

Спрыгнув со сцены, он направился прямиком к нему. Так нельзя делать абсолютно никому, но он же тут владелец, а значит и правила устанавливает он.

— Малыш, ты знал, что просто наблюдать – неприлично?, — начал Хан, подсев к парню, ну, как к нему.

— А ты знал, что вот так усаживаться на колени к незнакомому мужчине – неприлично?

— Знал, но и ты не забывай где находишься, — съязвил Хан, подмечая, что парень убрал руки подальше, лишь бы случайно не коснуться его.

Мило.

— Вот я и пришёл смотреть.

— Оплати приватный, а после смотри. Иначе вот те ребятки, — он указал на охрану, — Выпроводят.

— Интересно получается.

— Нам очень обидно, что люди приходят посмотреть на нас бесплатно, не оставляя даже комплиментов, — послышалась обида в голосе.

— Я тебя понял.

Джисон тут же слез с него, возвращаясь на сцену, продолжая свою программу.

Прошло более часа с того момента с неизвестным красавцем, о которым Джисон уже и забыл, увлечённый своим делом.

На перерыве, запихивая в себя овощи, в гримёрку постучали. Охрана. Девочки не стучат, а сразу забегают, но их всё не было, хотя перерыв давно начался.

— Войдите, — прожевавшись отозвался Хан.

В комнату и правда вошла охрана, но за ней вошел и Крис.

— Что-то случилось? Если да, разберитесь сами, я до утра занят, — в рот был запихан броколли. Он не любил их, но сестра говорила о их полезных свойствах и настояла на их употреблении.

— Нет, случилось у тебя, — сказал Крис, усаживая на диван так, что бы видеть лицо Хана в отражении зеркала.

— Давай быстрее и конкретнее.

— Пять приватных от одного и того же.

— Пять?, — улыбка своевольно расползлась по лицу.

— Не знаю кто там настолько богат, что заказал пять именно твоего привата, но ты должен высосать из него всё до копейки.

— И без тебя знаю. А ты знаешь, что для меня это ничего и не стоит.

— Какой грубый, что случилось?

— Настроение паршивое.

— Да ладно тебе. Сходи, развлекись, делов то.

— Как у тебя всё легко.

Закончив со своим перекусом, Хан переоделся в другой костюм за ширмой. Кристофер продолжал сидеть, печатая что-то в телефоне. Он знал как тяжело Джисону. Знал и то, что друг не расскажет, пока совсем не сорвётся. Но и его можно было понять.

— Раздели девочек на группы и пусти поочерёдно на перерыв. Первыми идут те, кто должен находиться в зале.

***

Красные переливы света скользили по телу, подчёркивая его идеальность и желанность. Силуэт танцевал тенью на полупрозрачной ширме. Мягкость мелодии и мелкий звон цепей вуали, что случила некой маской восточной традиции, перекрывая всё лицо, оставив лишь разрез для глаз. Мелкие цепи были и на теле. Грудь, словно портупеи; пояс; щиколотки ног и кисти рук. Их окутывали золотистые цепочки. Верхняя часть тела была оголена, низ был прикрыт юбкой из полупрозрачной ткани.

Мужчина, что заказал танец, сидел за этой ширмой, наблюдая, попивая дорогой виски и закуривая сигарету. Джисон сразу определил ноты алкоголя и табака, их марки и рыночные стоимости. Клиент был богат. Очень богат.

Два танца прошли тенью. Прекрасной тенью, словно дева из сновидений, танцующая под лунным светом в мелодии тишины и гармонии. Движения были плавными и завораживающими.

— Впервые у меня такие тихие клиенты, — голос прозвучал мягко и нежно, словно журчание ручейка или шелест листьев в тёплый летний вечер.

— Я хочу насладиться танцем, а не только твоим телом, — хрипло прилетело в ответ.

Хан вошёл в комнату. Перед ним сидел тот самый парень, что наблюдал за ним час назад.

— У тебя очень забит график. Пришлось выкупать за тройную цену твоё время, — также хрипло произнёс мужчина, подтягивая бокал к губам.

— Не ты один хочешь любоваться мной. Но ты удивил и восточным стилем. Почему не латекс или сетка?, — Джисон сел ему на колени. Руки мужчины никак не касались его. Это даже огорчало, ведь сейчас он мог трогать его и он явно это знал.

— Я знал, что на тебе он будет смотреться куда лучше, нежели остальные тряпки.

Хан лишь хмыкнул на это, слезая с клиента, вновь возобновив свою программу.

Время шло, а значит и был близок конец. На последнем танце его остановили, предложив просто поболтать, что удивило Джисона, но он согласился. Сейчас ему хотелось просто поговорить о пустяках, нежели продолжать изнуряющие танцы. Да, они доставляли ему удовольствие, но тело ныло и просило отдыха. Он тут уже третий час. Третий изнуряющий час. Он мог уже уйти, стоило ему отказаться от предложения, закончить свой танец и уйти, но нет.

— Как давно ты в этой сфере?

— Достаточно долго, милаш, оно меня не отпустит уже.

— Я точно знаю о пяти годах.

— Как интересно.

— Я хожу сюда с открытия. И с открытия я жаждал встречи с тобой. Ты уже подходил ко мне, и не раз. Но ни разу так и не запомнил.

— У меня куча клиентов. Я не могу запомнить каждого. Да мне это и не нужно. Лишь постоянных, но там это происходит само по себе.

— Спал с ними?

— Нет. Хочется кого-то трахнуть – ищите в другом месте. Здесь рождено искусство танца, а не тела. Смотреть можно – трогать нельзя.

— Ты позволил себя трогать.

— Просто я знаю какую сумму ты выложил за меня, да и у тебя симпотная мордашка.

— Начальство если узнает?

— Я сам себе начальство.

— Интересно.

— Ничего интересного в этом.

— Как твоё имя?

— Джей.

— Точно, псевдонимы.

— А иначе никак.

— Были ли случаи, когда домогались?

— Были. Это частая проблема. Именно поэтому за дверью стоит охрана и камеры.

— И что с ними потом?

— Не знаю.

— Знаешь. Ты много знаешь об этом месте, но утаиваешь. По глазам вижу, ты не просто танцор здесь.

— Какой внимательный. Но тайны – на то и тайны. Скоро клуб закрывается. Думаю нам пора заканчивать. С нетерпением жду нашей следующей встречи.

***

С того момента прошло более двух месяцев. Джисон успел даже соскучиться по тому парню. Это забавило.

Они видели ещё пару раз. Разы, в которые успели обсудить много чего интересного. Вновь восточные танцы. Разговоры ни о чём. Но тогда Хан проиграться с ним. Возбудил, но не дал. Его любимое. Джисон знал о нём многое, но о Джисоне не знали ничего. Такова политика заведения. Его пригласили на свидание в последнюю их встречу, но он отказал. Танцоры не могут ходить на свидания с клиентами.

В очередную смену, что была последняя перед отпуском, Хан стоял на баре. Была большая загруженность и один бармен не справлялся, а второй заболел. Пришлось встать самому.

— Бутылку "Ki One Unicorn" и просят Вас, обслужить, — подошла официантка к бару, выдав заказ Джисону.

— Меня? Я не могу уйти.

— Да, именно Вас.

— Хорошо. Кир, справишься?, — обратился он к бармену.

— Без проблем, — воодушевлённо ответил парень.

Интерес взял своё. Если есть официанты, зачем звать бармена? Рассказать про виски? Это будет смешно, ведь это эксклюзив и понравится он не всем. Любителям. Очень богатым любителям.

— Добрый вечер, Ваш виски. Чем-то ещё могу помочь?, — он не смотрел кто за столиком. Пришёл, отдал и только после ответа он сообразил о своей ошибке.

— Да, можешь. Одна часть тайны раскрыта, — усмехнулся мужчина, смотря в ошарашенные глаза Джисона.

— Раскусил. Думаю, мозгов хватит ли тебе не подходить ко мне на улице, тыкая пальцем и рассказывая всем где я работаю и кем, — огрызнулся он.

— Как грубо. А ведь так давно не виделись.

— Две недели.

— Даже считал.

— Что-то ещё в заказ или я могу идти?, — он решил закончить их диалог просто уйдя побыстрее.

— Да. Тебя.

— Я бармен и танцор, а не проститутка, — развернувшись, он же собирался уходить, но тут его остановили.

— Позови босса, тон твой мне не нравится. Всё же хорошо было, — резко выпалил парень.

— Оу, босса?, — в глазах стал пылать огонёк, а разум отключаться от здравой мысли просто позвал Кристофера, чтобы не раскрывать себя до конца, но в голове что-то щёлкнуло, — Добрый вечер, меня зовут Хан Джисон, я являюсь владельцем этого клуба. Расскажите, что у Вас случилось?

Тут он и попал.

— Господин Хан Джисон, верно?, — самодовольная улыбка расползлась по кошачьим чертам лица.

Теперь Хан понял свою ошибку. Он раскрыл свою личность полностью перед тем, кого собирался держать вдали от себя.

— Господин Хан, я уже решил свою проблему. Прошу прощения за беспокойство.

— Ничего страшного, рад, что всё решилось без моего присутствия.

И он ушёл. Ушёл за бар, став жаловаться Крису, который сидел за баром.

— Он обвёл меня вокруг пальца! Да как я повёлся то на это!?, — негодовал Хан, попутно отдавая заказы.

— Тебе отдохнуть нужно. Ты ещё два месяца назад уйти в отпуск должен был.

— Я не могу оставить клуб. Сердце кровью обливается.

— Значит надо было придерживаться одной роли, а не всеми. Либо бар, либо шест.

— Я могу всё. На сцене я скрываю лицо и не разговариваю с клиентами. А в привате минимум контакта. Че за херня.

— Не знаю, но разбираться тебе. Молюсь, на то, что бы твой зад не узнали на улице.

— Я ему голову откручу, если так произойдёт.

— Удачи, а я пойду. Бумажек много на проверку, а тебе на подпись.

— Да знаю я.

***

В тот вечер настроение было испорчено. В планах было выйти на сцену, но планы изменились. Как только народ стал расходиться, Хан вернулся в кабинет. Подписал все бумаги и ушёл. Долгожданный отпуск.

Прошли два месяца гладко. Джису радовалась, словно ребёнок, а Джисон только и рад. Море, тишина, спокойствие, никакой работы. Было хорошо настолько, что и возвращаться не хотелось. До одного вечера.

На телефон пришло очередное уведомление. Сначала он подумал, что это Крис с очередным докладом, что в клубе всё хорошо, но нет, это был не он. Неизвестный под именем Ли Минхо. Так ещё и в инстаграме. Интерес взял своё. Зайдя в чат, а после на профиль, он обомлел. Это был тот самый парень, что раскрыл его личность.

Только этого не хватало.

Сообщение было обычным и начато с банального "привет", но дальше вновь приглашение на свидание, как только Джисон вернётся в Сеул.

Он вернулся. Там и начались все приключения, о которых он даже не подозревал…