Пять условий дестабилизации авторитарных режимов
Оптимизм россиян в отношении 2024 года совпадает с оптимизмом государства. В федеральном бюджете на этот год заложен беспрецедентный рост доходов - сразу на 34%. Вот правда “никогда такого не было”. Обычно рост ожидаемых доходов от года к году колеблется в пределах 1-9%%
Исключения за последние 15 лет: бюджеты 2012 - 33%, 2018 - 28% и 2022 - 33%. Всё это особые годы - президентские выборы и начало войны. Нынешний год тоже выборный. Нюанс в источниках исполнения высоких ожиданий
Почти все надежды связаны с ростом экспорта нефти и газа и надежды эти сомнительны. Если случится мировая рецессия (это вероятно) и/или будет усилен контроль за соблюдением санкций, то экспорт сократится. Тогда останется только искать относительно законные способы отъема денег у населения, но население собирается в 2024 жить лучше и веселее. Далее, как и было сказано, - фрустрация и социальная напряженность
К чему это я? Тот факт, что запланированный рост государственных доходов залезает аж за 30% второй раз за три года, указывает на существенный рост "цены" сохранения диктатуры в России. А вот возможностей платить эту цену, как минимум, больше не становится
Тема денег для диктаторских режимов сакральна. Она для всех сакральна, но для них - особенно. Финансовые проблемы являются одним из пяти необходимых и достаточных условий потери подобными режимами социального равновесия. Такие проблемы обычно приводят к росту налогов и государственного долга и делается это несправедливыми, с точки зрения общества, способами. Снижается и способность режима подкупать сторонников и платить военным, полиции и чиновникам
Вторым, после финансовых проблем, условием нарушения устойчивости диктаторских режимов является разобщение элит и их отдаление от диктатора
Это происходит, когда отдельные группы элиты (военной, экономической, культурной и т.д.) начинают чувствовать себя незаслуженно обделенными, или находящимися в опасности. Это не про конкуренцию башен Кремля элитных групп (она есть всегда), а именно про чувство экзистенциальной угрозы либо от самого диктатора, либо конкурирующей группы (”старые” элиты против “молодых”, например)
“Мятеж Пригожина” показал, что разобщение элит в России не только есть, но и дошло уже до стадии, когда его не всегда удается скрыть. Наружу вышло противостояние “старого” генералитета с “молодыми” наемниками
Путин недавно обмолвился о появлении “нового класса, молодого класса бизнесменов”. “Старые” бизнесмены - те, кто получил собственность в результате приватизации 90-х. И что-то часто в последнее время Генпрокуратура стала возбуждать иски о пересмотре результатов той самой приватизации. “Старые” бизнесмены сильно нервничают: «никто не знает, кто в очереди может быть следующим»
События вокруг несчастной “голой вечеринки” тоже намекает нам на разобщение элит. Там ведь не только известные артисты (хотя и это элита) были, но и топ-менеджеры и, возможно, даже чиновники. Но важнее другое - у известных артистов есть высокие покровители. Если в случае с бизнесом мы имеем дело с борьбой за собственность, то здесь - с не менее серьезной борьбой символической, за доступные элите способы самовыражения. И тоже все очень нервно.
Если эти и им подобные тенденции получат продолжение, мы увидим нарастание разобщения элит и, соответственно, новые “мятежи”
Последние события в Башкартостане напоминают нам о третьем признаке нарушения равновесия в недемократических политических системах. Это “низовая” протестная мобилизация
Это могут быть массовые публичные выступления и столкновения с полицией и военными (то, что произошло в Баймаке), или открытые акции гражданского неповиновения. Однако это может быть и “тихий” протест в виде массового уклонения от участия в официальных политических и идеологических кампаниях (выборы, военная служба, и т.п.). То и другое подрывает авторитет государства и эффективность его аппарата
На рост протестной мобилизации указывают увеличение количества вспышек массового неповиновения и расширение их тематики. В 2019-2021 гг. весь массовый протест был представлен выступлениями “демократической оппозиции”. После начала войны “демократическая оппозиция” ушла в подполье и эмиграцию. Зато мы видели массовое бегство от мобилизации, движение жен мобилизованных и возрождение национальных движений
Отдельные разрозненные выступления легко подавить. Действительно серьезной проблемой становятся выступления, происходящие одновременно в разных местах и по разным поводам, когда властям приходится “тушить несколько пожаров” сразу
В общем, если ничего не случится раньше, смотрим за явкой на президентские выборы
Четвертое условие - появление нарратива/идеологии сопротивления
Этот нарратив а) поддерживается как элитами, так и разными (!) группами общества, б) эмоционально и убедительно описывает невыносимую несправедливость существующего режима, в) предлагает такую же эмоциональную и убедительную картину “лучшей жизни” и г) указывает “простой” (доступный для массового понимания) путь к достижению “лучшей жизни” через изменение режима
В России 1917 г. таким нарративом была социалистическая утопия, а в СССР рубежа 1980-1990-х - утопия капиталистическая
И вот у нынешних противников “путинского режима” есть большая проблема: их основной нарратив - “Россия без Путина” - не имеет ни одного из перечисленных признаков и поэтому объединяющим и мобилизующим нарративом сопротивления быть не может
Фиксация на одной персоналии “заводит” относительно малочисленную группу “оппозиционеров”. Это отзеркаливание “культа Путина”, который пытается создать его окружение и который тоже мало кого “заводит”
С описанием невыносимой несправедливости тоже не задалось. Конкретные несправедливости в данном нарративе слабо связаны с фактом существования Путина. То, что Путин “во всём виноват” и без него всё наладится, действительно звучит не очень убедительно
Картина “лучшей жизни”… Ее просто нет. “Возвращение к нормальности” звучит непонятно. К какой “нормальности”? Советской? Имперской? “Проклятые 90-е”? Представления о “норме” у всех разные. Это не объединяет. Объединить может утопия, а ее в этом нарративе нет
Ну, и путь к освобождению из “Россия без Путина” вытекает только один - ждать смерти Путина. Не мобилизует
Улучшить такой нарратив невозможно. Можно только заменить на совсем другой
Последнее, пятое, - неблагоприятная для режима международная ситуация
Каким бы “суверенным” не было государство, выжить в полной международной изоляции оно не может. Парадокс заключается в том, что самые “самодостаточные” и “самобытные” режимы (вроде северокорейского) сильнее других нуждаются либо в зависимых от них странах-сателитах (СССР и “страны социалистического содружества”), либо в сильном покровителе. Например, в наши дни таким суперпокровителем разного сорта диктатур является Китай
Когда конспирологи и пропагандисты рассказывают о “руке Запада” в “цветных революциях”, “немецких деньгах большевиков” и т.п., они почти не врут. Поддержка “оппозиции” со стороны иностранных государств и/или отказ в такой поддержке правящей группе, внешнее давление на нее являются необходимыми условиями для революционной смены режима или его внутренней трансформации. Необходимым, но не достаточным. Если отсутствуют внутренние условия, никакие санкции и прочие козни врагов не пошатнут ситуацию. Да их, козней, в таком случае обычно и не бывает. Отсюда и “почти”
Внешнее давление на диктатуру это такой дым, который без огня нарушения равновесия внутри системы не появится, или быстро развеется