Сейчас я расстегну молнию
Сейчас я расстегну молнию своего рюкзака, потянув за блестящую шершавую штучку. В воздухе заиграет запах свежей пластмассы.
Я беру пенал. Этот пенал по форме напоминает цилиндр. Он чёрный. Я кладу туда три ручки из набора, три карандаша и ровно три линейки. Затем я чешу затылок и вспоминаю, что забыл ластики. Их тоже три. И они тоже отправляются в пенал.
Пенал я откладываю на стол. До лучших времён. Я уверен, что он мне пригодится, но ещё нескоро.
Наступает очередь тетрадок и учебников. Несколько десятков слепленных твёрдых обложек, от которых попахивает эмалью, ждут меня на полке. Я беру и отдираю ногтем одну, после чего смотрю сковзь неё на резную люстру, которая освещает мою комнату.
Люстра расплывается. Потрясающий оптический эффект.
Итак, все тетрадки и учебники обложены. На это у меня уходит пятнадцать минут. Пришло время дневника. Недаром говорится, что дневник — лицо ученика. Это чистая правда. Всё так и есть на самом деле. Спустя минуту, проведенную мной в нелёгких манипуляциях, дневник сверкает глянцем новенькой пахучей обложки. Теперь он — моё лицо.
Что положить в рюкзак первым?
Я не выношу дискриминации и неравенства. Так пусть же все нужные составляющие набора счастливого школьника отправятся в рюкзак одновременно. Пусть они войдут туда разом. Итак, я сжимаю в своей руке шесть учебников, папку с тетрадями, дневник и пенал.
Сначала я слышу непривычное хлюпанье. Затем по комнате разносится неприятный запах свежего говна.