Я очнулся в абсолютной звенящей тишине
Я очнулся в абсолютной звенящей тишине. Голова гудела и постепенно создавалось ощущение, что гудит всё вокруг. Я хотел было осмотреться, но спустя несколько секунд обнаружил, что нахожусь в полной темноте. Заснул днём и проснулся, когда уже наступила ночь? Странно. Не помню, чтобы вообще ложился.
Тем временем гул вокруг становился громче, или мои органы чувств стали потихоньку приходить в себя. Я смог понять, что это за звук - это был гул мотора. Значит, я явно в машине и меня куда-то везут. Неужели похитили?
Эта мысль напугала и отрезвила меня. Меньше всего хотелось бы сейчас оказаться в лесу разобранным на органы. Что будет с женой, детьми? А у меня вообще есть жена и дети? Ладно, подумаем об этом позже. Надо попробовать развязаться, меня ведь наверняка предварительно связали. И здесь возникла вторая проблема - я был абсолютно обездвижен. Ни один мускул на моём теле не хотел меня слушаться, как бы я ни старался. Будто разум человека поместили в тряпичную куклу, и такое соседство явно не по душе обоим.
Оставив потуги произвести хоть какое-то движение, я принялся размышлять. Очевидно, меня чем-то накачали, а не связывали. Это ведь логичнее - я не буду вырываться или кричать, потому что попросту не смогу. Но зачем я кому-то нужен? Может у меня много денег? Или можно потребовать выкуп у богатых родственников? Попытки вспомнить хоть какую-то информацию о себе не увенчались успехом. Видимо, вещество было достаточно сильное и заодно отшибло мне память.
Мои невесёлые мысли прервал звук тормозов. А вот теперь, кажется, мы действительно в лесу. Ну или в выбранном моими похитителями пункте назначения.
Я услышал звук открытия двери, но не увидел света. В этот момент я осознал, что несмотря на то, что глаза вроде бы открыты - моргать я не могу. Ещё одно неприятное открытие и, видимо, эффект от вколотой в меня наркоты (или чего там ещё, я же не химик). Я услышал пару коротких фраз, но не смог их разобрать. Почему я не вижу самих людей?
Что-то зашуршало. Меня взяли на руки и пришла очередная догадка - я в мешке. Вот почему мне ничего не видно - в том числе и лиц тех, кто сейчас меня несёт.
На руках я находился недолго - спустя несколько секунд почувствовал спиной холодный материал, на который меня положили. Положили и повезли. Каталка? Серьёзно? Может у них какая-то подпольная лаборатория с экспериментами над людьми?
Везли меня несколько минут и я даже, признаться, заскучал. А потом резко стало тихо и очень холодно.
Не знаю, сколько я так пролежал - время стало течь как-то по-другому. Да и довольно тяжело его определять, когда ты обездвиженный лежишь в кромешной темноте. Минута, час, сутки - всё сливается. Не подумайте, мне вообще-то не было страшно (а ведь должно было быть). Ощущалась скорее скука и мерзкое, томительное ожидание непонятно чего. Будто ты в кинозале перед началом фильма: и попкорн уже почти доел, и ноги затекли, а кино всё не начинается.
Я успел много раз подумать о том, чем я это заслужил. Попытаться вспомнить предшествующие события. Бесполезно - туман, пелена, рябь, называйте как хотите, а я назову это временной (временной ли?) амнезией.
В один момент я услышал звук расстёгивающейся молнии и в глаза ударил яркий свет. А я ведь уже почти свыкся со своим положением!
Надо мной склонился мужчина в белом халате. Морщинистое лицо, волосы, тронутые сединой и маленькие, блестящие глаза, которые внимательно меня осматривали. Покачав головой, человек пробормотал что-то вроде "Какой молодой!" и взял в руку скальпель. Я хотел закричать, но из горла не вырывалось ни звука. Он что, собрался резать живого человека?
Движение было быстрым и отточенным - скальпель без труда разрезал мягкие ткани, оставляя чувство лёгкого холодка, как бывает когда трогаешь что-то холодное и металлическое. Я так и не закричал. Да и незачем было - никакой нечеловеческой боли (которая, очевидно, должна быть, когда тебя режут наживую) я не испытал. Я чувствовал, как врач (а это был определённо врач) нащупывает что-то в моих органах, и спустя несколько минут, удовлетворённый результатом, вытаскивает руку. Перчатки летят в мусорку, а мужчина садится заполнять бумаги.
Догадка пронзает меня значительно сильнее, чем сделал это скальпель пятью минутами ранее. Я - мёртв?
Дальше все события слились и закрутились странным калейдоскопом. Меня зашивали, мыли, переодевали, даже наносили макияж (что забавно - первый и последний раз в моей жизни, если слово "жизнь" тут вообще применимо). Всё это казалось каким-то несмешным розыгрышем, глупостью, бредом. Я ведь живой, ж и в о й. Вижу всё, слышу всё, могу думать и воспринимать информации. Почему никто не додумывается это проверить?
В день похорон я старался изо всех сил. Произнести звук, повести мышцей, хотя бы вздохнуть - всё было бесполезно. Хотелось кричать, чтобы они заметили свою ошибку, чтобы пристыдились, что хоронят живого. Ужасная, чудовищная ошибка! Вот приду в себя - устрою всем этим горе-врачам, которые не смогли отличить труп от меня - живого, между прочим, человека!
Но эти мысли так и остались только мыслями - я был бесполезным наблюдателем, куклой, если хотите. Среди толпы народа я никого не узнал - все лица казались смутно знакомыми, но не более. Одна женщина убивалась и плакала больше всех, она даже несколько раз подходила поправить мне галстук и причёску, но в итоге накапала слезами прямо на лицо и белую рубашку.
Гроб закрыли. Я снова оказался в темноте. Услышал звук забивающихся в крышку гвоздей, а затем падающей сверху земли. Она с мерным стуком ударялась о гроб. Бум, бум, бум.
"Вот и всё" - подумал я. Однако, страх и чувство несправедливости прошло. Было спокойно. Спокойно, как бывает старикам, умершим во сне. Как бывает детям, которые ещё слишком малы для тревог и спят без сновидений. Как бывает бездомной кошке, которой грезится человеческая ласка.