Сегодня я решил не делать ничего

Сегодня я решил не делать ничего «охуительного» и пишу так, как ты любишь.
Дело было вечером. Вечер был лет 7 назад. 7 лет назад мне было 16. Тем поздним часом, я и мой друг Василий беззаботно гуляли по набережной родного города. Родной – не значит любимый т.к. нашу «родину» населяли одни гопники, коих насчитывалось процентов семьдесят. И конечно, встреча с ними не обошла нас тогда стороной.
Четверо статных молодых человека вежливо попросили нас остановиться со словами-«Опа, пацандрэ, стопэ нахуй». Вежливость мы с товарищем уважаем, и огорчать их не стали, выполнив столь великодушную просьбу.
-Сига есть? – выразился один из них. Он был самым высоким, и было видно, что данная личность самая уважаемая в их небольшой компании.
-Извиняюсь, но мы не курим – убедительно ответил я.
-Чо пиздишь? – спокойно спросил он снова.
Я промолчал, так как слова мои были действительно не правдивы. Ложь тогда поселилась в моем сердце, о чем я каюсь до сих пор. Мое тело стояло неподвижно секунд десять и не издавало ни звука – разум прояснялся и готовил контраргументы, как вдруг пробудился от повышенного тона:
-хули ты умер? Молчание – знак согласия? А?!
Диалог свернул на неблагоприятный для меня путь. Такой дерзости я терпеть конечно не мог, но в силу своего воспитания, отвечать той же монетой не стал. Поэтому молвил:
-Пацаны, давайте мы просто пойдем.
-Хули ты от ответа уходишь?! Дичь – в его словах просматривалась нарастающая злость, обращать внимание на которую я не был готов.
Но тут произошло то, что вообще никак не входило в планы и изрядно меня потрясло.
-Пацаны, я не с ним вообще – выдал мой приятель и отошел к краю набережной, вжавшись в перила спиной и начиная обходить все действо стороной.
Тут все было очевидно. По всем законам логики и психоанализа, мой друг – ебаное гнилое говно. И вот такую нездоровую выходку терпение мое не выдержало. Я более не мог сдерживать свое тело и накинулся на предателя с кулаками. Ебнув подошвой в «таблище» этого ушлепанца, он чуть не перевалился через ограждение и после скрючевшись рухнул на землю. Я сел сверху, зажал его руки ногами, у плеч, и начал беспощадно разбивать ему ебало в «мясину» до кровавых соплей и слюны. Он молил о пощаде, начал извиняться сквозь свои же крики боли, но в моей голове творился лишь хаос и пропускал все его слова мимо. Уважаемые молодые люди, которые ранее спросили у нас сигаретку, видимо, испугались за жизнь моего «уже не товарища» и начали оттаскивать меня от него.
-Ты что, псих что ли?! Хватит, ебана рот! Ты его убьешь! – начал кричать один из них.
Но он не знал, что их неравнодушие обернется им боком т.к. я достал 44ый Магнум из под олимпийки и ненадолго отпустив своего «друга», начал ебошить по ним выстрел за выстрелом. Их плоть разрывалась ровно так же, как и их «спортивки». Кровище хлестало во все стороны. В голову я, конечно, не целился, но вероятность того, что их жопы уже не зашьют, крайне высока. Повернувшись обратно к изначальной жертве, я не обнаружил его на том же месте, где собирался закопать его обезображенный труп. За время стрельбы, его кровавая тушка успела отползти от меня на несколько метров, оставляя за собой красную жижовую линию.
-У ну сука! Куда собралась ебанашка!? – начал кричать я, и направив на него ствол, начал спускать курок раз за разом, делая по шагу на каждое нажатие, дабы не промахнуться. Но в порыве ярости забыл, что все патроны ушли на «гопников».
-Не повезло тебе, пидрила… - пояснил я ползущему.
Ведь, раз не стволом, значит ногами. Моя пятка вдавливала его затылок в аккуратно уложенную плитку минут 5, пока его череп не превратился в смузи.
После содеянного мой пыл немного убавился. Я сделал несколько глубоких вдохов, вытер лицо от литров крови, поправил «лепень», отряхнул брюки – красота.
-Последнюю, даже вор не спрашивает. Ублюдок – пафосно вывалилось из моего рта.
Я поджог спичку, подкурил ей последнюю сигаретку и кинул догорать на ебло самому длинному.
-Но….. ты не говорил… кха… буа…. Что… у тебя последняя…