ПРОЙДЁТ НЕДЕЛЯ, А ЗА НЕЙ ГОДЫ…

Он всё ещё не понимает, что прогуливается по любимым, но почему-то забытым тропинкам сада. Нет, он не совсем забыл этот сад — в его голове мелькают образы прошлого, но они настолько расплывчаты, что он не может и предположить, почему они возникают у него. “Ну же, думай! — говорит он себе, начиная совсем уж злиться, — Что же в этом саду такого, что тебя к нему так тянет? Что в этом саду такого, что ты в последнее время ни о чём больше и не думаешь?” Пройдясь немного дальше, он заметил большой камень, на котором заметил какие-то надписи. То были инициалы и небольшое предложение, написанное немного ниже: “К. и Е.”; и само предложение: “Пройдёт неделя, а за ней годы, и настанет счастливое время”. “Гм, — задумался он ещё сильнее, нахмурив брови и опустив свой взгляд на землю, — какие-то инициалы. Что-то очень знакомое, но никак не получается вспомнить ничего дельного. Разве что “К” может означать моё имя. “К” — Кирилл. Звучит логично, но доказать не могу, к сожалению. Может быть, ответ придёт сам собой, но позже.
Пройдя по тропе ещё немного, он наткнулся на яблоню. Такую большую, такой неописуемой красоты, в самом расцвете своих сил. Пока он её рассматривал, подул ветер, и яблоня потянулась к нему своими ветвями, будто желая взять его за руку. Его вдруг осенило: “Ева, это ты! Вот что меня всегда так тянуло к этим тропам, к этому месту! Мы так любили гулять этому саду, что решили посадить своё дерево — эту яблоню!” Он подошёл к яблоне ещё ближе, чтобы прикоснуться к ней в надежде, что почувствует прикосновение своей Евы. Так и случилось. Его глаза быстро наполнились слезами, а всё тело задрожало. Он прижался к дереву так сильно, что можно подумать, будто его уже не отцепишь. Через несколько мгновений произошло неожиданное: его хватка ослабла, он пошатнулся, схватился за сердце обеими руками и упал к выглядывающим из-под земли корням дерева, будто они сами стремились к нему. Старость дала о себе знать в единственный счастливый момент его жизни с момента смерти Евы — его навсегда верной жены. Нет, тут только соврут, если скажут, что она умерла, потому что это не правда. Всё это время, с самого момента своего ухода в лучший мир, она шептала ему, звала его. Но из-за болезни Альцгеймера он никак не мог запомнить, откуда издавался этот шёпот, откуда его звали. Теперь же пришло время, то самое счастливое время, о котором было написано на камне нашим главным героем на следующий день, после смерти его верной и навсегда любимой Евы. Теперь “К и Е” вместе, и счастье их неподвластно времени.