Его Высочество Пятый Принц всё ещё обманывает себя / Глава 1
Глава 1. Его Высочество Пятый Принц охвачен горем
Рано утром вокруг Богоубийственного Помоста собрались различные боги, весьма обеспокоенные. И даже Небесный Император поспешно прибыл сюда и крикнул:
— Цзин Фэйжун! Что ты делаешь?
В центре Богоубийственного Помоста стоял молодой бог с красными глазами и растрёпанными волосами, собранными в свободный пучок. Концы его волос и белоснежные широкие рукава развевались и шелестели на ветру.
— Отец, — глаза Цзин Фэйжуна наполнились слезами, и он трагически всхлипнул, говоря:
— Я принял решение. Тебе не нужно меня уговаривать.
Стоявший рядом с Небесным Императором историк тут же достал длиннющий свиток и, декламируя, записал:
— В 9715-м году до нашей эры Пятый Принц клана Дракона, Цзин Фэйжун, был принуждён к браку своим отцом, Небесным Императором. Он решил сам покончить с собой на Помосте Богоубийства. Юный бог, не страшащийся власти…
Его тон становился всё более пылким, и, казалось, он слегка переигрывал.
Небесный Император нахмурился и махнул рукой. Божественные стражи вышли вперёд и унесли старика, несущего чушь.
— Я принял решение, — холодно сказал Небесный Император. — Если хочешь прыгнуть, прыгай. Не мешай божествам, которые идут во дворец Линсяо, чтобы отчитаться о своих деяниях.
Цзин Фэйжун всё ещё лелеял свои горести. Услышав это, он опешил, и слёзы задрожали у него на подбородке. Он недоверчиво спросил:
— Ты не прыгнешь? — Небесный Император поднял брови и снова махнул рукой оставшемуся поблизости божественному стражу. — Иди, помоги ему.
Страж, получив приказ, вытащил горящий яростным пламенем меч и направился к Помосту Богоубийства. Цзин Фэйжун запаниковал:
— Подождите… Отец, на самом деле, этот вопрос ещё можно обсудить…
— Не нужно меня уговаривать, — сказал Небесный Император.
Цзин Фэйжун в ужасе поспешно отступил назад. Однако, поскольку его ноги были слишком длинными, он, сделав несколько шагов, вдруг наступил на пустоту и рухнул прямо с Богоубийственного Помоста.
Под Помостом располагались магические барьеры, способные убивать богов. Даже самые могущественные боги становились бессильны и неизбежно погибали, коснувшись их.
Цзин Фэйжун обеими руками держался за край Помоста, пытаясь отбросить с лица спутанные волосы и беспрестанно от них отплёвываясь. Видя, что Небесный Император смотрит на него совершенно равнодушно, он воскликнул, на этот раз с искренним волнением:
— Отец! Что с тобой? Скажи что-нибудь!
Небесный Император спокойно обернулся и объявил:
— Все присутствующие божества, вернитесь во дворец Линсяо, чтобы доложить о своих деяниях!
Местность вокруг Богоубийственного Помоста внезапно опустела, и только хриплые крики Цзин Фэйжуна ещё долго разносились повсюду.
Рассказывают, что он провёл весь день, болтаясь в воздухе у края Помоста, пока не наступили сумерки, прежде чем Небесный Император приказал стражникам вытащить его.
Цзин Фэйжун сидел один в центре Богоубийственного Помоста и долго плакал. В конце концов третий брат уговорил его вернуться домой под предлогом вкусного ужина.
В Царстве Демонов весь день царит тьма, клубятся чёрные тучи и бушуют песчаные бури, и Земли Иссохшего Болота не исключение.
Чу Яньчуань{?}[ Один из Изначальных Богов] стоял на краю обрыва, глядя на медленно поднимающуюся золотисто-красную печать внутри магического барьера.
Под печатью находилось квадратное основание, украшенное резными изображениями множества причудливых тварей. Окружённый толстыми цепями, надёжно приделанными к каменным колоннам, над этим основанием едва заметно парил огромный синий талисман.
— Просыпайся, — сказал Юй Цан.{?}[Повелитель Подземного Мира и князь демонов]
Чу Яньчуань сделал глубокий вдох, словно приходя в себя, медленно распахнул полузакрытые глаза и слабо произнес:
Он закатал свои широкие рукава и сказал себе:
— Погода становится холоднее, особенно в Царстве Демонов.
Чу Яньчуань потер лоб и заметил:
— Я совсем забыл, сегодня свадьба.
Распорядитель церемонии появился позади него, поклонился и почтительно сообщил:
— Господин Мин Ван,{?}[Почтительное обращение, «Князь демонов» ] господин Ди-цзюнь{?}[ Ди-цзюнь — почетный титул, добавляемый к именам богов. ] Небесный Двор прислал Повелителя Звёзд, а церемониальная команда уже ждет снаружи.
— Пойдём, — вздохнул Чу Яньчуань.
Чу Яньчуань не ожидал, что сцена будет столь грандиозной.
Шестьдесят тысяч божественных стражей и три тысячи чиновников Небесного Дворца почтительно приветствовали их поклоном. Три Пречистых,{?}[ Три высших божества даосизма, а именно Юйцин Юаньши Тяньцзунь, Шанцин Линбао Тяньцзунь и Тайцин Даодэ Тяньцзунь (Юцин, Тайцин, Шанцин), являющееся символом учения о «Троице» в даосской философии.] каждый на своей колеснице, сопровождали паланкин с церемониальным приветствием.
Паланкин нес Гаруда,{?}[ Мифический бог птиц в буддизме, получеловек-полуптица, символ просветлённого ума] впереди шёл белый слон, ведомый под уздцы Самантабхадрой,{?}[ Будда, «Благородный во всём, всеблагой» ] а позади летели сто духовных коней.
Все Девять Небес озарились божественным светом, богиня Чанси{?}[ Богиня луны и мать многих богов буддизма] на гигантской скале взмахнула рукавами, разогнав облака, и осыпала небо золотом. Пылающее солнце и яркая луна со звёздами встретились высоко на западе.
Столь обширный и великолепный пейзаж поистине был достоин грандиозной свадьбы Изначального Бога Духов, прославленного редкостной красотой и множеством добродетелей.
Бесчисленные бессмертные жаждали увидеть легендарного Ди-цзюня, но многослойные занавеси свадебного паланкина колыхались и скрывали его, оставляя видимым лишь смутный контур изящного подбородка и тонкие пальцы, лежащие на коленях, обрамлённые ярко-алой парчой, и даже это зрелище не имело себе равных во всех мирах.
Чу Яньчуань сидел в паланкине, намереваясь вздремнуть по дороге, но теперь он никак не мог заснуть, потому что было слишком шумно.
Это был всего лишь брак по договоренности.
Чу Яньчуань слышал о том, что Цзин Фэйжун в тот день был в панике и рыдал на Помосте Богоубийства, но теперь Небесный Император устраивал такую грандиозную церемонию… У Чу Яньчуаня были основания подозревать, что Пятый Принц клана Небесного Дракона вполне может оказаться приёмным.
Но он всё же решил пока не уточнять эту подробность, так как боялся, что хрупкий и психически неустойчивый Пятый Принц снова начнёт плакать.
Попав, наконец, на небеса, Чу Яньчуань был очень сонным, поэтому он пропустил все остальные сложные формальности, включая знакомство с новоприобретённым мужем, но отправился прямиком в спальню Цзин Фэйжуна, поднял полог, забрался на кровать и благополучно уснул.
Чу Яньчуань спал крепко. Он не знал, какие благовония курились во дворце Цзин Фэйжуна, но одеяло очень приятно пахло.
Чу Яньчуань спал долго, закутанный в багряные свадебные одежды и это мягкое одеяло с чужим замечательным запахом.
Когда он проснулся, на небе уже сияла яркая луна.
Дверь спальни с грохотом распахнулась. Чу Яньчуань поднял веки, медленно перевернулся и откинул полог кровати.
Цзин Фэйжун подумал, что ошибся комнатой. Такое уже случалось. Несколько лет назад он по ошибке вошёл в комнату третьего брата, выпив слишком много вина, и в результате на него обрушилось мощное заклинание, потому что его третий брат в то самое время занимался чем-то в постели с кем-то, о ком нельзя было и говорить.
На самом деле, скрывать тут нечего.
Человеком в постели третьего брата был Повелитель Подземного Мира, Юй Цан.
Цзин Фэйжун, едва не обратившийся в кучку дымящегося пепла на месте, ненавидел только себя и только за то, что у него недостаточно зоркий глаз, так как он не смог ясно разглядеть, кто из этих двоих находится сверху, а кто — внизу. Почему-то именно этот вопрос до сих пор волновал его больше всего.
Сейчас же он тоже был умопомрачительно пьян и держал в руках кувшин с вином, не отрывая взгляда от красавца, лежащего на его кровати.
Тот был одет в основательно помятые свадебные одежды, у него были прекрасные чёрные волосы, а его тонкая белая рука придерживала полог кровати. Лунный свет освещал лишь половину его лица, и в уголках его глаз всё ещё теплилась сонливость. Его зрачки были водянистыми и даже прохладнее лунного света в саду, который Цзин Фэйжун только что видел по дороге сюда.
Он был так прекрасен.
Сегодня была его пышная свадьба, но Цзин Фэйжун не явился встречать «невесту». Он спрятался в Чжулине, чтобы пить в одиночестве, пока Небесный Император не послал кого-то схватить его и заставить вернуться во дворец, а затем под внушительным конвоем божественной стражи срочно прибыть в опочивальню и извиниться перед Ди-цзюнем.
Он не собирался извиняться, но Цзин Фэйжун заметил, что Чу Яньчуань не выказал ни малейшего гнева. Напротив, он выглядел совершенно спокойным и даже довольно привлекательным. Чрезвычайно привлекательным.
Цзин Фэйжун долго стоял в оцепенении, а потом внезапно он вспомнил, почему сегодня пьян, и, нахмурившись, тихо спросил:
— Почему ты спишь на моей кровати?
Чу Яньчуань добродушно улыбнулся, взмахнул рукой, и кончики его пальцев вспыхнули. Он зажёг под окном две красные свечи и сказал:
— Ваше Высочество Пятый Принц, вытрите слюну.
Эта улыбка была словно цветущая груша под луной, усыпанная снегом. Цзин Фэйжун был ошеломлён и быстро вытер слюну с уголков рта. Но, подняв взгляд, он всё ещё злился:
— Я спросил тебя, почему ты спал на моей кровати!
Чу Яньчуань всё равно дал неуместный ответ:
— Вино может нанести вред Вашему здоровью и вызвать множество проблем, поэтому Вашему Высочеству лучше пить поменьше.
Цзин Фэйжун нахмурился ещё сильнее. Из-за этого запутанного разговора он не мог понять, то ли он сам уж слишком пьян, то ли Чу Яньчуань глухой.
— Хотя я не знаю, почему Ди-цзюнь согласился на этот брак, — Цзин Фэйжун внезапно посерьезнел. — Но я верю, что Ди-цзюнь знает, как нам следует обращаться друг с другом.
— Да, думаю, тут всё должно быть ясно.
Похоже, он не глухой. Выражение лица Цзин Фэйжуна немного смягчилось. Он уже собирался спросить: «Кто же из нас будет сегодня спать на моей кровати?», но тут Чу Яньчуань медленно выпрямился, поднял руки и начал развязывать пояс.
Наше бедное Высочество, Пятый Принц, никогда ещё не переживало столь внезапной и волнующей сцены. Когда он наконец отреагировал, Чу Яньчуань уже бросил пояс на пол и собирался снять верхний халат.
Кувшин с вином с грохотом упал на плитки пола, и Цзин Фэйжун стремительно бросился к кровати, схватив Чу Яньчуаня за запястье одной рукой.
— Что ты делаешь?! — Лицо Цзин Фэйжуна исказилось, уши и шея покраснели, он не мог понять, злится он или смущён, и крепко стиснул зубы. — Зачем ты раздеваешься?
Чу Яньчуань задумался на мгновение и выбрал довольно тонкое выражение, подходящее для возрастной группы Его Высочества Пятого Принца, сказав:
Цзин Фэйжун понял, и выражение его лица постепенно вышло из-под контроля.
— Неужели Ваше Высочество неспособен? — Видя несчастное выражение лица Цзин Фэйжуна, Чу Яньчуань неуверенно спросил:
В мёртвой тишине было слышно только тяжелое дыхание Цзин Фэйжуна.
— Не может быть, правда? — снова спросил Чу Яньчуань. Он легко высвободил запястье из хватки Цзин Фэйжуна и с сомнением посмотрел на него. — Разве не говорят, что драконы похотливы по своей природе?
— Ты… — Цзин Фэйжун почувствовал стыд и гнев. Он возмущённо взвизгнул и крикнул:
— Ди-цзюнь, ты вынуждаешь меня неуважительно относиться к старшим! Как ты можешь вести себя так в столь преклонном возрасте?
Чу Яньчуань ничуть не разозлился и согласно кивнул. Свеча ярко светила, и на его холодном изящном лице отражалась серьёзность. Чу Яньчуань сказал:
— Я действительно на несколько поколений старше Вас. Раз Ваше Высочество это так смущает, можете в процессе называть меня дедушкой. Ну, так что насчёт ЭТОГО?
В ту ночь историк Небесного Дворца, увезённый божественными стражами, записывал в Небесной Книге:
«В ночь торжественной свадьбы Его Высочество Пятый Принц Цзин Фэйжун, не выдержав позора принуждения к браку, упал в обморок, после чего выбежал из спальни и пролил слёзы.
В конце концов, он был настолько охвачен горем, что его рвало кровью. Это была трагическая сцена.
Сообщалось, что он был пьян весь день, прежде чем вернуться во дворец, но всё ещё был подавлен и не мог справиться с этим.
Является ли этот брак моральным падением или извращением человеческой природы…»
Остальная часть истории так и не была закончена, потому что Небесный
Император снова послал кого-то, чтобы забрать его.