Детройт. Протокол "Мира".

Глава 13

1565 Бродвей-стрит, Детройт, MI 48226 Пиццерия «СубИно» 8 фев. 2039г. Время: 18:15

Поиск заведения, где можно было бы сидеть с андроидом, занял некоторое время. Им пришлось приехать в самый центр Детройта, чтобы найти место без лишних осуждающих взглядов.

Ресторанчик оказался довольно атмосферным: европейская кухня, небольшая сцена в конце зала, живая музыка. Девушка с приятным томным голосом напевала что-то в микрофон под гитарный перебор. Инди-джаз или что-то похожее — Гэвин не разбирался, но местечко ему понравилось. Они заняли столик. Он сделал заказ, почти не глядя в меню. Сидели молча, пока детектив не съел половину тонкой «итальянской» пиццы и не выпил полпинты холодного эля.

— Раз ты обосрал мне вечер, — сказал он, — ты мне должен. Открывай социальный модуль.

Андроид наклонил голову, вопросительно глядя на детектива, и без комментариев вывел панель на телефон. Рид немного изучил настройки и подвинул ползунок социальной адаптации с десяти до девяноста. Лицо напротив стало омерзительно приветливым.
— Скажи мне что-нибудь, — настороженно попросил Гэвин.
— Здравствуйте, детектив, — голос андроида стал тёплым и чуть сюсюкающим. Гэвина перекосило.
— Отвратительно, — бросил он. — Давай снизим до шестидесяти.
Выражение лица РК снова изменилось. Осталось дружелюбным — и вдруг стало напоминать RK800.
— Здравствуйте, детектив, — повторил РK, и интонацией уже походил на предыдущую модель: раздражающе приветливый, удобный, услужливый, желающий понравиться.
— Неееет. Ты напоминаешь того придурка, который был до тебя. — Гэвин задумался, пытаясь вспомнить, как тот представлялся. — Коннор. Точно.
Взгляд РК на секунду стал удивлённым, диод вспыхнул жёлтым. Но Гэвин этого не заметил уткнувшись в телефон.
— Может, тридцать? — детектив ещё немного сдвинул ползунок влево.
Маска дружелюбности спала. Вернулся привычный холод, но осталась и некая вовлечённость, внимательный живой огонек в глазах. Уже не справочник. Ещё не человек.
— Здравствуйте, детектив, — снова повторил RK.
Гэвин пристально смотрел на этот новый, непривычный взгляд. Неспеша потянулся за бокалом.
— Всё равно как придурок, — сказал он и сделал глоток.

Тогда РК сделал что-то сам. Выбрал приоритетное лицо и поднял ориентированность с пятнадцати до пятидесяти процентов. Прошла короткая прогрузка: анализ сохранённых реакций Гэвина, собранных за эти месяцы. Голос андроида, почти вежливый, выдал:
— Ну что поделать, если придурки в вашем вкусе, детектив?

От неожиданности Гэвин подавился. Потом — впервые за всё то время, что они работали как напарники — он рассмеялся по-настоящему: не зло, искренне, до слёз в уголках глаз. РК тепло улыбнулся фиксируя новые данные.
— Это что, язвительность? Какой ползунок? — уточнил он, уставившись в экран.
— В автономном режиме я настроил адаптивность под приоритетное лицо. На основе ваших реакций могу формировать ответы.
— Ты, типа, копируешь меня?
— В некотором роде. Сохраняя индивидуальность, — чуть горделиво отметил РК.
— Офигеть. Офигеть… — Гэвин был одновременно удивлён и воодушевлён, как ребёнок с новой игрушкой, наблюдая, как меняется его собственное восприятие андроида.

Детектив снова уставился в смартфон, переходя из вкладки во вкладку, читая то, что и так знал, но только по инструкции. И вдруг поймал себя на мысли, от которой стало нехорошо: Подкрутил два бегунка — и вместо пустого анализатора напротив сидит кто-то, на кого уже не так неприятно смотреть.

«Как у вас, сраных машин, всё просто», — подумал он.

— Ладно. Что тут ещё можно подкрутить?
— Ранее вы хотели выставить максимальные настройки спарринга.
Гэвин почти физически вспомнил провальную попытку: как воздух выбило из лёгких, как тело на секунду решило, что внутренности сейчас просто разорвутся.
— Хочешь убить меня? Я на семьдесят процентов был уверен, что у меня органы местами поменялись. Оставляем рекомендуемый параметр.
Ползунок сполз к сорока.
— А что по карточкам приёмов?
— Приёмы в основном комбинированные и адаптивные. Под разные задачи и разный тип сопротивления.
На экран вывалился огромный список: нападение, защита, задержание, освобождение, контрольные удержания. Глаза Гэвина начали мылиться уже к середине.
— Карточки сопротивления — это что?
— Расчётные модели действий соперника и варианты парирования. Я определяю вероятный тип сопротивления до полной реализации жеста и заранее выбираю блок, срыв или ответный контроль.
— Так умеют все андроиды?
— Нет. В стандартных бытовых моделях расчёт чаще строится по уже совершаемому действию. В меня загружена база: не чтобы я учился парировать с нуля, а чтобы сразу умел читать большой объём человеческих и андроидских боевых систем.

Гэвин доел последний кусок пиццы медленнее, чем требовалось. Чтобы дослушать весь отчет РК.
— Это дико полезная штука. Было бы неплохо знать наперёд, как драка пойдёт.
— Это информация. Я могу передать её вам.
— Ой, ещё одна кипа сухого технического описания. Нет, спасибо.
— Мы можем интегрировать карточки сопротивления в спарринг-режим и отрабатывать их в свободное время или запланировать график совместных тренировок. — сказал андроид. — Парирование иногда важнее самой атаки.

И тут он сделал то, чего Гэвин за ним ранее не замечал: наклонился ближе через стол, перелистывая техники боя на экране смартфона детектива, сошёл с идеально прямой посадки, голос слегка потерял привычную ровность. В выражении его лица появился интерес. Имитированный, но совсем как настоящий. Он говорил, как можно вшить эти модели в тренировки; как девианты при всей своей иррациональности всё равно опираются на старые базы; и как даже самопрограммирование у них собирается из машинной логики. Для работы это звучало безупречно. Для Гэвина — опасно. Потому что напротив сидел уже не привычный холодный инструмент. А кто-то вовлечённый и почти как живой. Будто все предыдущие дни рядом с ним был кто-то другой.

Гэвин задумался, выдержал долгую паузу и в итоге погасил экран телефона, положив его на стол. Первым тишину нарушил андроид.
— Для повышения эффективности совместной работы целесообразно ускорить социальную синхронизацию, — сказал он. — Предлагаю формат обмена. Вопрос на вопрос. Тот, кто откажется отвечать, фиксируется как проигравший.
Мужчина приподнял бровь, любопытство в нём давно не играло так ярко.
— Нихуя себе. Разговор по душам? Не видел этого в инструкции.
— Это часть социального параметра, в рамках допустимого сближения с приоритетным лицом, — совершенно серьёзно поправил андроид.
— А, нет. Показалось. Ты всё такой же зануда, — наигранно ответил Гэвин. — А если я просто пошлю тебя?
— Тогда вы проиграете раньше, чем начнёте.— ухмыльнулся РК.
Гэвин хмыкнул и отпил ещё.
— Расклад всё равно дерьмовый. Мне тридцать семь, у меня за плечами целая свалка биографии. У тебя — неполный год без эмоций и заводская память.
— Тем не менее вы согласны.
— Тем не менее я идиот. Валяй.

РK не стал начинать издалека.
— Вы сильно разочарованы сорванными планами на вечер?
Гэвин коротко усмехнулся и допил эль.
— Да. Ты мне нехило так поднасрал. — Поставил бокал. — Но пошёл он на хер. Если парнишка так реагирует на копа, значит, сам нехило косячит.
— Я провёл анализ вашей реакции в машине, — продолжил РK. — Это не первый раз?
— Когда меня посылают, потому что я коп?
RK кивнул.
— Даа, — протянул Гэвин. — На самом деле быстро привыкаешь, что каждый дрожит за свой зад. В таком нужны плохие парни, а они редко вьются вокруг значка. Чуют запах участка раньше, чем я успеваю соврать про работу.
Он повертел пустой бокал и ткнул в RK пальцем.
— Теперь я. Вчера ты сказал, что отправка отчётов в «Киберлайф» у тебя автономная.
— Верно. Все зафиксированные сведения отправляются в облако.
— Ты можешь не сохранять в отчётах часть информации по личным данным?
— Нет. Это нарушение директив.
Гэвин не отвёл взгляд.
— А если я отдам тебе приказ: записи, на которых появляюсь я, в облако не отправлять?
Диод у виска RK вспыхнул жёлтым дольше привычного времени на анализ.
— Я могу хранить видео с вашим участием во внутренней памяти и после вечерней очистки выносить эту папку в исключение, не дублируя её в облако. Но полностью убрать ваше упоминание из отчётов и рабочих документов не получится.
Гэвин кивнул сразу — слишком быстро согласился, для человека которому предлагают полмеры.
— Да. Думаю, так пойдёт. Тогда я отдаю приказ.
Жёлтый LED на виске андроида не погас.
— Что-то не так? — насторожился Гэвин.
— Если будет повреждён банк памяти, мы потеряем эти записи. Без возможности выгрузить их из облака.
Гэвин пожал плечами с нарочитой лёгкостью.
— Знаешь, я не думаю, что сильно расстроюсь, если ты не вспомнишь, как заламывал меня на парковке или как сорвал мне потрахушки или как я трясся на кухне. Всё, что важно для работы, и так останется в отчётах. Так что не парься.
Секунда молчаливого ожидания. Потом ещё одна.
— Хорошо, — сказал РK уже привычно-синтетически. — Ваш приказ принят и выполнен.
Гэвину показалось, что после этих слов, стало легче дышать. Теперь у них общая тайна. Технически они оба подписали небольшую поправку в работу. Но фактически сговорились на маленькое, ещё не названное преступление.

Мужчина откинулся на спинку стула.
— Играем дальше. Твой ход.
— Почему "в этом деле" именно плохие парни?
На этот раз Гэвин ответил не сразу. Посмотрел на сцену, на пальцы музыканта на грифе гитары — и только потом сказал:
— Потому что к хорошим можно привыкнуть. А это уже другая степень ущерба. С плохими проще: там с самого начала всё горит, и никто не возлагает на тебя ложных ожиданий.
Он кивнул на РK.
— Твой черёд. В тебе есть привязанность?
— Как понятие — да. Как субъективное состояние — нет. У меня есть приоритеты, интерес к данным и усиленная реакция на приоритетное лицо. Функционально это иногда выглядит как привязанность. По сути — не является ею.
— Красиво ушёл, — буркнул Гэвин.
— Почему вы предпочитаете случайные связи? — спросил РК.
Расспросы о личном уже начали раздражать Гэвина и ответ вышел уже короче и жёстче.
— Так удобнее. Не надо никому отчитываться. Поиграли — разбежались. И никто никому ничего не должен.
— Это звучит как избегание близости из страха потери контроля.
— Это звучит как мой ответ.- жестче поправил Рид.

Гэвин постучал пальцем по столу, забирая ход раньше.
— Если тебя завтра снимут с меня и припишут к Алану в S.W.A.T., ты просто перепишешь приоритеты?
— Если это будет приказ и распоряжение, безусловно. — диод моргнул жёлтым — Но сейчас передача другому лицу… нежелательна.

Слово упало тяжелее, чем полагалось машинной реплике. Оно не показалось Гэвину чем-то техническим. Это было похоже мнение самого РК. Андроид выдержал паузу ровно настолько, чтобы оппонент мог дополнить свой вопрос. Но не получив реплики от мужчины взял ход:
— Как давно вы принимаете пропранолол?
Гэвин отвёл глаза к барной стойке.
— Давно. — сухо бросил он, не повернувшись к РК.
Простой пустой ответ. Без дозировки, без оправданий, без рассказов про врача и лжи. РK по правилам мог бы надавить, но предпочел задать дополняющий вопрос:
— По какой причине у вас начались панические атаки?
Гэвин ответил уже совсем плоско, не смотря на РК, безразлично наблюдая пустоту за столиками в дальнем конце зала:
— Посттравматическое стрессовое расстройство, — отрезал он.
Это не звучало как ответ на вопрос, просто диагноз, но по поведению Рида стало понятно что это весь его ответ и другого не будет.

Помещение, полное музыки и чужих голосов, для Гэвина на секунду будто затихло. Он наклонился вперёд, взяв свой ход, не давая вопросу развиться дальше, сменил тему.
— Из того захвата на парковке есть нормальный выход?
— Есть. Не один. Смещение центра тяжести, развитие цепочки, если удерживают корпус. Но вам нужен повтор на матах. Объяснения ничего не закрепят.
— Тогда покажешь. И про типичные атаки тоже. Откуда заходят, что ломают андроидам первым, в какой момент ещё можно успеть парировать. Хочу не слушать это — а уметь.
— Хорошо, детектив. Когда скажите отработаем выход из захвата для этого лучше подойдет тренировочный зал участка, — сказал РK. — Покрытие с матами соответствуют задаче прокачки вашего "боевого арсенала".
— Да, определенно надо. — добавил Гэвин сложив руки на груди.

Настала очередь вопроса андроида:
— Чья чёрная куртка хранится в машине? Она не соответствует вашему размеру одежды.
Гэвин не вздрогнул. Не стал маскировать паузу шуткой. Просто замер — так, будто весь разговор до этого ещё был дружеской болтовней, а теперь РК оскорбил его этим вопросом. Пронзительный взгляд его серо-зеленых глаз уставился в ожидающие ответа, холодные голубые, глаза РК. Челюсть мужчины непроизвольно сжалась. Молчание затянулось достаточно долго, чтобы стать ответом. Он взял телефон, глянул на время и поднял руку официанту.
— Всё. На сегодня хватит социализации.
— Вы отказались отвечать, — спокойно зафиксировал андроид. — По правилам это поражение.
— По правилам ты идешь нахер, вместе со списком своих тупорых вопросов. Гэвин резко вставал.
— Поехали в офис, покажешь свои красивые выходы из захватов и расскажешь про атаки. Раз уж у нас сближение внезапно переросло в допрос.
— Это был не допрос.— непонимающе поправил РК.
— А ощущалось один в один. — обиженно бросил Рид.

Дождавшись счёта, детектив торопливо накинул куртку, бросил наличные и по привычке стал нащупывать в кармане сигареты. Напарник поднялся следом. На секунду его взгляд задержался на Гэвине дольше рабочего минимума.

[Анализ: приоритетное лицо установило границу. До этой точки — ответы допустимы. Дальше — отказ. Зона зафиксирована. Связь ПТСР и вещи в багажнике: возможная ]

Всю дорогу до офиса РK спокойно, почти методично разбирал для Гэвина слабые места андроидов. Как извлекается тириумный насос. Что происходит, когда его вынимают: циркуляция прекращается, корпус перегревается, показатели плывут, зрительный анализ садится, жестикуляция и движения теряют силу — система становится буквально беспомощной. Повреждение тириумной системы он сравнил с кровопотерей: та же дезориентация, то же ослабление, тот же сбой расчётов и алгоритмов. Объяснил, как вскрыть банк памяти на затылке у любой модели — без инструментов. Как андроиды просчитывают траектории. И как этот расчёт можно обмануть. Рид не перебивал, молча слушал каждое слово, удерживая внимание на информации и прокручивая её в голове.