Синглизм: что это такое?
Нередко мы, аромантичные люди, совершив каминг-аут, сталкиваемся с непониманием, а услышав краткую лекцию о том, что такое аромантичность, собеседни_цы злятся и ставят нашу позицию под сомнение.
«Что значит ты не хочешь отношений? Кого-нибудь обязательно найдешь!»
В нашем гайде по каминг-ауту мы, в частности, предлагали сообщать окружающим о факте своей аромантичности, как в старой басне о варке лягушки: знакомьте человека, которому хотите дать узнать себя получше, с концепцией постепенно, не приводя себя в пример и наблюдая за реакцией.
К сожалению, корни отрицания нашей аромантичности, скорее всего, кроются не в самом отсутствии у нас романтических чувств (или их непостоянстве, или ненадежности). Метафора с лягушкой ужасна, но излишне драматичных родственни_ц, которые будут вести себя так, как будто вы убиваете их своим «Не, я не по отношениям», множество. Почему же?
Термин «синглизм» был придуман социальной психологиней Беллой де Пауло, которая со временем стала подмечать закономерности в поведении по отношению к людям без партнер_ш. Это стигматизация, а также стереотипизация и дискриминация взрослых без отношений.
Подписывайтесь на наши соцсети, чтобы не пропустить новые материалы!
В чем вред?
Многие начнут доказывать, что синглизм — это вообще не проблема или проблема незначительная. Мол, на самом деле всем все равно, что вы живете од_ни. Однако окружающий мир, от социальной до экономической сферы, относится к людям без партнер_ш как к второму сорту. Разводы вызывают жалость, людей, никогда не бывавших в браке, осуждают, порой жестко. Семья, друзья, близкие — все будут полагать, что с вами, очевидно, что-то не так, раз у вас нет или никогда не было отношений. Как часто аромантичных считают инфантильными и незрелыми за отсутствие интереса к романтическим отношениям? И по мере того, как возраст аро растет, такое отношение усугубляется.
Финансовое бремя
Нуклеарная семья ценится западным обществом превыше всего, и на системе это отражается. Законы и политика отдают предпочтение партнерским отношениям, поднимая стоимость жизни для тех, кто живут одни.
Данные Австралийского статистического бюро показывают, что люди без партнер_ш испытывают финансовые трудности. Средний прожиточный минимум в Австралии в прошлом году составлял 2 835 австралийских долларов в месяц для одного человека, для пары же — 4 188, а для семьи из четырех человек — 5 378. Эти цифры отражают рынок, ориентированный именно на совместные или поделенные надвое расходы.
Если вы изучите данные по займам, турпакетам, медстраховкам и т. д. для своей страны, то обнаружите тревожную статистику. Погуглите еще «брак для налоговых льгот» и посмотрите, что вам покажут.
Исследование 2014 года, где изучали доходы жител_ьниц США старше 55 лет, показало, что никогда не состоявшие в браке пожилые люди 65 лет и старше имеют самый высокий уровень бедности среди всех групп. И это помимо того, что у них, очевидно, по причине отсутствия брака и детей и так практически нет поддержки.
Общественное восприятие
Кристин Норин однажды случайно наткнулась на книгу Де Пауло Singled Out, и развенчание мифов о жизни без партнер_ши изменило ее жизнь — в основном в лучшую сторону, но пришлось столкнуться и с сопротивлением. Норин писала, что каминг-аут как single-at-heart [то есть одинок_ая по натуре, человек, которо_й комфортно быть одно_й. — Прим. пер.] был воспринят более негативно, чем каминг-аут как лесбиянки. Участницы лесбийского сообщества перестали проявлять к ней интерес и больше не видели смысла проводить с ней время, раз она ушла с «рынка» отношений. Семья и по_дру_ги были в замешательстве, лезли в личную жизнь и воспринимали ее решение оставаться одной как проблему, которую нужно исправить.
То, что описывает Норин, нам, аро, до боли знакомо. Если нам не нужна романтика, то что мы можем предложить? Что нас интересует? Чем мы вообще занимаемся в свободное время? Нас просят работать по выходным и праздникам, чтобы коллеги с партнер_шами и детьми могли жить свою жизнь, которая у них, в отличие от нас, по мнению окружающих, есть.
Для людей, которым важно быть в отношениях, идея сознательного отказа от партнерства, распространенная среди аро и других людей, которым комфортно быть одним, просто немыслима. В двух исследованиях, в Израиле и в США, участни_цам показывали биографии людей, которые жили одни и были довольны этим, и людей, которые были одиноки, но хотели найти партнер_шу. Счастливых одиночек оценивали жестче: их считали менее счастливыми, менее общительными, менее дружелюбными, их жизнь полагали более скучной. Такие люди вызывали у участни_ц исследований больше раздражения, чем те, кто надеялся вступить в отношения.
Многие негативные реакции, с которыми сталкиваются аро (и эйсы), сводятся к сигнлизму — дискриминации одиночек. Вообще синглизм и аматонормативность тесно переплетены. Если от нас ожидают, что мы должны быть в отношениях, то, конечно, возникнет негативная реакция, если мы не будем этого делать.
ЛГБТК+ сообщество
Лесбиянок стереотипно представляют готовыми жениться уже на втором свидании, геев — как людей, сидящих во всех возможных приложениях для знакомств, бисексуалов — как изменщи_ц, которые хотят переспать с как можно большим количеством людей. Так относятся к квир*людям, которые в романтике заинтересованы. Это не единственные стереотипы, мы все их слышали — но как выглядит реальное сообщество?
«Квир-время» — так называется теория о том, что, в отличие от цисгетеро*людей, мы живем по другому расписанию. Джек Халберстам, квир-исследователь, утверждает, что мы живем «в оппозиции институтам семьи, гетеросексуальности и воспроизводства». Он говорит, что сама квирность — это «результат странных временных режимов, воображаемых жизненных графиков и эксцентричных экономических практик».
В юности мы либо не осознаем, что нам предстоит узнать в будущем, либо тихо живем в шкафу, внешне представляясь кем-то другим, не собой. Часто говорят, что квир*люди в двадцать лет как будто проживают подростковый возраст заново — делают то, что гетеро*люди успели сделать еще подростками. Эта идея логична, но, хотя она верна для многих ЛГБТК+ людей, она справедлива не для всех.
Где мы вообще присутствуем?
Есть ли место, более ассоциирующееся с квир*людьми, чем гей-бары? Найти ЛГБТК+ группы офлайн — задача нелегкая, а часто и нерешаемая. Если вам не выпадет невероятная удача, на вашу долю останутся клубы — среда, хорошо известная своей культурой случайных связей, которые, по широко распространенным представлениям, необходимы для свиданий.
Трудно представить, что аромантичным людям будет комфортно в квир-пространствах, ориентированных на романтику. Сколько раз вы слышали лозунг «Любовь есть любовь» в связи с квир*группами, особенно активистскими? В квир-пространствах и так слишком много внимания уделяется романтике. Если учесть еще и синглизм, легко подумать, что нас просто не замечают.
Однако в 2017 году одно исследование показало, что 56% ЛГБТК+ американ_ок никогда не были в отношениях. Как именно выглядит их жизнь? Это временное состояние или постоянный образ жизни? Что думают об этом их по_дру_ги и семьи? Есть ли у них вообще по_дру_ги и семьи? Они довольны своим положением? Они вообще счастливы?
Несмотря на препятствия, которые создает синглизм, не состоять в отношениях означает иметь власть над собственной жизнью. Быть квиром значит иметь возможность прокладывать свой путь так, как нам хочется. Поставить себя на первое место в капиталистическом мире, который требует обслуживать других, — сложная и смелая задача. И аматонормативность, и синглизм, к сожалению, пока что никуда не денутся. Но с каждым годом все больше людей выбирают не вступать в брак и не заводить отношений, и, возможно, со временем общественные ожидания и система, в которой мы живем, изменятся и начнут это отражать. А пока — присматривайтесь к другим одиночкам в своей жизни. Они могут и не быть ароматнтичными, но им не обязательно требуется полное одиночество. Если у вас нет партнер_ши, это не означает, что вы одинок_и.