Миф Рафаэля "Слезы Ромирро"
Глава первая.
Чёрноводное море вот-вот поглотит весь мир.
Последний ковчег человечества — город Ромирро — стоит на уединенном острове.
"Когда наступит лунное затмение, в конце третьей ночи Ромирро будет уничтожен, сгинув под океанскими водами".
В Летописи Морского Бога, которая предсказала все перемены в мире, назван день, когда человечество будет поглощено в первую ночь лунного затмения.
Разъярённая толпа: Морской Бог оставил нас! Он покинул всех! Именно Он заставит океан поглотить Ромирро! Он желает уничтожить нас!
У края гавани, изъеденной многолетними морскими ветрами, отчаявшиеся люди сбрасывают в пучину черных вод статуи Морского Бога, которые вырезали собственными руками.
Храмы заброшены, их алтари разбиты. Драгоценные собрания книг и свитков превратились в пепел и дым.
За столетия вера людей в Морского Бога и всё, что с Ним связано, была смыта поднимающимися водами. Это было лишь вопросом времени, когда они будут покинуты и забыты…
Невесту Морского Бога постигла та же участь.
Прислужник: Вторая ночь уже наступила! Скоро Ромирро будет затоплен. Всё будет так, как сказано в пророчестве! Народ охвачен тревогой. Если так будет продолжаться, хаос неминуем. Милорд, мы должны найти способ успокоить людей…
Хокерн: Это всего лишь затмение. Беспокоиться не о чем. Наоборот, собери всех граждан и объяви им —
Хокерн: Что в Летописи Морского Бога появилось новое пророчество. Мы должны провести Ритуал Волн и заставить Невесту Морского Бога сделать заявление!
Хокерн: Ты слышала это, Невеста Морского Бога?
Стражники хватают меня за руки и швыряют на землю. Я уставилась на замысловатые узоры, украшающие подол мантии шателена. Ситуация абсурдна, и от этого во рту горький привкус.
В прошлом он был прислужником Ромирро, чья преданность городу не знала границ. Но теперь, после того как пророчество появилось в Летописи Морского Бога, он стал жестоким и безжалостным.
Героиня: Разве не ты говорил, что Летопись Морского Бога полна лжи и сбивает людей с пути? Ты ведь сам запечатал её в храме — как можно ей верить?
Хокерн: Хмф. Это тебя не касается. "Ромирро возродится под властью нынешнего шателена". Ты заставишь эту каменную табличку раскрыться, а потом произнесёшь эти слова.
Героиня: На кону — всё, а ты по-прежнему одержим своей властью шателена… Как же это жалко.
Хокерн: Глупая девица. Думаешь, ты бы всё ещё была жива, если бы кто-то другой мог трактовать Летопись Морского Бога? Играй свою роль. Ты прекрасно знаешь, что с тобой будет, если не подчинишься.
Когда дверь с глухим лязгом дверного замка запирается, я снова остаюсь одна в башне. Внезапно в темницу врывается лёгкий ветерок. Он стирает кровь с моего лица.
?? : Хмм… Ты — Невеста Морского Бога… Почему позволяешь людям обращаться с тобой, как с ничтожеством?
Героиня: Это звание — не более чем кандалы. Почему бы тебе не стать моим Женихом?
Я уже и не помню, когда всё началось.
Поначалу я думала, что этот голос — галлюцинация, порождённая моим долгим заключением. Но время шло… чайки стали приносить мне ракушки с необычными узорами. Вот тогда я и поверила, что Он в самом деле реален.
Он назвал себя Морским Богом, но Его голос был слишком юным, слишком таинственным. Я не могла Ему доверять.
И всё же, невольно, я предвкушала Его появление. Это сделало моё заключение хоть немного сносным.
Словно человек, заворожённо смотрящий на золотую рыбку в аквариуме, Он наблюдал за мной. Испытывал. Заставлял моё сердце рваться на волю из ямы отчаяния…
?? : Разве ты не хочешь сбежать? Сегодня ночью — твой единственный шанс.
?? : Когда затмение окажется в зените, и приливы обратятся вспять… Тебе нужно запомнить лишь две вещи…
Морской бриз перелистывает потрёпанные страницы на столе. Он затихает — и мой взгляд падает на страницу, покрытую таинственными, изящными символами.
?? : Посох Призыва Морского Бога… Ритуальная Песнь Морей…
?? : Когда придёт время… Я приду на твой зов…
Звуки рога заглушают последние отголоски Его голоса. Я смотрю в окно — под обветшалой башней собирается взволнованная толпа.
Героиня: Что ты имеешь в виду? Что ты хочешь, чтобы я сделала?
В башне воцаряется тишина. Я зажмуриваюсь и заставляю себя сохранять спокойствие.
(Его предложение слишком внезапное. Это также может быть ловушкой. Было бы глупо не усомниться.)
(… Но даже если это и ловушка — разве это важно? Есть ли что-то более безысходное, чем вечное заточение здесь?)
Хокерн: Возрадуйтесь, жители Ромирро!
На вершине башни Хокерн поднимает сферу — символ города. Его взгляд скользит по портовым насыпям и кораблям с чёрными парусами.
Хокерн: Не бойтесь этого лунного затмения. Оно — вестник новой надежды, нового будущего для Ромирро! Мы не погибнем под волнами.
Хокерн: Мы отвергли Морского Бога и оставили нашу пустую веру. Столетия наших жертв не были напрасны — пророчество изменилось! Вы увидите истину собственными глазами!
Море людей под башней подобно рою муравьёв. Они беспокойны. Один из стражников толкает меня, и я, спотыкаясь, подхожу к краю башни.
В этот миг взгляды, обращенные на меня снизу — полны отвращения, страха, тревоги и холодного безразличия. Они пронзают меня, словно стрелы.
Героиня: … Милорд, сила заключенная в Летописи Морского Бога иссякла. Мне нужен Посох Призыва Морского Бога, чтобы вновь явить слова пророчества.
Хокерн: Ритуал Волн не требует священного посоха. Не вздумай мне лгать.
Героиня: Сегодня ночью — лунное затмение. Без Посоха Призыва, который мог бы защитить нас, если появятся признаки чего-то… похожего на "бедствие"…
Я намеренно понижаю голос. В этот момент молния рассекает склубившиеся тучи. Море вздымается и гигантские волны обрушиваются на берег.
Проходит мгновение — и мне вручают Посох Морского Бога, в древности которого нет сомнений.
(Если верить Его словам, я должна…)
Я смахиваю пыль с Посоха и подношу его к страницам Летописи.
Героиня: "Наша безмолвная вселенная пробуждается в тусклом свете, где сумерки и рассвет встречаются и сливаются воедино —"
Героиня: "Юный и непорочный Морской Бог нисходит на гребне первой волны".
Древние строки льются из моих уст, пока Посох медленно чертит в воздухе узор, похожий на тотем.
Внезапно сквозь пронизывающий ветер, доносится таинственное пение. Оно сливается с моим голосом и разносится эхом вдаль.
Хорошо. Он не солгал мне. Меня охватывает лёгкое чувство облегчения, и я пою ещё громче, глядя в лицо ветру.
Героиня: "Он, кто повелевает круговоротом солнца, луны и приливов… Он, кто уводит души к покою в дальние миры…"
Хокерн: Она поёт Ритуальную Песнь Морей… Эту запретную песнь! Стража, схватить её!
Стражники бросаются ко мне, но посох излучает ослепительный синий свет, отбрасывая их прочь.
Героиня: "Морской Бог несёт огонь во тьму. Он — пылающее солнце, зажигающее потерянную ночь!"
Гром обрушивается на море и появляются гигантские волны. Ливень стеной падает с небес — буря захлёстывает Ромирро.
Вокруг меня воцаряются ужас и хаос. Я крепко сжимаю посох и продолжаю петь, пока не появляется луч света. Он указывает на нечто под гигантскими вздымающимися волнами.
Я собираюсь с духом и прыгаю в океан.
(…Он сказал, что придет ко мне, но, на мой взгляд, это слишком жестоко.)
Чёрные воды закручиваются в огромный водоворот и уносят меня прочь. Сбитая с толку, я перестаю сопротивляться и позволяю своему телу погружаться всё глубже в океанские глубины.
Я теряю счёт времени, когда передо мной появляется величественное, но разрушенное сооружение.
Голос, ледяной, словно морские воды, доносится до меня. Призрачный свет озаряет руины, он отражается в моих глазах подобно лунному.
Передо мной медленно покачивается рыбий хвост. Он столь прекрасен, что всё, что когда-либо казалось мне красивым в моей жизни, теперь меркнет и кажется ничтожным.
Героиня: Человеческое тело с рыбьим хвостом и силой, способной повелевать океаном… Ты — Морской Бог?
?? : Моё имя — не то, что важно.
Его тело заковано в тяжёлые цепи, испещрённые таинственными, едва заметными рунами. Они сдерживают его.
?? : Я спас тебе жизнь. А теперь… Сними печати, что сковывают меня.
Героиня: Почему Морской Бог заключён в подобном месте?
Морской Бог: Возможно я лгу. Я могу спасти тебя… Но я так же могу позволить тебе утонуть в этих бездонных водах, чтобы ты навеки осталась здесь — моей спутницей.
Героиня: Если я погибну, тебя уже никто не освободит.
Морской Бог: Значит, ты ещё не осознаёшь… Кого именно ты пробудила.
Героиня: Легенды гласят, что у Морского Бога есть особая метка. Где она? Если ты действительно Морской Бог…
Морской Бог: Прекрати/Ты думаешь, печать подвластно увидеть каждому?/Я осмотрю тебя также, когда ты будешь в кандалах.
Героиня: Печати на твоём теле невероятно мощные. Снять их будет нелегко.
Морской Бог: Твоей силы недостаточно, чтобы разрушить их.
Морской Бог: "Его чешуя — холодна, как одинокая луна. И на заре он пронзит твоё сердце".
Морской Бог: Ритуальная Песнь, которую ты пела… Вот твой ответ.
Героиня: А ты не боишься, что я возьму твою чешую и исчезну без следа?
Морской Бог: Тебе не укрыться нигде, где течёт море.
Морской Бог: Вот метка, которую ты искала… Но это также и "печать", иная её форма.
Морской Бог: Голос шторма…
?? : Взывай ко мне из бездонных глубин моря…
?? : Даруй… Неугасимое Пламя Возмездия.
Морской Бог: Возрождение Морского Бога завершено. Ты переписала судьбу этих вод. С этого момента ты связана со мной. Пути назад больше нет.
Глава вторая.
Рёв бури проникает сквозь толщу морской воды, находя отклик в далеких песнях китов. Моё тело кажется невероятно тяжёлым, но образы из моих снов постепенно проясняются...
Предыдущий шателен: ... Летопись Морского Бога не может ошибаться. Она — Невеста Морского Бога и наша единственная надежда. Она нужна нам, чтобы Ромирро смог выжить.
Предыдущий шателен: Она станет будущим шателеном Ромирро, защитит землю вместо Морского Бога и изменит пророчество.
Служанка А: До церемонии вашего совершеннолетия ещё больше полугода, а подарки уже некуда складывать. Все искренне восхищаются Вами, миледи.
Служанка Б: Она — Невеста Морского Бога, воспитанная шателеном. Её знания и способности исключительны. Она добродетельна и общительна. Такая чудесная особа заслуживает всего самого лучшего в жизни...
Хокерн: Посмотрите, к чему привела наша слепая преданность Морскому Богу! Смерть, катастрофа и пророчество о том, что Ромирро будет затоплен еще быстрее!
Хокерн: Морской Бог никогда не спасёт Ромирро!
Разъярённая толпа: Невеста Морского Бога – не что иное, как фарс! Она вместе с Ним уничтожит Ромирро!
Служанка Б: Бегите, миледи! Не дайте им Вас поймать…!
Хокерн: Ты их слышишь? Все хотят твоей смерти. И всё же ты единственная, кто способен читать Летопись Морского Бога. Я не дам тебе умереть жалкой смертью. Я пощажу тебя, если будешь повиноваться. Как тебе такое?
Я открываю глаза. Яркая белая молния рассеивает мой беспокойный кошмар и освещает происходящее передо мной.
Дождевая вода стекает сквозь оконные рамы. Резьба и фрески начинают постепенно проступать, являя словно ожившие лики богов.
Он смотрит на меня. Его прекрасный хвост к тому моменту уже превратился в человеческие ноги.
Морской Бог: Я приготовил для тебя подарок.
Он помогает мне подняться и указывает на ступени внизу. Там — Хокерн, его самый доверенный прислужник, капитан стражи башни...
Те, кто издевался и унижал меня, теперь лежат на земле. Связанные, они ползают и извиваются, их глаза полны страха и отчаяния.
Морской Бог: Их жизни — в твоих руках. Хочешь расправиться с ними по одному...
Его ладонь накрывает мою. Направляет мою руку вверх и в моей ладони собирается молния.
Обломки разлетаются, и корона шателена с грохотом падает на землю. Лужи на полу окрашиваются алым.
Морской Бог: ...Или предпочитаешь прикончить всех сразу?
Мою ладонь вновь быстро сжимают. Из ниоткуда в центре храма поднимаются бурлящие волны и поглощают всех.
Наблюдая, как они захлёбываются, я ощущаю странное удовлетворение. Но вместе с тем меня переполняют неописуемые эмоции...
Героиня: О Морском Боге и так ходит ужасная молва. Разве теперь тебя не возненавидят ещё больше?
Морской Бог: Тогда опусти руку.
Я медлю, прежде чем сжать Его руку еще крепче.
Я слышу, как Он смеётся, пока иллюзорные волны переливаются на свету. Их отблеск отражает холодную пустоту его взгляда.
Морской Бог: Вера людей — лишь прикрытие их корысти. Они поклоняются, когда им что-то нужно, и проклинают, когда не получают желаемого.
Морской Бог: Зачем мне беспокоиться о репутации?
Насытившись зрелищем их агонии, Он отпускает мою руку. Вода исчезает.
Морской Бог: Они утверждали, что я покинул этот мир. Отлично. Пусть станут свидетелями истинного уничтожения. Это лишь начало. Не смей проявлять милосердие слишком быстро.
Героиня: ...Ты недооцениваешь меня. Я бы никогда.
Умирающий шателен пытается удержаться на ногах. Его взгляд пылает яростью, способной извергнуть пламя.
Хокерн: Ты... Если бы не я... Тебя бы давно казнили... Как ты смеешь отплатить мне предательством!
Героиня: Так ягнёнок, отправленный на заклание, должен благодарить мясника? Ты — безумен!
Я подбираю с земли меч и со всей силы швыряю в него. Лезвие вонзается ему в лопатку.
Хокерн: *истошный крик* Не забывай… твоя жизнь всё ещё в моих руках. Если я умру… ты будешь проклята и погибнешь в муках!
Героиня: Тогда мы умрём вместе. Думаешь, я боюсь? Быстрая смерть лучше, чем вечность в клетке.
Он приподнимает моё лицо за подбородок и нежно гладит по щеке. Постепенно на ней проступают похожие на щупальца голубовато-зеленые руны.
Морской Бог: Ты про эти примитивные узоры?
Он поглаживает их кончиками пальцев. Его прикосновения нежные, но руны как будто вырезают из моей кожи.
Морской Бог: Не двигайся. И в самом деле, это древнее проклятие… Но оно слишком слабо, чтобы контролировать мою Невесту.
Я слышу зловещий звук — будто что-то ломается внутри, вместе с болью.
Морской Бог: Какая жалкая попытка…
Когда я вновь открываю глаза, в воздухе ещё витает мутный туман. Поблизости — шателен, подвешенный в воздухе. Водяные щупальца сжимаются вокруг его горла.
Морской Бог: Люди не могут владеть этой магией. Скажи, где ты это нашёл.
Хокерн: Ха… Хахаха… Какое ты... имеешь право… судить меня...
Морской Бог: Я не собираюсь отвечать. Тебе тоже не стоит беспокоиться о повторных расспросах.
Хокерн: Ты же Бог, разве не так? Почему ты всё разрушаешь? Лемурия, Город Китовых водопадов.… Теперь ты хочешь уничтожить и этот остров!
(Лемурия? Разве в легендах не говорилось, что Морской Бог жил именно там...?)
В небе сверкают золотые молнии.
Тёмные волны вздымаются. Когда вода отступает, шателен и его приспешники бесследно исчезают.
Морской Бог: Они в более подходящем месте.
Героиня: Почему ты просто не убил Хокерна?
Окровавленная корона влетает в его ладонь. Мгновение — и она рассыпается в пыль.
Морской Бог: Ты провела годы в его клетке. Сколько?
Героиня: ...Прошло много времени с тех пор. Я уже не помню.
Морской Бог: Если бы ту ненависть можно было уравновесить его мгновенной смертью — я бы с радостью исполнил твоё желание прямо сейчас.
Героиня: ...Ты не стал бы делать мне "подарок" просто так. Чего ты хочешь на самом деле? Говори прямо.
Морской Бог: Ты же моя Невеста, не так ли?
Он касается жемчужин в моих волосах, прежде чем опустить взгляд.
Морской Бог: Убирать всё лишнее из жизни моей Невесты — мой долг.
Пока я колеблюсь — противостоять ли ему открыто, или попытаться выяснить больше окольными путями, за окном раздается оглушительный грохот.
Шторм разрушил отдалённую набережную. Морская вода, подобно ревущему зверю, устремляется прямо в город.
Героиня: Что происходит?! Это же только вторая ночь! Ромирро не должен тонуть сейчас!
Летопись Морского Бога была возвращена в храм. Я бегу туда и замираю: строки пророчества светятся тусклым светом со страниц.
Морской Бог: Это будущее было предрешено задолго до нас. Вторая ночь или третья — какая разница?
Морской Бог: Ты знала, что этот день настанет. Почему же теперь удивляешься?
Героиня: ...Этот город по-прежнему остается моим убежищем. Что бы ни случилось, я не могу просто стоять и смотреть, как он разрушается.
Героиня: Легенды гласят, что Морской Бог всесилен. Он может перевернуть океаны и сдвинуть горы. Значит, ты можешь спасти Ромирро, верно?
Морской Бог: Судьба этого мира уже предопределена, а легенды — это всего лишь сказки. К тому же я совсем недавно пробудился. Моя сила ещё не вернулась полностью.
Морской Бог: Почему я должен рисковать собой ради города, который меня презирает? Для этого мне пришлось бы нарушить пророчество из Летописи.
Героиня: Я только что обрела свободу и еще не ощутила ее вкус. Я не хочу вот так умирать!
Героиня: Если я погибну вместе с Ромирро, ты станешь Морским Богом с самой коротким браком в истории.
Морской Бог: ... Ты моя Невеста. Разумеется, я хочу, чтобы ты прожила долгую жизнь.
Морской Бог: Но прошло совсем немного времени с тех пор, как я пробудился. Мои силы ещё не вернулись в полной мере. Желание у меня есть, но не хватает силы.
Морской Бог: Почему бы тебе не сказать мне о других своих желаниях? Я постараюсь исполнить их для тебя.
Героиня: Что будет, если ты полностью восстановишь свою силу?
Морской Бог: Хм... Дай мне свою руку.
Вспышка холодного света — и Он делает надрез на наших ладонях. Переплетает свои пальцы с моими, и наша кровь смешивается. Алые капли падают на страницы Летописи.
Золотое свечение исходит от нее, подобно шелковым нитям. Они разворачиваются в воздухе и сплетаются вместе, образуя поэтические строки:
"Лемурийцы, жаждущие Абсолютной Силы, Сразитесь с предательскими водами,
Ныряйте в Глубины за жемчугом, Найдите истинную любовь!"
Героиня: В Летописи были скрытые пророчества.
Теперь всё ясно. Хотя я обращалась к Летописи множество раз, мне удавалось расшифровать лишь обрывки.
Но куда больше меня поражает смысл этих строк. Я изо всех сил пытаюсь осознать самое важное…
Героиня: "Найти истинную любовь"… Значит…
Морской Бог выглядит спокойным. Он машет рукой, рассеивая текст, и исцеляет рану на моей ладони.
Морской Бог: Ты уже знаешь ответ, моя возлюбленная Невеста.
Героиня: Ты знал, что я нужна тебе, чтобы восстановить свою силу. Вот почему ты дарил мне все эти "подарки".
Морской Бог: Ты куда сообразительнее тех людей, которых я знал прежде.
Когда я понимаю Его намерения, то внезапно чувствую странное облегчение.
Героиня: Значит, если мы полюбим друг друга, ты восстановишь свою силу и не дашь морю поглотить Ромирро? Так говорит Летопись?
Морской Бог: На данный момент — это твой единственный выход.
Но любовь не возникает мгновенно. А город всё ближе к краю гибели.
Собравшись с духом, я обвиваю Его шею руками и без колебаний целую.
Его губы тёплые. Пока Он не успел оправиться от удивления, я быстро отстраняюсь.
Героиня: Ну? Хотя бы часть силы вернулась?
Он резко хватает меня за руку, притягивает к себе и склоняется, отвечая на мой поцелуй с такой силой, что я едва не вскрикиваю.
Морской Бог: Простой поцелуй далёк от того, что называется "любовью".
Героиня: Это всё равно лучше, чем просто ждать смерти.
Морской Бог: Пока я рядом — смерть не посмеет приблизиться к тебе.
Героиня: Я буду любить тебя вечно. Пока не испущу свой последний вздох.
Морской Бог: Под моим божественным взором человеческая жизнь — лишь миг. Ускользающее мгновение… слишком мимолётное.
Героиня: Ты бы предпочёл, чтобы эта любовь исчезла рано, или чтобы один миг длился немного дольше?
Я нарочно подчеркиваю слова, но уже знаю ответ. Он не даст мне умереть, потому что я ему нужна.
Морской Бог: Понимаю. Придётся продлить твою жизнь.
Морской Бог: Ты помнишь, как пробудила меня?
Героиня: ... Посох Призыва и Ритуальная Песнь Моря.
Он вкладывает посох в мои руки. Я не уверена, когда и откуда Он его взял.
Морской Бог: Это может временно пробудить часть моей силы. Но нам нужно ещё кое-что, чтобы остановить шторм.
Он разворачивает мою ладонь и выводит на ней буквы. Не сдержавшись, я начинаю читать их:
Рафаэль: Запомни. Это моё имя.
Рафаэль: Произнеси его в своём сердце с величайшей преданностью. И спой мне снова Ритуальную Песнь.
Он внезапно ныряет в шторм, и Его ноги превращаются в сверкающий рыбий хвост, когда Он взмывает над ужасающими волнами.
Посох Призыва излучает свет, сопровождая мою Песнь. Я пою изо всех сил, не сводя глаз с Его фигуры.
Он скользит по гребням волн. Молния, сорвавшись с кончика Его Разрушающего Приливы Трезубца, пронзает тяжёлые грозовые тучи. Потоки золотого света кружатся на поверхности моря.
Дождь прекращается. Ветер стихает. Успокоившиеся морские воды превращаются в миллионы прозрачных рыбок. Поднимая песок и гальку, они медленно отступают в Глубины.
У подножия разрушенной статуи люди опускаются на колени в мутной воде. И все они видят, как за спиной Морского Бога восходит солнце.
Он оборачивается. Его взгляд проходит сквозь затянувшийся туман и останавливается на мне.
Глава третья.
Хокерн и его приспешники заключены в водную клетку, что находится под водопадом. Я обеспечиваю им тщательную "заботу".
Я знаю, что Рафаэль пощадил Хокерна не для того, чтобы я могла отомстить. Для Него Хокерн, может представлять определенную ценность. Я пыталась спросить Его об этом, но Рафаэль не дал мне ответа.
Как наследница предыдущего шателена, я становлюсь новой правительницей Ромирро. Неожиданно по городу начинают расползаться слухи...
"Невеста Морского Бога пробудила Его. Теперь Он беспрекословно исполняет все её приказы".
"Если она может велеть Морскому Богу усмирить бурю во время затмения, значит, она может приказать Ему затопить Ромирро!"
"Она заключила двенадцать ядовитых морских змей в водную тюрьму. Они каждый день пьют кровь бывшего шателена, и вода под водопадом Мозен теперь алая..."
Я не обращаю внимания на их сплетни. В конце концов, я не жажду править городом, который однажды меня предал. Важно лишь то, что я должна влюбиться в Рафаэля.
Служанка А: Ваше Высочество, ремонт гавани...
Героиня: Разберись с этим сама.
Служанка B: Ваше Высочество, город планирует установить несколько новых статуй Морского Бога...
Героиня: Не нужно спрашивать моего разрешения.
Отмахнувшись от всех этих надоедливых голосов, я иду в храм в поисках хотя бы малейшего следа Рафаэля.
Теперь это место стало резиденцией Морского Бога. Чтобы быстрее влюбиться в Него, я провожу здесь большую часть своего времени..
(Проблема в том, что... Его здесь почти никогда нет. Как мне влюбиться в Него, если Его всё время нет рядом?)
Рафаэль: Ты уже забыла про чешуйку?
Чешуйка в моей руке превратилась в голубую морскую ракушку. Теперь она висит на изящной серебристо-белой цепочке.
Героиня: Это знак привязанности?
Рафаэль: По крайней мере, не знак ненависти.
Он надевает ожерелье мне на шею, и морская ракушка теперь словно хрустальная метка мерцающая у моего сердца.
Рафаэль: Береги его. Это частичка моего сердца. Оно даст мне знать, где ты и что с тобой.
Героиня: Он может отслеживать каждый мой шаг, а я понятия не имею, чем Он занят. Как-то не совсем справедливо.
В центре храма несколько источников сливаются в глубокий, таинственный бассейн. Воды бурлят, а потоки с белой морской пеной соединяются с Глубинами.
Вокруг бассейна стоят двенадцать разрушенных статуй — их искалеченные торсы держат подсвечники, наполненные застывшим китовым жиром. Их головы торжественно склонены в мою сторону.
Героиня: Он даже построил бассейн... Что ж, теперь я кое-что узнала. Ему нравится нежиться в воде.
Заскучав, я беру несколько серебряных листьев из шкатулки неподалеку и бросаю их. Они скачут по поверхности воды.
Я не знаю, пытаются ли горожане заискивать передо мной и Рафаэлем, но люди присылают множество даров, держась при этом на расстоянии.
Из-под воды нет ответа. Я уже собираюсь уйти, как вдруг замечаю странный свет, вспыхнувший в глубине.
Любопытство побеждает, и я ныряю, чтобы разглядеть поближе. Но кто-то внезапно хватает меня за запястье.
Рафаэль: Невежливо входить в мою опочивальню без приветствия.
Рафаэль всплывает на поверхность, его длинные волосы растекаются по поверхности воды. Я едва вижу его хвост — он напоминает холодный, но прекрасный отблеск рассветного или закатного солнца.
Героиня: Я руководила реконструкцией этого храма, когда мне было пятнадцать. Если уж на то пошло, это место должно принадлежать мне.
Рафаэль: Ты права. Я не должен был тебя останавливать.
Он пытается затащить меня в воду, и бурлящий поток мгновенно превращается в свирепого зверя, приближающегося ко мне с разинутой пастью.
Я использую Его движение, хватаю Его за руку и быстро обвиваю руками Его шею, прежде чем вода успевает поглотить меня.
Рафаэль: Да. И ты могла бы этого избежать.
Героиня: Я боялась, что ты снова исчезнешь, пока я отвернусь. Как мы должны узнать друг друга и влюбиться, если тебя постоянно нет рядом?
Рафаэль: Обвить меня, как осьминог, — это часть твоего плана влюбить меня в себя?
Героиня: Объятия можно использовать, чтобы вызвать привязанность. Но есть и другая причина —
Капля холодной воды скользит по кончику моего носа. Я несколько раз чихаю.
Рафаэль: ... Почему ты такая хрупкая?
Героиня: Вода в твоей опочивальне слишком холодная! Почему она ледяная?
Рафаэль: Это проблема? Только люди имеют странную привычку обливаться кипятком.
Героиня: Это называется "принять горячую ванну" — Апчхи!
Течение несет нас к берегу. Хвост Рафаэля превращается в пару ног, когда Он ступает на каменные плиты, выложенные ракушками.
Рафаэль: Ты говоришь, что не хочешь умирать, но прыгаешь в ледяную воду. Твое стремление к выживанию вызывает сомнения.
Героиня: Ты говоришь, что должен влюбиться в меня, но тебя постоянно нигде нет. Ты вообще хочешь вернуть свои силы?
Рафаэль: Я никогда не верил, что такое неосязаемое чувство, как любовь, может послужить цели.
Он ставит меня на землю, и из Его ладони вырывается огненный шар. Я вздрагиваю и отшатываюсь, но Он вкладывает его мне в руку.
(Он не обжигает? И… он тёплый?)
Рафаэль: Ты больше не боишься?
Он создает ещё несколько огненных сфер и с их помощью высушивает мои волосы и одежду, пока они не становятся приятно теплыми.
Рафаэль: Я следую откровениям из Летописи лишь потому, что у меня нет иного выбора.
Рафаэль: Я не влюблюсь в тебя. Неважно, насколько ты будешь близка.
Героиня: Не волнуйся, я просто стараюсь выжить. Не пойми меня неправильно и не думай, что у меня действительно есть к тебе чувства.
Я играю с огненным шаром в руках, подбрасывая его. Свет пляшущего пламени придает лицу Рафаэля мягкость, которая Ему совсем не идет.
Он садится рядом со мной на каменные ступени и внимательно рассматривает богато украшенные шкатулки.
Героиня: Это подарки от горожан. Они хотят поблагодарить Тебя за то, что ты спас их от шторма той ночью.
Рафаэль: Это не подарки. Это проявления покорности ради самосохранения.
Рафаэль: Они презирают тебя, а потом лебезят, словно ты младенец в пеленках. Вера, преданность — всё это лицемерие.
Героиня: Но ты не выглядишь разъярённым.
Рафаэль: Ну, ты же развлекалась, бросая серебряные листья по воде. С чего бы мне злиться?
Героиня: ... Они принадлежат тебе. Оставь себе то, что понравится, а то, что нет — выкинь.
Рафаэль: Мне неинтересны неискренние дары.
Героиня: Ну, у меня есть кое-что, что тебе должно понравиться.
Я подхожу к Летописи и достаю Посох Призыва, спрятанный за ней.
Героиня: Он ведь раньше принадлежал тебе, верно? Теперь он снова твой.
Рафаэль: ... Ты — его истинная владелица.
Он делает жест, указывая на рубин в посохе. На нём вырезан странный, своеобразный символ.
Рафаэль: Это твоё имя, написанное на лемурийском языке.
Рафаэль: Он принадлежал мне, но, похоже, я отдал его тебе. Значит, теперь он твой.
Героиня: Теперь, когда ты это сказал... действительно, выглядит знакомо.
Когда я прикасаюсь к символу, что-то вспыхивает в моем сознании подобно молнии, но я не могу уловить этот образ.
Рафаэль: Даже я не помню этот посох. С чего бы тебе помнить о нем?
Героиня: Когда я его впервые взяла в руки, он показался мне немного знакомым.
Рафаэль: Может, ты тоже всё забыла, потому что спала тысячи, или десятки тысяч лет?
Героиня: То, что Морской Бог называет "глубоким сном", с точки зрения людей называется "смертью".
Рафаэль: Какое совпадение. Я тоже этого не помню.
Рафаэль: Возможно, это было до моего долгого сна... или ещё раньше, в более далёком прошлом.
Рафаэль: В любом случае, это не имеет значения.
Посох кажется тяжёлым. Я ставлю его рядом с Летописью Морского Бога.
Героиня: Почему ты отдал мне такой ценный предмет?
Рафаэль: Не знаю. Возможно, потому что ты мне нравилась.
Возможно, выражение моего лица было слишком удивлённым, потому что Он начинает смеяться.
Рафаэль: Ты не хочешь, чтобы мы влюбились друг в друга?
Рафаэль: Судя по всему, тебя даже не радует тот факт, что ты когда-то нравилась мне.
Героиня: Просто... я не могу представить, чтобы ты искренне влюбился в человека.
Героиня: Но если у нас действительно были чувства друг к другу в прошлом, то, может быть, влюбиться вновь будет не так уж сложно...
(И все же, во что, собственно, я должна влюбиться? Если бы я восхищалась только Его внешностью, то у нас не будет прочной основы...)
Рафаэль: Полагаю, что твои мысли непочтительны.
Героиня: Я размышляла о Боге, в которого должна влюбиться. Хочу понять, какой Он на самом деле.
Героиня: Например, что Ему нравится, что нет, каковы Его достоинства, недостатки...
Рафаэль: Если бы ты узнала мои отвратительные черты и изъяны, ты всё ещё смогла бы влюбиться?
Героиня: Говорят, если ты можешь принять в человеке даже самое худшее, — значит, это настоящая любовь. Она трогает душу.
Рафаэль: Иначе говоря, это невежественный, глупый порыв.
Героиня: Ради выживания я готова поступиться долей здравого смысла.
Рафаэль: Тебе не составит труда узнать, что я за Бог.
Он подходит ближе, берет и приподнимает морскую ракушку, висящую у меня на шее.
Рафаэль: Когда наступит следующее полнолуние, ты получишь ответ, который ищешь.
Героиня: Что ты имеешь в виду?
Рафаэль погружается в бассейн, подняв столб брызг воды. Он неспешно машет мне рукой, прежде чем исчезнуть в мгновение ока.
Ночная мгла окутывает пустошь. Серебристые травинки поднимаются выше моих щиколоток. Кривые деревца округ тянутся ко мне сучьями.
Морская ракушка на ожерелье излучает мягкое сияние. Она ведёт меня прочь из города, в чащу леса у подножия горы Оньуна.
Я ускоряю шаг. Необычайно яркий лунный свет пробивается сквозь листву и освещает покрытые серо-зеленым мхом руины.
Рафаэль стоит в центре. Вода льётся из Его ладоней, поднимая обломки камней — они соединяются в воздухе воедино.
Рафаэль: Я слышал, как ты дышишь. Кого ты, смертная, пыталась напугать?
Героиня: Ты притащил меня сюда посреди ночи только для того, чтобы я посмотрела, как ты строишь что-то?
Я узнаю это место. Это самые древние руины на острове. Их происхождение неизвестно.
Рафаэль: Подойди ближе. Ты загораживаешь мне обзор.
Я, немного растерянная, отхожу в сторону. Всё больше камней поднимается в воздух, и складываются в стену, покрытую фрагментами надписей.
Рафаэль: "Его кровь обратилась океанами, Его чешуя — звёздами на небесах".
Рафаэль: "Его кости стали китами, несущими солнечный диск; лунными моллюсками, что измеряют время; коралловыми мостами, ведущими в Загробный мир".
Героиня: Это миф о сотворении мира, о том, как Морской Бог создал Лемурию... Эти руины связаны с Морским Богом?
Рафаэль: Это место — часть Острова Песен.
Я хмурюсь. Как странно… Название звучит знакомо… но я не могу ничего вспомнить.
Пока я погружена в свои мысли, всё больше камней соединяется потоками воды, и руины превращаются в святилище.
Полная луна висит над нами, словно яркая жемчужина в оправе украшения. Её свет освещает остатки былого великолепия храма.
Рафаэль: Здесь сохранилась история Лемурии, а так же важные хроники каждого Морского Бога.
Рафаэль: Морской Бог, которого ты хочешь узнать — находится здесь.
Героиня: ...Это история Морского Бога, а не история "Рафаэля".
Рафаэль: Однажды и я стану ещё одним Морским Богом, описанным здесь. Имя "Рафаэль" будет забыто.
Он запрокидывает голову, будто пытаясь уловить обрывки своих воспоминаний — реальные, но призрачные.
Героиня: Это звучит… не слишком хорошо.
Рафаэль: И всё же ты хочешь, чтобы я вернул свои силы, чтобы я мог вознестись и стать настоящим Морским Богом.
Текущая вода постепенно исчезает, и святилище вновь превращается в руины. Всё возвращается к тому, чем было.
Героиня: Что насчет тебя? Когда вернёшь себе силу… что будешь делать?
Рафаэль: Для начала… найду того, кто заточил меня на дне моря.
Героиня: Ты помнишь, кто это был?
Рафаэль: Вспомню. Со временем.
Героиня: Я знаю, каково это — потерять свободу. Ты был запечатан так долго… Ты наверняка ненавидишь этого человека.
Рафаэль: Он недостоин даже моей ненависти.
Рафаэль: Но безнаказанным я его не оставлю.
Он бросает взгляд на луну, затем неспешно уходит в лесную чащу. Я поспешно догоняю Его.
Героиня: Вот чего я всё ещё не понимаю. Ты забыл, кто тебя запечатал… Так откуда знаешь, что я могу снять печать?
Рафаэль: Ты — Невеста Морского Бога. Ты - единственная, кого я бы выбрал.
И ты была единственной, кого я мог ощущать, пока был запечатан.
На этих словах на Его лице внезапно появляется загадочная улыбка.
Рафаэль: Иронично. Впервые я услышал твой голос, когда ты… поносила меня на чем свет стоит.
Рафаэль: Ты говорила, что Летопись "бесполезна", раз не может отыскать Морского Бога. Но каким-то образом она указала, где Его Невеста… и тебя схватили, заставив страдать.
Рафаэль: Ты говорила, что я бросил свою Невесту, увлекался всем попало, что мне было по душе и вообще — как я могу быть Богом? Ты утверждала, что я хуже морского огурца.
Героиня: Ты выдумываешь! Я никогда тебя не оскорбляла!
Я защищаюсь, лихорадочно вспоминая… Но, по правде, я и впрямь Его пару раз ругала.
Рафаэль: Я со временем понял: когда ты ругала меня или разговаривала сама с собой — это означало, что ты была в хорошем настроении.
Рафаэль: А если бывали дни, когда ты надолго замолкала… Я тоже понимал, через что ты проходишь.
Героиня: Ты любишь тайком наблюдать за людьми, да?
Рафаэль: Неверное предположение. Я вижу только тебя.
Мы сами не заметили, как вышли к берегу. Лунный свет серебрил поверхность моря. Там, где небо сливается с волнами, мерцали далёкие звёзды.
Героиня: Это… для того, чтобы ты снова не нырнул в воду и не исчез.
Рафаэль: Одного того, что ты держишь меня за руку, будет недостаточно.
Героиня: Если ты будешь всё время исчезать, мне будет трудно влюбиться в тебя.
Ты хотя бы говори, куда уходишь.
Рафаэль: Не хочешь ли составить мне компанию на этот раз?
Он поднимает руку, и лунный свет превращается в тонкую серебряную нить на кончиках Его пальцев. Затем она спускается к поверхности моря.
Каждый ручеек сразу же становится виден в отражении воды — они следуют за лунным светом, обвиваются вокруг Его ладони, извиваясь.
Рафаэль: Сегодня прекрасная возможность для тебя.
Он отпускает нить лунного света и делает руками жест, напоминающий полёт птицы. Он свистит — и звук долго висит в воздухе. Из моря поднимается огромный белый скелет.
Он похож на рыбу с огромными плавниками. Существо легко рассеивает морской туман и появляется передо мной.
Героиня: Не стоит меня недооценивать.
Но стоило мне сделать шаг вперед, я теряюсь. Я не знаю, как подступиться к этому скелетообразному существу.
Я чувствую, как ноги теряют опору — Рафаэль поднимает меня и мягко усаживает на спину морского чудовища. Затем его ноги вновь превращаются в хвост, и Он уплывает в океан.
Рафаэль: Держись крепче. Если ты упадешь, я больше не буду тебя спасать.
Глава четвертая.
Рафаэль плывёт сквозь чернильно-чёрную воду. Серебристый свет разлетается жемчужинами вдоль Его хвоста. Вслед за Ним — скелетообразное существо, которое несёт меня.
Героиня: Это твой друг, Рафаэль?
Рафаэль: Несмотря на то, что он состоит из одних лишь костей, при нашей первой встрече он попытался меня съесть.
Рафаэль: Это, по-твоему, поведение друга?
Героиня: Я бы сказала, что это скорее... голодный друг. — Ааах!
Будто поняв мои слова, существо резко хлещет хвостом, пытаясь сбросить меня. Я едва успеваю схватиться за то, что когда-то было его спинным плавником.
Рафаэль: У Фантазийной Акулы весьма вспыльчивый характер. Советую тебе не провоцировать её. Если действовать необдуманно, она всего за несколько укусов сведёт тебя до кучки костей.
Рафаэль: Её вид вымер вместе с Лемурией. Понятия не имею, откуда взялась эта.
Героиня: Может, она и правда твой друг? Из тех времён, до того как ты уснул?
Фантазийная Акула поднимает голову и издаёт почти неслышный звук. Затем тихонько подплывает ближе к Рафаэлю.
Рафаэль: Возможно. Я мельком видел её тень в Городе Китовых водопадов.
Героиня: …Согласно легендам, это было самое прекрасное и величественное место во всей Лемурии. Там не существовало ни скорби, ни страданий.
Рафаэль: Люди и их мифы… никогда не боялись преувеличений.
Рафаэль: Я не помню, как выглядел Город Китовых водопадов.
Рафаэль: Только когда сила Бога Моря будет восстановлена, все спящие лемурийцы пробудятся.
Рафаэль: И тогда Город Китовых водопадов возродится в этот мире.
Героиня: Это хорошо. У тебя есть родина, по которой можно тосковать.
Рафаэль: А ты подразумеваешь, что у тебя — нет.
Героиня: Она первой от меня отказалась.
Не желая продолжать этот разговор, я делаю вид, что любуюсь Фантазийной Акулой. Через мгновение в голове рождается идея.
Героиня: Рафаэль, подойди. Я хочу подарить тебе кое-что.
Героиня: Но сразу предупреждаю — я давно этого не делала. Может не получиться.
Рафаэль: Мне тогда стоит снизить свои ожидания?
Несмотря на это, Он поднимает руку и с помощью поднимающихся волн садится рядом.
Я глубоко вдыхаю, сосредотачиваюсь на своей ладони и осторожно кладу её на голову Фантазийной Акулы.
Во тьме медленно пробуждается едва ощутимая сила. Она понемногу тянется ко мне.
Я успокаиваю дыхание и стараюсь слиться с этой силой. Улавливаю каждое её едва заметное изменение.
Мягкое сияние начинает исходить от Фантазийной Акулы. Слои синевы окрашивают морскую воду и, словно обрисовывая, являют едва уловимый силуэт города.
Хотя он и неясен, его великолепие и красота всё равно видны.
Героиня: Я подумала, что Фантазийная Акула тоже скучает по Городу Китовых водопадов, поэтому попыталась срезонировать с ней.
Героиня: Это пробудило у тебя какие-нибудь воспоминания?
Рафаэль молчит, пока вода снова не становится чёрной. Я вынуждена нарушить это странное молчание.
Героиня: Я не ожидала, что получится. Я давно не входила в резонанс с другими, использовала его только для того, чтобы помогать находить потерянных крабов и черепах...
Рафаэль: Ты помогла мне увидеть Город Китовых водопадов. Я выражаю тебе свою благодарность.
Луна исчезает, и вместе с тяжёлыми облаками опускается морской туман. Он окутывает нас.
По мере того как туман сгущается, в глубине моего сердца начинают прорастать сомнения.
Героиня: Ты всё ещё не сказал, куда мы направляемся, Рафаэль.
Рафаэль: Мы прибудем, когда туман рассеется.
Я собираюсь настаивать, но внезапно чувствую, как туман обволакивает и мой разум. Сознание становится тяжёлым.
Героиня: Что-то не так с... этим туманом...!
Рафаэль: Всё так, как и должно быть.
Рафаэль: Просто закрой глаза и отдохни, пока можешь.
Героиня: Сколько я спала...? Подожди, где я?!
Окружающая морская вода бушует. Она с силой тысячи лавин устремляется к гигантской океанской бездне. Это словно трещина между небесами и сушей.
Кажется, будто весь океан вот-вот обрушится. Громоподобный рёв настолько оглушителен, что у меня начинают болеть уши, и меня накрывает тревожное предчувствие.
Героиня: Рафаэль, только не говори, что… мы направляемся туда.
Рафаэль: Я думал, ты была полна энтузиазма помочь мне вернуть мои силы.
Рафаэль: Именно это и имелось в виду в Летописи Морского Бога под словами "сразиться с коварными течениями".
Теперь я понимаю, что Он имел в виду, говоря "возможность".
Героиня: …Скажи, ещё не поздно передумать?
Я вздыхаю. Смиряюсь с судьбой, крепко обнимаю Его, закрываю глаза и позволяю унести себя в бездонную океанскую бездну…
Когда головокружение проходит, я всё ещё слышу, как над нами с грохотом обрушиваются гигантские волны.
Всё вокруг по-прежнему окутано тьмой. Инстинкт самосохранения заставляет меня вцепиться в плечи Рафаэля.
Рафаэль: Всё только начинается.
Он прижимает меня к себе, и мы продолжаем плыть всё дальше в глубины. Спустя вечность наши ноги наконец касаются ровного морского дна.
Вдалеке одна за другой вспыхивают тёмно-синие огни. Они движутся в нашу сторону и освещают древнюю, величественную площадь.
В её центре стоит каменная арка с множеством тяжёлых цепей. Каждая цепь тянется к высокой каменной статуе, которая её удерживает.
Героиня: У лемурийцев, похоже, много руин.
Рафаэль: Это — Гробница Морского Бога.
Рафаэль: Каждая статуя внизу символизирует павшего Морского Бога.
Героиня: Надеюсь, ты привёл меня сюда не для того, чтобы мы были похоронены вместе.
Рафаэль: Не волнуйся, до того дня ещё десятки тысяч лет.
Он выпускает молнию из кончиков своих пальцев — и та попадает в одну из статуй-хранителей.
Рафаэль: Перестань притворяться. Я знаю, ты меня слышишь.
Статуя-хранитель: Юный Морской Бог… Я уже говорил тебе…
Статуя-хранитель: Метка уз, запечатленная в твоей душе, никогда не была завершена… Ты не можешь войти в Гробницу Морского Бога, не говоря уже о том, чтобы заново выковать Разрушающий Приливы Трезубец.
Рафаэль: Но я уже привёл владельца этой метки.
Даже когда меня выталкивают вперёд, я всё ещё пытаюсь понять, что за "метка уз".
Рафаэль: Если мы вместе, разве это не делает её завершённой?
Статуя медленно поворачивается ко мне.
Статуя-хранитель: Чтобы пробудить Морского Бога… тебе предстоит преодолеть тридцать три уровня Гробницы и достичь её глубин, где нужно будет возложить Разрушающий Приливы Трезубец на алтарь.
Статуя-хранитель: Когда испытание будет завершено… ты сможешь вернуть силу Морского Бога…
Сопоставляя слова Рафаэля и статуи, я начинаю понимать, что происходит.
Героиня: На каждом уровне гробницы есть статуи прежних Морских Богов.
Героиня: Это значит, что нам придётся сразиться со всеми ними? Тогда ты сможешь завершить испытание и вернуть свою силу.
Героиня: Немного… Даже если это просто статуи, они ведь были Морскими Богами. Боюсь, я не пройду и первого уровня.
Рафаэль: Никто не говорил, что ты будешь проходить всё одна.
Рафаэль: Бояться нечего — я рядом.
Героиня: Я не боюсь. Умереть здесь — не хуже, чем умереть в Ромирро. А если мы справимся — у меня появится шанс прожить долгую жизнь.
Рафаэль: Оставь эти пессимистичные слова. Нужно говорить не "если" мы справимся, а "когда" мы справимся.
Рафаэль: Оставь всё мне. От тебя требуется лишь одно.
Разрушающий Приливы Трезубец материализуется в руке Рафаэля, когда Он подходит к каменным вратам. Я глубоко вдыхаю и призываю свой серебряный меч.
Каменные статуи медленно ослабляют тяжёлые цепи. Одна за другой спадают печати, и морское дно начинает яростно дрожать.
Рафаэль: Ключ к прохождению этого испытания — вовсе не в том, чтобы победить статуи.
Он внезапно притягивает меня ближе, понижает голос, и в глубине Его взгляда вспыхивает загадочное веселье.
Рафаэль: Всё дело в том, чтобы... добраться до алтаря.
Как только между каменными вратами появляется щель, Рафаэль взмахивает трезубцем и создаёт водоворот. Он подхватывает нас и бросает вперёд.
Молнии сверкают, искры летят — Рафаэль врывается на первый уровень, как стрела, выпущенная из лука. Тем временем из огромной каменной ниши медленно выходит статуя Морского Бога.
Длиннобородый Морской Бог: Юный Морской Бог—!
Молния ударяет, застигнув статую врасплох, и та отлетает обратно в нишу.
Рафаэль не задерживается. Он мчится с потоком ко второму уровню и без колебаний выпускает очередной разряд молнии.
Вокруг творится хаос, небывалый жар исходит от тела Рафаэля, но Его взгляд остаётся острым и невозмутимым.
Каменные статуи либо отброшены до того, как успевают выйти, либо безнадёжно медлительны в своей погоне.
Я взмахиваю мечом, отбивая несколько коралловых стрел, летящих в нас, но в этот момент Его рука крепче обвивает меня.
Подобно пылающему пламени, Рафаэль переворачивает вверх дном всю Гробницу Морского Бога. Он достигает алтаря всего за несколько вздохов.
Со скоростью молнии Он выпускает Разрушающий Приливы Трезубец, и сияние, подобное дневному свету, озаряет Гробницу Морского Бога.
Морской Бог с мечом: Что это значит? Почему новое воплощение Морского Бога так неуважителен?
Длиннобородый Морской Бог: Ха-ха-ха… Прекрасно! Молодой бог должен быть полон энергии!
Коронованный Морской Бог: Так не пойдёт! Нужно внести новое правило: никаких коротких путей! Иначе мои древние камни рассыплются в прах…
Морской Бог верхом на ките: Как это уже всё? Я только размялся, а мне даже не дали эффектно появиться...
Шум вокруг затихает. Нити света, словно сотканные из тумана, постепенно оплетают мои руки и руки Рафаэля.
Алтарь: Ты, желающий вознестись к истинной божественности — Морские Глубины впишут твоё имя.
Алтарь: Я очищу твоё тело, закалю твоё оружие и верну утраченные воспоминания…
В сопровождении загадочного пения меня окутывает тёплая сила. Перед глазами проносится нечто, похожее на текущий песок, и знакомый голос звучит у меня в ушах.
??: В Лемурии узы — это символ вечной клятвы, нерушимого обещания.
??: Когда ты предложишь чистейшую форму поклонения из глубин своей души — моя душа будет отмечена твоей меткой. Я не смогу воспротивиться тебе.
??: И как только узы сформированы — они уже никогда не исчезнут.
??: Где бы ты ни была и какой бы облик ни приняла — я всегда смогу найти тебя и узнать…
Неосознанно я протягиваю руку и прикасаюсь к лицу, которое мне так знакомо... но в то же время как будто чуждо.
Его глаза всё ещё сияют красотой красок рассвета, но улыбка стала свободной, беззаботной и яркой — как чистейшая морская вода.
Но уже в следующую секунду тепло в Его взгляде меркнет, а тело исчезает в чёрной морской воде. Только метка под Его ключицей едва заметно светится.
Героиня: Лемурийский завет… Я обещала тебе…
Героиня: Я готова отдать тебе своё сердце.
Героиня: Мою самую искреннюю форму поклонения…
Героиня: Я готова… позволить, чтобы твоя суть была запечатлена, выгравирована в моей душе…
В состоянии, подобном трансу, я слышу, как произношу незнакомые клятвы, но каждый их звук, кажется, рождается в самой глубине моего сердца.
Рафаэль: Я отдал тебе своё сердце.
Он берёт меня за руку и прижимает её к светящейся метке. Мне всё становится ясно.
Героиня: До того как ты погрузился в глубокий сон, мы заключили Лемурийский обет.
Героиня: Вот почему я — Невеста Морского Бога.
Нити света постепенно растворяются. Морская вода вновь становится холодной, а атмосфера... немного неловкой.
Рафаэль: Лемурийский обет может быть заключён только по обоюдному согласию.
Рафаэль: Так что ты стала моей Невестой добровольно. Это никак не связано с Летописью Морского Бога. Не забудь извиниться перед ней, когда мы вернёмся.
Я понимаю, что Он дразнит меня за то, как я когда-то назвала Летопись "бесполезной книгой". Мои уши вспыхивают от смущения, и я неловко прочищаю горло.
Героиня: Ты, должно быть, уже давно узнал о нашей связи. Просто не сказал мне.
Рафаэль: Это всего лишь отголосок прошлого. Сейчас — это уже ничего не значит для нас.
Закалённый Разрушающий Приливы Трезубец возвращается в Его руку. Рафаэль оборачивается, и от Его хвост излучает более яркое, острое сияние.
Внутри Его тела пробудилась часть силы Морского Бога.
Героиня: Ты отрицаешь факт того, что когда-то… мы были влюблены. Ты смущен, да?
Героиня: О, я знаю. Наша связь означает, что я могу приказывать тебе. А ты не хочешь показывать свою слабость, правда?
Героиня: В таком случае, мне стоит хорошенько подумать, как лучше воспользоваться этим.
Он игнорирует мою провокацию и хватает меня за руку, чтобы плыть на поверхность. Но вдруг останавливается.
Я следую за Его взглядом и пытаюсь посмотреть на свою спину, но ничего не вижу и не чувствую боли.
Рафаэль: Тебе нужно немедленно вернуться в Ромирро.
Рафаэль поднимает меня к поверхности, и Фантазийная Акула уносит нас в Ромирро.
Рафаэль: Сними одежды. Мне нужно немедленно обработать твою рану.
Героиня: Всё так серьёзно? Мне ведь даже не больно —
Рафаэль держит меня за плечо одной рукой, а другую кладёт мне на затылок. От Его ладоней исходит тёплая сила.
Боль, словно исходящая из самых глубин костей, пронзает моё тело и устремляется к сердцу. Она такая невыносимая, что я почти падаю в море.
Повернув голову, я наконец вижу рану. Но это не кровавый порез — она напоминает странный цветочный узор.
Героиня: Хватит! Ты... только усиливаешь боль!
Но даже когда Рафаэль прекращает, боль не утихает. Меня бросает в холодный пот, капли попадают мне в глаза — и вызывают новую волну острой боли.
Рафаэль: Потерпи. Как только туман рассеется — тебе станет лучше.
Героиня: Рафаэль… Мне нужно кое-что.
Я с трудом поднимаю веки, лёжа у него на коленях.
Героиня: Ходят слухи… Говорят, песнь Морского Бога может очаровывать сердца людей и заставлять их… теряться в иллюзиях… Ты мог бы…
Рафаэль: Перестань верить в беспочвенные слухи.
Героиня: А ты не мог бы попробовать? Я воспользуюсь нашей связью и...
Звучит мелодия, сыгранная на флейте. Она разливается по волнам, мерцающим и колышущимся, и мягко проникает в мои уши.
Незнакомая, но завораживающая, она ведёт меня. Я погружаюсь в великолепный сон.
Я стараюсь запомнить каждую ноту, пока мелодия льется. Боль уже не имеет значения.
Ведомая ритмом волн и этой мелодией, я снова медленно закрываю глаза.
Глава пятая.
После возвращения в Ромирро Рафаэль сразу же запер меня в храме. Он потребовал, чтобы я не выходила наружу, пока моя рана полностью не заживет.
Хотя я не понимаю, почему он проявляет такую чрезмерную осторожность, он остался в Ромирро. Это приятный сюрприз.
Однако рана на спине часто вызывает у меня головокружение. Иногда я слышу слабые потрескивающие звуки глубоко в позвоночнике. Как будто рыбы щиплют кораллы. Или, если быть точнее, это похоже на ощущение морской воды, омывающей новую чешую.
В другие моменты я полностью в сознании, но почему-то не могу открыть глаза.
Но одно я помню совершенно ясно: когда я сворачиваюсь в клубок от жгучей боли, до моего слуха доносится звук флейты, который притупляет страдания. И вскоре после этого я погружаюсь в мягкий, спокойный сон.
Пока нас не было в Ромирро, произошло нечто весьма значительное: Хокерн, бывший шателен, сбежал из водяной тюрьмы.
Пея: Мы уже отправили патруль на обыск города. Как только что-то обнаружат, я сразу —
За занавесом придворная дама резко замолкает. Я сдерживаю стон и бросаю взгляд на Рафаэля. Он наносит мазь на мою рану, и даже теперь — после известия о побеге Хокерна — на его лице нет ни тени гнева. Только холодная отстранённость.
Героиня: Я сама разберусь с этим. Отзови всех, кого отправила. Дальнейшие поиски не нужны.
Пея: Слушаюсь, Ваша высочество.
Я взмахиваю рукой, и Пея поспешно удаляется, будто получила помилование перед самой казнью.
Героиня: Ты позволил ему сбежать.
Рафаэль: Глубинные твари показывают клыки лишь перед смертью. Люди — не исключение. Если оставить ему призрачную надежду — он сам раскроет свои планы.
Героиня: Не боишься, что у него есть козырь?
Рафаэль: Тебе бы о своём здоровье думать.
Он слегка надавливает рукой. Я инстинктивно пытаюсь отстраниться от боли, но он хватает меня за плечо и прижимает обратно к постели.
Рафаэль: Эта мазь сделана из Золотоперых водорослей. Лучшее лекарство от ран в Лемурии. Не двигайся, если хочешь поправиться.
Рафаэль: Я и так аккуратен. Неужели человеческое тело настолько хрупкое, что не выдерживает легкого нажима?
Тем не менее, он смягчает прикосновения, когда наносит мазь, и его прохладные пальцы скользят вдоль моего позвоночника.
Рафаэль: Я могу позвать придворную даму. Пусть она позаботится о тебе.
Героиня: Нет, ты прекрасно справляешься. Мне нравится, когда ухаживаешь ты.
Его лицо остаётся невозмутимым. Но в тусклом свете я замечаю, как на его шее едва заметно приподнимаются мелкие чешуйки.
Похоже, ему приятна похвала. Я делаю мысленную заметку об этом маленьком открытии.
Этой ночью у меня снова жар. В последние дни это происходит часто.
Рафаэль говорит, что так рана заживает. Но головокружение и пересохшее горло всё равно переносить тяжело.
Героиня: Рафаэль... Можно я... снова прикоснусь к твоему хвосту, чтобы охладиться?
Рафаэль: Нет. Мы договорились, что вчера был последний раз.
Сквозь полупрозрачные шторы я вижу, как он лениво покачивается в бассейне, а его хвост рисует круги на водной глади.
Героиня: Я ничего такого не сделаю. Просто хочу прислониться ненадолго...
Рафаэль: Чья температура в прошлый раз поднялась так высоко, что ей привиделось, будто она ест рыбу?
Я виновато замолкаю. Жар продолжает разливаться по телу, принося мучительный дискомфорт.
Героиня: Кх-кх... Рафаэль, ты здесь? У меня в ушах звон... Я не слышу твой голос...
Плеск воды. Он стремительно приближается. Я тут же закрываю глаза.
Тишину разрывает лёгкое потрескивание — будто пламя лижет металл.
Рафаэль: Если звенит в ушах — дело серьёзное.
Рафаэль: Придётся сделать надрезы на ушах, чтобы выпустить кровь.
Я мгновенно поднимаюсь и хватаю его за руку — в ней уже блестит маленький нож, раскалённый над пламенем свечи.
Рафаэль: Закончила представление? Бросать на полпути — дурная привычка.
Героиня: Я использую нашу связь, если ты не послушаешься.
Героиня: Призываю силу нашей связи! Подай сюда мне свой хвост, Рафаэль!
Вода лениво плещется, пока он небрежно отбрасывает свои длинные волосы.
Героиня: ... Мне нужно использовать заклинание? Рафаэль, Рафаэль, услышь меня?
Я перебираю все варианты, но ничего не работает, а во рту становится ещё суше. В этот момент он внезапно стукает меня по макушке — я даже не заметила, как он сел рядом.
Рафаэль: Самый священный обет Лемурии не сработает, если ты издеваешься над ним.
Рафаэль: Успокойся. Лучше сосредоточься на отдыхе.
Но в конце концов он сдаётся. Его хвост прохладен на ощупь, когда я прислоняюсь к нему головой. Наши взгляды встречаются — он смотрит на меня сверху.
Героиня: Как долго ждать, пока моя рана заживет?
Рафаэль: Ты полностью поправишься очень скоро.
В зеркале рядом со мной мелькает алая вспышка — цветочный узор шрама. Он медленно бледнеет, но оставляет после себя рваные, пугающие следы.
Героиня: Голоса, что слышала... они изменились.
Сначала, звуки что я обычно не замечала, внезапно стали громче: лопающиеся пузыри, шорох пальцев по поверхности, биение сердца... Потом я начала различать даже шум прибоя, хотя от храма до моря далеко. Даже сейчас я слышу, как движутся волны.
Героиня: Почему ты так беспокоишься об этой ране?
Рафаэль: Она сделает тебя похожей на лемурийца. Твои чувства обострятся: ты сможешь слышать зов самых дальних океанов и видеть цвета, которых нет на суше.
Он рассеянно проводит пальцами по моим волосам.
Рафаэль: Но ты все же человек. Ты станешь изгоем на суше. Со временем ты перестанешь слышать земные звуки и различать земные краски.
Рафаэль: Твои ноги ослабнут, и шаг по земле станет пыткой. Морская вода заполнит рот и нос, поднимется в горле...
Рафаэль: В конце концов, ты утонешь на суше.
Рафаэль: Но ты не выглядишь испуганной.
Героиня: Потому что ты не дашь мне умереть. Ведь так?
Он тихо смеётся, прикасается к моему лбу, затем подносит к моим губам чашу с водой, помогая выпить её.
Рафаэль: Если завтра снова найдёшь отговорки — не гарантирую.
Я медленно выздоравливаю, а в Ромирро тем временем наступает короткое лето. Воздух, прежде пустой, теперь наполняется цветочным ароматом.
По ночам я поднимаюсь на крышу храма. Внизу, у гавани, люди возводят высокие помосты для костров — готовятся к фестивалю Благодарения Моря, возрождая праздник после столетий забвения, чтобы выразить свое почтение Богу Моря.
Когда-то это было грандиозное торжество в Ромирро. Горожане славили Бога Моря, моля о защите и милости.
(Рафаэль, конечно, не заинтересован в этом несерьезном празднике.)
Героиня: Я знаю. Поэтому я и не покидала храма.
Я легко похлопываю по месту рядом, приглашая Его присесть, и снова погружаюсь в изучение раковины в своих руках.
Он ловко крутит флейту из раковины и небрежно стукает ею меня по макушке.
Рафаэль: Так на ней не играют. Будь у этой ракушки чувства, она бы уже умерла от стыда.
Героиня: Тогда научи меня. Мне нравится та мелодия.
Героиня: Наверное... потому что, когда ты играешь ее, моя боль уходит.
Так же, как никто не осмеливается приближаться к храму без причины, никто не решается подойти к той башне, где я была в заточении.
Героиня: Я думала, побег из башни принесёт облегчение. Но, видимо, ошиблась.
Рафаэль: Твоя клетка не в башне.
Рафаэль: Ты не можешь покинуть ни храм, ни башню. Ты боишься потерять саму возможность выбора.
Рафаэль: Когда рана заживёт, ничто не будет удерживать тебя.
Он забирает у меня раковину, подносит к губам, пробует извлечь звук.
Рафаэль: Слушай внимательно, если хочешь научиться.
Мелодия разрывает тишину вечера, уходя вдаль, смешиваясь с вечерним бризом и лунным светом, прежде чем раствориться в темноте.
Я прислоняюсь к плечу Рафаэля, чувствуя, как вибрации от его груди проникают до самых костей. Когда он играет, что-то в глубине моего сердца трепещет...
Рафаэль: Этот остров... весь этот край не должен быть непреодолимой преградой на пути к твоей свободе.
Рафаэль: Сколько бы ролей ни навязывали тебе жители Ромирро — ты не обязана их играть. Лишь если сама захочешь.
Героиня: Одна из этих ролей — "Невеста Бога Моря".
А если я не хочу быть ею?
Героиня: Но я... не готова просто так отпустить это.
Я тяжело вздыхаю, наблюдая за огнями, что тянутся от храма к дальним улицам.
Героиня: Раньше я любила Ромирро. Мечтала навеки защитить его и спасти от пророчества.
Героиня: Для горожан я всего лишь орудие. Они верят, что я спасу их жизни.
Рафаэль: Хочешь, чтобы они исчезли?
Героиня: А если скажу "да" — ты исполнишь это?
Рафаэль: Если это заставит тебя полюбить меня.
Героиня: ...Я пыталась представить их гибель. Но я сомневаюсь, что это принесет мне счастье.
Рафаэль: Что же сделает тебя счастливой?
Я молчу, и он протягивает мне длинный свиток.
Рафаэль: Придворные дамы принесли это.
Мой взгляд скользит вниз — у ступеней храма несколько придворных дам. Встречаясь взглядом со мной, они нервно кланяются.
Героиня: ... Полагаю, они ждут, что я проведу обряды в первый день праздника Благодарения Моря.
Рафаэль: Понятно. Они представляют Ромирро, пытаясь заслужить твою благосклонность.
Рафаэль: Скоро тебе придется встретиться со многими из тех, кто тебя предал.
С игривым блеском в глазах он убирает прядь волос, которую ветер задул мне на лицо.
Героиня: А ты бы как поступил?
Его пальцы опускаются и останавливаются над моим трепещущим сердцем.
Рафаэль: Я бы спросил у этого сердца, что может сделать его счастливым.
Глава шестая.
С броском факела, украшенного цветущими лозами и ракушками, в костёр и всплеском танцующих языков пламени фестиваль Благодарения Морю официально начинается.
Я спускаюсь с возвышенной платформы у берега, передаю Посох Призыва Верье на хранение и затем снимаю с головы тяжёлую корону.
Верье: Благодарю вас, Ваше Высочество.
В конце концов, я согласилась провести обряд для фестиваля Благодарения Морю.
Причина проста. Поскольку Морского Бога забыли и ненавидели веками, я единственная, кто ещё помнит, как проводить церемонию.
Конечно, этот обряд учитывал мнение Морского Бога. Поэтому многие сложные и помпезные элементы были убраны.
Рафаэль: Почему ты решила, что Морскому Богу понравится танец, похожий на драку крабов?
Рафаэль: Лучше бы сохранила силы и приготовила больше жареных креветочных пирожков... Они и правда вкусные.
Героиня: Это древний танец, передававшийся из поколения в поколение. Он должен символизировать величие Морского Бога…
Героиня: Хотя... Ты прав. Действительно похоже на драку крабов.
Я прохожу в зону отдыха, отгороженную шторами, а Рафаэль тем временем разглядывает гору ящиков с "дарами". Выглядит так, будто здесь выросла целая гора.
После его слов о том, что креветочные пирожки из восточного квартала восхитительны, люди тут же бросились менять свои подношения на это угощение.
Героиня: Почему бы тебе не делать больше особых запросов? Ты мог бы просить их помощи, когда "ныряешь в Глубины за жемчугом".
Героиня: Хотя я подозреваю, что жемчуг, упомянутый в Летописи Морского Бога, означает нечто иное...
Рафаэль: Разве жареные креветочные пирожки — не особый запрос?
Рафаэль: Еда в море слишком пресная. Ничто там не имеет такого выразительного вкуса.
Он отламывает небольшой кусочек и кладёт мне в рот. Затем подбрасывает в воздух пузырь с водой, чтобы помыть руки.
Рафаэль: Что касается жемчуга — его не собрать за день или два. Да и не нужно обыскивать всё море в поисках устриц.
Рафаэль: То, что тебе сейчас нужно —
Его палец приподнимает моё ожерелье. Его взгляд говорит сам за себя: "нанести лекарство". Я расстегиваю воротник и сажусь поодаль.
Героиня: Когда я думаю о том, что эта рана почти зажила, меня охватывает легкая грусть.
Героиня: Во время обряда я впервые разглядела — море вовсе не было сплошной тьмой.
За шторами лениво переливается шум прибоя. Он обволакивает мои уши с неожиданной нежностью.
И я никогда не догадывалась, что под черной рябью волн и белыми возвышающимися гребнями мерцают осколки радужного света.
Рафаэль: Когда твоя рана заживёт, у тебя будет множество способов увидеть это вновь.
Героиня: Ладно... Рафаэль, ты стал лучше заботиться о людях. Ты больше не причиняешь мне боли.
Рафаэль: Если я и сейчас не могу правильно выполнить такую простую задачу, разве это не позор для Морского Бога?
Рафаэль: Впрочем, если ты вдруг заскучаешь по той боли, я могу помочь тебе ощутить её снова.
Героиня: Нет, не нужно! Прекрати...
Верье: Ваше Высочество, кто-то принёс корзину с молитвенными цветами.
Верье, только что приподнявшая штору, замирает. Её взгляд переходит от руки Рафаэля к моему плечу. Затем она говорит так, будто ничего не видела.
Верье: Это для вас и Морского Бога.
Героиня: ...Конечно. Можешь оставить здесь.
Верье: Как пожелаете, Ваше Высочество.
После ухода Верье я поправляю одежду и молча бросаю взгляд на Рафаэля.
Героиня: Готова поспорить, завтра по городу поползут новые слухи о нас.
Героиня: Сложно сказать. Возможно, будут говорить, как невеста Морского Бога средь бела дня занимается... ой, нет, не так. Народ будет судачить о том, как она занимается "всяким" с Морским Богом в темные часы под покровом ночи.
Рафаэль: Что именно подразумевается под "всяким"? Я не понимаю.
Корзина с молитвенными цветами сама плывёт в руки Рафаэля. Он поднимает красно-синюю ленту с серебряными нитями, затем перебирает ракушки внутри корзины.
Рафаэль: Что символизирует эта корзина с ракушками?
Героиня: Это традиция фестиваля Благодарения Морю. Каждая семья готовит цветочные корзины с ракушками для обмена.
Героиня: Чем красивее ракушки — тем прекраснее заключённые в них благословения. Так люди передают друг другу добрые пожелания.
(Но кому вообще пришло в голову обмениваться ракушками со мной?)
Я отмахиваюсь от этих мыслей и делаю вид, что мне интересно, принимая цветочную корзину.
Переодевшись в более лёгкую одежду, мы с Рафаэлем идём по центральным улицам города к храму.
Лунный свет и звёзды отбрасывают голубое сияние сквозь ночное небо. Они подобны морской воде, текущей вдоль горизонта, поднимаясь и опускаясь вместе с облаками и туманом.
Героиня: Попробуй эту хрустящую рыбу. Она тоже очень вкусная. И корочка хрустит.
Рафаэль: ...Немного пресновато.
Героиня: Неужели? Может, солёная морская вода притупила твои вкусовые рецепторы?
Рафаэль: Я уже много раз говорил тебе. Я не пью постоянно морскую воду только потому, что живу в океане.
Я бросаю несколько монет, игнорируя несколько озадаченный взгляд владельца ларька, и сую корзинку с хрустящей рыбой в руки Рафаэлю.
Нас узнаёт немало людей, но мы молчаливо игнорируем их любопытные взгляды.
Героиня: Когда здесь успели поставить эту статую?
Рафаэль: Не так давно я видел, как ремесленники над ней трудились.
В конце аллеи возвышается изысканно детализированная, величественная статуя Морского Бога. Он держит трезубец, возвышаясь над белыми гребнями волн.
Героиня: Раз, два, три, четыре... У тебя такой рельефный пресс. Они явно стараются тебе угодить. Возможно, даже слишком.
Рафаэль: О чём ты? Это вполне точное изображение.
Героиня: Она куда ближе к оригиналу, чем прежние статуи Морского Бога. Те были чрезмерно величественными и мужественными. Их бороды были длиннее волос.
Героиня: Когда я впервые услышала твой голос, не могла поверить, что ты — Морской Бог... Твой голос звучал слишком молодо.
Рафаэль: Ты не ошиблась. Ты же видела их в Гробнице Морского Бога. У тех Богов были бороды длиннее чем их волосы.
Я на мгновение вспоминаю увиденные там изваяния.
Героиня: Но ты всё равно самый красивый.
Он слегка поднимает руку, и ракушки у подножия статуи вспыхивают кристальным светом. Как безмолвный ответ божества.
Заметив мой вопросительный взгляд, он улыбается.
Рафаэль: Я по-прежнему считаю человеческую веру хрупкой. Малейшего прикосновения достаточно, чтобы её разрушить.
Рафаэль: Но значение праздников не менее важно. Будь то здесь... или там, где когда-то стоял Город Китовых водопадов.
Рафаэль: Хотя бы сегодня я могу позволить им быть счастливыми. Это несложно.
Я беру его за кончики пальцев.
Героиня: Рафаэль, до того как ты уснул, ты, должно быть, был Морским Богом, которого люди действительно ценили.
Героиня: Даже потеряв память, ты тоскуешь по Городу Китовых водопадов. Ты хочешь пробудить всех лемурийцев и вернуть их на родину.
Рафаэль: Подобные безосновательные выводы — обычно опасный знак.
Героиня: Кто сказал, что безосновательные? С одной стороны — ты не любишь человеческое поклонение, но всё же отвечаешь на их мольбы.
Героиня: С другой — ты спас всех во время лунного затмения, хотя они ненавидели и проклинали тебя.
Героиня: Я когда-то любила тебя. Этого хватило, чтобы заключить с тобой обет.
По крайней мере, это доказывает, что ты достоин симпатии. Достоин быть любимым.
Героиня: Кхм, теперь твоя очередь.
Героиня: Я сделала тебе кучу комплиментов. Разве теперь не твоя очередь похвалить меня?
Рафаэль: Твои глаза сияют, твои волосы мягкие, а когда ты улыбаешься, ты напоминаешь гордого маленького крабика. Когда злишься — колючего морского ёжика.
Героиня: Последнее тоже считается комплиментом?
Рафаэль: Если бы ты прожила на дне моря тысячи или десятки тысяч лет, ты бы поняла…
Рафаэль: Как драгоценно увидеть даже проблеск яркого цвета.
Я открываю рот, но не могу найти нужных слов. Корзинка в моей руке слегка покачивается.
Я опускаю взгляд и вижу маленькую девочку, которая кладёт розовую ракушку в мою корзину, забирая другую.
После того как наши взгляды встретились, девочка тут же убежала к своей матери — владелице ларька с хрустящей рыбой. Продавщица растерянно замялась, затем выдавила натянутую улыбку.
Рафаэль: Видишь? Ты здесь тоже нравишься людям.
Героиня: Дело не в этом. Просто…
Будь то запоздалое чувство вины, осторожная попытка задобрить или нечто более сложное — я не могу это выразить.
Героиня: ...Я ничего не сделала, чтобы заслужить их симпатию.
Рафаэль: Ты заслуживаешь её просто потому, что ты — это ты.
Его рука накрывает мою, скользит мимо трёхцветной ленты на корзине, чтобы Его пальцы могли переплестись с моими.
Рафаэль: Тебе идёт любое ласковое слово.
Когда мы возвращаемся в храм, в моей корзине оказывается ещё несколько разноцветных ракушек. Не так много, но всё же.
Я ставлю корзину на подоконник и замечаю, как Рафаэль направляется к бассейну. Я быстро подбегаю, чтобы остановить его.
Героиня: Подожди, нам нужно сделать кое-что еще.
Я достаю цветочный ликёр, который заранее попросила приготовить Верье, и наливаю его в серебряный кубок.
Героиня: Мы отпраздновали со всеми. Теперь настало время нашего личного торжества.
Героиня: Праздник Благодарения Моря — это ещё и праздник влюблённых. Весной люди собирают бузину и готовят из неё ликёр.
Героиня: Им принято угощать того, кого любишь, в этот особенный день.
Рафаэль: Значит, здесь весь твой весенний урожай?
Героиня: Я его купила. Весной я всё ещё была заперта в башне.
Рафаэль поднимает бокал и легонько чокается со мной. Цветочный ликёр сладкий и чистый на вкус. Опрокинув его залпом, я наполняю кубки снова.
Рафаэль: Теперь, когда мы одни... Тебе нечего сказать Морскому Богу?.. То есть мне?
Рафаэль: Во время церемонии твои молитвы состояли из чужих слов, обращённых к Морскому Богу. Но не из твоих собственных.
Рафаэль: Разве тебе нечего мне сказать? Возможно, я исполню твоё желание.
Героиня: Тогда... я хочу, чтобы ты поскорее влюбился в меня.
Героиня: Почему? Это слишком сложно для тебя?
Рафаэль: Придумай желание поамбициознее.
Героиня: Я надеюсь, тебе удастся отомстить.
Героиня: Я чувствую, ты обретёшь покой, только найдя того, кто заточил тебя.
Героиня: Носить в себе ненависть — больно. Даже если ты её не показываешь, эта рана не заживёт.
Рафаэль: ...Тогда позволь добавить к твоему желанию.
Рафаэль: Я надеюсь... что когда этот день настанет — я не пожалею.
Героиня: Если я пожелаю, чтобы ты не становился Морским Богом... Будет ли это странно?
Рафаэль: Почему ты так решила?
Героиня: По сравнению с "Морским Богом", которым ты можешь стать, мне больше нравится просто "Рафаэль".
Героиня: Я не хочу, чтобы ты забыл это имя.
Рафаэль: Тогда мне понадобится твоя помощь.
Рафаэль: Помоги мне выгравировать это имя и эти воспоминания так глубоко в сердце и душе, чтобы стереть их стало невозможно.
Наши кубки звонко соприкасаются, цветочный ликёр постепенно исчезает. Внезапно Рафаэль протягивает ко мне руку.
Рафаэль: Ты говорила, что на фестивале Благодарения Моря люди обмениваются ракушками, чтобы передать друг другу благословения.
Рафаэль: Я уже дал тебе ракушку. Разве ты не должна мне что-то предложить взамен?
Мои пальцы касаются ожерелья с ракушкой на шее. Я напрягаю память, но не могу придумать ничего равнозначного в ответ.
И снимаю с пальца жемчужное кольцо.
Героиня: Я ношу его с детства. Это не тот жемчуг, что упомянут в Летописи Морского Бога, но…
Героиня: Пусть оно станет моим благословением для тебя. Пусть все твои желания сбудутся.
Героиня: Когда это случится — не забудь отвести меня в Город Китовых водопадов.
Рафаэль: Я слышал, у людей кольца часто символизируют любовную клятву.
Рафаэль: Значит ли это то, что ты влюблена в меня?
Я задумываюсь на мгновение, затем наклоняюсь и целую уголок его губ.
Рафаэль: Думаю... мне нужно более убедительное доказательство.
*звуки поцелуев*
Этой ночью шум прибоя становится все ближе. Нежная мелодия смешивается со смехом. Над головой проплывают Фантазийные Акулы, рассыпая перед глазами вспышки ярких красок.
Кто-то берёт меня за руку. С меня снимают фату и ведут к свету.
И вдруг — музыка обернулась рыданиями, смех стал криком. Все краски блёкнут до тускло-серого. Рука, сжимающая мою, постепенно леденеет.
Морская вода поглощает всё. Холод сковывает мир, и даже последние ноты флейты тонут в мёртвой тишине.
Но та рука так и не отпустила меня.
"Когда взойдёт солнце — приходи на пляж. Я отведу тебя в особое место."
Утром последнего дня фестиваля Благодарения Моря я нахожу записку от Рафаэля на подушке.
Розовый рассвет растекается по горизонту, окрашивая небо в тёплые тона, но ветер несёт необычный холод.
(Этот запах... Отвратительный рыбный смрад...)
Я молниеносно выхватываю серебряный меч, блокируя удар, направленный в сердце. Но что-то, похожее на острые когти, впивается мне в плечо.
Это скрученный щупальцеобразный отросток, покрытый шипами как у чертополоха. Они глубже вонзаются в кожу, пока я пытаюсь вырваться.
???: Давно не виделись, Невеста Морского Бога.
Героиня: Так вот где ты пропадал... Хокерн.
Со своей лицемерной улыбкой он появляется из темноты. За его спиной колышутся несколько уродливо вытянутых теней.
Героиня: Твоя ловушка слишком очевидна.
Яд из шипов проникает в кровь. Тело немеет, но вряд ли этот яд смертелен.
Хокерн: Жаль. Морской Бог обманул тебя парой красивых фраз. Ты всё ещё под Его чарами.
Хокерн: Неужели ты веришь, что он спасёт тебя?
Хокерн: Он приведёт тебя к гибели ради своих эгоистичных целей.
Его глаза сверкают зловещим блеском. Сознание начинает плыть, последние проблески света поглощаются тьмой.
Хокерн: Не сопротивляйся. А теперь — следуй за мной.
Хокерн: Всё, что я делаю — ради Ромирро. Я не допущу, чтобы он повторил судьбу Лемурии.
Глава седьмая.
Я просыпаюсь от боли в плече. Открыв глаза, я понимаю, что нахожусь в клетке, которую слишком хорошо знаю. Мои руки и ноги скованы.
Ощущая гнилостный рыбный запах, я вижу огромную, уродливую тень на стене. Это сопровождается звуками раздирания чего-то вязкого.
Я внезапно вспоминаю заклинание, которое он наложил на меня. Он использовал его, чтобы контролировать меня.
Рафаэль: На самом деле, это древнее проклятие... Но оно слишком слабое для того, чтобы контролировать мою Невесту.
Рафаэль: Люди не могут использовать эту магию. Скажи мне, где ты ее нашел?
Героиня: ...Ты больше не человек.
Хокерн: И что с того? ... Для спасения Лемурии эта боль — ничто!
Тень на стене внезапно уменьшается. Спустя мгновение, она медленно принимает человеческую форму.
Героиня: Когда на твоем теле паразитирует так много морских чудовищ, не боишься, что они в конце концов сожрут тебя? Ты превратишься в настоящего монстра.
Хокерн: Человеческое тело слишком хрупкое. Оно не способно помочь мне в моем стремлении возродить Лемурию.
Хокерн: Мне нужно тело, достаточно мощное, чтобы прожить тысячи лет.
Хокерн: Но этот Морской Бог... Он уничтожил тело, которое я с таким трудом создал, когда посадил меня в водяную тюрьму!
Хокерн: Он заставил меня поглощать еще больше. И я превратился в то, что ты видишь сейчас!
Заметив на его руках множество гноящихся ран и деформированных конечностей, я ощущаю лишь потрясение и сочувствие.
Вспоминая его рассказ о Лемурии и его недавние слова, мой разум пронзает внезапная догадка.
Героиня: Но ты родился и вырос в Ромирро. Лемурия была разрушена десятки тысяч лет назад —
Хокерн: Лемурия никогда не была разрушена!
Он дергает за цепи, и я вынуждена смотреть в его глаза, наполненные зловещей тьмой.
Хокерн: Она спит... Она ждет меня.
Хокерн: Как только я убью этого глупого, эгоистичного Морского Бога, я стану новым правителем Лемурии.
Хокерн: Я воскрешу Лемурию... Единственный народ, достойный править этим миром!
Он, кажется, не в себе от своих навязчивых идей и ненависти к Рафаэлю. Однако его слова не лишены смысла.
Героиня: Ты выдвигаешь необоснованные претензии. Почему ты так уверен, что убийство Рафаэля воскресит Лемурию?
Героиня: Возможно, все, что ты делаешь, неправильно. Может быть, это ты, кто действительно уничтожит Лемурию! Агх..!
Хокерн: Все, что я делаю, я делаю для Лемурии, для родины всех лемурийцев! Я не заблуждаюсь!
Рана на моем плече снова открылась, несмотря на боль я терплю и продолжаю говорить.
Героиня: Ты бы хотел вернуться в Лемурию?
Хокерн: Это самое красивое место в мире и родина всех лемурийцев...
Хокерн: Разве ты не любишь свою родину? Разве тебе бы не хотелось ее спасти?
(Я не испытываю пылкой привязанности к Ромирро.)
Несмотря на свои чувства, я притворяюсь, что согласна с ним и киваю.
Героиня: Тогда... Как это связано с моим похищением?
Щупальце бросает что-то к моим ногам. Это маленькая каменная табличка с трещинами. Однако я сразу узнаю ее.
Героиня: Летопись Морского Бога?
Она очень похожа на ту, что хранится в храме. Рисунки и текст почти идентичны. Как будто она была отколота от той большой каменной таблички.
Хокерн: Ты единственная, кто может общаться с Летописью Морского Бога. Продолжай, читай.
Кровь, капающая с моего плеча, стекает на каменную табличку, и размытый текст начинает испускать слабый золотистый свет.
"Найди... истинную... любовь. Когда тебя благословит поцелуй истинной любви... завоюй её сердце своими собственными руками. Сердце чистое, безупречное — и полное любви... лучший дар... который можно преподнести лемурийцам..."
Это пророчество, прочитанное мной в Летописи Морского Бога... Оно было неполным.
Хокерн: Теперь ты понимаешь? Если Морской Бог хочет вернуть свою силу, Ему нужно нечто большее, чем настоящая любовь.
Хокерн: "Истинная любовь" — это лишь ступенька на Его пути.
Хокерн бросает на меня насмешливый взгляд, полный презрения.
Хокерн: Подобно тому, как голодающий ищет пищу, вырвать твое сердце — это естественный путь для Морского Бога.
Героиня: Я тебе не верю. Даже если Он хочет убить меня, мне нужно, чтобы Он сам это сказал.
Хокерн: Что за глупая, упрямая девчонка. Только не говори мне, что ты уже влюбилась в Него.
Героиня: ...Тебе не обязательно это знать.
Он смеется с нескрываемым злорадством.
Хокерн: Когда Он вспомнит все, что случилось с ним за эти годы... Он позаботится о том, чтобы само твое существование растворилось в небытие.
Героиня: Зачем ты мне это рассказываешь?
Хокерн: Я пытаюсь спасти тебе жизнь по доброте душевной.
Героиня: Хокерн, я знаю тебя по меньшей мере несколько сотен лет. Ты не можешь мне лгать.
Героиня: Или ты действительно думаешь, что я причинила бы вред Рафаэлю, если бы знала, что Он собирается убить меня?
Хокерн: А ты бы этого не сделала?
Хокерн: Ты веришь, что этой жалкой иллюзии, которую ты называешь любовью, достаточно, чтобы Морской Бог отказался от твоего сердца?
Хокерн: Если бы Он вспомнил, что произошло миллионы лет назад, как ты думаешь, Он бы все еще проявлял к тебе милосердие?
(Он имеет в виду... события, что были до того, как Рафаэль уснул?)
Хокерн достает позеленевшую от времени бутылку и отвинчивает пробку. Оттуда вырывается жуткий пар.
Хокерн: Давай. Стань свидетелем событий из истоков лемурийской истории.
Хокерн: Посмотри, как ты и этот Морской бог уничтожили Лемурию!
Я задерживаю дыхание, но зловонный пар мгновенно словно просачивается под мою кожу, проникая в каждую клеточку моего существа.
Через несколько мгновений дремавшие воспоминания начинают оживать, словно магма, пробивающаяся сквозь ледяные толщи. Это ощущение обжигает каждый кровеносный сосуд и нерв внутри меня.
Я ощущаю жгучую боль, пронзающую всё моё тело. Мой разум погружён в хаос, но постепенно видения начинают проясняться.
??: Ты хочешь стать моим последователем?
Просторная круглая зала погружена в полумрак, словно наступили сумерки. Земля сотрясается от грохота падающих с куполообразного потолка каменных осколков.
Мое тело внезапно оказывается прижатым к земле. К моей груди приставлен острый кинжал, на кончике которого выступают капли крови.
(Рафаэль? Нет, это неправильно...)
Рафаэль, стоящий передо мной — молодой человек излучающий свет и сияние. Однако темно-синие огоньки, горящие в Его глазах, делают выражение его лица неестественно отрешенным.
В руке Он крепко сжимает острый кинжал. Он готов пронзить мое сердце.
Я не могу издать ни звука. Я хватаюсь за рукоять кинжала и собираю все свои силы, чтобы бороться с самой смертью.
Дрожащий кончик кинжала застывает.
Но в Его глазах вновь появляется отчуждённая враждебность, и от Его тела исходит голубовато-золотистый свет.
Рафаэль: ...Как мой последователь, ты должна предложить мне свое сердце.
Рафаэль: Лемурийские узы обладают огромной силой... но это также и кандалы.
Рафаэль: У Бога Морей... не должно быть слабостей или ограничений.
Я отчаянно сопротивляюсь, но все мои усилия тщетны. Лезвие проникает всё глубже в мою грудь, и с каждым мгновением боль становится всё сильнее, а кровь струится по моим рукам.
Внезапно раздается громкий треск, и скованность, охватившая мое тело, ослабевает. Рафаэль, опирается на стену вдалеке от меня, Его лицо искажено от боли.
Внутри каменной ниши горит нежное, но слабое пламя. Оно настолько слабое, что его может погасить легкий ветерок.
Рафаэль: Держись от меня подальше!
Эти темно-синие и золотистые огоньки все еще окружают Его. Однако голубое пламя в Его глазах погасло, или, скорее, было подавлено.
Рафаэль: Ты не можешь здесь оставаться... "Пламя" Лемурии нуждается в сердцах наших последователей, чтобы поддерживать его. Это... Это неправильно.
Рафаэль: Если так продолжится, то это лишь вопрос времени, когда я потеряю контроль и причиню тебе боль.
Рафаэль: Ты должна отыскать способ, чтобы оно горело вечно. В этом заключается истинный путь Лемурии.
Из ниши плавно поднимается пламя, достигая кончиков пальцев Рафаэля. Затем оно превращается в бесчисленные тонкие нити света, которые устремляются к моей груди.
Потрясенная, я пытаюсь освободиться, но эти нити связывают меня, словно оковы. Странная, теплая сила вливается в мое сердце.
Рафаэль: Существует легенда, в которой говорится, что "фитиль" пламени находится в месте, где сходятся все океаны.
Рафаэль: Найди его, тогда Лемурия будет окутана светом и будет существовать вечно.
Водные потоки подхватывают меня и уносят из храма. Рафаэль, глядя на меня издалека, нежно улыбается вслед.
Рафаэль: Я позабочусь о том, чтобы Город Китовых водопадов оставался таким же, каким ты его помнишь... До того дня, когда ты вернешь "фитиль".
Рафаэль: Это моё обещание тебе.
Рафаэль: Ибо это обет Лемурии, вечная связь.
Отчаяние и кровь наполняют морскую воду, а громоподобное разрушение заглушает все крики и вопли.
Я отчаянно пытаюсь прогнать темноту перед глазами, но кажется, будто моё тело увязло в зыбучих песках. Чем больше я борюсь, тем сильнее задыхаюсь.
???: Этот человек обманул тебя! Она обманула всю Лемурию!
???: Человек украл наше пламя! Лемурия погибнет!
???: Почему Бог Морей обманул нас?! Почему Он не защитил Лемурию?
???: Бог Морей... Он изменился прежде, чем мы успели это осознать...
Морская вода заглушает их отчаяние, но я не в силах защитить Рафаэля.
Рафаэль не виновен в случившемся. Это моя вина, что я не сдержала своего обещания Ему...
В месте, где сходятся все океаны и находят свой конец моря, не было никакого фитиля. Лемурия не могла существовать вечно.
Лемурия была цивилизацией, которая никогда не должна была появиться на свет. Разрушение было её предначертанной судьбой. Последний Бог Моря погиб вместе с Лемурией, растворившись в океане.
Это не сон. Это забвение. Он исчезнет из этого мира. Я никогда не смогу найти Его, увидеть Его, услышать песни, которые Он играл для меня на флейте, или увидеть Его улыбку.
Мое сердце наполняется безмолвным призывом, и это возвращает мне прежнюю непоколебимую решимость.
"Я не позволю Рафаэлю умереть"
"Я спасу его, и цена, которую придется заплатить... Она не имеет значения"
Мой Посох Призыва вспыхивает в неистово бурлящем Глубоком море, и холодное пламя освещает взгляд, который находится на расстоянии вздоха от меня.
Потрясение, печаль, гнев... Я не могу точно определить эмоции в Его глазах. Я вижу лишь след нашей связи на Его груди, и этот след подобен потоку ослепительно яркой, обжигающей крови.
Бесчисленные нити света превращаются в руны, и я поднимаю Посох, позволяя призраку пронзить Его тело. Я слышу, как бьется мое собственное сердце, и каждое слово становится частью безжалостного приказа.
(Силой клятвы Лемурии, Рафаэль, ты будешь заключен здесь навечно. До тех пор...)
(До тех пор, пока Лемурия не воспользуется возможностью перерождения...)
(Пока мир... не достигнет того момента, когда ты сможешь пробудиться.)
Его божественный взгляд, который когда-то был прозрачнее морской воды, превращается в черный прилив. Он замирает, когда смотрит на меня.
Как только печать завершена, Он погружается в глубины этих бездонных вод. Я слышу оглушительный звук, как будто весь океан раскалывается на части.
Бескрайние черные волны накатывают со всех сторон. Его рассеивающаяся фигура превращается в дождь, падающий вверх.
Я вырежу твоё сердце острым кинжалом, мой дорогой. И во имя Любви оно станет моей верой.
Твое тело будет чисто вымыто и засияет, как жемчужина. Я позабочусь о твоем сердце...
Героиня: Я позабочусь о твоем сердце...
Героиня: Пока мы не встретимся вновь. И тогда ты вернешь его себе.
Последняя струйка дыма рассеивается и бутылек со стуком падает на пол. Волна воспоминаний отступает, когда мое сознание возвращается в холодную, мрачную башню.
Хокерн: Теперь ты вспомнила? Ты украла пламя и запечатала Морского Бога. И Он так легко доверился тебе...
Хокерн: Ты... ответственна за разрушение Лемурии.
Я все еще нахожусь под впечатлением от этих воспоминаний, когда поднимаю голову. Мой взгляд останавливается на бывшем шателене...
А затем перемещается на молчаливую фигуру, стоящую в тени позади него.
Я не знаю, когда Он появился. Однако его холодный взгляд сказал мне все. Он тоже видел мои воспоминания.
Хокерн продолжает свой бесконечный монолог, но я слышу только хаотичный шум. Я глупо смотрю на фигуру передо мной.
Наши взгляды встречаются, и мы замираем в лунном свете. Мои мысли, кажется, тоже застыли на месте.
Рафаэль: ...Сначала мы разберемся с ним.
До моих ушей доносится слабый шепот, который слышу только я. Я слегка киваю в ответ.
Хокерн: ...Он убьет тебя, вырежет твое сердце и оставит твое тело гнить. Тебя даже не похоронят должным образом.
Хокерн: Если ты хочешь жить, твой единственный выход — убить Его, прежде чем Он начнет действовать.
Хокерн: Твоя связь с Ним — твой самый острый клинок. Ты можешь приказать Ему покончить с собой. Как видишь, возможно все.
Героиня: ...Да, я помню. Это я запечатала Рафаэля.
Я стараюсь говорить как можно спокойнее.
Героиня: Но я также виновна в гибели Лемурии. Почему Рафаэль — твоя единственная цель для мести? Разве ты не ненавидишь и меня тоже?
Хокерн: Однако я готов оставить прошлое в прошлом, если ты убьешь Морского Бога.
Героиня: Тогда освободи меня от оков. Что я могу сделать, находясь в таком состоянии?
Героиня: Тебе лучше поторопиться. Он уже здесь.
В лунном свете появляется высокая, стройная фигура. Рафаэль поднимает руку и призывает Разрушающий Приливы Трезубец.
Хокерн: Хех, как удобно. Ты сама сдалась мне...
Цепи, сковывающие меня, рассыпаются. Я потираю ноющие запястья, прежде чем материализовать серебряный меч. Я делаю два шага вперед.
В наступившей удушающей тишине Рафаэль заговаривает первым.
Героиня: Ты намеренно позволил Хокерну сбежать. Его использовали как приманку, чтобы ты мог узнать, кто тебя запечатал... И этот человек — я.
Рафаэль: Верно. Эта связь - величайшая слабость лемурийцев. А у Морского Бога не может быть слабостей. Он должен убить человека, заключившего с Ним соглашение.
Рафаэль: Таким образом, в мире не останется никого, кто мог бы сдерживать Его или угрожать Ему. И только тогда Он станет непобедимым Богом.
Рафаэль: Независимо от того, для Лемурии это или для себя... Я должен убить тебя.
Он произносит эти холодные слова. Хотя я понимаю, что это всего лишь игра, но не могу не думать... что возможно в этих словах скрываются его истинные чувства.
Героиня: Нам больше нечего сказать друг другу.
Я поднимаю свой серебряный меч, а на кончике Его Разрушающего Приливы Трезубца вспыхивает молния. Тело Рафаэля окутывает голубая, огненная энергия.
Рафаэль: Прощай, Невеста Бога Морей.
Когда кончик моего меча сталкивается с Трезубцем, наше оружие отклоняется в сторону.
Когда свет угасает, глаза Хокерна наполняются ужасом, но он не может пошевелиться.
Его тело разлетается на куски, рассыпаясь искрами. Воздух наполняется гнилостным зловонием, когда вязкая жидкость просачивается между кирпичами и растекается по полу.
Рафаэль: Не порочь славу Лемурии своими низменными амбициями.
Рафаэль: Человек, что впал в безумие, не имеет права спасать Город Китовых водопадов.
Глаза Хокерна расширяются от ярости, а из его горла вырываются истошные крики. Затем он рассыпается и превращается в пепел.
Рафаэль вынимает свой Трезубец и смахивает со своего тела темные угольки.
Маленькое пламя вырывается из кончиков его пальцев и поднимается по моему предплечью. Зловонная жидкость и кровавые следы, оставленные кандалами, исчезают.
Рафаэль: Что не так? Неужели ты думала, что я действительно убью тебя?
Героиня: Я не боюсь тебя. Просто...
Героиня: Я та, кто запечатал тебя, и я также ключ, который позволит тебе вернуть свою силу. У тебя есть все основания убить меня.
Рафаэль: Если бы я попросил тебя об этом, ты бы отдала мне добровольно свое сердце?
Рафаэль: Я хочу, чтобы ты ответила честно.
Героиня: Честно... Возможно, я не очень-то этого хочу.
Рафаэль: К сожалению, твоя жизнь и смерть сейчас в моих руках.
Героиня: Тот факт, что я причинила тебе боль, неоспорим. Не имеет значения, какие у меня были причины заточить тебя.
Героиня: И я буду уважать твое решение.
Героиня: Это сердце всегда принадлежало тебе, и я уже обещала тебе это. Поэтому, да, я готова вернуть его тебе.
Рафаэль: ...Тогда почему ты плачешь?
Я моргаю и осознаю, что слезы вот-вот польются из моих глаз.
Героиня: Мое желание не означает, что я не боюсь смерти. И...
Героиня: Я должна извиниться перед тобой... Я понимаю, что мои слова не смогут облегчить твои страдания.
Кончики его пальцев холодны, когда он прижимает его к тому месту, где бьется мое сердце. Кончики наших носов почти соприкасаются. Мы так близко, что одним вздохом можно было бы сократить расстояние между нашими губами.
Рафаэль: Все, чего я хочу, — это сердце, полное чистой и безграничной преданности. Его любовь ко мне должна исходить из самых глубин души.
Рафаэль: Ты думаешь... это так?
...У меня нет ответа для тебя.
Даже если бы это было так, в этом сердце теперь есть невидимая трещина, которую невозможно полностью залечить.
Рафаэль: Твое сердце мне ни к чему. По крайней мере, пока.
Рафаэль: Твои раны ещё не полностью зажили. Тебе нужно немного отдохнуть.
Я бормочу что-то в знак согласия, но никто из нас не предпринимает попыток уйти.
Лунный свет отбрасывает тени на оконные решетки, создавая иллюзию стены из шипов, которая постепенно вырастает между нами.
Глава восьмая.
Путь от башни до храма не так уж и далек, но, кажется, будто мы шли целую вечность.
После этого дня мы продолжаем жить так, словно ничего не изменилось. Но всё теперь ощущается иначе. Мы больше не смотрим на слабый свет на горизонте по утрам и не зажигаем все свечи в храме холодными ночами.
Образы из этого видения, словно острый шип, который невозможно извлечь, проникли в наши сердца с Рафаэлем.
Наступили сумерки, и Рафаэль сказал мне, что на время покинет Ромирро, чтобы отправиться на поиски "жемчужины из Глубин". Об этом упоминается в Летописи Морского Бога.
Мы попрощались на пляже. Он нырнул в море, и его хвост переливался всеми цветами радуги в лучах заходящего солнца. Волны и рябь никогда не стихнут. Так же, как и я, вероятно, никогда больше его не увижу.
В последнюю ночь лета на Ромирро без внезапно обрушился сильнейший шторм.
Уровень воды поднялся выше пояса обычного человека. Вместе с дождём она стремительно заливала все здания, лавки и склоны.
Я наблюдаю за происходящим с вершины храма. За пеленой дождя всё вокруг окутано туманным чёрным кольцом. Морская вода вздымается и бурлит.
Я отдала приказ укрепить дамбы и расчистить водные пути, но, к сожалению, при таком шторме это бесполезно.
Ещё одно здание рушится. Поднимающиеся воды разносят обломки и крики людей во все стороны.
Кого-то качает вверх-вниз по течению. Чёрная вода несёт его ко мне.
Пейя: Помогите... Помогите мне...! Кто-нибудь...
Я узнаю её. Это одна из служанок, что прислуживала мне в храме.
Бесчисленные образы проносятся в моём сознании, накладываясь друг на друга и переплетаясь.
Лица людей под башней, их выражения отвращения или безразличия, когда меня заставляли выполнять Ритуал Волн...
Улыбки людей, которые присылали мне приглашения и обменивались со мной ракушками во время праздника Благодарения Морю...
Пейя: Я... кха, кха, кха... Ваше высочество, благодарю...
Героиня: Ближайшее убежище находится на севере. Ступай.
Прежде чем она успевает выразить свою благодарность, я резко прерываю её.
Служанка, собравшись с силами, заставляет подняться своё ослабленное тело. В её глазах, когда-то полных отчаяния, на мгновение загорается надежда, прежде чем угаснуть.
Пейя: ...Наводнение уничтожило все городские убежища.
Пейя: Кроме меня, есть и другие, кому некуда идти...
Ревущий поток обрушивается на храм, принося с собой обломки. Здание дрожит, но остается непоколебимым.
Когда мне было пятнадцать, я наблюдала за его обновлением, желая, чтобы этот символ веры был прочным, как небеса. Он был построен так, чтобы стоять на высоте веками.
Героиня: Передай всем, чтобы они укрылись в Храме Морского бога.
Вери: Ваше высочество, мы провели поиски и привели найденных людей в храм.
Люди, спасшиеся от шторма, собираются небольшими группами в главном зале. Они с тревогой наблюдают, как я стою рядом со статуей Морского Бога.
Я выглядываю наружу и вижу, как ливень накрывает Ромирро, словно простыня из грубой марли. Насколько хватает глаз, всё вокруг становится мертвенно-белым из-за дождя.
Возвращаясь внутрь, я прошу Вери раздать все съестные припасы в храме.
Героиня: Когда буря утихнет, отведите людей на гору Оньюна. Она достаточно высокая, и там вода вас не достанет.
Отдав эти простые распоряжения, я поворачиваюсь, чтобы уйти, не обращая внимания на тревожные взгляды и приглушенные разговоры вокруг.
Пейя: Что, если дождь не прекратится и наводнение достигнет горы Оньюна? Что тогда?
Пейя: Что если... наступит третья ночь...
Кажется, все звуки исчезли, остался только шум дождя.
Взгляды, как вода, льются со всех сторон. Все смотрят на меня, ожидая ответа о своем будущем.
Их взгляды на мгновение замирают.
???: Но... Вы же Невеста Морского Бога.
Кто-то произносит это ошеломленным голосом, и я криво улыбаюсь.
Героиня: Невеста Морского Бога всё ещё человек.
Героиня: Я думала, вы поняли это сотни лет назад. Иначе почему вы так легко бросили меня в прошлом?
В храме воцаряется тишина. Я вздыхаю. Я укрыла их не для того, чтобы ворошить старые обиды.
Героиня: Всё, что было в моих силах, я уже сделала. Остальное — испытание, которое можно преодолеть лишь работая вместе.
Героиня: ...Не стоит возлагать на меня все свои надежды.
Героиня: Этот день никогда не наступит. Третья ночь еще не наступила, а дождь скоро прекратится.
Многие люди поворачивают головы, чтобы посмотреть на улицу. Взглядами они ищут яркую луну, которая висит высоко в небе.
Напряжение, витавшее в в воздухе, немного спадает. А что касается того, как долго продлится этот дождь, еще предстоит выяснить.
Возможно, им нужен не прямой ответ, а слова, которые могут послужить опорой.
Подавляя неуверенность в своем сердце, я смотрю на туманную черноту за пеленой дождя.
(Мое обещание Рафаэлю больше не имеет силы, хах...)
Если бы только это сердце действительно любило Его... Тогда Он помешал бы морю поглотить Ромирро и позволил бы мне жить.
Когда мы решили полюбить друг друга, никто из нас не мог предположить, что сегодняшний день принесет такие испытания.
(Надеюсь... Небо над его морем ясное.)
Мое сердце снова сжимается, когда я беру в руки ожерелье, которое Он мне подарил.
Рафаэль: Все, чего я хочу, — это сердце, полное чистой и безграничной преданности. Его любовь ко мне должна исходить из самых глубин души.
Рафаэль: Ты думаешь... это так?
Я до сих пор не могу дать однозначный ответ на вопрос, который Рафаэль задал мне в тот вечер. Однако...
(Что бы ни случилось, я не позволю Ромирро утонуть.)
(Я должна дожить до того дня, когда снова увижу Рафаэля.)
Несколько дней спустя, когда все спят, проливной дождь наконец прекращается. Вой ветра немного стихает.
Служанки, пробираясь сквозь скопившуюся мутную воду, выполняют мои приказы. Они уводят всех прочь из города.
Я сжимаю свои слегка ноющие виски. Я не могу избавиться от зловещего предчувствия, которое почему-то поселилось в моем сердце.
Маленькая девочка: Мама, смотри! Луну съели!
Я поднимаю глаза к небу. Луна исчезла без следа.
Лунный свет тонет в густом мраке. В мгновение ока черные тучи поглощают последние проблески света с небес и суши.
Толпа: Затмение! Затмение наступает...!
Толпа: Пророчество из Летописи Морского Бога... Ромирро вот-вот уйдет под воду!
После минутного оцепенения я, наконец, осознаю, что на небе нет черных туч...
С моря поднимается огромная волна.
Героиня: Вери, отведи всех обратно в храм!
Но эти слабые попытки противостоять надвигающемуся бедствию не могут сравниться с тем, что надвигается. Волна стремительно раскрывает свои смертельные объятия над Ромирро.
Внезапно оглушительный грохот разрывает воздух, и на мгновение вокруг становится светло, словно днём.
Гороподобную волну рассекает золотая молния, и вода отступает, являя знакомый силуэт.
Ожерелье из ракушек на моей шее начинает сильно дрожать.
Огромная волна схлынула, и крупные брызги воды оросили сушу. Рафаэль поднимает свой Разрушающий Приливы Трезубец, и чешуйки на Его хвосте излучают пронзительный холодный свет.
Трезубец опускается с огромной силой, и тяжелые грозовые тучи превращаются в обжигающие, мощные ветра, которые проносятся по всему Ромирро.
Куда бы ни был направлен трезубец, на поверхности воды вспыхивает пламя, ярче, чем пылающее солнце.
Толпа: Морской Бог? Это и есть Морской Бог?
Управлять течениями и приливами — без сомнения, в этом сила Рафаэля.
Подобно горам, вздымающиеся волны громоздятся одна на другую. Под действием ветра и огня они поднимаются спиралью, образуя водяные столбы, которые пронзают море копьями.
Неистовый океан подавляется свирепой силой Морского Бога. Огонь сталкивается с морской водой, хлынувшей на Ромирро, и море вынуждено отступить.
Я бегу к Рафаэлю, наступая на разбросанные плавающие обломки, которые когда-то составляли дамбу. В моей голове проносится только одна мысль: Быстрее. Мне нужно действовать быстрее.
Посреди неугасимого пламени передо мной стоит Рафаэль. Ветер растрепал его длинные волосы.
Вода и огонь переливаются в глазах Рафаэля, когда Он смотрит на меня.
В Его взгляде чувствуется божественная сила. Она так же неистова, как и бурлящие потоки, окружающие Его. В Его глазах нет и следа моего образа.
Рафаэль: Тебе не следовало приходить сюда.
Рафаэль: Если ты не хочешь обратиться в пепел, возвращайся на берег.
Я взмахиваю мечом, вызывая порыв ветра. Он рассеивает пламя, и я прыгаю в образовавшийся проход, чтобы добраться до Рафаэля.
Не обращая внимания на его трезубец, который служит преградой, я хватаю его за руку и с силой переплетаю наши пальцы.
Героиня: Именно здесь я и должна быть.
Рафаэль: Смерть ждет тех, кто попытается использовать силу Морского Бога в человеческом теле.
Героиня: Но я та, у кого есть связь с Морским Богом.
Героиня: Я так просто не умру.
Как только мы вступаем в резонанс, обжигающий жар, который, кажется, может сжечь все вокруг, распространяется от ладони Рафаэля по моему телу.
Божественная сила переполняет меня, но в то же время что-то еще вливается в мое сердце.
В своем изумлении я понимаю, что это все, что Рафаэль никогда не облекал в слова.
В темных глубинах океана Ритуальная Песнь Моря божественно доносится с поверхности. Это пробуждает в Нем предвкушение, которое Он подавлял целую вечность.
В один из коротких летних месяцев, проведенных в Ромирро, сердце равнодушного Морского Бога впервые испытало чистое наслаждение и радость.
После того как Он покинул храм под предлогом поисков жемчуга, волны заколебались, как и Его метающиеся мысли.
Все то время, что мы провели вместе, мои чувства к Нему никогда не были безответными.
Рафаэль нежно обнимает меня за талию, Его объятия обжигают.
Рафаэль: Почувствуй это... Овладей этой силой, как своей собственной.
Божественная сила проникает в моё тело. Моя кровь словно закипает, а глаза обретают тот же оттенок, что и у Рафаэля.
Сила, олицетворяющая небеса и землю, словно льется между нашими пальцами. Последняя волна, угрожавшая Ромирро, встречает на своем пути свирепый огонь.
Внезапно волны замирают как раз в тот момент, когда они собирались с воем броситься вперед. Луч солнечного света, прорвавшись сквозь густые облака, освещает нас с Рафаэлем.
Волны тут же опадают, словно становясь невесомыми. Они теряют свою свирепость и мягко накатываются на берег.
Мое сердце гулко бьется, словно барабан, но его быстро заглушают радостные, отдаленные возгласы облегчения тех, кто чудом избежал катастрофы.
Рафаэль: Волна отступила. Не хочешь отпустить мою руку?
Я поворачиваю голову и вижу, как божественная сила, сверкающая в глазах Рафаэля, медленно угасает, и они становятся такими, какими я их помню.
Образы из того видения всплывают у меня в памяти. После долгого молчания я слегка ослабляю хватку.
Рафаэль: С каких это пор ты стала такой послушной?
Рафаэль берёт меня за руку, и я ловлю его пальцы.
Героиня: Что будешь делать, если я не отпущу тебя?
Проходит много времени. Затем Он слегка улыбается.
Рафаэль: Продолжай держать меня.
Рафаэль: Никто из нас не отпустит первым.
Глава девятая.
Дома, которые когда-то были затоплены, начинают возрождаться. Корабли, которые когда-то унесло волнами, теперь выбрасывает на берег.
Люди, которые укрывались в храме, теперь выходят наружу и начинают медленно восстанавливать свои жилища.
Отыскав лекарство в храме, я возвращаюсь на берег через порт. Там, прислонившись к скалам, сидит Рафаэль.
Его глаза закрыты, и тусклый дневной свет освещает Его тело. Лицо выглядит бледнее, чем обычно.
Я окунаю палец в мазь, приготовленную из Золотоперых водорослей, и осторожно наношу её на раны на Его руке.
Хотя на первый взгляд кажется, что с Ним все в порядке, вскоре я замечаю несколько едва заметных ран на Его теле.
Героиня: Ты называл меня хрупкой, но тело Морского Бога не так уж и крепко.
Несмотря на эти слова, мои движения замедляются, и я обрабатываю Его раны с особой тщательностью.
Героиня: Разве ты не искал жемчужины в Глубинах? Почему ты вернулся?
Рафаэль: Ты думала, я не вернусь?
Героиня: ...Я думала, ты будешь очень долго переживать.
Рафаэль: Но это не значит, что мне было все равно.
Кончик его пальца нежно касается моей ладони, осторожно проводя по одной из линий.
Рафаэль: Лемурийская связь крепнет с любовью. Чем глубже чувства между двумя, тем сильнее становится эта связь.
Рафаэль: Тогда наша связь была настолько мощной, что ты смогла запечатать меня на тысячи, нет, на десятки тысяч лет.
Рафаэль: Только любовь с такой чистой и безграничной силой способна на это.
Героиня: Не спеши с выводами. Возможно, я заточила тебя не потому, что любила.
Рафаэль: Тогда скажи мне правду. Продолжай.
Рафаэль: Почему ты заперла меня?
Его взгляд полон решимости, но в то же время спокоен. Он ждет от меня ответа, который уже знает.
Я соглашаюсь с Его аргументами и нежно целую Его в щеку.
Героиня: Это звучит так... словно ты всё ещё не смирился с этим.
Внезапно он опускает голову и нежно кусает меня за костяшки пальцев. Я не решаюсь отдернуть руку.
Рафаэль: Это длилось не день, не месяц и не год. То, что я пережил, намного дольше, чем может представить себе человек. Миллионы и миллионы лет...
Рафаэль: Как я мог так легко тебя отпустить?
Героиня: ...Конечно. Ты должен отомстить за себя и никогда больше не покидать меня.
После того, как я заканчиваю наносить лекарство, Он потягивается и стряхивает песок, прилипший к Его коже.
Рафаэль: Я слышал, ты защитила многих людей.
Героиня: Да... В конце концов, мне невыносимо видеть столько бессмысленных смертей.
Героиня: Мне по-прежнему не нравится Ромирро, но я не могу смотреть, как он погибает.
Рафаэль: Ты не сделала ничего плохого.
Рафаэль: Наблюдать за тем, как твой род идет навстречу гибели, — боль более мучительная, чем смерть.
Рафаэль: Но ты не заставляла себя терпеть эти страдания. Ты умница!
Его тон мгновенно меняется, и Он принимает притворно серьезное выражение лица.
Рафаэль: Однако, у меня есть возражения против того, чтобы позволить этим людям превратить мою опочивальню в грязный бардак.
Героиня: Не стоит отчаиваться. По крайней мере, твой бассейн уже почистили.
Героиня: Я уже распорядилась, чтобы несколько человек убрали его. Обещаю, что в твоей спальне не останется ни единого пятнышка.
Он начинает вставать, но внезапно замирает.
Набегающие волны разбиваются о риф. Когда вода спадает, Его хвост превращается в пару ног.
Рафаэль: Давай вернемся в храм. Мне нужно увидеть, в каком он состоянии, чтобы почувствовать себя спокойнее.
Спустя мгновение я киваю. И тут я замечаю небольшую трещинку в ракушке ожерелья.
После этого дня Ромирро начинает возвращаться к прежнему образу жизни.
Больше не бывает внезапных приливов и штормов. Пророчество в Летописи Морского Бога остаётся прежним.
Кошмар о том, как Ромирро тонет под водой, кажется, исчезает вместе с затянутым тучами небом.
"Пророчество не сбылось! Ромирро не утонет!"
"Морской Бог и Его Невеста защитили нас! Мы должны выразить им нашу благодарность и вечно поклоняться им."
Люди радуются, что пережили катастрофу. Они обновляют храм, чтобы сделать его ещё более величественным и изысканным. Устанавливают новые статуи, а нас с Рафаэлем осыпают бесконечными дарами.
Можно ли сказать, что всё улеглось?
Протиснувшись сквозь толпу зевак, Вери спешит ко мне. Она склоняется передо мной в почтительном поклоне.
На берегу лежит огромная серебристая рыба, уже мертвая. Она такая же длинная, как несколько взрослых мужчин, если бы их уложили рядом.
Вери: Ее обнаружили рыбаки, которые собирались отплыть этим утром. Мы не знаем, прибило ли рыбу к берегу после того, как она умерла, или она сама выбросилась на сушу.
Юный рыбак: Возможно, эта огромная рыба — доброе предзнаменование с небес?
Юный рыбак: Наверняка в ближайшем будущем у нас будет обильный сезон рыбалки!
Я подхожу к существу, чтобы рассмотреть его поближе. Тревога, поселившаяся в моем сердце, нарастает.
Если я не ошибаюсь, это и есть Calamitas Piscis — Рыба Бедствия, о которой упоминалось в древних текстах. Это предвестник несчастья и предзнаменование катастрофы.
Темные тучи, появившиеся во время лунного затмения, ещё полностью не рассеялись, а теперь появился Calamitas Piscis.
(Ромирро всё ещё может утонуть в волнах...)
Сейчас я могу лишь притвориться, что всё в порядке.
Героиня: Не беспокойтесь. Найдите подходящее место, чтобы упокоить её, и очистите это место.
Вери: Кстати, Ромирро был спасён благодаря вам и Морскому Богу.
Вери: Жители хотят приготовить праздничный пир, чтобы достойно отпраздновать это событие. Они хотят пригласить вас и Морского Бога —
Героиня: Я понимаю. Мы обсудим это, когда придёт время.
Я иду к храму, крепко сжимая ожерелье из ракушки
За последние несколько дней трещина стала глубже, и ракушка начала трескаться в других местах.
Я не хочу гадать, что это значит. Мне просто нужно скорее увидеть Рафаэля. Возможно, тогда я смогу немного развеять тревогу в своём сердце.
Героиня: Рафаэль, я должна спросить тебя... Рафаэль?
Чтобы остановить бурю той ночью, Рафаэлю потребовалось слишком много сил. Он основался в храме, чтобы отдохнуть.
И всё же прямо сейчас я чувствую, что что-то не так.
(Я не слышу шума льющейся воды бассейна...)
Когда я уходила, Он всё ещё дремал у кромки воды.
Я бегу к бассейну, но с ужасом замечаю, что все источники высохли. Вода стала чернильно-черной, словно сама бездна.
Охваченная беспокойством, я ныряю в эту пугающую пустоту.
Вода невыносимо холодна, но я стискиваю зубы и погружаюсь глубже. Вскоре я вижу Его фигуру, словно теряющую сознание и тонущую в этом мрачном пространстве.
Собрав все свои силы, я хватаю Его за руку. Однако мои усилия оказываются тщетными — я не могу поднять его.
(Этого недостаточно. Мне нужно его разбудить.)
Я стараюсь выровнять дыхание, прижав руку к Его груди. Я ищу отклик, надеясь пробудить в Нём хотя бы частичку силы.
Но время идёт, а ответа по-прежнему нет.
Его сила, словно иссякший источник, безмолвствует. Когда большая часть её истощилась, она не может отозваться на мой голос или резонанс.
После первого потрясения я на мгновение теряюсь. Затем я замечаю бурлящие потоки, которые устремляются в Глубины, и у меня возникает смелая идея.
(Есть место, тесно связанное с Морским Богом...)
Я крепко прижимаю к себе потерявшего сознание Рафаэля и плыву по течению.
К счастью, моя догадка оказалась верной. Течение в бассейне связано с морем, что позволило мне успешно вытащить Рафаэля из храма.
Я прижимаю Рафаэля к рифу. Вспомнив, как Он вызывал Фантазийную Акулу, я повторяю тот же жест и подношу руки к губам, насвистывая.
После множества неуклюжих попыток мне наконец-то удаётся совершить чудо. Вдали, на краю моря, появляется скелетообразная Фантазийная Акула.
Она подплывает ко мне и дружелюбно толкается мне в руку своей жёсткой костлявой мордой.
Героиня: Ты можешь снова отвести нас с Рафаэлем к гробнице Морского Бога?
Кажется, она не понимает, что я говорю, поэтому мне приходится повторять вопрос несколько раз. Наконец, она вытягивает свой плавник и жестом приглашает нас с Рафаэлем забраться к ней на спину.
Как только я сажаю Рафаэля на спину Фантазийной Акулы, она разворачивается и уносит нас в глубины океана.
К удивлению, мы без труда добираемся до гробницы Морского бога. Возможно, это благодаря тому, что Рафаэль уже прошёл испытание.
Даже статуя стража не представляет для нас никакой проблемы. После того, как я объясняю причину нашего визита, нам разрешают пройти через каменные ворота.
Длиннобородый Морской Бог: Молодой Морской Бог — А? Вы двое снова здесь.
Героиня: Ваша Всесвятейшество, я пришла к вам с просьбой. Мне нужна ваша помощь.
Статуя Морского Бога с длинной бородой медленно опускает оружие. Он поворачивает голову и смотрит на лежащего без сознания Рафаэля.
Длиннобородый Морской Бог: Он вот-вот покинет этот мир.
Длиннобородый Морской Бог: Ему всё ещё нужно вернуть свою истинную силу, но он почти исчерпал то небольшое количество божественной энергии, которой обладал.
Морской Бог с мечом: Что же Он такое сотворил, что оказался в подобном состоянии?
Морской Бог верхом на ките: Какой позор! Он станет самым молодым Морским Богом, который исчезнет из нашей истории.
Ещё несколько статуй Морского Бога появляются из своих каменных ниш и присоединяются к разговору.
Героиня: Существует ли способ спасти Его? Он не может просто исчезнуть.
Морской Бог с мечом: Конечно есть.
Коронованный Морской Бог: Ему нужна истинная любовь.
Морской Бог верхом на ките: Ему необходимо сердце, которое будет любить его беззаветно...
Коронованный Морской Бог: Тогда Он обретёт силу, чтобы защищать Лемурию, и океан признает Его божественность —
Коронованный Морской Бог: Он будет жить долго, очень долго. Станет почти бессмертен.
Длиннобородый Морской Бог: Это единственный способ спасти Его.
Героиня: Сердце, которое любит Его беззаветно...
Я вспоминаю тайное пророчество из Летописи Морского бога. Сердце, наполненное любовью, — лучшее подношение для лемурийца.
Героиня: Может ли мое сердце спасти Его?
Морские Боги перешептываются. Затем статуя Бога Моря с длинной бородой протягивает ко мне руку.
Длиннобородый Бог Моря: Ты желаешь попытаться?
Длиннобородый Бог моря: Это будет больно. Потерпи немного.
Древний Морской Бог сжимает кулак и острая боль пронзает мое сердце.
Пока Он творит магию, из моего сердца тянутся тонкие нити нежного света, проникая в грудь Рафаэля.
Превозмогая боль, я кладу руку на Его грудь, пытаясь снова войти в резонанс.
Длиннобородый Морской Бог: Твоего чистого сердца и преданности, исходящей из твоей любви, вполне достаточно.
Длиннобородый Морской Бог: Однако, если ты откажешься от этого сердца, ты превратишься в морскую пену.
Длиннобородый Морской Бог: Выбор за тобой.
Рафаэль: ...Гробница Морского Бога? Как я здесь оказался?
Героиня: Ты долго был без сознания. Эти Морские Боги пробудили тебя.
Я быстро говорю, прежде чем Морские Боги успевают что-либо ответить. Затем я почтительно кланяюсь им.
Морской Бог с длинной бородой бросает на меня пронзительный, понимающий взгляд, прежде чем медленно повернуться к Рафаэлю.
Длиннобородый Морской Бог: Последний Морской Бог Лемурии... Да обретешь ты истинное спасение.
Статуи Морских Богов медленно возвращаются в свои ниши. Рафаэль оборачивается, и я встречаю Его пристальный взгляд.
Рафаэль: Ты что-то скрываешь от меня.
Героиня: Это ты что-то скрывал от меня.
Героиня: Ты потратил слишком много сил. Твое тело больше не может поддерживать в себе жизнь.
Рафаэль: Ты меня недооцениваешь?
Рафаэль: Игнорирование пророчества из Летописи стоило мне немалых усилий, но я поправлюсь примерно через столетие.
Героиня: Однако пророчество не изменилось. Ромирро вот-вот уйдет под воду, не так ли?
При виде выражения лица Рафаэля у меня замирает сердце. Я оказалась права.
Рафаэль: ...Да, но это не значит, что это нельзя изменить.
Рафаэль: Ромирро не был уничтожен в "третью ночь лунного затмения". Значит, пока он не ушёл под воду, у нас есть шанс.
Рафаэль: Это наш переломный момент.
Рафаэль: Не хмурься. Пусть завтрашний день сам о себе позаботится. А что касается настоящего —
Он берет меня за руку и призывает водные потоки, которые несут нас на поверхность.
Рафаэль: Уже почти рассвело. Возможно, мы сможем полюбоваться восходом солнца, когда будем возвращаться.
После возвращения из гробницы Бога Моря Рафаэль, кажется, пришёл в себя.
Вода в бассейне снова стала прозрачной. Он больше не проводит весь день в храме, а с энтузиазмом берёт меня с собой исследовать улицы, переулки и дикую природу Ромирро.
Даже крошечной частицы силы этого сердца достаточно, чтобы оживить Его.
Если бы Он получил всё сердце целиком...
Возможно, я всё ещё эгоистична. Стоя перед таким выбором, я всё ещё не могу отказаться от своего желания жить.
Но время жестоко и не даёт мне возможности колебаться.
После ночного дождя небо над Ромирро снова затянули тёмные тучи. С каждым днём Рафаэль проводит в воде всё больше времени.
А на ракушке моего ожерелья появилась более глубокая и длинная трещина.
Героиня: Рафаэль, небо прояснилось. Может быть, нам стоит прогуляться к подножию горы Оньюна —
Слова застревают у меня в горле. Большая часть хвоста Рафаэля, погружённая в воду, стала тусклой, серо-белой.
Рафаэль: Ты зря переживаешь. У людей разные цвета волос. Так почему и мой хвост не может изменить свой оттенок?
Рафаэль: Так что ты там говорила о горе Оньюна?
Героиня: ...Я просто хотела спросить, не хочешь ли ты прогуляться?
Он замолчал, и его хвост мягко зашевелился под поверхностью воды.
Героиня: Рафаэль, ты больше не можешь превращать свой хвост в пару ног?
Рафаэль: Твое воображение с каждым днём становится всё более бурным.
Он создаёт рябь на поверхности воды, и под воздействием волн его хвост превращается в ноги.
Рафаэль: Ты разбудила меня от мирного сна и теперь обвиняешь в чём-то.
Он устраивается поудобнее и кладёт голову мне на колени, закрывая глаза.
Рафаэль: Ты должна мне сладкий сон.
Я нежно глажу его по голове и наклоняюсь, чтобы поцеловать. Морская ракушка, висящая у меня на шее, покачивается перед лицом мирно спящего Рафаэля.
Трещины на её поверхности привлекают моё внимание. Я беру ракушку и осторожно пытаюсь стереть эти следы.
Я притворяюсь, что не замечаю чешуи на его ногах и что Рафаэль не подает никаких признаков того, что с ним что-то не так.
Я притворяюсь, что всё на этой земле останется таким же мирным, как и сегодня.
Цветы, фонарики, музыка... Площадь в порту наполнена звуками праздника. Это похоже на грандиозную церемонию прощания.
Рафаэль стоит в стороне от толпы, наблюдая за человеком, который находится в центре внимания.
Ей, кажется, не совсем комфортно от такого энтузиазма. Однако, со временем, уголки её губ приподнимаются, и на лице появляется лёгкая улыбка.
Он вспоминает те долгие периоды времени, проведённые на дне безмолвного океана. Единственным звуком, который Он слышал, было тихое позвякивание цепей.
Закрыв глаза, Он мысленно создавал иллюзорный мир. Он представлял себе великолепие и чудеса Города Китовых водопадов — места, о котором давно забыли.
Но однажды в Его мир ворвался другой голос.
Героиня: Глупая Летопись Морского Бога. Ты бесполезна во всех смыслах этого слова...
Героиня: Если бы ты была хоть немного полезна, то могла бы раскрыть местонахождение Морского Бога. Почему ты можешь говорить только о местонахождении Его Невесты?
Это был невежественный голос. В какой-то степени его можно было счесть слишком громким. Но он был подобен солнцу, которое время от времени появлялось над морем. Он понял, что не может не любить его.
Собрав последние силы, он впервые заговорил с ней.
Возможно, с этого момента их конец был уже предопределен.
Морской Бог должен был убить свою Невесту. Чтобы стать по-настоящему божественным, он должен был разорвать их связь.
Раньше он отказывался от своей судьбы. Но теперь... Он и с этим не хочет мириться.
Рафаэль: Возможно, нам действительно придется попрощаться.
Он вспоминает тот момент, когда она впервые произнесла Его имя.
Кончиками пальцев, окрашенными их кровью, он выводил своё имя на её ладони — по одной букве за раз.
И всё же, ему не удалось вплести свою судьбу в линии её руки. Так они были избавлены от разлуки.
Рафаэль: Мне снова нужно покинуть Ромирро. Мы не увидимся некоторое время.
Я с тревогой ищу Рафаэля в толпе, но слышу лишь его слова, доносящееся до меня с морским бризом.
К счастью, наша связь приводит меня к нему. В освещенном углу я ловлю Рафаэля за руку.
Рафаэль: Ты так спешила. Боишься, что я уйду, не попрощавшись?
Героиня: Куда ты направляешься?
Рафаэль: Я просто отправляюсь за жемчугом.
Рафаэль: Как только я восстановлю эту часть своей силы, я вернусь.
Его жизненная сила угасает с пугающей быстротой. За внешней целостностью, подобно морской ракушке, скрывается реальность, где трещины становятся все более заметными.
Его сердце... также покрыто множеством ран.
Героиня: Рафаэль, есть что-то, что я должна сделать для тебя?
Героиня: Скажи мне. Что бы это ни было, я сделаю это.
Просто скажи, что хочешь назад свое сердце. Я отдам его тебе.
Героиня: Как долго тебя не будет?
Рафаэль: Сложно сказать. Может быть, год или два, а может быть, столетие или больше... Возможно, даже дольше.
Рафаэль: Не волнуйся. Даже после того, как я уйду, вы с Ромирро будете жить.
Рафаэль: Это... обещание Бога.
Если Он дает такие обещания, это значит, что Он собирается совершить нечто, о чем я даже не хочу думать. Я не смогу с этим смириться.
Героиня: Итак... Когда ты уходишь? Позволь мне проводить тебя.
Рафаэль: Я буду ждать тебя у моря.
Мои ногти впиваются в ладони. Сомнения, которые до этого бурлили в моем сердце, наконец-то превратились в решимость.
Я сдержу собственное обещание, которое когда-то дала.
Рафаэль: Это простая мелодия, но ты всё ещё не овладела ею.
Героиня: Ромирро воспитал во мне правительницу, а не музыкантку.
Рафаэль: Слушай внимательно. Это последний раз, когда я учу тебя.
Героиня: Приливы и отливы изменились...
Рафаэль: Море всегда возвращается туда, где ему предназначено быть, и отделяется от суши.
Героиня: Но море также всегда встречается с берегом. Мы могли бы увидеться снова.
Рафаэль: Есть ли у тебя ещё пожелания, которые ты хотела бы добавить?
Героиня: Я буду молить море. Пусть оно отнесёт тебя в чудесные и тёплые края.
Рафаэль: Море услышало твои молитвы.
Героиня: Ты говорил, что оно было частью твоего сердца. Пришло время вернуть его на место.
Рафаэль: Ты занимаешь в моём сердце такое важное место, что это перевешивает любые чаши весов.
Героиня: Я забрала твоё сердце, и это было эгоистично с моей стороны.
Героиня: И сейчас... Силой слова Морского Бога, нашей клятвой — Рафаэль, подчинись мне!
Героиня: Верни это сердце и разорви нашу вечную связь.
Рафаэль: Нет... Я отказываюсь принимать это предательство!
Героиня: Это сердце может спасти тебя... и Ромирро... Моя смерть... дороже моей жизни...
Рафаэль: Морскому Богу не нужно это сердце! Наша связь... Это не может так закончиться! Я этого не допущу!
Героиня: Несмотря на то, что наш завет был нарушен, я стану частью моря и останусь с тобой навсегда...
Волны вздымаются одна за другой, словно стремясь преодолеть друг друга. Их мощь настолько велика, что разгоняет облака на небе.
Черная морская вода окрашивается в темно-красный цвет. Однако вскоре красный исчезает, а вместе с ним и темнота. Вновь появляются первоначальные лазурные оттенки моря.
Колокола в Ромирро неустанно звонят, когда огромные волны захлестывают мир. Суша превращается в морское дно.
Морская вода окутывает каждый дом, каждый клочок земли, каждый горный хребет. Она шепчет и возвращает воспоминания, перенося нас на миллионы лет назад.
Каждый ступает на чужую, но в то же время знакомую землю. Они дышат воздухом, смешанным с морской водой, и лемурийские воспоминания пробуждаются в их крови.
Призрачные киты выпрыгивают из воды и вновь возвращаются в море. Они проплывают через возрожденный город...
Морской Бог, погружённый в свои мысли, обращает взор на свою руку. На Его пальце жемчужное кольцо, подаренное ему возлюбленной. Его блеск всё ещё притягивает взгляд.
Кольцо нежно обхватывает палец, словно она сама пытается сохранить Его в своих объятиях, которые, кажется, никогда не исчезнут.