Перевод ивента "Вдалеке за небесным сводом" к новым мифам Рафаэля "Мысль сквозь века"
Глава первая
Волею судьбы я пробудила Бога Войны — Рафаэля — и заключила с ним договор душ.
С этой обретённой силой я захватила в плен вражеского генерала и получила титул Генерала, Несущего Клинок. Вскоре боевые действия на границе ненадолго стихли. Наконец-то появилась возможность перевести дух.
Но покой всё никак не приходил. Каждую ночь мои сны вновь уносили меня на поле боя...
Пламя пожаров пожирает землю, а военные крики накатывают, словно неумолимая волна. Сердце бешено колотится, каждый прерывистый вдох обжигает горьким привкусом ржавчины.
Героиня: (Мои руки по локоть в крови... Я едва могу удержать меч.)
Вражеские тени продолжают появляться — бесконечными, беспощадными волнами. Сквозь дым и пепел пробивается едва уловимый аромат. Тепло мягкой ткани, коснувшейся моей щеки, вырывает меня из кошмарных объятий.
На столе лежат военные донесения, чернила на них ещё не успели высохнуть. В колеблющемся свете свечей черты Рафаэля постепенно становятся различимыми.
Рафаэль: Это ты велела мне принести сведения. Неужели ты проспала всё это время?
Рафаэль: Проходя мимо, я услышал какой-то шум и заметил, что дверь в кабинет открыта. Я подумал, что наш главнокомандующий снова засиделся допоздна.
Рафаэль: Я дважды окликнул тебя, но ответа не получил, поэтому заглянул внутрь. Оказывается, ты и во сне усердно оттачивала свои приёмы Циньна.
Qin Na techniques (擒拿, qínná) — это техники захвата и обездвиживания противника в китайских боевых искусствах.
• 擒 (qín) — схватить, поймать, удержать.
• 拿 (ná) — взять, захватить, удержать.
• 擒拿 (qínná) — совокупность приёмов, с помощью которых противника контролируют через захваты, болевые воздействия на суставы, фиксацию конечностей и т. п.
Героиня: ...Кто разрешил тебе смотреть, как я сплю?!
Рафаэль: Ты не хотела меня отпускать.
Рафаэль поднимает руку. И тут я понимаю, что всё это время сжимала его рукав.
Я отпускаю его, и, когда отстраняюсь, моя рука задевает курильницу. Тот самый едва уловимый аромат, пробившийся сквозь дым и пепел, вновь поднимается в воздух.
В отличие от обычных благовоний, хранящихся в поместье, этот аромат постепенно вытесняет из сна въевшийся запах крови.
Героиня: Ты приготовил эти успокаивающие благовония?
Рафаэль: Вижу, кошмар не слишком тебя потрепал. Ты всё такая же проницательная.
В груди разливается тепло, когда я смотрю, как Рафаэль берёт ложечку для благовоний и осторожно перемешивает пепел. Рукав откидывается, открывая его запястья, напоминающие белый нефрит.
Рафаэль: Когда начались кошмары?
Героиня: Совсем недавно. Кажется, первый появился...
Рафаэль: После того, как ты стала якорем моей души?
Я замираю, вспоминая слова наставника Хуэйланя. Наши жизни связаны резонансом, и исходящее от Рафаэля намерение убивать будет истощать меня.
Героиня: Мои кошмары из-за тебя...
Героиня: Он сказал, что лекарство — «вкушать радости жизни», но это звучит довольно абстрактно...
Рафаэль: Стремление наслаждаться жизнью — естественный инстинкт живых. Зачем кому-то твоего возраста нужно этому учиться?
Я уже собираюсь нахмуриться, как он наклоняется ко мне. Его взгляд прикован ко мне.
Рафаэль: Кто завязал колокольчик, тот и должен его развязать. Раз уж источник твоих бед — я, почему бы тебе не поискать у меня и средство от них?
Рафаэль: Жизнь слишком коротка, чтобы тратить время на хмурый взгляд. Разве иначе я не буду плохим вторым командиром?
Рафаэль: Сила божества проистекает из веры смертных.
Рафаэль: Пойдём со мной в Храм Генерала. Мы почерпнём божественную силу из подношений, чтобы подавить моё намерение убивать.
Героиня: Почему всё это с каждой минутой звучит всё более мистически..?
Рафаэль: Ты ведь уже призвала Бога Войны. Так чего тебе бояться?
Рафаэль: Последние несколько дней стоит прекрасная погода. Самое время выбраться куда-нибудь. Мы могли бы полюбоваться видами с высоты, а если найдём чистый ручей, охладим в воде немного фруктов...
Героиня: ...То есть ты хочешь отправиться на прогулку?
Рафаэль: К чёрту подавление намерения убивать. Сначала я пойду наберу фруктов и вправлю мозги в эту твою дубовую голову.
Глава вторая
Последние несколько дней мы с Рафаэлем ходили в Храм Генерала неподалёку от Яньчжоу.
Сегодня мы застали процессию в честь божества.
Мастера готовятся к представлению датеихуа — «железных цветов»: расплавленное железо подбрасывают в воздух, и оно рассыпается ослепительным дождём искр. Но пронизывающий ночной холод не позволяет металлу в тигле нагреться до нужной температуры.
Ожидающая толпа начинает беспокоиться. Кто-то опускается на колени перед статуей божества и бросает гадательные монетки. Однако предсказание получается туманным и неясным.
Гадатель: Должно быть, Багровый Генерал считает, что наши сердца неискренни. Вот почему он разгневан!
Рафаэль: Почему ты на меня смотришь?
Героиня: Бог Войны стоит прямо здесь. Можно ведь просто спросить его самого.
Рафаэль: Не могу сказать, о чём каждый день размышляет глиняная статуя.
Рафаэль: Но если спросить Рафаэля, он скажет, что уже целую вечность не видел представления с железными цветами.
На кончиках его пальцев вспыхивает свет, похожий на сияние светлячка. Он щёлкает пальцами, и искра падает в печь.
Огонь в печи мгновенно оживает и ярким сиянием озаряет пространство перед храмом.
Мастера пользуются этим моментом, зачерпывают расплавленное железо и бросают его в ночное небо.
Героиня: Похоже, среди простого народа Бог Войны и правда пользуется невероятным почтением.
Едва последние слова слетают с моих губ, я оборачиваюсь.
Сам Бог Войны уже успел затеряться среди мастеров. Держа в руках длинную черпальную ложку, он ловко управляется с расплавленным железом.
Героиня: Подожди, ты действительно собираешься это делать?.. Ты вообще умеешь?
Рафаэль: Никто не рождается со знанием всего на свете.
Рафаэль: Я всего лишь попросил мастеров дать мне несколько советов. Теперь пришло время применить их на деле.
Рафаэль: В конце концов... Разве кто-нибудь умеет играть с огнём лучше меня?
Рафаэль: Железные цветы отгоняют беды и несчастья. Не каждому выпадает честь увидеть те, что создаю я.
Рафаэль: Найди себе место получше, чтобы смотреть, а то ещё придётся вставать на цыпочки, выглядывая из-за толпы.
С непринуждённым смехом Рафаэль направляется к остальным мастерам.
Я провожаю его взглядом. На фоне сияния печи его фигура словно растворяется в золотистой дымке. Искры танцуют на складках его развевающихся одежд.
Когда расплавленное железо взлетает в ночное небо, оно рассыпается каскадом ослепительных искр. Золотое сияние окутывает карнизы храма.
Как только последний железный цветок гаснет в ночном небе, довольные жители начинают расходиться.
Героиня: Я знала, что ты не позволишь им уйти разочарованными.
Рафаэль берёт два нераспечатанных кувшина жертвенного вина и устраивается на молитвенной подушке перед алтарём.
Рафаэль: Люди приходят сюда в поисках душевного покоя. Именно надежда на что-то делает жизнь стоящей того, чтобы жить.
Рафаэль: Когда в мире воцарится настоящий мир, больше не будет необходимости приносить такое вино в жертву.
Героиня: Ты единственный бог из всех, кого я знаю, кто не хочет, чтобы его подношения приумножались.
Рафаэль: О? Как будто ты встречала других богов. Принимать подношения — значит принимать и желания, которые вместе с ними приносят люди. Все говорят, что сегодняшнее зрелище, такое яркое, словно сама галактика пролилась с небес, — это благословение свыше.
Героиня: Верующие получили своё утешение. Уверена, сегодня ночью они будут спать спокойно.
Рафаэль поворачивается ко мне. В его глазах мерцает свет свечей, и я вспоминаю, как он обернулся, стоя под дождём из расплавленных железных искр.
Героиня: По крайней мере сегодня ночью мне будут сниться железные цветы.
Рафаэль: Пусть отныне каждый клинок, что преследует тебя во снах, будет расплавлен в огне и перекован в сияние этой ночи.
Глава третья
Божественная сила Бога Войны, которую мы получили в Храме Генерала, усмирила бушующую злобную энергию. Кошмары, так долго мучившие меня, исчезли.
Вернувшись в свою резиденцию, я достаю приготовленный заранее подарок. Пока я размышляю, как лучше его преподнести, во дворе замечаю знакомую фигуру.
Осенний солнечный свет пробивается сквозь листву, отбрасывая пятнистые узоры на небольшую красную глиняную печь.
Из носика чайника вьются тонкие струйки пара.
Рафаэль: Вода ещё даже не закипела, а ты уже здесь.
Рафаэль: Твои навыки выпрашивать у меня чай становятся всё совершеннее.
Героиня: Лучше прийти вовремя, чем слишком рано. Похоже, сегодня меня ждёт настоящее угощение.
Я устраиваюсь на каменной скамье рядом с ним. Чайник на печи покрыт тёплой, блестящей глазурью, которая почему-то кажется мне знакомой.
Героиня: Разве это не тот самый чайник, который мы нашли на рынке Вейл?
Рафаэль: Выловить драгоценность среди груды подделок непросто. Не могу же я позволить ему пылиться без дела.
Героиня: И вода тоже из того источника?
Героиня: Мне нужно как следует её распробовать и понять, что же в ней такого особенного.
Рафаэль: Когда кто-то вместе с тобой преодолевает горы, чтобы набрать её, вкус уже не может быть обычным.
Мы продолжаем разговаривать, и поднимается лёгкий ветерок. Опавший лист кружится и летит прямо к чашке.
Я протягиваю руку, чтобы перехватить его, но кончики моих пальцев неожиданно касаются тёплой ладони.
Рафаэль тоже удивлён, и наши взгляды встречаются.
Прежде чем я успеваю отстраниться, он хватает меня за запястье. Его взгляд скользит по очертаниям моего лица.
Рафаэль: Ты выглядишь лучше. Похоже, в последнее время ты действительно хорошо отдыхала.
Рафаэль: Значит, та наша маленькая поездка была не просто пустыми обещаниями?
Героиня: После нашего возвращения мне больше не снились кошмары. Я должна тебя поблагодарить.
Припрятанная у меня на груди парчовая коробочка словно излучает тепло. Идеального момента не найти.
Героиня: Рафаэль... Вот. Это тебе.
Заинтригованный, он принимает коробочку и открывает её. Внутри лежит киноварная тушь.
Когда я увидела её в лавке, я сразу представила, как Рафаэль использует её, чтобы рисовать железные цветы, алые облака и всё сияющее и прекрасное, что есть в этом мире.
Рафаэль: Это тушь для Бога Войны?
Рафаэль: Я могу обойти все храмы в Поднебесной и всё равно не найти более необычного подношения.
Божественная сила Бога Войны, возможно, и усмирила мои страшные кошмары, но рядом со мной, любуясь железными цветами и алыми облаками, был вовсе не какой-то небожитель.
Живой и настоящий — он стоит прямо передо мной. Он наполнил моё сердце радостью и подарил мне то, чего я могла с нетерпением ждать.
Героиня: Это мой подарок Рафаэлю.
Рафаэль проводит пальцами по парчовой коробочке, и в его взгляде появляется едва уловимое чувство.
Рафаэль: Бог Войны отвечает на молитвы, а Рафаэль никогда не оставляет без внимания подарок, преподнесённый от чистого сердца.
Рафаэль: Я уже знаю, что нарисую этой тушью.
Героиня: Если Владыку Рыб посетило вдохновение, то мне не терпится увидеть, что ты создашь.
Рафаэль: Неужели ты не можешь догадаться, что я хочу нарисовать?
Он берёт со стола кисть и проводит ею в воздухе, очерчивая контур моего лица. В уголках его глаз появляются морщинки от улыбки.
Рафаэль: Совсем не можешь догадаться?
В этот момент вода закипает, словно отражая бешеный стук моего сердца.
В чайнике журчит горячая вода, а аромат чая лёгкими завитками наполняет воздух.
Рафаэль: Почему молчишь? Если ты действительно не можешь догадаться...
Не спеша он наливает чай в чашку и вкладывает её мне в руки.
Рафаэль: Пей чай и смотри, как я рисую.
Воспоминания о нашем совместном путешествии всплывают одно за другим, словно чайные листья, распускающиеся в горячей воде.
То, что когда-то казалось обычными мгновениями, теперь нежно задерживается в памяти этого безмятежного дня.