Коллективное тело в фильмах Льва Кальмана и Уитни Хорн
Лев Кальман и Уитни Хорн снимают кино вместе уже двадцать лет. Их творческий дуэт устроен вопреки привычным кинематографическим иерархиям. Работа с крошечными бюджетами и непрофессиональными актерами из числа близких друзей сознательно ставит режиссеров в уязвимую позицию, где единственным двигателем процесса становится чистое удовольствие. Кальман говорит с актерами, Хорн держит камеру — и эта оптика, лишенная диктата, рождает уникальную витальность изображения. В этой работе мы сосредоточимся на полнометражных фильмах режиссеров.
В фильме «Блондины в джунглях» 2009 года трое подростков бредут сквозь тропические заросли Гондураса в поисках мифического источника вечной молодости. И всё это исключительно ради тривиальной цели – безупречно выглядеть к началу школьных занятий. Этот синтез глуповатого юношества с интересом к древним цивилизациям наглядно показывает сцена, где герои решают употребить кокаин с обложки книги о жертвоприношениях цивилизации майя. Возможно, это их ответ на фразу наркоторговца о призыве задуматься над тем, что древние майя использовали ягоды коки в качестве валюты. Кадры с богом Ганешей смешиваются с кадрами разрушения окружающей среды посредством убийства животных. В финальной сцене слова о древних танцах цивилизации майя накладываются на современные танцы в клубе.
Неловкая, вечно подрагивающая камера уравнивает человеческое тело с тропическим лесом, рифмуя стройную мужскую талию с тонким стеблем растения, а танцевальные движения с развевающимся листком дерева. Крупным планам растений и деревьев свойственна особая созерцательность, которая достигается режиссерами за счёт смены бесконечной болтовни подростков на умиротворенное молчание, полное исключение звука.
Только в этом фильме из всех снятых режиссерами анимация используется как метод. Она становится необходимой для визуализации трипа. Нарисованные летучие мыши обозначаются как вампиры, а ведь вампиры всегда молоды, в каком-то плане это именно то, к чему стремятся герои фильма.
В кадре с книгой о жертвоприношениях майя хорошо видно имя автора – Артур Томпсон, что является отсылкой к Эдварду Томпсону, исследовавшего священный сенот. У него брала интервью репортер Альма Рид, биография которой хорошо объясняет происходящее в фильме. Альма Рид с археологами проводила исследования в Юкатане с разрешения губернатора, в которого позже влюбится. Главной героине приходит видение в виде бога-ягуара цивилизации майя – его называют ночным солнцем, подземным богом, и именно поэтому нам его показывают в голубоватой мрачной дымке. Можно предположить, что именно в этот момент девушка становится Альмой Рид, теперь она точно знает местоположение источника молодости. Следующий кадр – появление мужчины в деловом костюме, который является подобием губернатора, при этом являясь любовником героини.
Заканчивается фильм сценой в псевдодокументальной стилистике, которую открывает цитата Артура Топсона, где говорится, что он 19-ти летний блондин (как и все юные герои фильма!) и готов к приключениям. Псевдокументальность заключается прежде всего в появлении титра, описывающего говорящего, и не абы кого, а самого бога-ягуара. Разнообразие методов ведения повествования в этом фильме может позволить отнести его к наиболее авангардному фильму Льва Кальмана и Уитни Хорн. Возможно, это получает развитие в их короткометражном экспериментальном фильме Twin Snakes 2026 года.
В «L for Leisure» 2014 года джунгли сменяются на более урбанизированную среду, деревья теперь помещены в город. Фильм начинается с диалога студенток, в ходе которого мы узнаем, что одна из них изучает минералы, в следующем фильме режиссеров, «Две равнины и причуда» девушка-геолог, исследующая камни, будет одной из главных героинь.
Книга, о которой говорится в конце фильма, объясняет и систематизирует всё происходящее до этого, можно сказать, что это наиболее литературоцентричная картина режиссеров. Развивается идея о психоделическом спорте – новом виде спорта, появившемся в 20 веке, лишенном строгих правил. Герой-рассказчик нам поясняет, что суть этих психоделических видов спорта заключается в ощущении полета при движении в пространстве. И, в некотором роде, в навигации в дезориентирующей среде.
На протяжении всего фильма нам демонстрируются эти виды спорта: скейтбординг, водные лыжи, катание на роликах, борьба без правил, серфинг. Когда же нам показывают виды спорта, обладающие строгими правилами, эти правила намеренно нарушаются, например, один из героев играет в баскетбол, не выпуская из рук бутылку пива.
Также параллельно на протяжении всего фильма герои заигрывают с идеей постапокалипсиса. Одной из героинь высказывается мысль о выживании в постапокалиптическом мире как альтернативе сексуальной активности, то есть этот момент тоже рассматривается как возможная часть физических активностей, указанных выше. К этому можно добавить и озабоченность героев альтернативными вселенными, в одном из кадров даже появится пакет с такой надписью. Навязчивые кадры пейнтбола с надписью «future wars» начинают резко появляться в отрыве от контекста повествования.
После фразы одной из героинь «ты въезжаешь в моё поле зрения» в пространство резко врывается кадр с водной гладью, отражающей катер. Несколько раз герои упоминают горячие источники, что тоже можно толковать как некоторую подготовку к следующему фильму режиссеров, где персонажи довольно большую часть времени проводят в источниках.
В фильме рассматривается проблема погружения в среду, необходимую для академического исследования, просто сидеть в лаборатории становится недостаточным. На героиню, пишущую работу про духов деревьев, в одной сцене накладывается кадр с деревом. Позже нам показывают, как она пытается вступить в контакт с духами деревьев в лесу, прислушаться к их шелесту – почти во всех кадрах в этой сцене девушка предстаёт перед нами повернутой спиной с целью её слияния с лесной чащей. Далее нам показывают человека, поехавшего в зимнюю холодную Исландию с целью исследования, что очень контрастирует с остальной тёплой солнечной частью фильма.
В «Двух равнинах и причуде» 2018 года трое незадачливых туристов — французская женщина-геолог, спиритическая шарлатанка и изнеженный иллюстратор-денди — блуждают по выжженным солнцем пустошам в поисках целебных горячих источников. Хоть и перед нами 19 век, герои мало чем отличаются от подростков из 1980х в «Блондинах в джунглях». Показательно, что к персонажам в одной сцене приходят люди из будущего, которые затем исчезают и больше не упоминаются.
В этих трёх главных героях воплощено эзотерическое, геологическое и художественное назначение природы. Художественный способ видения и вовсе воплощен буквально через зрение, герой-художник завязывает себе глаза полупрозрачным платком, чтобы по-другому воспринять окружающую среду.
Здесь строгая геология встречается с эзотерикой, ведь как заявляет геолог: «Геология полна мистики». Однако, когда спиритуалистка пытается лечить камнями упавшего денди (который ни в какую не хотел, чтобы его бинтовали платком неподходящего цвета), героиня-геолог напрочь отказывается это принимать. Наложение кадров воды и сотрясающихся гор после выстрела превращает тектонические сдвиги в пророчество, так как геологические явления – это предсказание. Псевдодокументальная интонация повествования в видео геологических лекций непринужденно перемежается спиритическими сеансами, галлюцинациями, оргиями и возвышенными беседами о судьбах цивилизации.
Затем появляется «Команда мечты» 2024 года, где режиссеры, отказавшись от привычного солнечного простора, погружают зрителя в голубоватую дымку тесных, замкнутых интерьеров, где природа начинает появляться лишь во снах.
Двое агентов Интерпола расследуют смерть биолога, исследующего кораллы, и постепенно обнаруживают, что все коралловые рифы способны обмениваться мыслями и хладнокровно планировать убийства. Впрочем, сама детективная интрига режиссерам глубоко безразлична. Камера маниакально концентрируется на диджитал изображениях подводного мира и пузырьках в джакузи, превращая черепа героев — да и сам мерцающий экран ноутбука — в подобие запертых аквариумов. Беспрерывное наслаивание кадров будто придаёт самой камере структуру коралла. Сон переплетается с реальностью, в кадре начинают появляться шванкмайеровские ожившие предметы. Кадры с совместным занятием спортом, а также танцев в клубе можно трактовать как подражание коллективности кораллов, про которых говорится, что они обитают рядом, но умирают в одиночестве.
Объединяет все четыре картины бесконечные, увлеченные разговоры молодых людей, запертых в определенный временной период. Главным героем фильмов Льва Кальмана и Уитни Хорн неизменно становится не отдельный персонаж, а коллективное тело — дружеский круг, находящийся в процессе перманентного формирования, самонадеянный, эгоцентричный и трогательный в своей глупости.