Наш отель работает в обычном режиме | Глава 64
Двери лифта разъехались, и Ли Ёну вышел.
Первое, что он должен был сделать, было очевидно.
Но незваный гость на его плече не выказывал ни малейшего намерения сотрудничать.
Хотя он явно знал, что не должен издавать ни звука, он всё равно вёл себя так. И это было уже не в первый раз.
Несмотря на выговор Ёну, Коко замурчал и перекатился на его плече. То, как он пытался всё сгладить своей милотой, откровенно раздражало.
Ёну с силой прижал большой палец к виску. Уже с самого начала голова шла кругом.
— Я был бы очень признателен, если бы и ты тоже помолчал.
Четырнадцатый этаж напоминал Комнату 14, но сам воздух здесь ощущался иначе.
С потолка свисали оголённые провода, в стены были вмонтированы старые панели управления, а все мониторы погасли. Это выглядело как пространство, где грубо соединили закрытую лабораторию и центр наблюдения.
— Здесь больше предметов и конструкций.
Тут и там виднелись ржавые металлические пластины, разбитая плитка и испачканные кровью экспериментальные столы. В отличие от Комнаты 14, которая со всех сторон была зажата бетоном, здесь были стеклянные стены, позволявшие хорошо всё рассмотреть внутри.
Пройдя немного дальше, Ёну заметил за одной из стеклянных стен надписи, сделанные кровью.
Это была выгравированная фреска, нацарапанная на поверхности кровью вместо краски.
Мастерство было не исключительным, но вид росписи, раскинувшейся по стенам и потолку, создавал странное ощущение величия. В этом изображении можно было прочесть бесчисленное множество идей.
«…В игре это ощущалось так же?»
Он и раньше видел подобные испорченные фрески, разбросанные по четырнадцатому этажу.
Но разница между двухмерным спрайтом и настоящей фреской была огромной. То, что когда-то было едва различимыми формами, теперь несло на себе груз реальности, давя на него с совершенно иной силой.
Тем не менее, описание, которое появлялось при взаимодействии с ней в игре, всё ещё отчётливо хранилось в его памяти.
— Это фреска, изображающая рай.
Каждый раз Ёну находил это странным.
Сколько бы он ни смотрел, он не мог с этим согласиться.
Что именно увидел игровой персонаж, чтобы назвать это «раем»? Сколько бы он ни думал, личность Главного Управляющего оставалась окутанной туманом.
— Гость без вкуса, должно быть, тоже это видел.
Ёну осторожно открыл дверь. Ржавая петля издала резкий скрип.
— Это отличается от той комнаты с фреской, что я видел раньше.
Он подозревал это из-за едва заметной разницы в текстуре крови на стене, и его интуиция оказалась верна.
Ёну поднял с пола выцветший лист бумаги. В игре он был лишь кратко помечен как «документы, содержащие различные записи экспериментов».
Но теперь, когда это стало реальностью, он мог прочесть детали, скрытые за этим простым текстом.
Запятнанная кровью бумага, казалось, могла рассыпаться в любую секунду.
— Здесь нет времени её расшифровывать.
Он тут же убрал бумагу в свой инвентарь.
Найдёт ли он способ восстановить её позже или изучит в безопасном месте — в любом случае, сначала её нужно было забрать. Понимание того, что здесь произошло, было напрямую связано с выживанием.
Привычными движениями он начал рыться в комнате подопытного. Инстинкт поиска полезных предметов уже стал его второй натурой. Он провёл достаточно времени, выживая в этом отеле.
Подавив ответы Коко, Ёну вытащил шприц из глубины ящика с документами.
Он был маленьким и тонким. Сквозь его пыльный прозрачный корпус мерцала странная жидкость. Она выглядела гротескно, но в то же время почему-то священно.
Ключевой предмет для прохождения четырнадцатого этажа.
От простого пребывания здесь заражались и тело, и разум. Чем дольше остаёшься, тем более тревожные галлюцинации начинают одолевать, зрение искажается помехами, и в конце концов теряешь всякое чувство направления и собственное «я», что ведёт к смерти.
— Нужно использовать его всякий раз, когда уровень заражения повышается…
— Я ненавидел это даже в игре.
Один шприц не мог полностью очистить от заражения. А теперь, когда это стало реальностью, восстановление, несомненно, будет ещё медленнее. Единственный выход — собрать как можно больше очищающих образцов.
Ёну вышел из комнаты и осторожно осмотрелся.
Мониторы и панели, выстроившиеся вдоль коридора, были выключены, словно по предварительной договорённости.
Даже если они кажутся неработающими, некоторые всё ещё активны.
Они были связаны с камерами наблюдения и Наблюдателями, передавая местоположение нарушителя в реальном времени. Стоило ему попасть в их поле зрения, как любой тщательно спланированный маршрут пошёл бы прахом.
На четырнадцатом этаже было шесть типов Наблюдателей.
— Я даже Всевидящего никогда не видел…
Некоторые из них передвигались, другие оставались на месте. Говоря по правде, больше всего Ёну опасался мобильных типов, поскольку они вносили слишком много переменных.
— Пока я знаю их схемы передвижения, я редко сталкиваюсь с кем-то, кроме Слушателя и Смотрителя. Если только меня не загонят в комнату.
Их схем было не больше сотни. А поскольку он с самого начала наткнулся на экспериментальную комнату, число возможных вариантов уже сократилось до семидесяти одного.
Как и во время погони в Комнате 14, планировка менялась каждый раз, когда он входил. Но это не могло обмануть расчёты игрока с двадцатишестилетним опытом.
После недолгой осторожной ходьбы Коко тихо спрыгнул с его плеча и последовал за ним. Его бесшумные шаги были под стать кошачьим.
Ёну это показалось странным, и он мысленно спросил:
— Тебе нормально не сидеть у меня на плече?
В воздухе внезапно появилось полупрозрачное системное окно. Что это ещё за фокус?
Ёну переводил взгляд с Коко на полу на парящее окно.
— Это было твоё сообщение, Коко?
Для совладельца отеля, будто сошедшего со страниц хоррор-игры, не было ничего странного в наличии какой-нибудь удобной телепатической функции.
Тогда почему оно не показывало ему этого до сих пор?
— Тебе не нравится со мной разговаривать?
Значит, у него была и такая способность.
— Это точно поможет сохранить тишину.
Что еще важнее, Коко вёл себя совершенно беззвучно. Если только он намеренно не решит устроить неприятности, можно было не беспокоиться, что его обнаружит Слушатель.
Если только он намеренно не решит устроить неприятности.
Ёну посмотрел на Коко сверху вниз. Коко сложил рот в круглую букву «О», выглядя глубоко обиженным.
По правде говоря, Ёну тоже было что сказать на этот счёт.
Он с таким трудом сгладил свой крутой нрав, выпрямил кривую дорожку и построил относительно стабильную жизнь. И всё же его внезапно втянули в эту катастрофу, заставляя умирать снова и снова. И всё-таки…
Он не хотел говорить об этом в такой ситуации.
— Твой словарный запас стал лучше. Ты хорошо справляешься.
Он не мог доверять совладельцу с таким мерзким характером.
— И всё же, почему ты всё это время только слушал меня?
Над этим вопросом стоило подумать, но не сейчас.
— Пока что… я приму это за проявление заботы. Спасибо.
Здешняя структура напоминала Комнату 14. Бесчисленные комнаты повторялись, а некоторые участки бесконечно тянулись или гротескно искажались.
Для тех, кто не знаком с закономерностями, это был бы лабиринт, из которого не выбраться. Но Ёну думал иначе.
— И всё же, здесь легче различать закономерности, чем в Комнате 14.
— Этого мнения я понять не могу.
Комнаты здесь явно отличались друг от друга. По сравнению с Комнатой 14, где все пространства выглядели одинаково, 14-й этаж был куда более щадящим.
— Ты и вправду гордишься этой игрой.
Так вот почему сложность была такой.
Ёну вдруг стало горько за годы, что он в одиночку бился над этой игрой.
— Если бы разработчик настроил сложность более разумно, я бы так не страдал.
В этот момент его уши пронзил резкий электронный шум.
Он сделал движение, чтобы закрыть уши.
Помехи от электронных звуков и света здесь ускоряли заражение. Уровень заражения на его интерфейсе начал расти с пугающей скоростью.
Имея всего один очищающий образец, это было серьёзной проблемой.
— Давай сначала найдём ещё предметы.
Зона управления и серверная представляли собой спутанный клубок из камер наблюдения и проводов. По сути, это было минное поле. Стоило ему попасть в объектив камеры, как все ближайшие Наблюдатели тут же активировались.
— Дело не только в заражении. Мне нужна ID-карта, чтобы безопасно здесь пройти.
И все же риск того стоил. В серверных комнатах был высокий шанс найти ключевые предметы, необходимые для прохождения центральной диспетчерской.
— Если так, то количество возможных вариантов сокращается до пятидесяти девяти.
Редко когда и экспериментальная лаборатория, и зона управления появлялись так рано и одна за другой.
Ёну уже чувствовал подступающую усталость. Одна лишь мысль о том, что нужно собрать все необходимые предметы и добраться до центральной диспетчерской, сжимала грудь.
Гость Без Вкуса в обеденном зале.
Перед ним был роскошный пир, уставленный всеми мыслимыми деликатесами.
Серебряные подсвечники мерцали теплым светом, отражаясь в начищенных серебряных приборах. Насыщенные, пьянящие ароматы витали над столом, способные пленить кого угодно.
Он медленно поднес вино к губам.
Он ничего не почувствовал. Совсем ничего.
Жидкость, коснувшись его языка, оставила после себя лишь легкий холодок и тяжесть, прежде чем соскользнуть в горло.
Пожалуй, даже в гротескной лаборатории на 14-м этаже, с ее криками, записанными за стеклянными стенами, было больше яркого вкуса.
По крайней мере, для того человека, которым он был раньше.
Тогда ему хватило бы и этого, чтобы насытиться.
Он уже снова познал голод. Больше он не мог утолить его криками других.
Как восхитительно это предвкушение.