БОЛЕРО

В конце 1920-х гг. друзья французского композитора и пианиста Мориса Равеля (1875-1937) стали беспокоиться о психическом здоровье музыканта. Равель становился все более рассеянным, и его музыкальные партитуры и письма начали содержать нехарактерные орфографические ошибки. Именно в этот период, когда Равелю было 53 года, он написал свою самую известную работу: «Болеро».

Будучи не сложным в исполнении произведением, содержащим многократные повторения, «Болеро» завоевало любовь не только современника Равеля, но и сегодня имеет большой успех среди ценителей классической музыки. Тем не менее, сам композитор не был удовлетворен своим детищем и изо всех сил пытался понять его успех.

Неврологи нашего времени выдвинули предположение, что забывчивость Равеля и множественные повторения в Болеро – ничто иное, как проявление деменции, которая в свою очередь могла привести к смерти композитора в возрасте 62 лет. Если это правда, то становится любопытно, помогало ли автору его заболевание в создании музыкального шедевра или же наоборот, отвлекало и мешало сосредоточиться. К слову, сам Равель не разделял всеобщего восторга. «Я написал только один шедевр -– «Болеро», — однажды сказал он швейцарскому композитору Артуру Хоннегеру. «К сожалению, в нем нет музыки».

Вопрос о том, являются ли все эти повторения в произведении преднамеренными, либо же это результат недомогания композитора, изучался ранее группой психологов из Нью-Йоркского университета. Была проведена серия экспериментов, направленных на изучение того, каким образом повторение немузыкальных звуков влияет на их восприятие. За основу был взят известный феномен speech-to-song illusion (иллюзия превращения речи в песню). Он основан на выводе, что при повторении короткой фразы снова и снова, она начинает приобретать ритмичность, как если бы ее пропевали.

Психологи задавались вопросом, может ли эта иллюзия быть конкретным примером широкомасштабного явления, в котором повторение — не только звуков речи, но и звуков в целом — приводит к восприятию музыкальности. Добровольцами было прослушано много аудиозаписей, содержащих как речь, так и звуки. Результаты этого эксперимента показали, что упомянутая выше иллюзия имела место быть для всех видов звуковых фрагментов. Также, но уже при помощи музыкантов, выяснилось, что повторения, ко всему прочему, влияют на ритм и тональность в восприятии.

Мнение самого Равеля, касающееся структуры «Болеро», известно как «оркестровая ткань без музыки». Но наш мозг, вероятно, имеет другое мнение. Повторения участвуют в создании нашей личной мелодии у нас в голове.