Том 2 Глава 3 - Переломный момент- часть 1
Как-то Лисбет, отлучившаяся куда-то в послеобеденное время, вернулась с недовольным лицом.
Я в это время чинил сломанного солдатика Кирстена в её покоях, и Лисбет, которая вернулась с несколькими рыцарями, выслала меня оттуда вместе с Кирстеном. Я поспешно удалился с мальчиком на руках. Хотя Кирстен уже был слишком тяжёлым и взрослым, чтобы сидеть на ручках, он по-прежнему любил льнуть ко мне. Мягкие руки мальчика обняли меня за шею.
Прежде, чем дверь полностью закрылась, из-за неё донёсся злой голос Лисбет:
— О чём только думает герцогиня Каллака? Этот человек такой бардак в тронном зале...
Бам — дверь захлопнулась. Кирстен помахал в воздухе рукой, в которой держал солдатика.
Я отвёл взгляд от двери и вместе с Кирстеном направился к террасе.
Двухэтажная терраса с садово-парковой растительностью была настолько просторной, что на ней могли бы резвиться дети. Высокие финиковые пальмы свешивали свои длинные листья на балконные перила, пол у которых был выложен розовой терракотовой плиткой. Широкие и плоские листья пальм блестели под мягкими весенними солнечными лучами.
Вместе с Кирстеном я сел на мраморную скамью перед перилами. Он тут же забрался под мраморный стол и начал играть, а я опять посмотрел на сломанную руку солдатика.
Руки двигались сами собой, но мысли в голове были не здесь. В памяти всплыли последние слова Лисбет, которые я услышал недавно у закрывающейся двери.
Что за ситуация произошла в тронном зале Каллака, из-за которой Лисбет так разозлилась?
После родов три года назад Лисбет подорвала здоровье, вслед за этим она отказалась от места королевского рыцаря и отошла от дел. Время от времени Лисбет посещала тронный зал, да и рыцари, что подчинялись ей, приходили в резиденцию, но в отличие от Листера она не имела официальной должности, поэтому можно сказать, что она была частично в отставке. За исключением ситуации, когда она два года назад с трудом привела меня сюда, лишившегося титула и обращённого в раба, у неё почти не было дел, связанных с политикой Каллака.
Лица некоторых рыцарей, которые недавно вернулись вместе с Лисбет, были мне знакомы. Двое из них точно являлись королевскими рыцарями....
Неожиданно мой рукав резко потянули вниз, и я очнулся от своих мыслей.
Кирстен спрятался под скамьёй и делал вид, что не замечает меня. Я отложил солдатика, опустил руку под скамью и ткнул несколько раз Кирстена в спину.
Кирстен, громко смеясь, катался по полу.
Я встал со скамьи и, схватив за бока Кирстена, убегающего по полу на четвереньках, с легкостью его поднял. Мальчик хохотал и размахивал в воздухе руками.
В этот миг на террасу вышла пожилая няня. Она держала в руках поднос с перекусом для Кирстена. Ставя поднос на стол, она с улыбкой обратилась ко мне:
— Я присмотрю за маленьким господином. Возвращайтесь, пожалуйста.
Речь шла об обычном регулярном осмотре: после моего приступа два года назад маги Каллака непрерывно наблюдали за моим помешательством. Большого прогресса не было. Но даже если с помощью этого лекарства я, как и сейчас, могу лишь подавлять безумие – этого достаточно.
— Сегодня также осмотрят лодыжку господина Сланна. Герцогиня велела, — добавила няня, забирая у меня с рук Кирстена.
После краткого прощания я ущипнул за щёку Кирстена, сидевшего на руках у няни.
Поскольку в гостиной были рыцари вместе с Лисбет, маг ждал меня в небольшой комнатке для гостей, что находилась напротив гостевой комнаты. Как только я вошёл, маг, который стоял лицом к окну, развернулся.
Это была женщина, которую я видел впервые. Её длинные, чёрные, заплетённые в косу волосы спускались до ягодиц. В волосах местами мелькала седина. Она была одета в длинную мантию с капюшоном, какая обычно бывает у магов Каллака. На мантии, исключая вышивку тёмно-синего цвета на рукавах, не было абсолютно никаких узоров. Женщина была хрупкой и невысокой, отчего казалось, что она почти тонула в одежде. На мизинце было кольцо с гербом магов Каллака.
Ей было примерно лет пятьдесят?.. Последние два года всегда приходил маг по имени Эрик, который, в отличие от своего имени, был молодым мужчиной. Его заменили на нового человека?
Когда я нахмурился, она опустила голову и затем опять её подняла.
— Я Ида. Господин Сланн, с сегодняшнего дня вас осматривать буду я.
Её голос был немного холодным. Я кротко кивнул. Когда я сел на стул, маг подошла ко мне.
— Слышала от герцогини, что в последнее время у вас хорошее настроение?
Это был странный диалог. Я мельком взглянул на неё. Вместо ответа Ида придвинула ко мне небольшой стул и села.
— Лекарство принимаете регулярно?
— Что ели на ужин вчера вечером?
— Приготовленные на пару свиные уши и суп из бобов... А что?
— А позавчера? — маг перешла к следующему вопросу, несмотря на мой встречный.
— ... Кажется, варёный рис, завтрак пропустил, на обед съел пшеничный хлеб с копчёной ветчиной.
Ида потёрла свой подбородок рукой.
— Нет. Мне передали, что у господина Сланна имеются проблемы с памятью, поэтому решила проверить. Дайте-ка подумать... Как прошёл последний месяц?
— Поскольку Лисбет тогда ещё не вернулась, всё было, как всегда.
— Практически всё помню. Никаких проблем.
После моего ответа Ида замолчала.
— Поговорим о другом. Помните коронацию?
При этом вопросе я наклонил голову набок. Голубые глаза мага терпеливо смотрели на меня. Я попытался разглядеть в этих глазах хоть каким-нибудь эмоции, но безуспешно.
Я коротко вздохнул и, стараясь не выдать никаких чувств в своём голосе, ответил на вопрос:
— Вы о событиях двухлетней давности? Помню. Тогда я всё ещё был в башне Хельги, но...
— ... Башню Хельги тоже помните?
— Конечно, — ответил я слегка резковато.
Как я мог забыть события, которые произошли два года назад? От долгого суда, который последовал с того дня, когда я убил своего отца, толкнув его с высокой лестницы, башню Хельги, – и до матери, что не смогла вынести преступление единственного сына и сбросилась.
Предыдущий герцог Каллака упал в обморок от шока и в итоге не смог очнуться. Во время коронации корону унаследовала младшая сестра предыдущего герцога – герцогиня Халден.
Я, конечно же, не мог присутствовать на коронации и даже после того, как всё закончилось, прошло много времени прежде, чем я покинул башню Хельги и прибыл в резиденцию Гленбергов.
Взгляд Иды внимательно следил за мной. Избегая его, я слегка отвернулся, но она продолжила наблюдать за моим профилем.
— Тогда... Вы помните, что было до коронации?
— Какие именно моменты помните?
— Думаю, вам не захочется слушать рассказ о всей моей жизни...
— Прошу прощения, — женщина опустила голову. — Просто... Эм... Господин Сланн, — на лице Иды промелькнуло небольшое замешательство. — Вы помните меня?
При этом вопросе я непроизвольно повернул голову и прямо посмотрел на мага: морщинистое лицо, волосы с вкраплениями седины, опущенные вниз уголки глаз и выцветшие брови… Это лицо было мне незнакомо.
Её лицо опять вернулось к деловому выражению.
В этот момент за дверью раздался звук шагов. Мы почти одновременно повернули голову и посмотрели на дверь – она открылась, и вошла Лисбет.
Лисбет, посещавшая сегодня тронный зал, сменила повседневную простую одежду на красное платье со складками, подол которого длинно тянулся по полу. Чёрные волосы украшала притягивающая взгляд корона из плетения серебра с жемчугом.
Лисбет, слегка кивнув мне, сразу задала вопрос магу. Маг вежливо ответила:
— Не вижу признаков для рецидива помешательства.
Однако суровое выражение лица Лисбет осталось без изменений. Она ненадолго замолчала, затем задала ещё один вопрос:
— Значит симптомы могут полностью исчезнуть?
— Необязательно, — Ида низко склонила голову и продолжила: — Я бы хотела слегка изменить состав лекарства. Даже помешательство, в зависимости от его течения, имеет разные стадии и симптомы. Будет лучше попробовать новое лекарство, чем продолжать принимать текущее.
— В самом деле? — взгляд Лисбет обратился ко мне. — У Сланна ведь проблемы с памятью. Что насчёт этого?
— Пока ни хорошо, ни плохо. Не видно сильных улучшений, но и ухудшений тоже нет.
Лисбет положила руку мне на плечо. Иссохшие пальцы, на которых проступали суставы, сильно сжали моё плечо и сразу же отпустили.
— Можешь изменить состав. После проверим, как протекает болезнь и решим. В следующий раз тоже ты придёшь? Самочуствие Энрика настолько плохое?
— Ну. Трудно сказать, когда ему станет лучше, кажется, он всё ещё не оправился от зимней лихорадки... Какое-то время буду приходить я. Не волнуйтесь. Энрик подробно обо всём рассказал.
— Я переживаю не за это, — взгляд Лисбет тщательно осмотрел мага сверху донизу. — Ты... Ведь пришла по приглашению сэра Ларса?
— До этого была во владениях сэра Ларса?
На этот вежливый ответ Лисбет кивнула головой.
— Позаботься о Сланне. Мне пора возвращаться... Я и так ушла посреди всего, — Лисбет посмотрела на меня. — Если что-то произойдёт — дай мне знать.
Она жестом, полным любви, сжала мою руку и отпустила. И затем покинула комнату. Сквозь проём закрывающейся двери я посмотрел на скользивший по полу коридора длинный шлейф от юбки.
Когда дверь закрылась, Ида снова подошла ко мне. Она больше не задавала вопросов и также, как и до этого Энрик, взяла моё запястье, измерила температуру, стерильной иглой уколола мой палец, собрала несколько капель крови в стеклянный бутылёк и продезинфицировала спиртом место укола.
Затем она осмотрела мою лодыжку.
— Состояние после травмы неплохое. Будет полезен регулярный массаж. И неплохо бы прикладывать горячее полотенце.
Стоило мне заговорить, как оба глаза Иды уставились на меня. Я медленно продолжил:
— В последнее время понемногу... вспоминаются некоторые события. Даже были небольшие видения. Возможно, это были сны о прошлом.
После затянувшейся паузы она спросила:
— Обычные, — я ненадолго замялся. — О герцоге Ибсена и... Давно минувшие дни, когда я покидал каллакскую крепость. Что-то вроде того.
Я подумал, что она удивится, но она не удивилась. Не знаю, наверное, этот маг пережила сильные невзгоды, поэтому такие незначительные вещи её и не изумляли. Ида бесстрастно ответила.
— Это не плохие симптомы. Среди пациентов, которые имеют проблемы с памятью, достаточно случаев, когда воспоминания возвращаются с помощью снов. Разумеется, только при лёгких случаях, но…
Она замялась в конце фразы, затем встала и открыла свою сумку. Из сумки выкатился небольшой пузырёк с лекарством.
Крышка открылась, и несколько таблеток выскользнули на её ладонь.
— Три белых и одна зелёная таблетка. Обязательно следуйте этой инструкции. Разумеется, служанку я тоже строго проинструктирую.
— Мне было велено не отдавать бутылёк с лекарством лично господину Сланну...
После краткого объяснения она закрыла сумку. Я кивнул. О моём лекарстве всегда заботились другие люди, поэтому я не счёл подобное странным.
Морщинистая рука, закрывающая сумку, на мгновение замерла. Ида выпрямилась и посмотрела на меня.
На мой кивок она слегка шевельнула губами:
— ... О ваших воспоминаниях не стоит говорить другим людям. Не думаю, что в этом есть необходимость. Поскольку, как вам изветно, мы пока не можем быть уверены к какой именно стадии болезни относятся ваши симптомы.
Её голос был очень тихим и быстрым. Если бы тут были не только мы вдвоём, я бы эти слова точно не услышал.
Ида закончила говорить и, закрывая сумку, наклонилась ко мне.
— Рада вас увидеть спустя долгое время. Кажется, вы здоровы, — какое облегчение.
Неужели эта женщина знает меня так же, как и Исмион, который принёс мне мандариновый чай с корицей, или как Джиёд, пообещавший взамен лавровых деревьев посадить в саду любимый мной виноград?
Я отчаянно копался в воспоминаниях – надеясь, что хоть какие-нибудь крупицы о ней остались в моих потрёпанных и разъеденных височных долях…
Остались только чувства бессилия и беспомощности.
1) "Всё верно, госпожа Лисбет" — в оригинале краткий ответ "всё верно" в вежливом стиле, аналог ответа на русском языке я не смогла подобрать, поэтому добавила вежливое "госпожа".
2) Кому интересно, как могло выглядеть платье Лисбет (а то в манхве оно чуть иное):
