Манхва «Масло на холсте», глава 22, перевод

— Не понимаю, о чём вы.

💭«Я всё никак не мог выбросить это из головы. Неужели он так яро отрицал своё участие в той закрытой вечеринке всего лишь из-за поцелуя, который ничего не значил?»

— Если не понимаете — значит, так тому и быть.

— Пойдёмте пообедаем.

— Я же сказал, мне не по себе.
— Если бы вам и вправду было не по себе, вы бы промолчали. А раз говорите — значит, терпимо.

— Угощаю. А если желудок забунтует — у меня есть отличное средство, быстро помогает.
— Зачем спрашивать, если вам всё равно, что я отвечаю?

— Я вас услышал. Просто решил пропустить это мимо ушей. Скажите, что хотите съесть.

💭«О чём он так долго думает? Что же такого он хочет на обед?»

💭«Ладно, если понадобится, могу даже сесть за руль и отвезти нас куда нужно — хоть и не ездил сто лет».

— Гавайскую пиццу.

📝В Италии гавайскую пиццу не едят и считают чем-то странным. А вы любите? :)

— Что?
— И матча фраппучино.

— Это не еда. Назовите что-нибудь нормальное, Тоджин.

— Вкус совсем не тот.

— «Маргарита» вам не по вкусу?

— Не то чтобы.

— Тогда доедайте.

📝«Маргарита» — классическая итальянская пицца с томатным соусом, моцареллой и базиликом.

— Хоть по вам и не скажешь, ведёте себя как настоящий местный.
— Я ведь не хочу, чтобы мой реставратор умер, съев какую-нибудь дрянь.

— А в Лондоне вы на чём выживали?
— Такое я не ел.
— Ну да, всё понятно. Такой крутой.

— Пусть и дрянь, но именно этого мне сейчас и хочется.

— Тогда вставайте. Говорят, тот фраппучино, который вы так хотели, есть в Милане. Если уж так хочется прокатиться.

— Хватит разговоров. Нужно скорее приступить к реставрации.

— Спасибо за еду.
— Тоджин, вы пьёте кофе? Я могу сварить.

— Всё равно это будет эспрессо, да? Не надо.
— Могу добавить молока, если хотите.

— Кофеин может вызвать дрожь в руках. Я пойду, мне нужно работать.

💭«Просто взял и ушёл. Почему-то немного жаль...»

💭«Что это за чувство?»

— Ха...

💭«Никаких документов. Единственное, что стало понятно — жизнь тёти была настоящим хаосом. Просроченные счета, письма с угрозами и пометками, что это последнее предупреждение…»

— Да. Карла.

— Вам звонил господин Кит Су Нам. Хочет выставить на аукцион один портрет Вюйара. Говорит, это вещь с историей — покупка его деда, есть и сертификат. Вы его наверняка помните — он несколько раз сотрудничал с вами, когда вы были в аукционном доме. И на похороны синьоры приходил.

📝Эдуар Вюйар — французский живописец и график. Известен камерными сценами из повседневной жизни, мягкой палитрой и декоративностью. Его работы отличаются интимной атмосферой и тонкой игрой света.

— Помню. Он ещё в Венеции?
— Да. Он сказал, что хотел бы встретиться с вами хотя бы ненадолго сегодня — завтра он улетает в Англию.

— Пусть заедет в наш офис, но не пускайте его в кабинет директора Кадорсини. Хотя нет, давайте лучше поужинаем вместе. Забронируйте столик в ресторане.

— Хорошо. И ещё — говорят, сегодня снова угроза Аква Альта. Думаю, будет лучше воспользоваться водным такси.

📝Аква Альта — это явление сезонных приливов в Венеции, при котором уровень воды в лагуне поднимается и затапливает низинные районы города.

— Когда выберете подходящий ресторан, дайте знать. Добраться на такси — не проблема.

— Хорошо.

💭«Клиент важный, надо постараться произвести хорошее впечатление. Должность директора мне навязали, а вот открыть аукционный дом — это уже мой выбор».

— Сопляк, торгующий домашним хламом, используя связи.

💭«В начале карьеры я слышал это слишком часто. Разумеется, это было неправдой. Даже когда я стал ведущим аукционистом, по сути оставался всего лишь наёмным работником в чужой компании».

💭«Теперь, когда всё зависит от меня и фигурирует моё имя, первый аукцион просто обязан стать успешным».

— И для этой цели нет ничего лучше, чем «Игра воды».

💭«Если все уверены, что я поднялся, распродавая семейные вещи…что ж, любопытно, какой эффект произведёт эта картина».

💭«Чёрт, пока искал бумаги, уже за восемь перевалило? Кстати, а где Тоджин?»

💭«Ушёл домой? Нет, вроде не было слышно, чтобы он спускался. Сначала он меня так раздражал, что и работать с ним не хотелось, а теперь — такая тишина, что и не скажешь, здесь он или нет».

— Тоджин.

...тишина...

— Тоджин, вы что, уснули? Мне нужно отлучиться.

— А.

💭«Слишком уж бледный у него вид…»

— Руки холодные…
— Ч-что вы делаете?

— Я просто выпил кофе — чуть больше обычного.

— Разве вы не говорили, что от кофеина руки могут дрожать?

— Принести вам одеяло?
— Не надо.
— Может, налить вам чай? Кажется, я видел на нижнем этаже чай в пакетиках.

— Нет...не нужно. Всё в порядке.

— Тоджин, думаю, на сегодня достаточно. Можете идти.
— Мне нужно ещё немного поработать. Простите...просто я сегодня почти ничего не сделал.

— Тоджин, вы дрожите?

— Я? Вовсе нет.

— Если не это, может, вы на наркотиках?
— Синьор Орсини, вы, по-моему, совсем не следите за словами.
— Злоупотребляете алкоголем?

— Вы в своём уме?

💭«Судя по тому, как покраснел, кровь всё-таки циркулирует».

— Выходит, Тоджин, вы нервничаете.

— Я думал, волнение вам не свойственно.
— Я такой же человек, как и вы.
— Похоже на правду.

— Тоджин, присаживайтесь.

💭«Если не уйду сейчас, не успею на встречу».

— Почему вы дрожите? Из-за того, что перед вами такая ценная вещь?

— Точную цену назвать сложно — её никогда не выставляли на торги и не продавали. Вполне возможно, что работы, восстановленные в Уффици, стоят дороже.

— Я…знаю.

— К тому же в реставрации главное — возможность вернуть всё к исходному виду. Так что даже если что-то пойдёт не так, это ведь можно будет исправить, верно?

— Да, формально это так, но на практике всё не так просто. И потом…времени у нас не так много...

💭«Крайний срок — день предпросмотра перед аукционом. В лучшем случае — три-четыре месяца. Раз уж сам вызвался, похоже, не хочет прикрываться оправданиями, что не хватило времени».

— Тоджин. Когда начнёте, станет легче. Вы что, ни разу не волновались? Вы ведь работали в Уффици — работали над картиной Тициана шестнадцатого века.

— Всё происходило иначе: были подробные рекомендации, и повреждения не такие серьёзные. Да, порой, руки дрожали…но вот так, как сейчас, — впервые.

📝Тициан Вечеллио — великий художник итальянского Возрождения, мастер венецианской школы. Прославился тонкой передачей цвета, света и эмоций. Его картины хранятся в крупнейших музеях мира, включая Уффици.

— Не бывает людей, которые совсем не нервничают.

— Вы, синьор Орсини, похоже, как раз из таких.

— Когда работаешь — постепенно привыкаешь, и волнение уходит само собой. Я обычный человек, и, честно говоря, тоже волнуюсь. Особенно перед крупными аукционами.