Глава 71. Экстра
Молодой господин явно был очень зол. В течение следующих нескольких дней он не позволял Сяо Фу прикасаться к себе. Днём ему приходилось ездить в имение принца Шо к своему учителю, в то время как Сяо Фу послушно присутствовал на утреннем заседании суда. Вернувшись и узнав, что на самом деле в имение принца Шо побывал Линь Цзыкуй, Сяо Фу вспыхнул от ярости.
Сяо Фу прибыл за ним на карете, но его заметила принцесса Минхуа, которая крикнула:
Сяо Фу, который уже собирался войти в имение принца Шо, обернулся. Его бравада несколько поутихла, когда он крикнул:
Принцесса Минхуа только что вернулась в город, и влага от сельской местности всё ещё окутывала её. Она подошла и сказала:
— Завтра пятнадцатое число восьмого месяца, твой день рождения. Ты не вернёшься домой?
Сяо Фу, полностью сосредоточенный на Линь Цзыкуе, формально ответил:
— Я занят государственными делами.
— Именно потому, что я знала о твоей занятости, я тебя не беспокоила. — сказала она, когда они стояли и разговаривали у ворот поместья. — Но пятнадцатого числа восьмого месяца тебе придётся вернуться домой, ведь сам император явится.
— Я не люблю лунные пряники. — добавил Сяо Фу. — Я не буду есть лунные пряники.
— Я знаю, что нет смысла готовить для сына какие-либо деликатесы. Он понятия не имеет, что такое настоящая вкуснятина.
Именно поэтому принцесса Минхуа баловала его с детства. Вся семья избаловала его, сформировав Сяо Фу таким, какой он есть сегодня. Принцесса Минхуа не уточнила, что именно они будут есть. Она просто сказала:
— Это просто семейный обед. Императорский дворец находится всего в нескольких минутах езды от имения герцога Чан. Это чуть больше, чем горит благовонная палочка. Неужели ты не хочешь совершить такую короткую поездку?
— Матушка... — начал говорить Сяо Фу, но тут же плотно закрытые ворота имения принца Шо распахнулись.
— Мой дорогой брат, поскольку твоя жена тяжело больна, я не буду задерживать тебя на обеде. Тебе нужен врач из имения? — принц Шо в последнее время ещё больше располнел. Черты его лица были настолько плотно прижаты друг к другу, что он стал похож на хомяка.
Он проводил Линь Цзыкуя до ворот. Линь Цзыкуй покачал головой.
— Спасибо за вашу любезность, Ваше Высочество, но врач уже осмотрел его.
— А, понятно. Да, я помню, ты переехал, не так ли? Я как раз вчера проходил мимо твоей резиденции. Сначала я не понял, что она твоя, но, поспрашивав, узнал, что это «Поместье Чжуанъюаня». Знаешь, на новоселье обычно устраивают банкет... Интересно, когда...
Как только он это сказал, слуги распахнули главные ворота поместья.
Снаружи стояли двое людей в сопровождении двух карет. Одна роскошная, другая скромная.
Принц Шо замер. Его взгляд медленно переместился с принцессы Минхуа на Сяо Фу. Его ноги нервно дернулись, и он тут же поклонился в знак приветствия:
Поначалу ему было неловко кланяться младшему члену семьи герцога Чан. Однако Сяо Фу с тех пор напугал его, однажды даже угрожая ему словами:
— Если бы я принес в жертву голову принца покойному императору, он бы, конечно, обрел покой в загробной жизни, увидев там своего старшего брата, верно говорю?
Опасаясь, что Сяо Фу однажды сойдет с ума, и пренебрегая всеми родственными узами, обезглавит своего старого дядю, принц Шо внутренне дрожал всякий раз, когда видел регента.
После приветствия принц Шо бросил испуганный, умоляющий взгляд на принцессу Минхуа.
— Принцесса, вы тоже здесь? Что привело вас двоих в мое имение...?
Сяо Фу взглянул на мать, затем перевел взгляд на Линь Цзыкуя, который поклонился, но молчал.
— Я просто проходил мимо. Поскольку здесь находится великий ученый, мне нужно обсудить с ним один государственный вопрос. Пошли? — Сяо Фу поднял руку и лично приподнял занавеску своей скромной кареты.
Линь Цзыкуй изо всех сил старался сохранять самообладание, ладони вспотели, а руки сжались в широких рукавах.
— Ваше Высочество, я как раз возвращался домой.
— Отлично. Возвращайся в карету. — улыбнулся Сяо Фу.
Принц Шо всегда испытывал укол страха, когда регент улыбался. Хотя выражение его лица казалось искренним, это все равно его нервировало. Он поторопил Линь Цзыкуя:
— Мой добрый брат, просто садись в карету. — он слегка покачал головой, давая Линь Цзыкую понять, что не стоит ослушиваться регента, чье настроение было, как известно, непредсказуемым.
Линь Цзыкуй на мгновение закрыл глаза и обреченно вздохнул.
Он начал чувствовать, пусть и смутно, что Сяо Чжао Лин питает тонкое, но настойчивое желание вывести их отношения на всеобщее обозрение. В отличие от Линь Цзыкуя, Сяо Чжао Лин ничуть не был осторожен. Он совершенно не боялся осуждения всего мира.
Перед тем как сесть в карету, Линь Цзыкуй почтительно поклонился принцессе Минхуа. Когда он вошёл, Сяо Чжао Лин протянул руку, чтобы взять его за руку, но Линь Цзыкуй быстро отдёрнул её. Его рукав развевался в воздухе от этого движения, создавая впечатление, будто он сердито щёлкнул рукавом и ударил Сяо Фу по ладони.
Принцесса Минхуа и принц Шо подумали одно и то же:
«С таким высокомерным нравом, какое Сяо Чжао Лин имеет, как он мог потакать ему, не теряя самообладания?»
Принца Шо охватил ужас. Сердце подскочило к горлу! Он был глубоко обеспокоен тем, что его дорогому, добродетельному младшему брату могут перерезать горло и заставить замолчать в ту же ночь!
Принцесса Минхуа подумала, что лучший учёный, должно быть, человек необычайного таланта, поистине блестящая личность, раз заслуживает такого учтивого отношения со стороны Сяо Фу.
Принцесса Минхуа окликнула Сяо Фу, когда он уже собирался сесть в карету:
— Чжао Лин, приди домой пообедать с мамой.
Сяо Фу даже не поднял глаз. Молодой господин всё ещё дулся и у него не было времени на еду.
— Мне нужно проводить лучшего учёного обратно в его резиденцию. Я не буду есть. Вы все идите.
— Почему лучший учёный не присоединится к нам? — чётко произнесла принцесса Минхуа.
Вопрос был адресован Линь Цзыкую и он едва ли мог притвориться немым.
— Не смею, Ваше Высочество. Было бы неуместно с моей стороны вторгаться в ваше имение. Я тоже приехал на карете. Ваше Высочество, я попрощаюсь и вернусь домой.
В этом единственном предложении он несколько раз скромно упомянул себя и уже собирался поклониться и выйти из кареты, когда Сяо Чжао Лин схватил его за запястье.
Линь Цзыкуй на мгновение затаил дыхание, его взгляд был прикован к выражению лица принцессы Минхуа.
— Главный учёный, поезжай со мной в имение герцога Чан. Позже мне нужно обсудить с тобой официальные дела. Матушка. — сказал Сяо Фу, садясь в карету и осторожно подталкивая Линь Цзыкуя к внутреннему сиденью, крикнув. — Я отвезу главного учёного на обед. Идите вперёд и попросите персонал всё приготовить.
Принцесса Минхуа ответила на просьбу, хотя и была глубоко удивлена.
Когда занавес опустился, Линь Цзыкуй больше не мог сдерживаться и вырвал запястье из его хватки.
— Моя матушка лично пригласила тебя в поместье на обед. Это не в её обычном стиле, а значит, ты ей искренне понравился. Что касается характера наших отношений... Даже если мы будем скрывать это от остального мира, нам не следует скрывать это от них.
Линь Цзыкуй поднял глаза, чтобы посмотреть на него.
Сяо Фу встретил этот красивый взгляд, нежно сжал его ладонь и тихо объяснил:
— Сначала мы держали это в секрете, потому что другого выбора не было, но сейчас нет необходимости это скрывать. Если ты будешь приходить к нам несколько раз на обед, один визит за другим, ты практически станешь членом семьи в поместье герцога Чана.
Линь Цзыкуй выпрямил спину. Его прежде неровное дыхание постепенно выровнялось.
Карета, подпрыгивая, направилась к имению герцога Чана.
Два имения находились совсем рядом, всего в нескольких шагах друг от друга, поэтому Линь Цзыкуй едва успел осознать это, как услышал голос принцессы Минхуа снаружи:
— Чжао Лин и лучший учёный, мы прибыли.
Сначала Линь Цзыкуй надеялся, что первое место на императорских экзаменах сделает его достойным членом семьи для дома Сяо. Однако, даже добившись этой чести, он понял, что ему всё ещё не хватало мужества.
Сяо Фу первым вышел из кареты и протянул руку, чтобы помочь ему, но Линь Цзыкуй, помня о присутствующих, включая мать Сяо Фу, уклонился от жеста.
— Ваше Высочество, ваш покорный слуга может выйти сам.
Сяо Фу слегка нахмурился и лишь слегка, направляя его, помог ему.
Линь Цзыкуй переступил порог имения герцога Чан.
Это был порог, который легко переступить одним шагом, но он представлял собой пропасть, такую же огромную, как между облаками и грязью. Линь Цзыкуй посмотрел на сумеречное небо. Он решил, что однажды он действительно будет достоин пересечь его.
— Матушка, это Линь Цзыкуй, недавно назначенный лучший учёный. — сказала Сяо Фу принцессе Минхуа. — Я знаю его уже некоторое время и давно восхищаюсь его учёностью и характером.
Принцесса Минхуа кивнула, понимая.
— Вот как. Я тоже слышала о достижениях этого учёного. Его слова во время придворных экзаменов были поистине блестящими. Какой же редкое качество. Это немалое достижение, иметь такого честного и талантливого человека в своём подчинении.
Некоторое время назад принцесса Минхуа подумывала выдать свою вторую дочь замуж за учёного скромного происхождения, а именно, за ведущего императорского учёного.
Однажды она услышала замечание принца Шо:
— У Линь Цзыкуя уже есть любимая жена. Каждый раз, когда я приглашаю его на обед, он всегда спешит домой, чтобы позаботиться о ней. Она слаба здоровьем... хотя, видя, как часто она болеет, боюсь, ей осталось недолго жить. Он человек исключительного характера и таланта. Если вы хотите выдать его замуж за свою вторую дочь, его глубокая преданность делает его прекрасной партией. Хотя, возможно, вам стоит подождать, пока его жена не умрёт.
Сколько ещё времени у неё было?
Принцесса Минхуа едва ли могла задавать такой вопрос. Было бы неуместно добиваться брака с уже женатым мужчиной, хотя ситуация изменилась бы, если бы её дочери он понравился.
Сегодня, пригласив на обед в поместье ведущего учёного, принцесса Минхуа наблюдала за его поведением: ни подобострастным, ни высокомерным, а смиренным и учтивым. Видя, как высоко Сяо Фу ценит и любит его, она снова задумалась об этом.
В главном зале Сяо Фу усадил Линь Цзыкуя рядом с собой за круглый деревянный стол. Войдя, Линь Цзыкуй уже выразил почтение хозяину, герцогу Чану. Хотя герцог был удивлён тем, что Сяо Фу привёл новоиспечённого ведущего учёного домой на обед, он ничего не сказал, поскольку его жена объяснила:
— Они случайно встретились. После обеда им нужно обсудить государственные дела с учёным.
Линь Цзыкуй выпрямился, не смея проявлять ни малейшей небрежности.
Принцесса Минхуа тихо отдала распоряжение:
— Поскольку сегодня присутствует молодой человек со стороны, пусть вторая молодая госпожа пообедает в боковой комнате.
За обеденным столом сидели только герцог Чан, принцесса Минхуа и старший молодой господин.
Линь Цзыкуй прекрасно знал, что в доме было две дочери и два сына.
Старшему брату Сяо Фу было за сорок, и он был старшим сыном герцога. Первая жена герцога, сестра вдовствующей императрицы, умерла после рождения этих двоих детей. Решение принцессы Минхуа выйти замуж за герцога в качестве его второй жены было чем-то, чего никто из знати Цзиньлина не ожидал.
Сяо Фу не хотел соперничать со своим старшим братом за титул «молодого герцога». В детстве, когда к нему обращались по этому титулу, его старший брат просто молча стоял в стороне. Это было зрелище, которое раздражало Сяо Фу. В конце концов, он уехал из дома в имение своего деда в Юньнань и написал письмо герцогу, в котором заявил, что никогда не намерен становиться герцогом.
В результате герцогский титул унаследовал старший брат Сяо Фу. Брат создал собственное хозяйство и женился, ведя праздную посредственность. Хотя у него было три сына, он был гораздо более почтительным, чем Сяо Фу, возвращаясь домой раз в месяц, чтобы пообедать с родителями.
Это было поистине редкое зрелище: ужин высокопоставленного императорского учёного в их доме.
Линь Цзыкуй ел сдержанно, опустив голову и сосредоточившись на блюдах перед собой.
Сяо Фу палочками положил ему на тарелку немного еды.
Опустив голову, Линь Цзыкуй остро чувствовал, что все смотрят на него.
Герцог Чан откашлялся, чтобы скрыть удивление. Он привык к правилу молчания во время еды, но, поняв намерение жены, задал несколько вопросов о происхождении Линь Цзыкуя.
— Вы из Хуайнаня, как и министр?
— Да, я из Хуайнаня. — спокойно и уважительно ответил Линь Цзыкуй.
— Как ваши родители зарабатывают на жизнь? — спросил герцог.
Линь Цзыкуй открыл рот, чтобы ответить.
— Отец! — Сяо Фу прервал герцога, небрежно спросив. — Где Яоюй? Почему я ее не вижу?
Яоюй была второй дочерью в доме.
— Твоя вторая сестра в соседней комнате. — сказала принцесса Минхуа.
Сяо Фу бросил взгляд в ту сторону и заметил большой, темный, блестящий глаз, подглядывающий в дверную щель.
Держа в руках пиалу, Сяо Фу посмотрел на родителей и внезапно понял, в чем дело. Он невозмутимо заметил:
— Чжуанъюань уже женат. Он не пара второй сестре. Матушка, отец, пожалуйста, не позволяйте ей больше заглядываться на него.
Он незаметно загородил собой Линь Цзыкуя. Тому еще никогда не приходилось участвовать в столь неловкой трапезе. Он не знал, что сказать, но и молчать было не менее тягостно, поэтому он просто ковырял палочками рис в своей пиале.
Принцесса Минхуа покачала головой:
— О чем ты говоришь? Матушка знает, что чжуанъюань женат. Твоей второй сестре просто нужно кое-что обсудить со мной. — она отставила пиалу, встала и направилась в соседнюю комнату, чтобы пошептаться с дочерью.
— Матушка, я видела чжуанъюаня в день триумфального шествия. Он человек благородной внешности и глубоких познаний, но правда ли, что у него уже есть жена? Если это так, то он мне не нужен. Он меня совершенно не интересует.
— Матушка хотела выбрать тебе достойного, подходящего мужа. Ведь отпрыска знатных родов, со всеми из которых ты встречалась и отвергала. Вместо этого ты настояла на браке с блестящим учёным из скромной семьи! — принцесса Минхуа долгое время переживала по этому поводу. — Думаю, ты читала слишком много романтических историй. Принц Шо рассказывал мне, что у Линь Цзыкуя была жена ещё со времён его бедности. И хотя у него нет сыновей, тот факт, что он никогда её не бросал, доказывает его порядочность. Принц Шо также упоминал, что жена ведущего учёного – болезненное создание, практически на пороге смерти.
Сяо Фу распахнул дверь в боковую комнату и холодным, резким голосом спросил:
Принцесса Минхуа повернулась к нему и понизила голос:
Сяо Фу захлопнул дверь за собой.
— Она не умрёт. У неё впереди долгая жизнь.
— Откуда ты знаешь? — в один голос спросили его мать и сестра.
Сяо Фу больше не хотел это скрывать. Прислонившись плечом к двери, он приоткрыл губы и холодно произнес: