В обычных обстоятельствах, чтобы избежать любых подозрений в неподобающем поведении, Линь Цзыкуй, безусловно, отдернул бы руку и напомнил регенту о необходимости соблюдать надлежащие границы между государем и подданным на публике. Однако в этот момент он был бессилен что-либо сделать.
Письмо Линь Цзыкуя было длинным, занимало три страницы. Оно представляло собой смесь официальных дел и личных размышлений. К официальным вопросам относились незавершенные ранее реформы экзаменов для государственных служащих и просьба к Сяо Фу издать императорский указ о наборе квалифицированных врачей со всего королевства для разработки способов предотвращения эпидемии. История преподала суровый урок. Помимо нехватки лекарственных формул, существовала критическая нехватка трав. Как только чума распространилась бы, число погибших среди простого населения значительно превысило бы прежние показатели.
Линь Цзыкуй понимал ужасающую природу власти. Как легко она может определить жизнь или смерть человека, его честь или позор.
На следующий день Линь Цзыкуй встал до рассвета. Выпив накануне бокал вина, он крепко спал, хотя и не мог избавиться от мучительных кошмаров.
Линь Цзыкуй не подозревал о зарождающемся недоразумении в голове евнуха Ляна. Лян Хун, проницательный человек, просто спрятал деревянную заколку обратно в постельное белье, как и нашел ее, притворяясь ничего не знающим, хотя его взгляд на Линь Цзикуя заметно изменился.
Как только Линь Цзыкуй смягчил тон, напряженная линия челюсти Сяо Фу слегка расслабилась, хотя брови оставались нахмуренными.
Выражения лиц посланников Корё мгновенно сменились паникой. Они были в ужасе от мысли, что регент великой династии Е может прийти в ярость.
Линь Цзикуй не был так увлечён плотской близостью, как Сяо Чжао Лин. Если бы у него был выбор, он предпочитал бы проводить время, обучая его чтению, обсуждая государственные дела или отправляясь на прогулки, чтобы насладиться весенними пейзажами, полюбоваться цветами и понаблюдать за луной.
В эту осеннюю ночь ветер печально вздыхал, а лунный свет струился, словно вода. Стоя в уединенном коридоре двора, взгляд Линь Цзыкуя дрогнул, когда он посмотрел в глаза Сяо Фу, искренние и настоящие. Сяо Фу действительно ничего не боялся. Он искренне верил, что их связь – источник гордости, а не что-то, что нужно скрывать как невыразимую тайну.
Сяо Фу славился своими шокирующими и прямолинейными высказываниями. К этому принцесса привыкла еще с тех пор, как он был ребенком, поэтому ей и в голову не приходило связывать его с болезненной супругой лучшего ученого империи. Она пояснила: