Глава 6
Острое ощущение присутствие и гнетущая аура, исходящие от Сяо Фу, заставили Линь Цзыкуя напрячься, пытаясь отдышаться. Почувствовав это, Линь Цзыкуй слегка повернул голову, его рука вспотела, когда он схватил его за локоть.
— Я-я в порядке, я шел не так быстро, как ты.
Сяо Фу приподнял бровь, его пальцы легонько коснулись плеча Линь Цзыкуя. Опустив голову, Линь Цзыкуй покраснел, его плечи напряглись.
— Вторая молодая госпожа... Я имею в виду, вы женщина, а я мужчина. Ваша рука на моей руке...... это неуместно.
— Мы помолвлены, простое прикосновение между нами не должно быть проблемой. — возразил Сяо Фу на удивление приятным голосом.
Он заметил смущение Линь Цзыкуя, и ему показалось забавным, что ученый с хорошей речью может быть таким застенчивым. Наклонившись ближе, Сяо Фу уловил слабый запах лекарств, исходящий от тела Линь Цзыкуя.
— Кроме того, я выгляжу как мужчина, и ты тоже мужчина. Для мужчин нет ничего необычного в близости, не так ли?
Затем Сяо Фу протянул руку, чтобы снять повязку с лица Линь Цзыкуя, и тот инстинктивно закрыл глаза.
— Ты можешь открыть глаза. — сказал Сяо Фу.
Ресницы Линь Цзикуя задрожали.
Рука Сяо Фу нежно накрыла его ресницы, отбрасывая тень на лицо.
— Линь Лан, я прикрою тебя от света.
Линь Цзыкуй не осмеливался открыть глаза, отвернув лицо.
— Вторая молодая госпожа, почему вы хотите, чтобы я открыл глаза?
— Конечно, чтобы посмотреть на меня.
Линь Цзыкуй был совершенно сбит с толку, не зная, куда спрятаться, его язык заплетался.
— Вторая молодая госпожа, вы еще не замужем, это... это неуместно!
— Что в этом неуместного? Рано или поздно мы поженимся. — сказал Сяо Фу самым непринужденным тоном. — Муж Линь, ты будешь смотреть или нет?
Было так сложно надеть этот женский наряд. Он просто не мог не смотреть!
— ...Хорошо, я посмотрю, я посмотрю
Линь Цзыкуй, не привыкший к яркому свету, медленно открыл глаза. Действительно, он почувствовал, что рука Сяо Фу заслоняет большую часть солнечного света. Он поднял веки и посмотрел на Сяо Фу.
Сегодня вторая молодая госпожа была одета не как мужчина, а как женщина. Ее черные волосы плавно струились по плечам, черты лица были четкими и красивыми, а глаза – ослепительными и пленительными. Она напоминала священный образ Гуаньинь, несомненно, самую красивую женщину, которую Линь Цзыкуй когда-либо видел.
Он не посмел обидеть ее, бросил всего один взгляд, и он снова закрыл глаза, его лицо покраснело.
— Я посмотрел на вторую молодую госпожу. Мне все равно нужно возвращаться к учебе. Пожалуйста, отпустите меня.
Сяо Фу ответил не сразу, вместо этого он внимательно изучал его смущенное выражение лица с легкой улыбкой в глазах.
— Линь Лан, тебе показалось, что я хорошо выгляжу, когда ты только что посмотрел на меня?
— ...Д-да, вы выглядите хорошо.
Линь Цзыкуй замешкался, опустив голову, внезапно вспомнив, что говорила его мать о тысячелетнем духе лисы, который соблазнял ученых. Повернув голову, он увидел, что его собственный слуга смотрит на вторую молодую госпожу, разинув рот, казалось, совершенно загипнотизированный. Дрожь пробежала по спине Линь Цзыкуя.
— Вторая молодая госпожа, на этот раз вы пришли в храм из Цзиньлина одна, чтобы помолиться? — осторожно спросил он.
— Разве ты не видел, что я привел с собой охрану? — ответил Сяо Фу.
Но все эти охранники были мужчинами. Как она, женщина, могла чувствовать себя комфортно?
Могло ли быть так, что эти мужчины были вовсе не охранниками, а душами, которых она заманила в ловушку?
Линь Цзыкуй не был непочтителен к духам и демонам; он верил в такие вещи. Вспомнив, как она застала его врасплох ранее, он почувствовал внезапную панику и заколебался.
— Если Зал Гуаньинь действительно существует, посещала ли его вторая молодая госпожа? Если нет, то, возможно... Я мог бы отвести вас туда.
— Я был там несколько дней назад, больше не пойду. — ответил Сяо Фу, возможно, догадываясь, о чем он думает, и собираясь рассмеяться. — Линь Лан, ты живешь в Зале Очищения Сердца? Если ты не видишь... Я пойду с тобой.
Услышав ее уклончивый ответ, сердце Линь Цзыкуя внезапно екнуло.
— Не нужно, вторая молодая госпожа. Мой слуга проводит меня обратно. — вежливо отказался он.
Наконец, Мо Лю, который до этого не мог произнести ни слова, получил возможность заговорить. Заплетающимся языком он пробормотал:
— Д-да, я, я провожу молодого господина обратно.
От Сяо Фу было не так-то легко отделаться, когда он последовал за ними.
— Линь Лан, если у тебя проблемы со зрением, как ты учишься?
— Мо Лю читает для меня. Он читает вслух, а также помогает мне писать. — объяснил Линь Цзыкуй, протягивая руку, чтобы написать что-то на ладони Мо Лю, пока тот говорил.
— Вторая молодая госпожа, возможно, вы не знаете, но мой молодой господин – одарен умом. У него с детства необыкновенный талант. Мне нужно только один раз ему кое-что прочитать, и он все запомнит. — Мо Лю пощупал надпись на своей ладони.
— Мо Лю. — прервал его Линь Цзыкуй, слегка кивнув.
— О, — едва слышно произнес Сяо Фу. Его тон был дразнящим. — Он действительно настолько талантлив?
— В этом нет ничего необычного. Вторая молодая госпожа, пожалуйста, не слушайте чепуху моего помощника. — махнул рукой Линь Цзыкуй.
Мо Лю только что понял, что происходит. Этот «Дух Лисы в красном» был не демоном, а второй молодой госпожой Сяо. Когда Линь Цзыкуй указал рукой на слово «храм», это означало, что они направляются в главный зал.
Неужели Линь Цзыкуй тоже подозревал ее в том, что она демон?!
Мо Лю не мог скрыть своего беспокойства. Через мгновение он уже не осмеливался говорить небрежно, направляя их в сторону зала Гуаньинь.
Сяо Фу заметил, что с этим маршрутом что-то не так.
— Мы идем в главный зал? — спросил Сяо Фу.
— ...Да, я кое-что потерял, и мне нужно забрать это. — объяснил Линь Цзыкуй.
Сяо Фу не обратил на это особого внимания, последовав за ним в зал Гуаньинь. Линь Цзыкуй искоса взглянул на статую Гуаньинь, наблюдая, как тот смотрит на нее. Огромная тяжесть свалилась с его сердца. Он выругал себя за нелепость, заподозрив вторую молодую госпожу Сяо в том, что она демон! Он чувствовал, что заслужил пощечину, даже проснувшись посреди ночи, он должен был дать пощечину самому себе! Каким глупцом он был!
— Линь Лан, что ты хочешь получить в зале Гуаньинь? — спросил Сяо Фу.
Линь Цзыкуй отвел взгляд и, заикаясь, пробормотал:
— Я... я здесь, чтобы помолиться Гуаньинь...
— Я молился об успехе, теперь я хочу помолиться о...
Линь Цзыкуй мог только кивнуть и признать это. Он опустился на колени на подушку, кланяясь и низкопоклонничая, поднося благовония. Но Сяо Фу не молился. Когда он встал, Сяо Фу снова спросил:
— Линь Лан, ты молишься о нашем браке?
Линь Цзыкуй действительно молился об этом.
Поскольку этот брак был неизбежен, и у него не было причин для сожалений, все зависело от другой стороны. Итак, он поклялся перед Гуаньинь: «Если вторая молодая госпожа Сяо согласится выйти за меня замуж и стать моей женой, я не подведу вас в этой жизни. Как только я произнесу это, оно станет неизменным, как золото. Если я нарушу эту клятву, то столкнусь с бесконечными бедствиями и божественной карой!»
Сяо Фу, не знавший о прямолинейности этого ученого, был удивлен его торжественной клятвой. Когда Линь Цзыкуй уже собирался переступить порог, Сяо Фу схватил его за руку и сказал:
— Осторожно, здесь порог. — как только они вышли из главного зала, он, понизив голос, ответил: — Линь Лан и я разделяем взаимные чувства. Как мог наш брак не состояться?
— Вторая молодая госпожа Сяо... Я... я чувствую то же самое.
Линь Цзыкуй застенчиво взглянул на нее, и его щеки вспыхнули, когда он понял, что попался. Сяо Фу нашел его покрасневшие щеки очаровательными, почувствовав, как тронулись струны ее сердца. Этой молодой госпоже из семьи Сяо повезло выйти за него замуж. Но теперь...
Должен ли он действительно похитить его?
Эта мысль пришла ему в голову лишь на мгновение.
Сяо Фу знал свой собственный темперамент. Он не мог долго сохранять интерес к чему-либо. Его недолгое увлечение Линь Цзыкуем, скорее всего, пройдет самое большее через семь дней.
Получив подтверждение от Мо Лю, что Сяо Фу не демон, и увидев ее неземную красоту в сочетании с ее привязанностью к Линь Цзыкую, он стал более дружелюбным и открытым. Он ответил на все вопросы Сяо Фу.
— Если настанет день, когда ты не сможешь говорить, твой молодой учитель не сможет учиться? — спросил Сяо Фу.
— Просто... — Мо Лю собирался ответить утвердительно, но вдруг вспомнил кое-что и покачал головой. — Врач сказал, что состояние глаз моего молодого господина не является серьезным. Если он сократит чтение и будет больше времени проводить на свежем воздухе, его состояние улучшится. Пока что я читаю ему, и этого достаточно. К следующей весне, когда начнутся императорские экзамены, его зрение должно восстановиться настолько, чтобы он смог сдать экзамены.
Сяо Фу взглянул на молчаливого Линь Цзикуя и спросил:
— Мо Лю, у твоего молодого господина есть девушка, которая ему нравится?
— Мой молодой господин всегда думал только о том, чтобы жениться на вас, вторая молодая госпожа. Он много раз упоминал об этом по дороге в Цзиньлин. — немедленно ответил Мо Лю.
Линь Цзыкуй не удержался и сжал его руку.
— Вторая молодая госпожа, простите меня. Мо Лю молод и склонен нести чушь. Он не хотел вас обидеть. — извиняющимся тоном сказал он.
— Когда Линь Лан говорит, что он несет чушь, означает ли это, что у него нет намерения жениться на мне?
— Нет, нет, я не это имел в виду!
Линь Цзыкуй, казалось, не находил слов, его лицо покраснело, и он, заикаясь, пробормотал:
— Я имел в виду...... Я всего лишь выпускник, как я могу быть достоин второй молодой госпожи?
Сяо Фу тепло улыбнулся, его аура доминирования и агрессии рассеялась. С дразнящим блеском в его лисьих глазах, его присутствие было нежным, как весенний ветерок, когда он сказал:
— Я нахожу Линь Лана довольно красивым, и мне очень нравятся ученые, обладающие знаниями.
Линь Цзыкуй встретился с ним взглядом, чувствуя себя так, словно его сварили заживо, все его тело обдало жаром.
— Вторая молодая госпожа.... Вы оказываете мне честь.
Неподалеку, бок о бок на покрытой синей плиткой красной стене, сидели два человека, один выше другого. Тот, что пониже, грыз грушу и невинно спросил:
— Брат У, наш господин, он действительно собирается жениться?
— Наш господин немного игривый, но на этот раз он играет с чем-то новым.
Указав на этого человека, Цзиньцзунь спросил:
— За те семь лет, что господин провел на северном перевале, ты когда-нибудь видел такого утонченного и элегантного ученого? — спросил Юаньу.
— Держи это при себе! Этот вопрос мы не можем открыто обсуждать при дворе. Если об этом станет известно, кто знает, как другие воспользуются этим! Господин уже перенес достаточно обид, ты понимаешь? — утихомирил его и предупредил Юаньу.
— Я понимаю. Я оставлю это при себе. — не совсем понял, но все же ответил Цзиньцзунь.
Сяо Фу проводил Линь Цзыкуя до входа в Зал Очищения Сердца. Линь Цзыкуй предложил:
— Может, мне попросить Мо Лю проводить вторую молодую госпожу сопроводить обратно в Восточный гостевой зал?
— Молодой господин, не стоит ли нам пригласить вторую молодую госпожу ненадолго? — прошептал Мо Лю.
— Что прилично для неженатых мужчины и женщины? — голос Линь Цзыкуя стал еще тише.
Сяо Фу не смог сдержать смеха.
Когда-то, при дворе, Сяо Фу получал удовольствие от словесной расправы с чересчур утонченными учеными, наблюдая, как они краснеют и заикаются от гнева, и находя это вполне удовлетворительным. Но сейчас, наблюдая за Линь Цзыкуем, он не мог отделаться от ощущения, что не все ученые вызывают раздражение.
Линь Цзыкуй попросил Мо Лю проводить его обратно, и вскоре Мо Лю вернулся, бережно держа в руках корзину с виноградом.
Линь Цзыкуй внимательно осмотрел его. Каждая виноградина была прозрачно-зеленой и блестела капельками росы. Он никогда раньше не видел такого изысканного винограда!
В Цзиньлине он может стоить один или два золотых!
— Вторая молодая госпожа попросила меня передать это вам. Она также угостила меня чашечкой чая. — объяснил Мо Лю.
Указывая на него, Линь Цзыкуй увещевал:
— Мо Лю, Мо Лю, как ты мог принимать подарки от других! Ты такой обжора.
— Я, я... я не мог отказать в любезном жесте второй молодой госпожи. Кроме того, кажется, вы понравились ей с первого взгляда. Принимая ее подарок, я отвечаю взаимностью на ее добрую волю. Вы можете отправить ответный подарок в знак благодарности, и благодаря этому обмену ваши отношения, несомненно, станут еще лучше!
Несмотря на свой юный возраст, Мо Лю довольно много узнал о человеческих взаимоотношениях и этикете в Академии префектуры Интянь. Он понимал принципы взаимности и взаимоуважения.
— Чернильные сокровища, которые вы хотели подарить господину Сяо в прошлый раз, разве они не идеально подошли бы для второй молодой госпожи? Эти картины – ваше самое ценное достояние. — подбодрил он своего молодого господина.
— Мои картины... Забудь об этом.
Линь Цзыкуй не хотел расставаться с ними. Его кошелек был туго набит, и у него был только кулон из зеленой сосны, оставшийся от его матери, который был ценной семейной реликвией. Его мать сказала, что он предназначался его будущей жене. Линь Цзыкуй снял кулон и, держа его на ладони, долго рассматривал. Вторая молодая госпожа оказалась совсем не такой, как он себе представлял. Она не была похожа на традиционную молодую госпожу; напротив, она была игривой, дразня его, как игривая кошка.
Он действительно понравился ей?
Линь Цзыкуй тут же взял бамбуковую корзину, приподнял дверную занавеску и направился прямиком в Восточный гостевой зал.
Во дворе Восточного гостевого дома маркиз Сяо сидел на качелях под деревом, держа в руках стопку разных книг, и отправлял в рот виноградины. Он не чувствовал вкуса, он просто наслаждался ощущением сочащегося сока.
Тем временем Юаньу отрабатывал удары по пню, оставляя на нем вмятины с каждым ударом. Цзиньцзунь повис вниз головой на карнизе, тренируясь, но ему это наскучило, и он спрыгнул вниз, устроившись на плече у маркиза Сяо, спросив:
— Нет, Цзиньцзунь. Ты выяснил то, о чем я тебя просил?
— Да, господин прав. Старый даос на заднем дворе. С ним опытные охранники.
— Он заметил тебя? — медленно спросил Сяо Фу.
— Нет, он не заметил. Старый даос просто медитировал, повторял мантры, время от времени заходя в кабинет. Я искал то, что вы хотели, но не смог найти. — покачал головой Цзиньцзунь.
— А как же прическа, которую ты должен был освоить? Какой смысл держать вас троих, если никто из вас не может сделать даже простую прическу?
Линь Цзыкуй прошел в переднюю часть Восточного гостевого зала, через ворота внутреннего двора, и увидел молодого человека, который крутился вокруг второй молодой госпожи и что-то шептал ей на ухо.
Они казались близкими друзьями, а не господином и слугой.
Молодой человек даже протянул руку, чтобы погладить волосы второй молодой госпожи.
Линь Цзыкуй на мгновение замер, затем наклонился вперед, чтобы получше разглядеть ее. В нерешительности он наступил на ветку, заставив Юаньу повернуть голову и спросить:
У Линь Цзыкуя не было времени убежать, поэтому в панике он смог только поспешно схватить в ладонь амулет мира из зеленой сосны, спрятанный в бамбуковой корзинке.
Услышав голос, Сяо Фу оглянулся.
Линь Цзыкуй твердым голосом протянула корзину с виноградом Юаньу.
— Доброта второй молодой госпожи слишком ценна. Я не могу принять ее безосновательно.
Он не взглянул на Сяо Фу, просто быстро отдал его и ушел. Он не обращал внимания на дорогу и споткнувшись, упал. Он неловко поднялся, прихрамывая на ходу. Когда Мо Лю погнался за ним и увидел, что он упал, он поспешно помог ему подняться.
Юаньу постоял немного позади, затем положил виноград на стол.
Сяо Фу спокойно сказал «О», как будто ему было все равно, и он даже не оглянулся.
В корзине с виноградом также было несколько больших и круглых апельсинов, которые вернул Линь Цзыкуй. Чувствуя себя скромным, Линь Цзыкуй испытывал смешанные чувства. Неподалеку даос Лин Юань, случайно проходивший мимо, увидел хромающего Линь Цзыкуя и решил позже передать ему какое-нибудь лекарство. Вернувшись в Зал очищения сердца, Линь Цзыкуй взял книгу и попросил Мо Лю почитать. От чтения у Мо Лю пересохло в горле. Измученный, он заснул с наступлением темноты. Линь Цзыкуй увидел, что он свернулся калачиком и спит, поэтому он принес миску с углями, чтобы согреть его у кровати.
Почувствовав ночную прохладу, Линь Цзыкуй завернулся в одеяло, взял лампу и наклонился поближе, чтобы продолжить чтение. Пламя свечи отбрасывало длинную тень на его утонченный профиль. За окном деревья мягко покачивались в лунном свете. Лампа в его комнате погасла только после полуночи.
На следующее утро Линь Цзыкуй толкнул дверь и увидел на полу коробку с обычной мазью от ушибов и ранений, на поверхности которой выступили капли росы. Он наклонился, чтобы поднять его, выражение его лица было ошеломленным, и посмотрел в сторону Восточного гостевого зала.
Оказалось, что его неловкое падение привлекло внимание второй молодой госпожи.