пик сышэн – модель диюя
Митбан использует культуру и мифологию Китая не только как фон, но тесно вплетает ее в свои произведения и само устройство мира, места, где происходят события и даже самих действующих персонажей. Хочется подробно поговорить о Пике Сышэн.
Само название школы является практически прямой отсылкой на ад, Диюй, а точнее, на пограничную зону между миром живых и миром мертвых.
Кроме того, Пик Сышэн единственная школа, расположенная в нижнем царстве. Это интересный прием, который раскрывается нам на протяжении всего чтения новеллы. Вся архитектура на Пике является некой проекцией на само устройство ада. Сама же Митбан в тексте называет это признаком дурновкусия.
Если же взглянуть на Пик Сышэн с его кучей странных названий, которые иначе как образцом дурновкусия не назовешь. – глава 7.
Темная комната, где ученики должны были размышлять над своими ошибками, носила имя Зал Яньло – в буддизме так называется зал, в котором владыка ада Яма судит души умерших. Именно там, Чу Ваньнин, приняв наказание за своеволие, простоял семь дней на коленях. Он требовал исполнение правил наравне со всеми, хотя старейшины говорили, что это не обязательно.
Мост, соединяющий учебные корпусы с жилой зоной, прозвали Мост Найхэ – карающий мост или мост беспомощности — мифологический мост между миром живых и мертвых. Там Чу Ваньнин укрывает золотым барьером учеников других старейшин от дождя, не имея возможности сказать, что это он, ведь его просто не примут, а сами ученики считали, что это сделал старейшина Сюаньцзи и благодарили его. Чу Ваньнин там же укрывает зонтом маленького Ши Мэя, который практически стал его погибелью и потом действительно погубил его любимого человека. Мост становится местом, где переплетаются судьбы, а беспомощность исходит из неспособности быть понятым и признанным.
Столовая именовалась Зал Мэнпо – Мэнпо богиня, готовящая суп забвения. богиня подает суп на Мосту Найхэ. Интересно, что Мо Жань, когда ищет душу Чу Ваньнина, приходит к мосту, но там оказывается чужая душа, а оттуда идет в Зал Мэнпо, где как раз и находился его учитель. Душа Ваньнина, должная уже выпить суп забвения, все еще была в месте, где происходили судьбоносные события, но не может узнать Мо Жаня, а он не может разбудить учителя и его воспоминания.
В оговоренное время этот бедный монах на бамбуковом плоту будет ждать у моста Найхэ. Недалеко от него, ниже по течению, есть место, где бурный горный поток впадает в желтую реку загробного мира. Бамбуковый плот поможет перевезти человека и найденную им душу в Призрачное Царство. – глава 103.
Желтая река, она же означает загробное царство, как правило располагается у основания реки, выходящей из склона горы. В новелле упоминался Склон Сыгуй, который отделял мир живых, смертных, от мира мертвых – Призрачного Царства.
Павильон Алого Лотоса, ученики называли это прекрасное место адом алого лотоса – самый глубокий уровень ада, где души вечно страдают от лютого холода, где тела грешников разваливаются или разрываются на куски (то же есть и в Нараке – восемь холодных адов). Чу Ваньнина все считали бесчувственным и холодным, он сам от этого страдал и ничего не мог сделать. Хотя сама Митбан обошлась с Чу Ваньнином еще более изощренно, чем тело Ваньнина после смерти просто развалилось бы на куски – Мо Жань своей духовной силой держал тело учителя в нетленном состоянии, но именно его душа, хоть он и не хотел признавать этого в силу проклятия, разрывалась на куски от того, что настолько важный ему человек мертв и он остался в этом мире один.
В контексте развития темы ада, интересны еще фигуры Чу Ваньнина и Мо жаня. На протяжении всей новеллы Ваньнина сравнивают с котом. Это связано не только с его характером, но еще тем, что в китайской культуре коты являются защитниками от злых духов. Чу Ваньнин всегда защищал Мо Жаня, даже принял на себя удар от призрачной покровительницы браков. Еще фигуру Ваньнина можно рассматривать, как судью в аду, проводника-наставника, который ведет грешную душу и помогает ей очиститься, стать лучшей версией себя. И этой грешной, заблудшей душой, полной ненависти и боли, в новелле становится Мо Жань. Чу Ваньнин пытается не просто исправить его или слепить хорошего человека, ведь от природы дурной характер не поддается исправлению, но он помогает пройти Мо Жаню персональный ад, осознать грехи и ошибки, чтобы принять их, искупить и не бежать от того, кто он есть. их связь тяжела и мучительна, но необходима. Чу Ваньнин был строгим, порой жестоким, но справедливым проводником на пути становления личности Мо Жаня.
Еще сам Мо Жань, а точнее Тасянь Цзюнь, был карателем на одном из восемнадцати уровней ада. Есть пытки, связанные с огнем, там грешники поджариваются или варятся в масляных котлах. Именно Тасянь Цзюнь потребовал бросить Императрицу в котел и зажарить ее в масле живьем. В концепции буддистского ада (Нарака, тот же Диюй), есть восемь горячих адов, как в случае с холодным адом, самый низший уровень является наиболее жестоким. В Авичи Нараке люди жарятся в непрекращающемся огне. Туда попадают те, кто славится безнравственностью и поощряют злобу, преступность и жадность. Сун Цютун была женщиной падкой до власти, она выживала как могла и пользовалась своим положением, за что жестоко поплатилась.
Таким образом, Пик Сышэн был не просто бедной школой с главами, у которых был крайне дурной вкус, а хорошо организованной системой ада, где герои проходят свой путь, состоящий из искупления или наказания за грехи. Основная часть сюжета сосредоточена на Пике Сышэн и там происходят судьбоносные события, которые в итоге раскрывают суть искупления, силы и любви, которые выведут душу из ада, ведь все таки Мо Жань, встретив Чу Ваньнина под Пагодой Тунтянь, все же смог потом достучаться до небес и обрести спокойную, мирную жизнь с любимым человеком. Они смогли выйти из цикла страданий, обретая настоящий рай.