Вρᥱⲙᥱннᥲя ᥰᥱᴛ᧘я
За окном стоял тёмный летний вечер. Шёл дождь, с грохотом сбрасывая капли на землю. Ярик смотрел на него и пытался вспомнить, который раз он застаёт эту обстановку... Сорок второй или уже шестидесятый? Парень уже сбился со счета.
Внутри у него все сжималось с каждым разом. Ему было страшно. Последние круги стали для него персональным адом, потому что каждый раз этот день обрывался одинаково. Ярик помнил всё. Помнил, как в первые разы Руслан психанул, ушел, и его на перекрестке снес грузовик. Помнил, как пытался запереть его дома, как крал ключи, как умолял остаться, как швырялся под колеса сам, надеясь переписать этот финал. Но самое жуткое было в другом: даже когда Ярику удавалось удержать Руслана рядом и спасти от аварии, ровно в 00:00 ночи мир вокруг просто стирался. Стрелки часов смыкались на двенадцати, Руслан исчезал прямо посреди фразы, а Ярик в ту же секунду просыпался в семь утра в своем чертовом четверге.
Они просто не успевали. Время обнуляло всё, не давая им шанса. И только сейчас до наглого уличного пацана наконец-то дошло. Дело было не в машинах. Их держало здесь то, что они так и не высказали друг другу.
— Я просто не понимаю твоего пофигизма, Яр, — Руслан устало потер переносицу. Его голос звучал спокойно, но в нем чувствовалось глухое, выматывающее разочарование. — Мы топчемся на месте. Я так больше не могу. Мы просто мучаем друг друга.
Руслан собрался уйти. Всё шло по привычному, смертельному сценарию.
Ярик бросил взгляд на настенные часы. 23:45. Осталось всего пятнадцать минут до того, как реальность снова схлопнется и обнулится.
— Сядь, — негромко, но на удивление жестко сказал Ярик, перехватив Руслана за запястье прямо у прохода.
Пальцы Ярика дрожали от подступающей паники, но держали намертво.
Руслан замер, недоуменно вскинув брови. Обычно Ярик в этот момент либо орал в ответ, либо хлопал дверью первым.
— Чего? — переспросил Руслан. — Ярик, пусти, я не хочу говорить.
— Сядь обратно, Русь. Пожалуйста, — Ярик поднял на него глаза, и Руслан осекся — столько взрослой, невыносимой боли он в жизни не видел в глазах своего парня-раздолбая.
— Я столько раз смотрел, как ты погибаешь, Руслан. Столько раз пытался спасти твою шкуру, а когда спасал — ровно в полночь всё просто исчезало. Кончай этот цирк, у нас осталось меньше пятнадцати минут.
Руслан медленно опустил сумку на диван. На его лице отразился дикий шок. Наконец-то его привычная собранность дала трещину.
— Значит... ты тоже это помнишь? — глухо произнес Руслан, присаживаясь обратно, пока стрелка часов неумолимо ползла дальше. — Я думал, у меня крыша поехала. Я просыпаюсь и помню, как мы сидим тут, разговариваем, а потом в двенадцать ночи темнота…
— Да потому что мы оба дебилы, Русь! — Ярик устало выдохнул. На часах уже было 23:50. — Мы застряли, потому что ты постоянно пытаешься всё контролировать, а мне надоело каждый раз думать, что я сделал не так и гадать почему ты обиделся. Нас заперло в дне, когда мы окончательно решили расстаться. Время просто сошло с ума от нашей недосказанности и обнуляет нас каждый раз, когда мы не успеваем договорить нормально!
Руслан нахмурился, его взгляд метнулся к циферблату. 23:53. Семь минут.
— Я пытаюсь контролировать, потому что уберечь тебя хочу, Ярик, — быстро, отбросив всю свою скрытность, заговорил Руслан. — Ты вечно влипаешь в истории. Мне кажется, что если я отпущу контроль хотя бы на день, ты разрушишь свою жизнь. И наши отношения заодно. А я... я просто боюсь, что если перестану за всё отвечать, то стану тебе не нужен. Ты весь такой свободный. Я думал, если я буду решать все проблемы, ты останешься со мной.
Ярик слушал его, а внутри всё сжималось от ужаса. На часах вспыхнуло 23:57. Слишком мало времени, они опять не успевают, сейчас всё снова оборвется!
— Ну ты и тормоз, Руся, — Ярик резко подался вперед через стол, хватая Руслана за куртку, притягивая к себе. Из глаз Ярика всё-таки покатились слезы отчаяния.
— Мне твой контроль нахрен не сдался! Но ты мне нужен сам по себе. Со всеми твоими заморочками. Я ценю, что ты заботишься, правда. Но давай ты снизишь планку? Позволь мне иногда косячить, это нормально. Я люблю тебя, слышишь?
Руслан перехватил его руки, его дыхание сбилось. Он посмотрел на часы над стойкой. 23:59. Секундная стрелка неумолимо приближалась к роковой отметке. Оставалось пять секунд. Четыре. Три.
— Я тоже люблю тебя, Яр, — выдохнул Руслан, крепко сжимая его ладони. — Я попробую. Обещаю, я ослаблю хватку...
Секундная стрелка со щелчком встала ровно на 00:00.
Ярик зажмурился, приготовившись к привычной вспышке темноты и звуку утреннего будильника. Сердце замерло в груди, ожидая очередного сброса.
Прошла секунда. Две. Пять.
Темнота не наступила. Ярик медленно открыл глаза. Они всё еще сидели в кофейне, Руслан всё так же крепко держал его за руки, испуганно глядя на настенные часы.
Секундная стрелка... сделала шаг дальше. А за ней минутная лениво переползла вперед.
Экран телефона Ярика тихо мигнул, отобразив на дисплее: 00:01. Пятница.
Мир не обнулился. Они успели.
Ярик судорожно выдохнул, и из его груди вырвался полузадушенный то ли смех, то ли плач. Он перелез через стол, прямо на диванчик к Руслану, и намертво вцепился в него, утыкаясь носом в шею. Руслан хрипло рассмеялся от дикого облегчения, обнимая своего раздолбая в ответ так сильно, что хрустнули ребра.
— Мы успели, Яр... — прошептал Руслан, целуя его в макушку. — Время пошло.
— Успели, — выдохнул Ярик, зарываясь пальцами в его волосы. — Больше никаких двенадцати часов. Погнали домой, Русь.