Резонансная страсть. Часть 1. Глава 26.
Тот факт, что Зеро сказал «мы», подразумевал, что в деле участвовало несколько Беспризорных Омег.
— Как вы, возможно, знаете, большинство Беспризорных Омег рождаются в борделях, где их омега-природа эксплуатируется ради прибыли. Многие из них никогда не видят мира за пределами квартала красных фонарей, прежде чем умрут. Суровые условия жизни и работы часто приводят к преждевременной смерти. Для них мир был враждебен с момента рождения».
Казуса, сам лечивший нескольких Беспризорных Омег, глубоко понимал эту реальность.
— В этом здании живут «Беспризорные Омеги», которым больше некуда идти. Их обстоятельства разные. Некоторые сбежали после конфликтов с владельцами борделя, другие — от жестоких клиентов или преследователей. Есть и одинокие матери с детьми, которым больше некуда обратиться. У каждой своя причина оказаться в «RARITY». Некоторые пришли, услышав слухи, других привели нынешние обитатели. А в некоторых случаях я пригласил их лично. Как и тебя.
Казуса кивнул, подтверждая это.
— Со второго по седьмой этажи этого здания занимают жилые помещения. На втором и седьмом этажах по две квартиры, а на третьем-шестом — по три, всего шестнадцать комнат. Большинство — одноместные. Но для семей с детьми у нас есть более просторные семейные номера. Количество жильцов меняется в зависимости от времени. Но сейчас здесь четырнадцать человек, включая меня. Один из них — ребёнок. С вашим сегодняшним заселением общее число составит пятнадцать. Первый этаж — это общее пространство для жильцов. Там находится большая кухня в общей зоне и тренажерный зал для персональных тренировок.
Итак, чёрная дверь, которую Казуса заметила рядом с лифтом, вела в эти общие помещения.
— Большинство жильцов «RARITY» работают в подземном зале и зарабатывают там на жизнь. Кстати, зал только для членов клуба и только по предварительной записи — никаких сексуальных услуг не предлагается. Есть ещё вопросы? — спросил Зеро, взглянув на Казусу.
Казуса попытался обработать всю информацию и тщательно её резюмировал.
— Так… по сути… это приют для беспризорных омег?
Приют — обычно это учреждение, защищающее жертв домашнего насилия, жестокости или преследования. Существовали и государственные приюты, но были и частные.
— Это одновременно и приют, и сообщество, помогающее беспризорным омегам стать самодостаточными. Изначально я построил «RARITY» как временное убежище. Но некоторым здесь так комфортно, что они остаются дольше. Например, Сервал, чьи раны ты лечил, живёт здесь уже почти два года. Хоук, который помог тебе переехать, — самый старший и моя правая рука, который помог мне основать «RARITY».
Казуса невольно задал вопрос, который естественным образом возник у него в голове:
— Зачем ты так старался, чтобы их поддержать?
Слова просто вырвались. Он помедлил, прежде чем задать ещё один вопрос:
— Может быть… ты тоже беспризорный омега?
На мгновение Зеро выглядел удивлённым. Но затем он покачал головой.
— Нет… Но в моей семье был омега. Это дало мне некоторое представление о том, насколько сложной может быть их жизнь, хотя я знаю, что никогда не смогу понять это до конца. Любой, кто не имеет непосредственного отношения к этому и утверждает, что «понимает», был бы высокомерен, — сказал Зеро тихим, задумчивым голосом, нахмурив брови.
— Только когда я начал жить в центре города и напрямую общаться с беспризорными омегами, я по-настоящему понял их трудности. До этого у меня были лишь академические знания из книг, где упоминалось, что «у небольшого числа людей нет национальных удостоверений личности». Я думал, что понимаю, но всё это было весьма поверхностно.
Наблюдая, как на мгновенье мука омрачила прекрасное лицо Зеро, Казуса почувствовал, как сжалось его сердце.
Как врач, Казуса всегда хотел сделать всё возможное, чтобы помочь тем, кто не имеет доступа к обычной медицинской помощи. Но, оглядываясь назад, он понял, что его сочувствие было несколько поверхностным. Только став омегой сам — пусть и обычным — он смог по-настоящему понять их трудности.
— Узнав о суровых реалиях жизни беспризорных омег и о том, как они оказываются вне системы социальной защиты страны, я задумался, что я могу для них сделать.
— Значит, ты подумал об этом… и создал это место?
Зеро действовал по принципу: если правительство этого не сделает, я сделаю это сам. Он купил здание, обеспечил жильём и работой, и поддержал независимость бродячих омег. Одно дело говорить о таких действиях, но совсем другое — и делать это в таком юном возрасте.
Зеро оказался совсем не тем легкомысленным «Королём Ночи», каким его представлял Казуса. Он стыдился своих прежних предположений. За этой ослепительной внешностью скрывался человек, движимый сильным чувством цели. Эта же решимость, должно быть, побудила Зеро помочь Казусе, когда тот узнал о его проблемах, не желая закрывать на них глаза.
Казуса был ошеломлён, поражённый разительным контрастом между своим поверхностным взглядом на мир и глубиной характера Зеро.
— Вернёмся к сути — поскольку это место служит этой цели, я не беру арендную плату с жильцов «RARITY». И поэтому вы тоже не будете платить.
— Вы ни с кого не берёте арендную плату?
— Я хочу, чтобы они быстро накопили деньги и стали независимыми. Так что на этом наш разговор заканчивается.
Было ясно, что Зеро не хотел тратить больше времени на эту тему.
— Что ещё важнее? — повторил Казуса. Внезапно осознав, что Зеро стоит прямо рядом с ним, Казуса удивлённо вздрогнул.
Прежде чем он успел инстинктивно отступить, Зеро схватил его за предплечье.
— Ах! — вскрикнул Казуса, слегка подпрыгнув. По телу пробежала дрожь от прикосновения Зеро.
— Стой…! — попытался возразить Казуса. Но прежде чем он успел отпустить руку Зеро, тот отпустил его.
— Что ты делаешь?! — вскрикнул Казуса, массируя всё ещё покалывающее предплечье и отступая от Зеро. Его сердце бешено колотилось, и пот лился ручьём.
Зеро же слегка нахмурился, глядя на свою ладонь. Через мгновение он медленно сжал кулак.
— …Значит, все так, как я и думал.
Казуса, всё ещё настороженный, резко ответил:
— Что значит «как ты и думал?!»
— Когда мы прикасаемся друг к другу, у тебя начинается течка.
Казуса ахнул. Учащённое сердцебиение, обильное потоотделение, быстрый пульс, жар, исходящий от его лица — всё это соответствовало симптомам двух предыдущих течек, которые он пережил.
— Но… я принимаю подавляющие препараты, — пробормотал Казуса.