Притворяясь милым Омегой. Fake sweet Omega. 僞裝甜О (Глава 4)
В группе WeChat [Долг отца, оплачивается сыном] [Стальные Зубы] отметил [Большой брат Цзян]:
[Отчитываюсь боссу, я точно определил местоположение Доу Мина!]
Цзян Ван взглянул на свой телефон, а затем на Доу Мина, который все ещё ел, сидя напротив него за тем же столом.
[Стальные Зубы] радостно отправил координаты Доу Мина.
Цзян Ван ответил с улыбкой эмодзи:
[Стальные Зубы] дрожали, когда он писал [Одноглазому дракону] в частном порядке:
[Дракон, почему Большой Брат Цзян посылает смайлики, как моя мама? Это ужасно. Это «спасибо» больше походило на сарказм!]
[Одноглазый дракон], находившийся в это время под машиной, пытаясь поймать толстого рыжего кота, ответил:
[Будьте уверены. Удалите «больше походило на» — он определённо издевается над тобой.]
Цзян Ван отметил [Одноглазого дракона]:
[Одноглазый Дракон] сразу же ответил:
[Хорошо. Отпустите его возле школьной столовой. Спасибо.]
Он молча взглянул на толстого рыжего кота.
Кот выпустила мягкое «мяу» и отступила назад, полоснул его по руке когтями.
[Стальные Зубы], все ещё чувствуя себя удручённым, получил личное сообщение от [Одноглазого дракона]:
[Хватит плакать, иди помоги мне поймать этого кота!]
Цзян Ван, не обращая внимания на то, что два его верных приспешника в настоящее время дрожат под острыми когтями толстой кошки, был занят составлением своего плана:
Шаг первый, скинуть с хвоста Чжоу Куя.
Шаг второй, прогуляться после обеда с Доу Мином.
Шаг третий, удобно по пути встретить робкую бродячую кошку. Он, будучи добросердечной, ангельской фигурой, мягко подходит, зовёт кота по имени и кормит его кошачьим кормом, который он всегда носил с собой. Мгновенно он бы купался в небесном сиянии, а Доу Мин влюбился бы в него на месте и стал его верным последователем, стремящимся каждый день предлагать свои феромоны...
Потерявшись в своих мечтах, Цзян Ван не мог не посмеяться вслух.
Чжоу Куй махнул рукой перед лицом Цзян Вана.
Цзян Ван вернулся к реальности.
Чжоу Куй посмотрел на него с беспокойством.
Цзян Ван взглянул на свою тарелку. Свиная рулька давно исчезли, а на тарелке осалось только несколько паровых овощей, поэтому он решительно сказал:
Чжоу Куй слегка нахмурился при виде оставшихся овощей.
Затем он подхватил свои палочки с сердечным смехом.
— Если ты не можешь закончить, я съем для тебя. Разве не в этом суть кампании «чистой тарелки»?
Цзян Ван быстро прикрыл свою тарелку рукой.
— Нет необходимости, я могу доесть это.
Какие могут быть шутки? Доу Мин все ещё здесь! Что, если он обидится, увидев, как ещё один Альфа доедает за мной?
С этой абсурдной мыслью Цзян Ван засунул в рот несколько кусочков брокколи. Но когда он повернулся, чтобы проверить Доу Мина, оказалось, что он ушёл!
Чжоу Куй последовал за его взглядом.
— Мин Мин закончила есть и ушёл. Ты его ищешь?
Цзян Ван сердито жевал безвкусную брокколи и хватал оставшиеся помидоры черри на своей тарелке палочками для еды.
Чжоу Куй подпрыгнул от удивления.
Цзян Ван проглотил безвкусную брокколи и встал из-за стола с вынужденной улыбкой.
Чжоу Куй тоже быстро поднялся.
— Нет, сначала мне нужно купить кое-какие личные вещи.
Чжоу Куй инстинктивно предложил:
— Это личные вещи Омега, а не то, за чем должна следовать Альфа.
— Но ты о... — прежде, чем он смог закончить, Цзян Ван побежал со своим подносом, подпрыгивая, как кролик, вырвавшийся из клетки.
Чжоу Куй наблюдал за отступающей фигурой Цзян Вана, чувствуя в своём сердце странный трепет, как толчок электричества. Ах, какая загадочная Омега, всегда оставляющая меня в пыли и крадущая моё сердце в процессе!
Цзян Ван сдал поднос и выбежал из кафетерия, только чтобы внезапно чихнуть.
Он мысленно проклял всех своих бизнес-конкурентов и поимённо своих должников одного за другим, а затем вытащил свой телефон, чтобы написать в группе:
[@Стальные Зубы, цель находится в движении. Почему я не получил обновлённую информацию?]
[Стальные Зубы] в ответ отправил фотографию своей руки, поцарапанной и покрытой кошачьими отметинами.
[Стальные Зубы] слабо спросили:
[Босс, ты прикроешь прививки от бешенства?]
Цзян Ван отправил в группу красный пакет в 2,000 юаней* — по 1000 для [Стальных Зубов] и [Одноглазого Дракона].
Когда его энергия была восстановлена, Стальные Зубы немедленно отправил координаты последнего местоположения Доу Мина.
— Когда я приДоу туда, отпусти кошку. Понятно?
Довольный полученным ответом, Цзян Ван пошёл в направлении красной точки на карте, которая представляла местоположение Доу Мина.
Он вытащил руки из карманов и шёл, потирая лицо, чтобы сгладить любые несовершенства. По пути он бросил взгляд в выпуклое зеркало на углу здания, совершенствуя сладкую, невинную улыбку: чуть прищуренные глаза, слегка приподнятые уголки губ, демонстрирующие восемь жемчужно-белых зубов.
Несмотря на то, что зеркало было пыльным, оно не могло скрыть его красоты и Цзян Ван был на мгновение загипнотизирован собственным отражением.
Ха-ха, Сладкий пирожок! Внутренне он смеялся. Глупый Альфа, самый сладкий Омега в мире идёт за тобой!
Напевая мелодию, Цзян Ван быстро преодолел расстояние до Доу Мина.
Ранний осенний воздух всё ещё нёс остатки летней жары, с намёком на приземлённость. Но когда он приблизился к Доу Мину, казалось, будто воздух вокруг остыл, а снежинки мягко кружились, освежая атмосферу.
Пыль осела, и запах кедра заполнил пространство. Прохладные феромоны наполнили помещёние, когда молодой Альфа, наконец, появился в поле зрения. Доу Мин переоделся в тренировочную одежДоу и кроссовки, нанося удары по тяжёлой боксёрской груше. Его движения были плавными, когда он ходил туда-сюда, поворачиваясь от талии, отрабатывая апперкоты, прямые удары и хуки. Его напряжённые мышцы выражали силу, а капли пота стекали по его шее, мимо его желез, следя за хрустящим запахом кедра.
Цзян Ван замер на месте. Схватившись за стоящий рядом турник, он прикоснулся к задней части шеи. Его чуть припухшая железа нагревалась и была неспокойной.
В его сознании сформировался яркий образ: белый лес с нежными снежными хлопьями, дрейфующими вниз. Капли дождя падали, нежно касаясь заснеженных ветвей. Молодое сливовое деревце застенчиво протянуло свои веточки, покрытые молодой зеленью.
Незрелая слива ещё была немного кислой, но ароматная, от чего у Цзян Вана потекли слюни.
Доу Мин остановил свои удары и повернулся, его взгляд упал на источник аромата сливы.
Цзян Ван, сжимая затылок, посмотрел на Доу Мина с лицом, покрасневшим, как цветущий персик, а его глаза были влажные и мягкие, когда он изо всех сил пытался сдержать себя. Цзян Ван, возьми себя в руки! Это просто сильные альфа-феромоны, не нужно так нервничать. У тебя ноги трясутся!
Как только запах заполнил пространство, кедровые феромоны Доу Мина отступили. Он шагнул вперёд, обойдя Цзян Вана, и схватил полотенце, висевшее на тренажёре. Вытерев пот со лба и шеи, он поднял сумку и молча направился к выходу.
Это был редкий шанс остаться один на один!
Цзян Ван наткнулся на него, его голос вышел мягким и хриплым:
— Доу Мин, ты просто боксировал?
Это был совершенно бессмысленный вопрос, но для тела, изо всех сил пытающегося противостоять очарованию альфа-феромонов, разговор вообще был подвигом.
Цзян Ван выжидательно наблюдал за Доу Мином, следя за близлежащими кустами. Где этот кот? Где мой реквизит? Скорее выходи и помоги мне выглядеть добрым и красивым!
Доу Мин сделал паузу, затем слегка повернул голову.
— Как Омега, лучше, если ты будешь держаться от меня подальше.
Глаза Цзян Вана расширились, намёк на шок и разбитое сердце мелькало на его лице.
«Этот ребёнок просто не понимает, насколько мы, Омеги, восхитительны», с горечью подумал Цзян Ван.
Доу Мин смотрел на невинное лицо Цзян Вана и медленно кивнул.
— Омега, Омега... от вас слишком много проблем.
Не сказав больше ни слова, Доу Мин повернулся и ушёл.
Цзян Ван стоял там, его сердце было полностью разбито. С треском оно разбилась на миллион кусочков.
С резким криком толстый рыжий кот выскочила из кустов, самодовольно облизывая лапы, как бы издеваясь над разбитым сердцем Цзян Вана.
За котом следовали [Одноглазый дракон] и [Стальные Зубы], которые сразу же стали мишенью гнева Цзян Вана.
Он жёстко щёлкнул по лбу каждого из них, наблюдая, как они от боли вжали головы в плечи и замолчали, в то время как толстый кот спряталась в углу. Его настроение наконец-то улучшилось.
Дерзкий Альфа, я позабочусь о том, чтобы ты влюбился в меня!
Вспомнив свиную рульку, которую Доу Мин нарезал для него в кафетерии, уверенность Цзян Вана вернулась. Он говорит, держись подальше, но в глубине души он уже влюблён в меня. Иначе зачем ему делиться со мной едой?
Подперев руками бока, Цзян Ван дал новую клятву. Теперь он хотел не просто захватить сердце Доу Мина; он хотел заставить его пролить слезы сожаления!
С новой решимостью Цзян Ван подошёл к боксёрской груше, которую использовал Доу Мин.
Лицо Цзян Вана с искривлением, но железа на его шее снова стала нагреваться: на груше все ещё оставалось некоторое количество феромонов Альфы. Не так много, но... просто достаточно, чтобы немного насладиться. Не сумев устоять, Цзян Ван сделал шаг ближе к спортивному снаряду.
Он как раз собирался закрыть глаза и вдохнуть остаточный аромат этого неотразимого кедра, когда заметил, что на боксёрской груше что-то написано.
Кредитная акула: Большой Брат Цзян.
Цзян Ван: ... Его только что успокоившееся сердце начало превращаться в камень.
За его спиной два его прихвостня, все ещё потиравшие лбу и вжимавшие головы с плечи, некоторое время наблюдали за ним. Заметив его все более жёсткую позу, они не могли крадучись не заглянуть вперёд.
[Одноглазый дракон] и [Стальные Зубы] подошли к Цзян Вану и взглянули на боксёрскую грушу.
Оказалось, что молодой господин Доу все это время тренировался, чтобы однажды избить собственного отца и их босса!
Эти два приспешника обменялись взглядами, медленно кивая во взаимопонимании.
Чувства Большого Брата Цзяна были действительно неуместны!