Притворяясь милым Омегой. Fake sweet Omega. 僞裝甜О (Глава 29)
Майбах ненадолго исчез, а затем вернулся. Дверь распахнулась: Цзян Ван с прямой напряжённой спиной сидел внутри, на нём было надето в кольцо, подавляющее феромоны. Он молча взглянул на Доу Мин.
Не говоря ни слова, Доу Мин забрался в машину.
Гладкое чёрное кольцо подавления прекрасно скрывало феромоны Цзян Вана. Доу Мин, наконец, понял, почему он никогда раньше не могу почувствовать феромоны Цзян Гэ.
Что касается грубого голоса, было нетрудно догадаться — это должно было изменить голос.
— Прости, я плохо справился с ситуацией. Может быть, это была моя гордость. Мой отец должен тебе много денег, и я не знал, как противостоять твоей истинной личности.
— Кто это был раньше, когда речь шла о том, чтобы попросить Цзян Гэ купить пианино? И теперь ты не знаешь, как смотреть правде в глаза?
План Доу Мина разыграть карту сочувствия (план А) — провалился.
Глядя в окно на быстро мелькающие деревья и уличные фонари, Доу Мин продолжил:
— Я думал, как только я поступлю в университет и смогу быть кем-то, на кого ты можешь положиться, тогда мы могли бы поговорить об этом. В противном случае мы слишком разные. Я не заслуживаю тебя.
А кто был тот, кто крепко держал меня несколько дней назад, извиняясь за то, что проявил излишнее чувство собственности?
Попытка Доу Мина проявить сочувствие (план Б) — также потерпела неудачу.
У него не было выбора, кроме как честно встретиться с Цзян Ваном. С искренностью он сказал:
— Мне очень жаль. Я был неправ. Я хотел дразнить тебя, но я просто... я просто не был достаточно взрослым...
Видя, как Доу Мин признает незрелость своего поступка, Цзян Ван не мог оставаться злым. В конце концов, Доу Мин был моложе его. Что плохого в том, чтобы проявлять ребячество? Он и сам был по-прежнему таким, притворяясь старшеклассником и все такое...
Когда Цзян Ван подумал о том, что Доу Мин знал его настоящую личность все это время, когда он бесстыдно играл роль младшего ученика, он не мог не чувствовать себя смущённым.
Хорошо, Цзян Ван понял правду — он не был очень зол на Доу Мина. Он прикрывал собственную неловкость.
Это не было страшно, пока это был лишь акт симпатии к старшекласснику. Страшно стало, когда он узнал его реальный возраст!
И ещё страшнее то, что он все равно считал его поступок милым!
Цзян Ван, толстокожий, каким бы он ни был, чувствовал себя задохнувшимся, когда думал об этом.
В результате Цзян Ван стал слишком смущён, чтобы сказать что-то ещё. Когда они вернулись домой, он ничего не сказал Доу Мину и просто убежал прямо в свою комнату, как страус, прячущий голову в песок.
Естественно, Доу Мин думал, что Цзян Ван все ещё злится. Он сделал небольшой шаг, чтобы последовать за ним, но неуверенно замер, стоя на месте. Его голова висела низко, как будто окутанная тёмным облаком. Хотя его лицо не показало видимых признаков уныния, любой, кто смотрел на него, мог почувствовать мрачный воздух вокруг него.
Увидев, что Цзян Ван раскрыл свою личность, Ган Я и Доу Яньлун, наконец, появились открыто.
— Не волнуйся, Сяо Мин», — сказал Ган Я. — Вспыльчивость нашего Большого Брата такая. Он может вспылить, но он не из тех, кто держит обиду. В лучшем случае, он будет злиться на тебя в течение нескольких дней, но он скоро остынет. Скорее всего, ты даже продержишься дольше него, — он, вероятно, сломается первым. Ты не представляешь, насколько он одержим твоим лицом и феромонами.
Дю Яньлун ударил по руке по рту Ган Я.
— Извини, он не умеет говорить.
Ган Я был в замешательстве. Что? Я же не сказал ничего плохого, не так ли?
Освободившись от хватки Дю Яньлуна, Ган Я добавил:
Ты идиот! Кто хочет услышать, что его Омега любит его только за красивое тело?!
— У тебя вообще есть мозг? Если ты не знаешь, как говорить, просто скажите меньше или молчи!
— Что? Я просто говорю правду!
Но глаза Доу Мина озарились новой надеждой. Он спросил Ган Я:
— Итак, Цзян Ван пришел в нашу среднюю школу в первую очередь из-за меня?
— Если быть точным, из-за твоих феромонов!
Дю Яньлун был так зол, что ударил Ган Я.
Затем он повернулся, чтобы объяснить Доу Мину:
— Подумай об этом, если бы это не была любовь, кто охотно вернулся бы в школу на год и снова решал бы все эти математические задачи? Нашему Брату Цзяну было очень тяжело, ему пришлось снова взять ручку после стольких лет и заняться квадратическими функциями и арифметическими последовательностями.
Его лёгкое принятие оставило Доу Яньлуна ошеломлённым на пару секунд. Он спросил:
— Ты не злишься? Сначала он интересовался только твоими феромонами.
— Если я ему не нравлюсь, почему он хочет только МОИ феромоны, а не чьи-либо ещё?
— Вы двое действительно пара, созданная на небесах!
— Спасибо за комплимент, — смиренно ответил Доу Мин. Затем, обращаясь за советом, он спросил: — Основываясь на вашем знании Цзян Вана, если я поднимусь туда сейчас, он станет злее или простит меня?
— Брат, скажи мне честно, разве ты не немного сумасшедший? В конце концов, наш Брат Цзян действительно лгал о своём возрасте и с самого начала имел некоторые скрытые мотивы.
Доу Мин улыбнулся намёку на застенчивость в глазах.
— Но это потому, что я ему очень нравлюсь.
Даже если Цзян Ван сделал что-то не так, он не мог бы разозлиться на своего собственного Омегу. Кроме того, все «ошибки» Цзян Вана были связаны с тем, что он хотел быть рядом с ним.
Застигнутый врасплох этим сладким кормом для собак, Ган Я потерял интерес к разговору и отправился на кухню, чтобы проверить как шеф-повар готовит ужин.
Дю Яньлун перед тем как последовать за Ган Я подмигнул Доу Мину «идти на это».
— Ты уже знаешь, что ты ему нравишься. Так чего ты ждёшь?
— Спасибо. — и, не колеблясь, направился наверх.
На втором этаже он наткнулся на маму Сюэ, которая занималась уборкой.
Мама Сюэ кивнул в сторону комнаты Цзян Вана и подбодрила, показав «большой палец вверх». Видя, что даже мама Сюэ приняла его, Доу Мин не мог не чувствовать себя немного вне себя от радости.
Но он был там, чтобы помириться с Цзян Ваном, поэтому он не мог выглядеть слишком счастливым. Постояв некоторое время перед дверью его комнаты, он успокоился, прежде чем аккуратно постучать.
Голос Цзян Вана сразу же раздался изнутри:
— Я уже сказал, сегодня не убирать свою комнату! Мама Сюэ, сделай перерыв и оставь меня в покое!
Доу Мин взглянул на маму Сюэ. Она развела руки, пожав плечами, выразив тем самым, что привыкла к этому. Несмотря на старшинство Цзян Вана и его публичный успех, дома он был просто ребёнком в глубине души.
Доу Мин сказал глубоким голосом:
Доу Мин на секунду замешкался, а потом сказал:
Цзян Ван, который лежал на кровати, чувствовал, как все его тело нагревается в тот момент, когда он услышал, как Доу Мин назвал его этим прозвищем. Инстинктивно он потянулся, чтобы коснуться кольца подавления на шее, чувствуя себя немного безопаснее. Просто услышав, как Доу Мин назвал его милым домашним имением, его сердцебиение застучало — если бы феромоны Доу Мина проникли сюда сейчас, разве он не впадёт в жару прямо на месте?
Через долгое время Цзян Ван, наконец, выжал из себя предложение:
— Водитель отвезёт тебя домой.
Доу Мин горько улыбнулся в дверь.
— Как я мог вернуться домой, не увидев сначала тебя?
Скальп Цзян Вана зашевелился и он вскочил с кровати, чтобы открыть дверь.
— Доу Мин, не используйте этот тон со мной! Знаете, мне уже за двадцать и я чуть-чуть старше, чем старшеклассник! Не пытайся говорить со мной, как будто я твой маленький парень!
В тот момент, когда он заговорил, Доу Мин протиснулся через щель в двери, схватил запястье Цзян Вана и прижал его к двери.
Доу Мин прижал лоб ко лбу Цзян Вана, его взгляд был опасно интенсивным. — Не ты ли?
Подавляющее кольцо Цзян Вана может помешать его собственным феромонам выйти, но оно не помешало другим войти. Запертый между Доу Мином и дверью, Цзян Ван был мгновенно охвачен запахом кедрового дерева, и его тело инстинктивно обмякло.
Доу Мин приподнял подбородок Цзян Вана и, не дожидаясь ответа, поцеловал его.
Поцелуй был настолько горячим, что он почти расплавил хрустящий аромат кедра, заполнивший комнату.
Всего за несколько мгновений Цзян Ван был ошеломлён поцелуем Доу Мина. Когда его губы все ещё покалывали, Доу Мин прошептал ему на ухо:
— Снимите кольцо с подавления, хорошо?
Цзян Ван с затуманенной от желания головой, кивнул и ответил:
Затем он начал рыться по комнате в поисках ключа от кольца подавления.
Правильно, Цзян Ван, обеспокоенный тем, что он может потерять голову под непреодолимыми феромонами Доу Мина, специально выбрал кольцо, которое требовало ключа для разблокировки, а не отпечатка пальца.
Проблема была в том, что он забыл, где спрятал ключ...
Доу Мин тоже помогал ему искать и вскоре они вытащили книгу под названием «Полное руководство по школьному роману» и клочок бумаги, на котором было написано: «Доу Мин, дай мне почувствовать запах твоих феромонов.
Когда они это нашли, это превратилось в игру Цзян Вана, преследующего Доу Мина, с криком: «Не смотри на это!»
Наконец, они обыскали каждый угол комнаты, но не смогли найти ключ. Затем Доу Мин обратил своё внимание на пространство под кроватью.
Цзян Ван замер на секунду, а затем тут же заявил:
— Под кроватью ничего нет! Я такой аккуратный чистюля, зачем мне оставлять там что-нибудь?
Его реакция сделала очевидным, что что-то под кроватью, определённо, было. Доу Мин серьёзно сказал:
— Мы должны проверить, на всякий случай.
Цзян Ван бросился, чтобы заблокировать Доу Мин, но Доу Мин уже присел и быстро вытащил красиво украшенную деревянную коробку.
Коробка лежала под кроватью, не собрав ни пылинки, что свидетельствовало о том, насколько чистоплотным был Цзян Ван.
— Там все хлам! Не открывай его!
Он бросился, чтобы схватить коробку, но было слишком поздно.
Доу Мин поднял крышку и увидел внутри различные предметы разной длины и размеров... он на мгновение задержался, потерявшись в мыслях.
Цзян Ван молча отвёл руку и медленно отступил.
Доу Мин взял один «предмет» с выпуклостями на поверхности и нажал кнопку. Предмет с мягким гулом завибрировал, испуская аромат цветков боярышника.
Он выключил его и взял ещё один, на этот раз с выгравированным рисунком. Он нажал кнопку, и предмет тоже завибрировала, но на этот раз он испускал запах кедра.
Как только Доу Мин потянулся к третьему, Цзян Ван больше не мог терпеть и кричал:
— Мы оба взрослые! Что плохого в использовании нескольких игрушек!
На самом деле, он не использовал их в течение длительного времени. Несмотря на то, что они могли имитировать альфа-феромоны, теперь он не был заинтересован в каком-либо запахе, кроме аромата Доу Мина.
Доу Мин взглянул на Цзян Вана, который пытался выглядеть собранно, а затем снова посмотрел на коробку с «игрушками». С тяжёлым сердцем он сказал:
— Мне очень жаль. Я продолжал говорить, что мы должны подождать, пока я закончу школу... Должно быть, это было тяжело для тебя. Но я готов. У меня может не быть большого опыта, но я научился некоторым методам.
Пока он говорил, он снял куртку и начал расстёгивать рубашку.
Цзян Ван на мгновение отвлёкся на вид красивой ключицы Доу Мина и в следующую секунду он понял, что Доу Мин уже снял рубашку, показав свою подтянутую верхнюю часть тела в комплекте с впечатляющим набором пресса...
Цзян Ван отвёл взгляд и тихо пробормотал:
— Ээ.. это не к спеху. Мы можем подождать, пока ты не закончишь учёбу.