Беременный ребёнком Короля Демонов. Side story 2. Экстра 7.
Глава 137. Side Story 2. Экстра 7.
Прошло полгода с момента рождения Анджелы и Люка, и каждое утро Эдвин был полностью поглощён радостью от встречи со своими двумя младшими сиблингами.
— Привет, Люк. Старший брат здесь.
Эдвин увлёкся называть себя «старшим братом» и приветствовал малышей, которые ещё не понимали ни слова из того, что он говорил. Люк, которому всё нравились, протянул руки и радостно поприветствовал Эдвина. Уже наевшись детского питания и теперь в хорошем настроении, он весело смеялся каждый раз, когда его звали по имени.
— Ещё совсем немного, пожалуйста.
Напротив, Анжела резко отвернула голову, недовольная текстурой еды. Несмотря на свой юный возраст, она так чётко и твердо выражала свои мысли, что даже самые опытные сотрудники находили её сложной в общении. Как ни странно, хотя Люк ел лучше, именно Анжела росла быстрее.
Феликс, одетый в верхнюю одежду, спокойно взял ложку и протянул её Анжеле. Ребёнок заёрзал и огляделся, словно ища кого-то другого.
— Папочка всё ещё спит. Он допоздна работал и не смог прийти пораньше.
Феликс, произнеся слово «папочка» своим характерным серьёзным голосом, заставил слуг затаить дыхание. Анжела, словно действительно всё поняла, несколько раз причмокнула губами, прежде чем открыть рот в неохотной капитуляции. Медсестры, наблюдавшие за происходящим из-за спины, вздохнули с облегчением. Если бы не Феликс, им пришлось бы бороться с ней ещё как минимум тридцать минут.
Начав есть, Анжела в итоге съела все содержимое миски. Затем она взглянула на Эдвина и Люка. Хотя она была капризной и вспыльчивой, Анжела вела себя как ягнёнок, когда находилась рядом с Лоуэллом или Люком. Все няни согласились — похоже, она чувствовала себя в их присутствии комфортно.
Феликс не стал ждать ответа, поднял Анжелу на руки и отнёс её к Люку, который играл с Эдвином.
Анжела, которая ещё несколько мгновений назад дулась, расплылась в лучезарной улыбке. Люк, обрадованный появлением ещё одного товарища по играм, громко завизжал.
— Она действительно очень похожа на Его Светлость, не правда ли?
— Даже в том, что они любят одних и тех же людей.
Слуги, ожидавшие их, обменивались едва различимым шёпотом, посылая детям воздушные поцелуи. Феликс улыбнулся, наблюдая за тремя детьми, собравшимися в залитом солнцем углу комнаты. В этот момент дверь открылась, и вошёл Лоуэлл. Всё ещё сонный, он тихо зевнул. Увидев его, Феликс смягчил губы и бросился к Лоуэллу, словно встречая любимого человека после долгой разлуки.
Несмотря на то, что всего полтора часа назад они спали в одной постели, Феликс вёл себя так, будто они расстались и не виделись несколько лет. Персонал к этому уже привык и продолжал выполнять свои обязанности, даже не обращая на это внимания.
Лоуэлл обнял Феликса, когда тот просыпался, чувствуя себя сегодня особенно вялым. Феликс коснулся лба Лоуэлла и цокнул языком.
— Как я и предполагал.... у тебя небольшая температура.
— Я просто устал. Но приятно слышать, что лавиноопасная зона восстановлена.
Неделю назад необъяснимая лавина вызвала переполох в деревне на окраине Никса. Феликс сам отправился туда, чтобы оценить ущерб и контролировать границу, предотвращая проникновение врагов во время хаоса. Тем временем Лоуэллу приходилось заниматься остальными делами.
Конечно, были и другие приближённые, но единственным человеком, который мог принимать решения вместо Феликса, был Лоуэлл, поэтому его участие в каждом совещании было неизбежным. А поскольку он иногда предлагал удивительно эффективные и нетрадиционные решения, приближенные стали чаще обращаться к нему за помощью.
В результате ежедневно проводились многочисленные совещания, на которых обсуждались вопросы распределения гуманитарной помощи, оказания помощи тем, кто потерял свои дома, и так далее.
Наконец, буквально вчера всему этому пришел конец.
Возможно, усталость настигла меня теперь, когда напряжение спало. Я действительно чувствую себя неважно.
Решив сегодня съесть что-нибудь тёплое и отдохнуть, Лоуэлл легонько постучал Феликса по груди.
— Сегодня я буду отдыхать. Обещаю.
Терпеливо ожидая, пока они закончат разговор, Эдвин внезапно вскочил и бросился в объятия Лоуэлла.
Эдвину нравились, его брат и сестра, но возможность снова прибежать к отцу делала его ещё счастливее. А Лоуэлл, зная, насколько драгоценна эта любовь, всегда крепко обнимал его.
— Да! Я всё съел! Даже брокколи и морковь!
Лоуэлл, поглаживая Эдвина по голове с ещё большей нежностью, чем обычно возможно, потому что они мало виделись, улыбнулся, когда Эдвин ещё крепче прижался к нему и счастливо произнёс:
Это было начало, казалось бы, мирного дня — пока в дверь не раздался отчаянный стук.
Ещё до того, как дверь открылась, Феликс по торопливому поведению понял, что это Тиа. Он отдал приказ.
— Ваша Светлость, мне необходимо кое-что сообщить.
Тиа, полностью вооруженная и серьезно осматривающая комнату, явно пришла сюда не по обычному делу.
Хотя Феликс колебался, прежде чем расстаться с Лоуэллом, он отстранился. Но к тому моменту, как он переступил порог, перед ним уже предстало спокойное и холодное лицо правителя.
Опасная лавина только что сошла. Если уже произошёл какой-то инцидент, это создаст проблемы.
Надеясь, что это не плохие новости, Лоуэлл повернулся к Люку и Анджеле.
Он получил обновлённую информацию лишь в полдень.
— Говорят, что лавина была вызвана движением чудовищ и йети. Существ, которые долгое время находились в спячке глубоко в горах. Они огромны и, как правило, живут группами, поэтому в зависимости от направления их движения легко может сойти ещё одна лавина. С ними нужно справиться быстро.
Короче говоря, Феликсу предстояло отправиться в очередную экспедицию. Хотя он никогда не уклонялся от тяжёлой работы, сегодня Феликсу явно было трудно уезжать.
— Пожалуйста... возвращайся целыми и невредимыми.
Лоуэлл знал, насколько силён Феликс. Но всякий раз, когда тот отправлялся на войну или на охоту на монстров, беспокойство всегда становилось для него первостепенной задачей. В конце концов, человеческие дела никогда не бывают предсказуемыми.
Если бы я научился магии, смог бы я пойти с ним?
Лоуэлл поправил часть нательного белья Феликса, смещённого из-за доспехов, и вдруг задумался о таких безрассудных вещах, таких, от которых Феликс бы упал в обморок, если бы услышал их. Феликс нахмурил брови, оглядывая лицо Лоуэлла.
— Мне неприятно уходить, когда ты болеешь.
— Я просто устал. Пожалуйста, это ты должны быть в безопасности.
Но едва прошло полдня после отъезда Феликса, как Лоуэллу ничего не оставалось, как признать, что Феликс был прав.
Возможно, он знает о моем состоянии лучше, чем я сам.
Потому что теперь он был прикован к постели и страдал от высокой температуры.
— Где папочка? Можно мне войти?
Стоя у двери комнаты Лоуэлла, Эдвин с безупречной беглостью спросил Кэрис, охранявшую дверь. Кэрис, честно говоря, больше всего на свете хотела поддаться сияющим глазам мальчика, но не могла рисковать. Если болезнь была заразной, выбора не было.
— Его Светлость герцогиня плохо себя чувствует. Вход воспрещён.
А поскольку Эдвин ежедневно общался с Анжелой и Люком, подпускать его к Лоуэллу стало ещё менее возможным.
Лицо Эдвина мгновенно исказилось. Он вернулся, проводил Феликса, закончил учёбу, и тут услышал шокирующую новость о том, что Лоуэлл, который ещё утром выглядел вполне здоровым, теперь лежит в постели больной.
— Да. Но с ним храмовые целители, так что скоро ему станет лучше. Пожалуйста, ешьте и учитесь как обычно, молодой господин Эдвин. Его Светлость тоже этого бы хотел.
Опустив плечи, Эдвин медленно пошёл обратно в свою комнату. Казалось, он смирился с этим, хотя и неохотно. Но вдруг тревога исчезла с его лица, и он вскочил на ноги.
Тиа, которой было приказано остаться и защищать детей в герцогском имении, подошла с недоуменным выражением лица. Глаза Эдвина горели целеустремлённостью.
— Мне нужно пойти купить яблочный пирог!
— Яблочный пирог! Папочкин любимый яблочный пирог!
Да, Лоуэлл любил яблочный пирог. Но в поместье были повара. Даже если бы их не было, Эдвину не было необходимости лично идти за ним. Он мог просто спросить у слуги, который собирался уйти.
— Я попрошу персонал кухни приготовить яблочный пирог.
— Нет! Это должен быть яблочный пирог Хьюго — тот, который Его Светлость всегда приносит домой, когда папочка болеет!
На этот раз Эдвин проявил упрямство. И это положило начало... собственному приключению Эдвина.