Беременный ребёнком Короля Демонов. Глава 34.
Феликс, вернувшийся в кабинет вместе с Лоуэллом, не смог сдержаться и, увидев, как Лоуэлл неподвижно сидит над одной и той же открытой в книге страницей, задал вопрос. Лоуэлл, погружённый в размышления о том, какие неприятности может вызвать Зефирос, вздрогнул от неожиданности, заметно дёрнув плечами.
Лоуэлл не хотел рассказывать Феликсу о том, в чём ещё не был уверен, поэтому он просто слабо улыбнулся и махнул рукой.
Нет смысла создавать у Феликса плохое впечатление о Зефиросе и портить отношения. Пока что он всего лишь гость, проживающий в Никсе.
Пока он не мог определить истинные намерения Зефироса и подтвердить его связь с Императором, действовать было слишком рано.
— Я слышал, что этот сопляк сегодня снова с тобой разговаривал.
Казалось, в сознании Феликса за Зефиросом уже прочно закрепилось звание «этого сопляка». Лоуэлл инстинктивно взглянул на Тию. Он не собирался её отчитывать. В конце концов, её обязанностью было всё докладывать Феликсу, но его взгляд инстинктивно скользнул по ней. В ответ Тиа посмотрела на него извиняющимся взглядом. Лоуэлл слабо улыбнулся, оставив всё как есть.
Хотя он и выразился мягко, он имел в виду, что разговор не стоил того, чтобы о нём сообщать. Тиа, вероятно, и так уже передала большую часть информации.
— Если он когда-нибудь будет вести себя с тобой грубо, просто скажи мне.
— И тогда ваше высочество отругает его за меня?
На этот раз Лоуэлл не смог сдержаться и поддразнил его. Но Феликс, то ли восприняв это всерьёз, то ли просто посчитав это таковым, кивнул со строгим выражением лица.
— Если гость проявляет неуважение, необходимо сделать предупреждение.
Губы Лоуэлла задрожали от искреннего взгляда Феликса. Он хотел сохранить эту игривую улыбку, но выражение его лица изменилось быстрее, чем он смог его сдержать. Этот человек, который никогда не произносил слов «Я люблю тебя», но показывал это каждым жестом, каждым словом, каждым действием, — он вдруг почувствовал себя мучительно дорогим ему.
— Он пока не был настолько груб. Если возникнет необходимость, можно ли мне тогда попросить о помощи?
Феликс ответил прямо, но, по мнению Лоуэлла, выглядел немного смущённым.
— Спасибо, что сказали это для меня.
После откровенного признания Лоуэлла, Феликс заметно покраснел от ушей до шеи и откашлялся, чтобы скрыть своё смущение.
— Похоже, он хотел прогуляться. Хотите присоединиться ко мне?
По правде говоря, Лоуэлл уже потратил большую часть своей энергии, просто прогулявшись в тот день, но он не хотел разочаровывать Феликса, отказав ему. И, честно говоря, ему очень хотелось прогуляться с ним, поэтому он согласился без колебаний.
— Я слышал, что прогулки полезны для беременных. Прогулки возле воды, по-видимому, ещё лучше, но, поскольку в Никсе нет возможности пройтись вдоль реки или по берегу моря... — Феликс продолжал бормотать себе под нос что-то ещё, словно пытаясь оправдать эту прогулку заботой о здоровье.
— Выйти на улицу действительно приятнее, чем весь день валяться без дела.
Хруст снега под ногами был необычно громким. Поскольку Феликс, будучи магом и рыцарем, передвигался почти бесшумно, все слышимые звуки производил Лоуэлл. Несмотря на отсутствие разговоров, вокруг царила спокойная атмосфера.
— Если вы хотите походить по воде, я могу создать что-нибудь под землёй. Вы же видели ванну, так что знаете, что с помощью магических камней огненной стихии, можно не давать воде остыть.
Феликс, судя по всему, размышлял о разных вещах, пока они шли молча, и вдруг сказал что-то, совершенно не связанное с прогулкой.
Неужели он думает, что я хочу походить по воде?
Вместо того, чтобы ответить сразу, Лоуэлл проследил ход мыслей Феликса. Оглядываясь на то, что он говорил раньше, стало ясно ,что Феликс всё ещё беспокоится о том, что Лоуэлл не сможет адаптироваться к Никс.
Может, он боится, что, если я захочу плавать, то начну скучать по столице? Или он просто слышал, что это может быть полезным для меня и хочет это осуществить?
Хотя Лоуэлл неоднократно заявлял, что никогда по-настоящему не был привязан к столице, казалось, Феликс ещё испытывал сомнения. Подумав об этом, Лоуэлл решил дать ответ, охватывающий обе стороны вопроса.
— Прогулка с вами — это уже более чем достаточно. Даже в столице я почти никогда не бывал у реки или моря.
В своём прежнем теле Лоуэлл действительно любил плавать, но ему никогда не нравилось это настолько, чтобы тратить деньги и время на строительство бассейна специально для этого.
Феликс что-то пробормотал, явно немного недовольный, и вскоре замолчал. В этот момент Лоуэлл немного споткнулся о корень дерева, спрятанный под снегом.
Феликс тут же протянул руку, а его лицо выражало больше шока, чем лицо Лоуэлла. Это даже не было падением — всего лишь кратковременная потеря равновесия, но глаза Феликса расширились, как будто случилось что-то ужасное.
— Нужно внимательно смотреть куда ступаете! — Его голос был слегка повышен и дрожал, но Лоуэлл знал, что это не от гнева. — Чуть не упал из-за корня дерева... какой же вы ужасно хрупкий.
Лоуэлл сдержал желание ответить, что подобное заставило бы споткнуться кого угодно, особенно обычного человека в таком холоде и в темноте. Феликс выглядел действительно потрясённым.
— Стемнело. И из-за снега было плохо видно. Я буду осторожнее.
— Вам следует носить с собой трость. — Глаза Феликса резко заблестели, как будто он был готов прямо сейчас вырвать этот корень дерева и сделать из него трость. — Или вы предпочтёте, чтобы я вас сейчас нёс?
Лоуэлл помолчал немного, а затем протянул руку.
— Разве не было бы достаточно просто взяться за руки?
Его уши слегка покраснели, когда он заговорил. Если бы он не осознавал своих чувств, он мог бы сказать это более бесстыдно, но сейчас ему действительно казалось, что он флиртует.
Несмотря на всё, что они уже делали раньше, Феликс снова откашлялся, внезапно смутившись.
— Хорошо. Это лучше, чем упасть.
Большая рука Феликса обхватила бледную руку Лоуэлла.
И вот так, в тихом темпе, они долго шли бок о бок, обдуваемые лёгким ветерком, под мягком лунным светом, озарявшем ночь.
На следующее утро Лоуэлл проснулся позже обычного.
Возможно, я вчера слишком много ходил пешком.
Благодаря тому, что Феликс укутал его в одежду, зачарованную согревающими заклинаниями, он не простудился, но его хрупкое тело явно ощущало усталость.
Кажется Феликс пытался разбудить меня к завтраку...
Лоуэлл смутно помнил этот момент. Феликс осторожно и настойчиво пытался разбудить его, сильно тревожась, как будто пропуск одного приёма пищи мог привести к катастрофе. Но Лоуэлл сквозь сон только махнул рукой, заверив его, что он поспит ещё всего пять минуточек, на что Феликс тихо, но строго ответил, что он обязательно должен что-нибудь съесть, и вскоре ушёл.
— Он сказал ,что вам обязательно нужен суп.
И вот Лоуэлл оказался один в постели и ел суп в одиночестве. На мгновение он пожалел, что не проснулся раньше, чтобы поесть суп вместе с Феликсом.
— Неужели Его Высочество вышел?
— Да, Его Высочество проводит ритуал очищения на месте проведения чудовища. Он вернётся в течение четырёх дней — беспокоиться не о чем.
Потирая всё ещё затуманенные сном глаза, Лоуэлл кивнул головой, проглатывая ещё одну ложку супа.
Если это ритуал очищения, то в нём не должно быть ничего опасного.
Предстояло ещё многое сделать пока сохранялся хрупкий мир.
Если бы только Зефирос вёл себя прилично. Мне всего лишь нужно сказать ему, что я здесь не против своей воли, и вся эта неразбериха закончилась бы.
По крайней мере, так он думал, но, разумеется, ничто никогда не идёт просто так.
Лоуэлл по привычке отправился к кабинету, хотя знал ,что Феликса там нет.
— О, мы снова встретились, юный господин!
В этот момент Зефирос под пристальным взглядом двух рыцарей, рассматривал книги в кабинете.
Лоуэлл так гордился собой за то, что не произнёс это вслух.
— Я слышал, что здесь есть книги, которые можно найти только в Хало, поэтому я пришёл посмотреть. Мне сказали, что всё в порядке, если рыцари пойдут со мной.
Лоуэлл уставился на Зефироса, который начал извиняться, словно виноватый вор. Его серебристые волосы блестели на солнце так ярко, что на них было больно смотреть. Воспользовавшись этим, как предлогом, Лоуэлл прищурился и ответил:
— Раз уж вы пришли, я попрощаюсь.
Зефирос вернул на место книгу, которую читал, и поклонился.
— Приносим извинения за неудобства.
— Вовсе нет. Это моя вина. — Зефирос вышел из кабинета более смиренно, чем ожидалось. Бросив гневный взгляд на рыцарей, стоявших у дверей, Лоуэлл достал книгу, которую только что читал Зефирос.
Результат был настолько неудовлетворительным, что он, не долго думая, положил её обратно на место.
Но прежде, чем эта мысль успела окончательно его покинуть, он кое-что заметил. Одна книга, которая точно лежала на столе ещё вчера, теперь аккуратно стояла на полке. Лоуэлл вытащил тонкий сборник стихов и пролистал его.
Как и ожидалось, внутри лежал аккуратно сложенная записка.
Значит он больше одарён магией, чем фехтованием, да?
Лоуэлл не мог не восхититься хитростью Зефироса, который сумел незаметно передать записку даже под пристальным наблюдением опытных рыцарей.
Лучше прочитать эту книгу в одиночестве.