Когда Альфа отмечен кем-то таким же как он. Глава 23.
Шэнь Цяо держал леденец между зубами и не издавал ни звука. Лу Чжэ ждал и ждал ответа, но безрезультатно. В конце концов, он мог только грустно сдаться, поэтому он взял небольшую миску со стойки с приправами и подошёл к Шэнь Цяо, окинув взглядом бесчисленное множество приправ, собранных на прилавке.
Лу Чжэ был типичным представителем типа «добавляет в свой соус буквально всё»: Уксус, соевый соус, кунжутное масло, паста для хотпота, измельченный арахис, кинза, зелёный лук…
В его миску добавлялось всё больше и больше ингредиентов.
Как только он наполнил свою миску двумя полными ложками кунжутной пасты, Шэнь Цяо, стоявший рядом, сказал:
— Этот леденец довольно сладкий.
Сказав это, он засунул леденец себе за щеку, как хомяк, запасающий еду на зиму. Круглая выпуклость торчала сбоку его лица, искажая и полностью разрушая тот холодный и высокомерный вид, который обычно излучали его черты. Это было настолько поразительное изменение, что Лу Чжэ не смог сразу отреагировать.
Более того, Шэнь Цяо, похоже, не осознавал, что в его поведении проявилось такое несоответствие. Он по-прежнему сохранял привычное поведение, ясно дававшее понять, что ему лень тратить время и внимание на низших, второстепенных людей. Он прислонился к стулу у стола, ближайшего к стойке с приправами, бесстрастно посмотрел на Лу Чжэ на мгновение, прежде чем добавить ещё одну фразу:
— Но какое это имеет отношение к гэгэ?
Поскольку леденец все ещё был у него во рту, его слова были немного приглушёнными. Они стали чуть более гнусавыми и необъяснимо милыми. В результате Лу Чжэ замер на несколько секунд, прежде чем пришёл в себя и понял, что услышал…
Его ложка с кунжутной пастой зазвенела о фарфоровую миску, чуть не вылив содержимое. Лу Чжэ вовремя поднял ложку, но немного соуса все же попало на палец, лежавший на миске. Он устремил свой обжигающий взгляд на Шэнь Цяо и произнёс только одно:
— Как ты меня только что назвал?
Шэнь Цяо притворился, что ничего не понимает и лениво издал звук, выражающий недоумение:
Лу Чжэ поставил миску на прилавок. Он хотел подманить Шэнь Цяо и ещё раз допросить его, но как только он протянул руку, Шэнь Цяо увернулся.
Шэнь Цяо держал в одной руке свою миску с соусом, а другой рукой выхватил палочку от леденца изо рта. Он поднял локоть, закрывая протянутую руку Лу Чжэ. Он моргнул и медленно спросил:
Затем он перевёл взгляд на миску, которую Лу Чжэ отложил в сторону, и быстро сменил тему.
— Я как раз собирался спросить, когда это ты полюбил кунжутную пасту? Тебе не кажется, что она отвратительна, даже если просто смотреть на неё?
Лу Чжэ выхватил салфетку из держателя на соседнем столе и вытер следы соуса, которые он оставил на руке. Он слегка приподнял брови, глядя на Шэнь Цяо. Его голос оставался таким же мягким и плавным, как всегда, но в его тёмных зрачках мелькнула угроза. В глазах вспыхнул проблеск света.
— Забудь об этом, — сказал он. — В этот раз я тебя отпущу.
Шэнь Цяо тихонько рассмеялся, выражая явное презрение к этой «снисходительности», которую проявлял к нему Лу Чжэ.
После того как Лу Чжэ вытер пальцы, он также протёр край своей миски с соусом, а потом взял её и направился обратно к их столику. Идя плечом к плечу с Шэнь Цяо, он ответил на его предыдущий вопрос:
— Кунжутная паста на самом деле довольно вкусная. Просто здесь её мало кто ест.
Как только он это услышал, Шэнь Цяо понял, что Лу Чжэ освоил этот вкус, готовясь к вступительным экзаменам в колледж в одиночестве на северо-западе. Это было уже после того, как он и Лу Чжэ расстались. Это было время и место, которое Шэнь Цяо так и не успел пережить.
Как только они вдвоём вернулись к своему столику, официант принёс свежеприготовленные булочки с кремовой начинкой. Лао Во, недолго думая, спросил:
Лао Во и Эр-Хуа посмотрели на Цянь Бао. Все, кто сидел за этим столиком, были альфа-самцами, и их вкусы соответствовали их статусу. Они могли лишь взглянуть на девушку и спросить:
— Ваши вкусы в последнее время изменились?
Цянь Бао бросила на них раздражённый взгляд. Прежде чем она успела ответить язвительным замечанием, до них донёсся голос Лу Чжэ:
Говоря это, он снова сел и поставил перед собой миску с соусом. Его выражение лица было совершенно спокойным, как будто ничего необычного не происходило. Повернувшись к остальным троим, он спросил:
— Вы хотите или нет? — Все трое отчаянно качали головами, словно три барабана. Один лишь взгляд на Лу Чжэ наполнял Цянь Бао ощущением, что она смотрит на какого-то крайне развитого дегенерата. Она подвинула паровые булочки к Лу Чжэ и сказала с ультом и уважением в голосе:
— Всё ваше, господин. Ешьте побольше.
Лу Чжэ спокойно взял палочками одну из булочек и обмакнул её в маленькое блюдце со сгущенным молоком, которое подавалось к блюду. Он положил булочку на тарелку Шэнь Цяо и сказал:
— Тогда я дам тебе попробовать.
Цянь Бао, Лао Во и Эр-Хуа были потрясены до глубины души этой неожиданной настойчивостью Лу Чжэ. Шэнь Цяо взглянул на Лу Чжэ, затем раздавил леденец зубами, съев его за несколько укусов.
Затем он взял палочки, взял приготовленную на пару булочку и тоже съел её.
Булочка была покрыта слишком большим количеством сгущённого молока. Внешний слой был слишком сладким. Почти приторно сладким.
Но Шэнь Цяо никак не отреагировал на это. Он лишь проглотил булочку, прежде чем открыть рот и ответить:
Глаза Лао Во наполнились сложными эмоциями.
— Папочка №2, тебе действительно не нужно заходить так далеко…
Эр-Хуа ложкой размешал большой кусок масла в остром бульоне. Он покачал головой, отговаривая Лао Во от дальнейших протестов.
— Ты не понимаешь. Это настоящая любовь.
Цянь Бао попыталась взволновать совесть Лу Чжэ:
— Мы, как альфы, пообещали быть вместе до конца наших дней. Тот, кто первым нарушит договор, — собака, верно?
Лу Чжэ бесстыдно подвинул маленькую тарелку с паровыми булочками ближе к Шэнь Цяо. Он ответил, даже не поднимая глаз:
— Если я смогу избавиться от этой нашей жалкой компании, я с радостью стану собакой. Кто захочет соблюдать пожизненный договор с вами, ребята?
Шэнь Цяо слушал, как они препирались и подшучивали друг над другом по поводу него и Лу Чжэ. У него начали болеть зубы. Может, конфеты и сгущённое молоко были слишком сладкими?
А может, дело было в словах Лу Чжэ.
Острый масляный суп всегда закипал долго.
Пока они ждали, Лу Чжэ взял телефон. Он обнаружил, что получил сообщение от топ-лайнера WTG Пао Пао, с которым они сражались ранее вечером. Игрок прислал около десяти мемов подряд, все они изображали людей на коленях, плачущих или и то, и другое.
Последнее сообщение содержало:
[Пожалуйста, сэр. Могу я спросить, не сделал ли я что-нибудь, что вас в последнее время расстроило? Скажите мне. Я изменю своё поведение, как будто от этого зависит моя жизнь.]
Лу Чжэ невольно усмехнулся. Он ответил:
[Ничего подобного. Я просто присматриваю за новым топ-лайнером нашей семьи.]
Пао Пао ответил очень быстро: …
[Я слышал одну поговорку о тебе и твоем новом топ-лайнере.]
Лу Чжэ увидел, что собеседник все ещё печатает, но, недолго думая, перебил, отправив сообщение:
Пао Пао отправил мем с реакцией старика, щурящегося на свой телефон в метро. Затем добавил:
[Я понял, что это враньё. Глядя на то, как вы с Мани (ПП: Money1) сегодня безумно нацеливались на меня, я могу сказать, что вы относитесь к своему новому парню как к сокровищу.Знаете, сколько раз вы меня убили?ВОСЕМЬ РАЗ! Мои трупы можно найти в каждом уголке разлома! Этого достаточно, чтобы альфа замолчал. Этого достаточно, чтобы омега заплакал!]
Лу Чжэ чувствовал боль собеседника через экран.
Подумав немного, он предложил слова утешения:
[У вас скоро MSI. Представьте себе сегодняшний матч вот так…]
[Ты когда-нибудь слышал о «воспитании через неудачу»? Раз уж ты проиграл нам сегодня, тебе не будет так уж плохо, если ты проиграешь кому-нибудь другому в следующий раз. Ты к этому привыкнешь.]
[Это то, что это значит? Я же учился в колледже, знаешь ли. Не пытайся меня обмануть.]
После этих слов он начал одностороннюю войну мемов-реакций против Лу Чжэ.
Лу Чжэ позволил ему отправлять столько агрессивных мемов, сколько тот хотел. В любом случае, Пао Пао не мог просто так дотянуться до него через экран телефона и ударить. Прошло много времени, прежде чем Пао Пао пришёл в себя и снова написал:
[Но я должен сказать одну вещь. С твоим появлением на верхней линии, чтобы помочь в этом матче, он играл довольно хорошо.]
Лу Чжэ: [Ты поверишь, что он играет ещё лучше, когда меня нет?]
Пао Пао: [Я уже сталкивался с ним раньше, но, кажется, он отлично вписался в вашу компанию. Увидим ли мы ещё какие-нибудь приятные сюрпризы на летнем турнире?]
Уголки губ Лу Чжэ слегка приподнялись, когда он продолжил болтать по телефону. Собеседник явно хвалил Шэнь Цяо, но Лу Чжэ выглядел так, будто наслаждался славой. Он не скрывал своей симпатии к Шэнь Цяо.
[Конечно. От моего любимого топ-лайнера всегда можно ожидать сюрприза.]
Как только он отправил это сообщение, Лу Чжэ заметил ещё одно. Оно было от менеджера Чжоу.
[Вышли новые дизайны формы. Вот вам небольшой анонс. Хе-хе, у нас появился новый спонсор-папа.]
Лу Чжэ рефлексивно взглянул на прикреплённое фото. Он собирался сразу же вернуться к разговору с Пао Пао, но его пальцы внезапно замерли на экране телефона.
Секунду спустя он увеличил изображение логотипа…
Новый спонсор на форме их команды.
Сразу же после этого он перевернул телефон и бросил его на стол экраном вниз. Он не хотел, чтобы Шэнь Цяо, который сидел рядом с ним, это увидел.
Но его реакция была слишком очевидной, а движения — слишком резкими. В результате Шэнь Цяо тут же посмотрел на него. Он встретился взглядом с Лу Чжэ, почему-то выглядя немного виноватым. Он откашлялся и взял кусок жирной говядины, который он обжарил в томатном супе и «случайно» обмакнул в соусницу Лу Чжэ.
Попытки Шэнь Цяо скрыть свои действия лишь привлекли к нему ещё больше внимания. Он кашлянул и сказал:
— Я же не пытался тайком попробовать ваш соус. Просто миски стояли слишком близко друг к другу. Я случайно взял не ту миску…
Говоря, он немного подвинул свою миску вперёд, а затем, как ни в чем не бывало, проглотил кусок жирной говядины, который ранее обмакнул в кунжутную пасту.
Лао Во и Эр-Хуа подошли к стойке с приправами, а Цянь Бао ушла в туалет. В это время за их столом сидели только Лу Чжэ и Шэнь Цяо.
Через секунду Шэнь Цяо ахнул, сглотнув. Он продолжил своим спокойным, бесстрастным тоном:
— Кунжутная паста тоже подойдёт, наверное.
Лу Чжэ взглянул на следы соуса, запачкавшие уголки губ Шэнь Цяо и ещё не вытертые. Без всякой причины его сердце смягчилось.
Он пока не смотрел в телефон. Он лишь слегка провел большим пальцем по уголку губ Шэнь Цяо, вытирая пятно соуса. Мягко, тепло подыграл:
— Правда? Но, честно говоря… я даже вкуснее кунжутной пасты. Почему бы тебе не попробовать и не убедиться самому?
Шэнь Цяо взглянул на него и ничего не сказал. Он подождал, пока остальные трое вернутся один за другим, пока острый масляный суп не закипит, прежде чем внезапно открыть рот, окутанный вихрем специй, и сказать: