Беременный ребёнком Короля Демонов. Глава 65.
— Вам не нравится идея стать наследной принцессой, Робин?
— Простите? Дело не в этом, просто... я не думаю, что подхожу для этой роли. Ни по статусу, ни по характеру.
Робин был королевским слугой, а значит формально принадлежал к знати. Но ему явно не хватало качеств ,чтобы считаться достойным кандидатом на роль наследной принцессы и он понимал это лучше всех. Он никогда не завидовал своему социальному положению, но одна только мысль о том, чтобы стоять рядом с наследным принцем, погружала его в уныние.
— Это, по сути, не имеет значения.
Лоуэлл говорил достаточно чётко, так что его слова звучали твёрдо даже для обеспокоенного Робина.
— Неужели Его Высочество из тех, кто заставляет других делать то, что им не под силу?
— Если он говорит ,что сделает тебя наследной принцессой, это значит, что он может это сделать. И, вероятно, он уже готовится к любым, связанным с этим, рискам. Ты так не думаешь?
— Это... действительно ан него похоже. Он на всё способен.
Компетентность наследного принца была неоспорима. Но Лоуэлл не мог отделаться от мысли, что Робин совершенно ослеплён влюблённостью.
— Тогда просто отложи в сторону все эти внешние заботы. На самом деле важно другое: хочешь ли ты быть рядом с ним или нет.
— Но, если я это сделаю, я стану единственным пятном позора на его репутации.
Ты и так уже хорош в плане характера, — про себя подумал Лоуэлл, — так зачем беспокоиться об этом пятне?* Но вслух он это не произнёс, потому что Робин пришёл к нему не для того, чтобы выслушивать гадости о том, кто ему нравится.
— Тогда спроси себя: хочешь ли ты остаться рядом с ним, даже если ты будешь тем самым единственным пятном на его репутации, или ты предпочтёшь уйти, чтобы перестать им быть? Не то чтобы он обязательно тебя отпустит.
Лоуэлл не мог принять это решение за него.
— Постарайся не слишком много об этом думать. Я ведь тоже не недостоин звания Великой герцогини, но, тем не менее, я прекрасно живу здесь, не так ли?
Даже если он не мог решить проблему, он мог хотя бы немного упростить её. Услышав насмешливый тон Лоуэлла, Робин наконец-то расплылся в своей обычной яркой улыбке. Строго говоря, их ситуации были несравнимы, но всё же...
— Не стоит. Я ничем тебе особо не помог.
Лоуэлл говорил это искренне, а не из скромности.
— Всегда говорят, что слова могут спасти человека, верно? И, кроме того, ты спас меня от боли раньше. Сегодня шний день полон поводов для благодарности.
— Любой другой поступил бы так же. Ты даже упал в озеро вместо меня.
Робин пожал плечами и взглянул на Лоуэлла, который смотрел в даль. Почему-то этот красивый и добрый мужчина выглядел немного одиноким.
— Лоуэлл, я думаю, ты действительно добрый и хороший человек.
Солнце полностью зашло и небо было усеяно звёздами. Лоуэлл поднял голову, чтобы посмотреть ан них, но пар от его дыхания затуманил их вид.
— Это только потому, что ты сам так добр и видишь меня именно таким.
— Что? Почему ты так говоришь? Это видят все, а не только я!
Робин ответил бодро, словно тяжесть у него на сердце наконец-то спала. Лоуэлл с облегчением вздохнул, увидев, что Робин, похоже, довольно легко и быстро оправился от произошедшего.
— Любой может сказать правильные вещи. Я притворяюсь хорошим человеком только потому, что на самом деле им не являюсь. Если это хоть немного тебе помогло, то, наверное, это было неплохо.
Лоуэлл пожалел о сказанных словах как только они слетели с его губ. Возможно, потому, что он так много думал об этом в последнее время, или потому что Робин вызвал у него странное чувство неполноценности, но он позволил себе проговориться.
— Даже если ты просто притворяешься хорошим человеком, я всё равно считаю это нормальным. Потому что для меня ты и есть хороший человек.
— Честно говоря, с моей точки зрения, я даже не вижу разницы. Если только ты не притворяешься хорошим, тайно совершая плохие поступки за спиной, если ты просто притворяешься хорошим человеком, и всё, чем это отличается от того, чтобы быть хорошим человеком на самом деле. Наоборот! Сам факт твоих попыток делает тебя ещё более удивительным. Так что будь немного более уверенным в себе, Лоуэлл.
Лоуэлл уставился на Робина, слегка приоткрыв рот, будучи совершенно застигнутым врасплох. Робин указывал на нечто очень конкретное: Лоуэлл был слишком нетерпим к самому себе.
— Ты думаешь Я добрый человек?
— Вероятно, это потому, что ты — не я. ты судишь по своим поступкам, но, когда оцениваешь себя, ты принимаешь во внимание и свои мысли. Вот почему ты более строг. Ты не знаешь о чём думают другие люди, но ты точно знаешь свои собственные мысли.
Робин был прав. По правде говоря, Лоуэлл и так понимал, что его слова логически верны. Но услышать это от такого человека, как Робин, от того, кого он всегда считал добрым и идеальным, заставило что-то внутри Лоуэлла зашевелиться.
Облачко пара, появившееся от дыхания Лоуэлла, рассеялось.
Лёгкий ветерок обдувал его сомнение в себе, убеждение, что он не заслуживает любви, и одиночество, которое он пытался скрыть, притворяясь кем-то лучше. Это было незначительное шевеление, но что-то внутри него начало разрушаться.
Может быть... может быть я действительно немного добр? Может быть, эта версия меня, которую я создал, вовсе не абсолютная фальшивка?
Эта мысль возникла совершенно неожиданно, но она глубоко его успокоила.
— Я сказал только правду! О! Его Светлость выходит наружу!
Робин кивнул в сторону фасада замка. Феликс, который выглядел так, как будто выскочил наружу сразу, как только услышал, что она снаружи, хмурился, пока не увидел Лоуэлла. Только тогда выражение его лица изменилось.
К тому моменту, когда он добрался до Лоуэлла, Феликс практически бежал. Они даже не расстались надолго, но тоска в его движениях была очевидна. Пока Феликс на ходу напяливал на себя пальто, Лоуэлл собирал свои разрозненные чувства.
По какой-то причине ему казалось, что теперь он может любить Феликса ещё сильнее, чем раньше.
В ту ночь Лоуэллу приснился поистине прекрасный сон. В нём он сидел с Феликсом в оранжерее, греясь ан солнце,а на руках у Феликса был ребёнок. Его очертания всё ещё были размыты, но постепенно он становился всё чётче.
Спустя неделю после отъезда наследного принца в герцогском замке, казалось, наконец наступил мир. Единственным примечательным событием оставалось то, что должен был приехать портной.
— Ещё даже не обеденное время. Ты так резко проголодался? Если есть что-то, чего тебе особенно хочется, только скажи.
— Ах, это не то. Я на самом деле не голоден.
— Но ты только что сказал, что голоден! Не надо сдерживаться, понимаешь?
По правде говоря, это не был действительно голод.
Не голод, а, скорее, это было больше похоже на тягу.
Лоуэлл взглянул вниз на свой уже заметно выступающий живот, который он больше не мог игнорировать, и причмокнул губами.
Хочу чего-нибудь острого. Что-то с насыщенным вкусом, что заставит воскликнуть "Аах!", лишь ощутив его на языке.
Об одной мысли об острой пище у Лоуэлла набрался полный рот слюней.
Кимчи рагу* звучит хорошо. Или камджатанг**. Ох, дак-галби*** тоже звучит потрясающе.
Каждое блюдо о котором он думал, было тем, что он не мог есть прямо сейчас. Он покачал головой, сказав себе не думать о еде, которую он даже не может увидеть, но мысль об это, попав к нему в голову, уже не хотела оттуда уходить.
Он никогда не думал, что у него такой большой аппетит, но сейчас ему казалось, что он может сделать что угодно, чтобы получить хотя бы одно из этих блюд.
— Лоуэлл, что ты хочешь съесть? — Феликс взволнованно посмотрел на него, когда того как Лоуэлл совершенно притих, после того как сказал, что хочет есть.
Лоуэлл, фантазируя о корейской еде, дал вслух туманный ответ. По правде говоря, что бы ни принёс ему Феликс, он не был уверен, что это удовлетворит его.
Может, мне просто приготовить самому?
В прошлой жизни он долго жил один, поэтому умел готовить, но проблема заключалась в том, что здесь ни один из ингридиентов не был ему знаком.
— Я немедленно прикажу что-нибудь приготовить.
Феликс, отнесясь к тяге Лоуэлла, как к самому актуальному вопросу, немедленно дал слугам необходимые подробные инструкции.
Может, если будет достаточно остро, всё получится? Мне всего лишь надо попробовать то, что они приготовят, чтобы я мог определиться.
Лоуэлл в ожидании елозил ногами и пытался представить, что именно ему приготовят. Несмотря на то, что он понимал, что не стоит ожидать слишком многого, он всё равно был сильно взволнован.
Поскольку время обеда ещё не пришло, на кухне, по приказу Феликса, что-то поспешно приготовили. Пока Лоуэлл практически танцевал в столовой, погружённый в ожидание, Феликс пытался подавить улыбку. Но эта радость начала угасать с каждым новым блюдом.
— Тушёное мясо из говядины и картофеля.
Лоуэлл посмотрел на тарелку с тушёным мясом, стоявшую перед ним на столе, с таким видом, будто это мясо лично причинило ему вред. Оно было красным, конечно, но запах совсем не ощущался. Он медленно поднёс ложку ко рту.
Это было совсем не похоже на резкий жгучий жар, возникающий от порошка чили. Специй было совсем немного, но Лоуэлл хотел ощутить совсем другой вкус.
Назвать это блюдо острым, было бы оскорблением для настоящей острой еды.
Его ноги, которые до этого счастливо раскачивались под столом, стали печально хромать от разочарования. Выражение лица Феликса застыло, когда он наблюдал эту картину.
ПП: * Это мысли Лоуэлла о характере наследного принца, а не Роибна.
**Кимчи рагу — Кимчхиччигэ (кор. 김치찌개, gimchi jjigae, kimch'i tchigae) — вариант ччигэ или рагу по-корейски, приготовленное из кимчхи и других ингредиентов, таких как зелёный лук, лук репчатый, нарезанный кубиками тофу, свинина и морепродукты, хотя свинина и морепродукты как правило не используются совместно. Кимчхиччигэ — типичный ччигэ в Корее.
***Камджатхан (кор. 감자탕) — это традиционный, очень питательный и острый корейский суп, приготовленный на основе свиных шейных костей или позвоночника. Основные ингредиенты включают картофель, зелень (листья периллы), чеснок и острый перец кочукару. Часто подается вечером в качестве закуски к соджу.
****Дак-галби (таккальби, 닭갈비) — это популярное корейское блюдо из кусочков курицы, маринованных в остром соусе на основе пасты кочудян, обжаренных с овощами (капуста, батат, лук) и ттеком (рисовые палочки). Это горячее, пикантное блюдо часто готовят на гриле, встроенном в стол.