Беременный ребёнком Короля Демонов. Глава 91.
— Это, должно быть, остров Крено. Там находится Храм Бога Мира, так что это, безусловно, безопаснее, чем большинство других мест.
— Вы хотите сказать ,что теперь это небезопасно?
Феликс нахмурил брови, поскольку Крено находился далеко от Никса, он неизбежно отставал от наследного принца в получении самой свежей разведывательной информации.
— Нет. Сообщений о проблемах на самом острове не поступало, но территория на противоположном берегу принадлежит Аренделу. Он один из членов дворянской фракции, устраивающей весь этот бардак, и ему не терпится доказать свою состоятельность. Лучше всего предположить, что чёрные маги обосновались в этом регионе. А это значит, что их агенты уже просочились и на сам остров.
Лоуэлл вспомнил Сейджа Арендела, глупого дворянина, который однажды затеял с Феликсом драку, словно хотел пожарить картошку на углях. Из того, что Лоуэлл понял, сын, может быть, и был глуп, но отец, который держал в руках бразды правления, был довольно амбициозным человеком, отличавшимся политическим чутьём.
Он так сильно жаждал власти, что был готов отравить чёрной магией даже собственную территорию...
В оригинальном романе это было описано лишь вскользь одной фразой: «С оставшимися чёрными магами было покончено». Лоуэлл не ожидал, что всё будет настолько серьёзно.
— Из чего берётся ваша уверенность в том, что чёрные маги распространились настолько далеко?
— Вы постоянно перемещались между полями сражений и редко посещали столицу, поэтому ничего не знаете. Ритуал постепенного воздействия на разум императора начался немногим менее пяти лет назад, но само распространение чёрной магии, используемой для противодействия символу светлой магии императорской семьи, продолжается уже более двадцати лет.
Иными словами, распространение чёрной магии началось постепенно с момента вошествия на престол нынешнего императора. Слушая объяснения наследного принца, Лоуэлл не мог отрицать, что, хотя, имеющаяся у него информация была полезной, они представляла собой лишь малую часть общей картины.
— Даже Месяц Благословения стал меньше связан с демонстрацией силы правящей верхушки, и больше с тем, чтобы позволить дворянам, вступившим в сговор с чёрными магами, околдовать Его Величество.
Лоуэллу казалось, что вся головоломка наконец сложилась воедино. Подмешивание средства в напиток Феликса, спровоцировавшее всплеск эмоций Лоуэлла, — это всё было частью одного и того же плана.
— Как только эта ситуация разрешится, нам придётся иметь дело и с чёрными магами. В последнее время участились сообщения о появлении монстров вблизи жилых деревень. Вероятно, они реагируют на чёрную магию, учитывая сходство их энергий.
Феликс был не единственным рыцарем, которого в этом году посылали на поиски из-за монстров вблизи поселений. На самом деле, поскольку в Никсе был всего один подобный инцидент, его можно было бы считать более безопасным. Чем ближе к столице, тем чаще приходили такие тревожные сообщения.
— Тогда где же будет безопасно?
— В окрестностях нет ни одного полностью безопасного места.
— В таком случае мы должны остановиться, раз дальше передвигаться будет опасно.
— Поместью графа Дэвона, расположенного сразу за этой горой, можно доверять. Если ситуация действительно станет опасной, он, по крайней мере, сможет вас эвакуировать.
— Этого недостаточно. Необходимо обеспечить максимально возможную безопасность.
В Империи Хало нигде нельзя было гарантировать полную безопасность, но у Феликса было то, в чём он не мог пойти на компромисс.
— Этот корабль уплыл в тот момент, когда мы приняли решение двигаться в направлении столицы.
В этот момент наследный принц снова заговорил, намеренно отклонившись от темы, и Лоуэлл, который до этого молча слушал, наконец не смог сдержаться и вмешался.
— Я не собирлся этого говорить, но... если бы император нацелился на меня, то поход в Никс стал бы ещё опаснее. Он бы задержал меня и использовал в качестве заложника.
Теперь, осознавая это, как и то, что путь в столицу оказался более опасным, чем он предполагал, Лоуэлл всё ещё не жалел о принятом решении.
— Ваше Высочество знает этот регион лучше, чем кто-либо другой. Я считаю, вы сделали лучший выбор из всех возможных.
Лоуэлл произнёс это так, словно вся его проницательность до сих пор была ложью. Как будто он был готов подчиниться мнению наследного принца.
— Я думал, ты продолжишь спорить. Это неожиданно.
— Ваше Высочество тоже решило мне доверять, хотя у вас ещё остались сомнения.
— Я никогда не говорил, что доверяю тебе.
— Тогда позвольте мне поправить себя — я думаю, вы скоро это сделаете.
Они оба улыбнулись, но их взгляды были пронизаны заметной прохладой. Инстинктивно они понимали, что не ладят друг с другом.
— Когда настанет рассвет, мы отправимся в имение графа. Я провожу вас.
Феликс, похоже, хотел продолжить обсуждение планов Лоуэлла, но лучшей альтернативы ему в голову так и не пришло.
— Давайте перепроверим полученную информацию. Хотя Лоуэллу больше всего на свете хотелось уснуть, он систематизировал все ключевые детали романа и тщательно сравнил их с историческими и географическими данными, поэтому в ходе ночной беседы наследному принцу ничего не оставалось, кроме как признать точность информации Лоуэлла.
Лоуэлл, почти не спавший и физически измученный, наконец-то задремал верхом на лошади. Благодаря этому короткому сну, она прибыли в поместье графа Дэвона быстрее, чем он успел опомниться.
Открыв задние ворота, граф Дэвон проверил не были ли на пленников наложены какие-либо заклинания слежения, а затем приказал отвести их в темницу и повернулся, чтобы с величайшим гостеприимством встретить остальных членов отряда.
— Мы не задержимся надолго. Мы немедленно уедем.
При этих словах наследного принца лицо графа заметно помрачнело. Его эмоции были настолько очевидны, что трудно было усомниться в его преданности.
— Герцог, если вам двоим нужно что-нибудь, делайте это быстро.
К тому моменту как наследный принц закончил говорить, Феликс уже спешился и помог Лоуэллу слезть с лошади, попутно осмотрев его на предмет возможных травм.
— Если что-то случится, будет уже слишком поздно, поэтому... если ты почувствуешь хоть какую-то опасность, немедленно свяжись со мной. Даже если это будет самый маленький и незначительный риск. — Он ненадолго замолчал, его уши покраснели, и он добавил, — Даже если опасности не будет... ты всё равно можешь позвать меня. Что бы ни случилось, я отвечу.
Несмотря ни на что, Лоуэлл протянул руку и погладил лицо Феликса. Феликс наклонился так низко, что Лоуэлл мог легко к нему прикоснуться.
Как я могу... если никто не знает, когда и где может разразиться битва?
Использование магического шара позволило бы активировать импульс. В экстренной ситуации это могло бы раскрыть их местоположение, а это могло бы означать смерть. Но Лоуэлл об этом не сказал.
— Я так и сделаю. Но взамен пообещай мне, что вернёшься целым и невредимым. Помнишь, что ты сказал, что не позволишь мне потерять любимого человека на войне, правда?
— Лоуэлл, я мог тебе это пообещать в любое время, а ты пообещай, что тебе не будет больно.
— Если ты получишь травму... даже царапину, я клчнусь, я больше никогда не позволю тебе покинуть башню!
— Тогда мне придётся остаться невредимым просто из страха перед этим.
Лоуэлл был поражён и благодарен тому, что он ещё мог так искренне улыбаться.
— Тиа, рыцари, охранявшие Лоуэлла, пусть останутся здесь с ним.
Несмотря на то, что рыцари Феликса и так составляли элиту, он всё же объявил ,что оставит половину их здесь. Некоторые явно хотели последовать за ним, но никто не высказал возражений.
Лоуэлл удивлённо моргнул, увидев Тони, который, опустившись на одно колено, просил разрешения. Феликс ответил не сразу.
— Пожалуйста, позвольте мне вернуть свой долг жизни, которая у меня есть лишь благодаря вам. Если понадобится, я отдам свою жизнь за лорда Лоуэлла.
Закончив говорить, Тони опустил голову ещё ниже. Феликс смотрел на него сверху вниз с таким бесстрастным выражением лица, что со стороны это казалось почти бесчеловечным.
Когда Феликс наконец неохотно дал своё согласие, Тона низко поклонился. Его сжатые кулаки дрожали, а всё тело было напряжено как струна.
— Да, сэр! — он встал и снова поклонился. Феликс лишь кивнул в ответ.
Лоуэлл, не обращая внимание на окружающих, встал на цыпочки и нежно поцеловал наклонившегося Феликса в губы. В ответ Феликс крепко сжал кулак.
— Такое чувство, что я оставляю здесь своё сердце.
— Я буду хорошо о нём заботиться.
Феликс, стиснув зубы, заставил себя отвернуться от Лоуэлла и сел на коня. Став невольным наблюдателем за всем происходящим, наследный принц слегка скривил губы.
— Я вышлю подкрепление. На всякий случай.
— Вы узнаете, когда они прибудут.
Словно желая подчеркнуть, что говорить больше не о чем, наследный принц увёл Феликса и рыцарей прочь. В тот момент, когда фигура Феликса скрылась вдали, исчезнув из поля зрения, тело Лоуэлла обмякло. Падая, он, инстинктивно свернулся калачиком, прикрыв живот.
К счастью, рыцари, стоявшие рядом, внимательно наблюдали за ним и подхватили его до того как он упал на землю.
Боль настигла его внезапно. Мышечные боли и все остальные недуги, казалось, одновременно атаковали всё его хрупкое тело. Этот марш-бросок был слишком изнкряющим. Он выдержал его только благодаря силе воли, думая, что Феликс не сможет уйти, если увидит как ему больно.
— Позовите... позовите священника! Не из столицы — тайно!
Это было последнее, что услышал Лоуэлл перед тем как его сознание померкло.